Глава 1. Боль..
Я прихожу в себя только после 15 удара, от своего же пронженного болью крика. Меня бьёт собственный отец за то, что у меня в очередной раз, из-за дрожания рук, выпала ложка и со звоном упала на блюдце.
16..
Я считаю удары. Плётка бьёт по моей коже, но каждый удар отражается в моем сердце.
17..
Это изделие из черной кожи бьёт до жгучей боли по всему телу, но почти не оставляет следов, которые могли бы не понравиться моим будущим владельцам. Их можно разглядеть, только полностью раздев меня и дотронувшись до когда-то бархатистой кожи, изашренной теперь острыми полосами.
18..
Я никогда не хотела себе такой судьбы, я хотела жить, как все люди, любить кого-то, радоваться мелочам и заниматься любимым делом. Но это не возможно, потому что я..
19..
-Ничиожесиво, ты никому не нужна такая криворукая!-эхом отражается голос отца от стен ненавистной комнаты.
Ничтожество.. ничтожество.. ничтожество..-отдается в моей голове.
20..
Последний истошный крик или уже точнее хрип, вырывается из меня и я оседаю на пол. Моя спина горит, и, кажется, в некоторых местах стекают капли свежей крови, пропитанной страхом и ненавистью. Я так и остаюсь сидеть на коленях, опустив голову и давая волю одиноким слезам, скатывающимся по моим щекам. На вкус они даже не соленые, потому что еда, которую мне дают совершенно без соли, чтобы я не могла съесть много и не увеличила объем талии, итак узкой настолько, что её можно было обхватить двумя ладонями.
-Ты-вещь, кукла, которой можно вертеть так, как того захочет твой хозяин! Быстро вытерла свои сопли и пошла держать ложку 12 часов без какого-либо отдыха и опускания руки. Кого я воспитал? Ты даже не можешь ложку нормально держать! Быстро встала на колени и моли прощения у меня и запомни, при каждой своей оплошности ты должна вставать на колени и лизать сапоги того, перед кем провинилась, дрянь.
-Простите.. простите меня, отец, пожалуйста.. я больше никогда не уроню ложку, я ничтожество, если вы сможете, извините меня за это..-слова с болью, оттзываются в моем сердце, срываясь с моих губ.
-Так-то лучше, не забывай, кто имеет власть над тобой,-его оскорбления и унижения уже давно сидят в моей голове и при каждом удобном случае всплывают оттуда.
Я поднялась на ватных ногах, придерживаясь за стул, одновременно поправляя одежду, которую грубо стянули перед наказанием. Рубашка прилипает к свежим ранам, доставляя неимоверную боль. Хочу поскорее выйти в коридор, добежать до своей комнаты, осесть на пол и реветь столько времени, на сколько хватит моей боли от всего пережитого в этой бесконечно тонущей в уроках, криках, наказаниях и унижениях жизни.
В коридоре никого нет, поэтому я бегу в комнату не смотря на ненавистное платье, мешающее мне даже ходить, и выплескиваю все эмоции, рвущиеся наружу... Неужели я правда ничего не стою в этой жизни, и моя судьбы это быть Кулой в руках незнакомого мне человека, который не будет испытывать и доли любви и уважения ко мне. Всё, что говорит мне отец правда, я ничего не умею, я бездарность и ничтожество...