У люльки
На улицах тихо, даже как-то подозрительно. Хотя, такое затишье было уже не в первый раз. И герои, и злодеи уже давно вышли из "игры". У каждого появились дела поважнее: семьи, работа, быт и это только основное. Уже не хватало времени и сил на то, чтоб устраивать ночью какие-то разборки. У кого-то дети и их нельзя оставлять одних, у других работа допоздна, третьи потеряли интерес к геройствам и злодеяниям.
Сложно сказать, что стало переломным моментом в такой ситуации и какой именно случай повлëк за собой ночную тишину и непривычный покой, но всем было как-то плевать. Проблем всем хватало с головой, так что ни в чьей голове не проскакивало и мысли выходить куда-то ночами, если только это не было срочно.
По тихой улице, где никого и в помине не было, спешил силуэт, скрытый тьмой. Ромео это было на руку. Он не любил быть замеченым в тëмное время суток, даже если его заметил какой-то простой прохожий. Возможно, прошлое сказалось, а возможно простая нелюдимость.
Ключ повернулся в замке, издавая характерный звук, который раздался слабым эхом от стен тихого, словно пустого дома.
Ромео знал точно - старшая дочь, Рэйчел, уже спит, будить еë совсем не нужно, поэтому он продвигается по коридору очень тихо, чтоб не тревожить ночной покой своей дочери. Второе, что изобретатель знал наверняка - Луна, скорее всего, заснула рядом с люлькой.
Вторая беременность не прошла так гладко, как хотелось бы, малыш родился немного недоношенным и со слабым иммунитетом, так что Луна из-за этого изводила себе нервы постоянно, хотя еë состояние тоже оставляло желать лучшего.
"Злобный гений" усмехнулся. Сейчас в этой женщине с белыми, как снег, волосами теперь только по внешности можно узнать капризную ночную злодейку. Она сильно поменялась характером, внешность осталась такой же яркой и выделяющейся из толпы. Если бы кто-то из героев или злодеев пропал на том моменте, когда она ещë была злодеем, а сейчас вернулся то не узнал бы еë.
Оно и не мудрено, прошло больше двадцати лет, детские капризы и гормональные бури подросткового возраста уже исчерпали себя. Ромео не станет лукавить, его не узнавали даже по внешности, вроде обидно, что столько лет бесплодных и глупых, но кое-где отчаянных и иногда удачных попыток завоевания мира просто забылись, а вроде уже и не так важны эти ночные похождения из прошлого.
Изобретатель вновь усмехается, проходя по коридору к свой спальне, из которой уже были слышны посапывания. Дверь тихо скрепит, не пробуждая тех, кто внутри.
Луна, как он и предпологал, уже уснула, как обычно держась одной рукой за край люльки. В самой люльке спокойно посапывает ребëнок, укрытый тонким одеялом.
Ромео сел рядом, положив руку на белую макушку девушки, слегка проводя по голове возлюбленной ладонью. Та лишь слегка поворочалась, не просыпаясь. Изобретатель улыбнулся, чуть приподнимая девушку на руки и укладывая еë подальше от края постели, при этом держа за руку, чтоб не проснулась.
Злодейка, из-за того, что постоянно держалась за край люльки во сне, то могла легко проснуться и начать теряться в пространстве спросонья, если почувствует что в руке нет ничего.
Ромео бросил взгляд на прикроватную тумбочку, на которой стоял стакан с недопитой водой и подготовленной парой таблеток. Луне прописали курс витаминов, чтоб она быстрее востановилась. И она опять забыла принять таблетки...
– Мотылëчек, проснись ненадолго~ - стал чуть потряхивать супругу Ромео, чтоб та проснулась. - Милая, тебе нужно принять таблетки~...
Девушка чуть поворочалась, не просыпаясь и сжав руку изобретателя чуть-чуть крепче. Среагировала она только тогда, когда Ромео стал понемногу разжимать еë ладонь, убирая свою руку из еë хватки.
Изобретатель продолжал, полностью вытащив руку из хватки и немного потрясывая девушку. Она сразу стала просыпаться, щурясь и пытаясь адаптироваться к темноте, потянув руку куда-то вперëд, чтоб нащупать край люльки.
Но еë запястье Ромео осторожно перехватил, приподнося ладонь Луны тыльной стороной к губам, нежно целуя еë рядом с обручальным кольцом. Девушка, почувствовав тепло на своей руке, стала чуть спокойнее, продирая глаза от пелены сна.
– Ромео...? - буркнула девушка, силясь проснуться.
– Да, Мотылëчек, я... - шепнул "Злобный гений", обнимая супругу за плечи. - Ты забыла принять витамины...
Злодейка что-то забурчала себе под нос, протирая глаза и всë так же пытаясь привыкнуть к темноте вокруг неë. Ромео же сам потянулся к тумбочке, подавая Луне таблетки и стакан с водой. Она быстро поняла что к чему, хоть и была сонной.
Луна парой движений положила таблетки под язык и запила их, весьма шумно в условии тишины сглатывая и ставя на прикроватную тумбочку уже пустой стакан. После она вновь легла на кровать, собираясь опять заснуть и на этот раз до утра.
"Сумасшедший учëный" только вздыхает, ещë раз огладив макушку злодейки и вставая с кровати, начав переодеваться и подходя к люльке. Ромео осторожно положил руку на крохотное тело малыша, что так же, как и Луна, немного поворочался и не проснулся, продолжая видеть сны.
Изобретатель приподнял уголки губ в слабой улыбке, тихонько усмехаясь. Луна за его спиной что-то мыкнула, услышав смешок, но в итоге закуталась в одеяло, уткнувшись носом в подушку. Ромео улыбнулся шире, забираясь под одеяло и обнимая возлюбленную.
Девушка фыркнула во сне, подтягивая колени к груди и быстро привыкая к теплу, что исходило от еë супруга. Изобретатель быстро чмокнул девушку в шею, устраиваясь поудобней и засыпая, догоняя возлюбленную в стране грëз.
За окном от безделья шумел листьями ветер, поднимались в воздух первые опавшие листья, взвиваясь в маленькие вихри, лишь в нескольких окнах домов горел свет, один за одним погасая. Лето в преддверии осени само взялось за кисть с золотистой краской и стало немного подкрашивать некоторые листья и осыпая их на землю.