Хроники Эйенфорта. Корона огня

Гвардейцы окружили Алессио и одарённых, чьи покои оказались на одном этаже. Шли в молчании, но король бросал на Тефанию недвусмысленные взгляды. Будто она могла забыть о его просьбе прийти к нему. Нет, то была не просьба, а приказ.

Первыми по коридору оказались покои Мелинды, и когда она заходила в комнаты, Алессио поцеловал ей тыльную сторону ладони, задержав взгляд на её лице. Она тоже одарила его влюблённым взглядом, а Тефания окончательно уверилась в том, что девочку надо спасать из этого королевства и этих отношений, она достойна лучшего.

Следом расположились покои Дамиана. Астериусу хотелось рычать от бессилия, ведь если бы он знал, что комнаты брата находятся так близко, можно было бы бежать гораздо раньше, до бала с кошмарным ужином. Дамиан скрылся за дверью, бросив на Тефанию с Астериусом печальный взгляд, и два гвардейца остались охранять вход к нему. Астериус тут же обратился к Алессио:

— Что ж, ваше величество, я хотел бы переговорить с вами. С глазу на глаз, — Астериус рассчитывал, что Алессио отпустит Тефанию, и та побудет в безопасности, пока он не провернёт задуманное.

Алессио вскинул на него взгляд алых глаз и спросил:

— Интересно, о чём?

— Мы ведь так и не обсудили условия нашего освобождения.

Алессио перевёл взгляд на Тефанию, но та сделала убедительный вид, что понятия не имеет, куда клонит Астериус.

— То есть вы всё ещё считаете, что находитесь здесь в плену, — это был не вопрос. Алессио махнул рукой, призывая остальных гвардейцев следовать за ним. — Пожалуй, могу понять, почему вы так думаете, и всё же слышать это неприятно. Но раз уж вы желаете поговорить сейчас, то почему нет? Тем более княжна Коинн уже приглашена.

Астериус удивлённо посмотрел на Тефанию, и она в очередной раз восхитилась его актерским мастерством. Оставалось только подыграть ему, делая вид, что она сохранила в тайне приглашение короля. Алессио оглянулся на двустихийных через плечо и ухмыльнулся. Его удлинившиеся клыки сверкнули в свете факелов.

Окружённые гвардейцами, все трое двинулись дальше по мрачному коридору, пока не упёрлись в огромную двустворчатую дверь, украшенную барельефами горгулий. Алессио сам толкнул створки, нажав на ручки в виде львиных голов. Тефании оставалось только догадываться, откуда у вампиров такой странный вкус на убранство жилищ.

— Перед рассветом заберите гостей, — приказал король гвардейцам. — И окажите помощь, если потребуется.

Тефания с Астериусом переглянулись, но благоразумно промолчали, а гвардейцы спокойно кивнули, совершенно точно знающие, что нужно делать после таких слов короля. До рассвета оставалось около часа, но для Тефании и этого времени казалось слишком много.

Она шагнула следом за мужчинами, и перед её взором возникла большая гостиная с высокими стрельчатыми окнами, за которыми угадывался балкон, с мягким диваном и потрескивающим камином. По углам стояли шкафы, заставленные книгами, свитками и разнообразными статуэтками. Между диваном и камином раскинулась пушистая шкура волка. Комната казалась уютной, если бы не потемневшие бордовые пятна на диване и шкуре.

Тефания поспешила отвести взгляд. Алессио уже прошёл к левой стене комнаты, где за открытой дверью просматривалась спальня с огромной кроватью с пологом. Король нарочито плавно снял камзол и отбросил его в угол, туда же следом полетела его белоснежная рубашка. Мышцы перекатывались под его обнажённой кожей, им невольно залюбовался даже Астериус.

Алессио же наслаждался своим представлением, заставшим двустихийных врасплох. Он в мгновение ока оказался на кровати, раскинув руки по обеим подушкам, в ожидании Астериуса и Тефании.

— Я думал, мы поговорим, — заметил Астериус смущённо.

— Обязательно, — почти что промурчал Алессио. — Но сначала я отведаю вашей крови. Я давно не пробовал мужчин, так что это будет вдвойне любопытно.

Тефания не спешила приближаться к кровати, давая Астериусу сделать первый шаг.

— Ну же, раздевайся, — поторопил его Алессио.

Тефания похолодела и не знала куда смотреть или не смотреть. Астериус сам опешил, его руки чуть дрогнули, пытаясь сжаться в кулаки, но он сдержался. Алессио мягко рассмеялся.

— Не то кровью камзол запачкаешь, — пояснил он.

Астериуса это не особенно успокоило, но, шагнув к кровати, он стянул с себя камзол с рубашкой и присел на мягкий матрас. Алессио провёл рукой по его волосам, снимая с них ленту. Каштаново-рыжие волосы разметались по плечам, а золотая и зелёная серёжки сверкнули.

— Хоть я и пригласил Тефанию первой, с тобой я не менее жаждал познакомиться ближе, — Алессио перевёл взгляд на девушку. — Ну а ты чего стоишь?

Опасаясь перечить ему, но испытывая ужасный стыд, она приблизилась к постели. Астериус в ужасе посмотрел на Тефанию, опасаясь, что Алессио прикажет раздеваться и ей.

— Не думаю, что это необходи... — начал было Астериус, но острые клыки вонзились в его шею.

Тефания хотела отвести взгляд, но не могла. Обмякший Астериус лежал в объятиях короля вампиров, который пил кровь, отчего его алые глаза светились.

Астериус лишился контроля над своим телом. Ему хотелось вырваться из крепких рук вампира, но он не мог. Он читал много книг о разных народах и знал в общих чертах, что испытывают при таком процессе вампиры и люди. С ним всё было иначе: ему это не доставляло никакого удовольствия, он будто попал под обездвиживающие чары. Неспособный двигаться, он был полностью в сознании и чувствовал острые клыки. Алессио крепче впился зубами в его кожу и почти ласково провёл ладонью по щеке. В ответ на это Астериус мог лишь еле шевельнуть пальцами, хотя отчаянно хотелось вырваться из этого круга боли. Как одарённый огнём, он никогда не чувствовал жара, но теперь вся его кровь кипела, принося лишь мучение. Под кожей будто пылал пожар, и спасением от него казалась лишь смерть. Астериус, борясь с оцепенением, поднял руки и положил их на плечи вампиру, чтобы оттолкнуть от себя. Не вышло. Алессио это лишь раззадорило, и он с большим пылом принялся пить.

Застыв, Тефания наблюдала за мужчинами, в ужасе дожидаясь своей очереди. Она не хотела себе в том признаваться, но ей было даже любопытно, что в этот момент испытывает вампир? Так ли хороша кровь одарённых на вкус? По тому, насколько жадно Алессио впивался в шею Астериуса зубами и держал так крепко, что на коже должны были остаться синяки, ответ был положительным.

Секунды шли, но Алессио не собирался останавливаться. Астериус прикрыл глаза, и казалось, он лишился чувств. Тогда Тефания робко прикоснулась тёплой ладонью к твёрдой спине Алессио. Она помнила слова Дамиана о том, что Алессио нравится, когда жертва идёт к нему по доброй воле.

Король оторвался от Астериуса и плавно обернулся. По его подбородку стекала золотисто-зелёная кровь, а алые глаза зловеще сияли.

— А как же я? — Тефания робко отодвинула ворот своего платья, оголяя шею. Она предлагала себя вместо Астериуса. Нельзя было допустить, чтобы он потерял слишком много крови.

Хотелось молиться Богине, чтобы Астериус быстро пришёл в себя и довершил свой план. Но Богиня больше её не слышала.

Алессио оскалился в улыбке и приблизился к Тефании. Его глаза задержались на тонкой жилке, бьющейся на шее, и он судорожно сглотнул. Взяв её лицо в руки, он прижался к шее, шумно вдыхая аромат кожи. Тефанию парализовало. Ей не хотелось продолжения, хотелось бежать прочь. Но клыки впились в тонкую шею, и её накрыло всепоглощающее чувство боли. Под кожей разгоралось пламя, разрывая изнутри. Из глаз потекли слёзы бессилия, но они не приносили облегчения. Алессио одной рукой держал её под голову, а другой нежно обхватил талию. Никогда ещё ни один мужчина не был к ней настолько близко, и было вдвойне больно, что это Алессио. Это не было наслаждением, о котором говорили служанки. Были только боль и утрата всякой надежды на спасение.

Вдруг сзади Алессио возникла тень. Это осторожно поднялся Астериус и мотнул головой, приходя в себя и фокусируя взгляд. Вид Алессио, пьющего кровь Тефании мигом отрезвил его. Тогда он мгновенно обрушил на голову вампира сцепленные руки с каменными браслетами.

Алессио отшатнулся от Тефании, на его макушке теперь отчетливо просматривалась вмятина от каменных браслетов, а сами обручи Астериуса разломились, высвобождая всю его силу.

Когда их схватили у темниц, он чихнул, отвлекая внимание гвардейцев. В тот же момент он направил чары земли к каменным браслетам, предназначавшихся ему, отчего те треснули. Надо было отдать должное, камень оказался слишком крепким, и от простого удара кандалы бы не разбились. То ли дело – крепкая голова вампира.

Алессио на мгновение растерялся, но затем его лицо исказила гримаса ненависти, и он молниеносно кинулся к Астериусу. Тот вскинул ладони, но Алессио его опередил, схватив за руки. Кубарем они покатились с кровати, не прерывая схватку. Алессио яростно шипел, серебристо-синяя кровь Тефании капала с его длинных клыков, норовивших не просто вновь вонзиться в Астериуса, а разорвать на куски.

Астериус всё же ухитрился развернуть ладони так, чтобы прикоснуться к рукам вампира. Алессио прокусил ему щёку, и если бы не сосредоточенность на чарах, Астериус бы вскрикнул. Вместо этого с огромным удовольствием он дал волю стихии огня. Для вампиров опасно солнце, но за его отсутствием ночью пришлось импровизировать. Пламя возникло под мёртвой кожей и в мышцах Алессио, безвозвратно сжигая его внутренние органы.

Король вампиров остолбенел, из его открытого рта пошёл пар. Но мёртвый не может умереть дважды. Чары огня значительно замедлили его, не убили.

Скинув с себя обездвиженное тело, Астериус быстро разорвал полог на полосы, и придвинул поближе к Алессио стул от письменного стола. Ему было противно вновь чувствовать Алессио, но он поднял его и перенёс на стул, привязав к нему обрывками тканей. Убедившись, что узлы завязаны крепко, он поспешил к Тефании. Она лежала на подушках, раскинув руки, из ран на шее медленно стекала кровь. Главное – она была жива, Алессио не успел выпить много. Астериус наскоро перевязал ей шею и осторожно приподнял.

— Эй, Тефания. Слышишь меня?

Она медленно открыла глаза, которые никак не могли сосредоточиться на лице склонившегося над ней Астериуса. Бледными губами прошептала:

— Да. Получилось?

Астериус чуть улыбнулся и сказал:

— Почти. Осталось выйти отсюда, но сначала давай избавим тебя от браслетов, которые лишают сил.

В воздухе он прочертил символы, призывающие чары земли, и те устремились к браслетам. Камень треснул, но не упал, сохраняя видимость пленения. Тефания почувствовала, как стихии вновь наполняют её.

— Как ты понял, что сможешь разрушить браслеты? — спросила она.

— Никак, но попробовать стоило, — Астериус пожал плечами, одеваясь. — Ты как? Кажется, у тебя ушло чуть больше времени, чтобы прийти в себя после укуса, чем у меня...

— Мне тоже так показалось. Как думаешь, с чем это связано? — Тефанию передёрнуло от воспоминаний о прикосновениях Алессио.

— Возможно, с тем, что твои кандалы полностью блокировали твои дары. А возможно, есть и другая причина, — задумчиво потёр подбородок Астериус. — Тебе было больно?

— Ещё спрашиваешь! Сам-то как? — Тефания кивнула на его укушенную щёку.

— Заживёт, — отмахнулся Астериус.

Тефания перевела взгляд на привязанного к стулу Алессио и заметила, что его алые глаза горели яростным огнём, несмотря на то, что он был обездвижен, а на макушке у него пугающе чернела вмятина.

— Ты проломил ему череп?!

— Для него это не смертельно. Ну да, теперь он лишь чуть симпатичнее горного тролля, но не думаю, что это будет проблемой с его-то влиянием.

— Но что ты с ним сделал?

— То же, что и с теми эльфами на поляне. Только, опять же, для него это не смертельно. Но я и не добивался его смерти, он ведь оставил Дамиана в живых.

Тефания кивнула:

— Похоже, ты нашёл способ противостояния вампирам ночью.

— Это не я. Такой способ давно известен, просто в последние столетия не приходилось его использовать. Ошибка Алессио была лишь в том, что он слишком положился на кандалы, блокирующие дары.

Астериус подошёл к стулу с Алессио и призадумался на несколько секунд, а затем отодвинул стул вглубь комнаты и сказал:

— Задвинь шторы. Иначе если его поздно найдут, это уже будет горстка пепла.

Тефания вскинула руки, и тёмные полотна закрылись, погружая комнату в полумрак. Ей хотелось, чтобы Алессио тоже испытал боль, подобную той, которую причинил. Но для него и так уже должно быть невыносимо только то, что двустихийные переиграли его, позорно привязав к стулу обрывками ткани. Тефания не чувствовала жалости, но и мести не хотела. Она оправила платье и взглянула на напарника. Тот кивнул, подтверждая, что выглядит она прилично.

— Итак, у нас огромное преимущество в том, что никто не знает, как чувствуют себя двустихийные после укуса вампира, и как чувствует себя сам вампир, вкусивший кровь сразу всех четырёх даров. Так что спокойно выходим из комнаты, но на всякий случай пошатывайся, будто сильно ослабла. Говорить буду я, ты просто подыгрываешь.

— Договорились.

Астериус приоткрыл дверь, ведущую в коридор, и гвардейцы тут же на него уставились.

— Его величество нас уже отпустил. А сам пожелал отдохнуть, — Астериус многозначительно повёл бровями, поворачивая голову так, чтобы гвардейцы видели следы от укусов.

Гвардейцы удивлённо переглянулись, но расступились, пропуская двустихийных вперёд.

— Я обязан сопроводить вас к лекарям, а потом в ваши покои, — вдруг сказал один из них.

Тефания развернулась и подошла к нему вплотную, зло посмотрев прямо в глаза и помахала запястьями перед его носом, развернув браслеты так, чтобы не было видно трещин.

— Очнитесь, мы никому не можем навредить! Что уж, нам и коридор нельзя пройти без сопровождения? Да у вас тут стража на каждом шагу. Или вы захотели тоже испить нашей крови? Но что-то мне подсказывает, что король не обрадуется тому, что на его десерт покусились гвардейцы.

Те неуверенно смотрели на злую Тефанию, но в конце концов всё же вернулись в свои исходные положения. Тефания чинно поблагодарила их и шагнула глубже в коридор. Когда они с Астериусом были достаточно далеко, она легонько перебрала пальцами, подвигая щеколду в замке двери королевских покоев. Гвардейцы теперь десять раз подумают, стоит ли беспокоить отдыхающего короля.

— А неплохо, — шепнул Астериус. — Я почти поверил тебе.

— Считай, я училась у лучшего, — улыбнулась Тефания, кивая на него. — Что теперь? Ведь у наших комнат тоже стоят стражники.

— Боюсь, дальше придётся действовать не столь тонко. Знаешь, что это?

Астериус внезапно раскрыл ладонь, на которой лежал фиолетовый цветок.

— Сонный цветок? Он действует на вампиров?

— На всех действует, кроме эльфов, которые так любят его использовать для своей пыльцы.

— Погоди, ты только что его создал сам?

— Ну... Я ещё не все растения научился создавать, да и эффект от них не такой, как от настоящих, но сейчас хватит и этого.

— Это лучшее, что может у нас сейчас быть. Сумеешь сотворить ещё? Чтобы наверняка всех усыпить.

Астериус хитро кивнул. После жизни в заточении ему предоставлялись возможности использовать свои дары, не скрываясь.

Коридор поворачивал вправо, поэтому действовать нужно было уже сейчас. Тефания сосредоточилась на созданных Астериусом соцветиях и отправила их в полёт под самый потолок, разбрасывать свою пыльцу на гвардейцев. Белёсые пылинки медленно опускались, усыпляя охранников.

— Что за?.. — пробормотал один из них, прежде чем забыться глубоким сном.

Когда по коридору разнёсся глухой стук падающих тел и звон падающего оружия, Астериус аккуратно выглянул из-за угла. Путь был свободен.

— Быстро, затаскиваем их в свои комнаты. Их отсутствие у дверей привлечёт меньше внимания, чем неестественный сон на посту.

Открыв двери в свои покои, Астериус с Тефанией занесли внутрь гвардейцев, которые оказались довольно тяжёлыми для перемещения по воздуху.

— Надеюсь, мы не создали много шума. Теперь за Дамианом, — утирая со лба выступившие капли пота, сказала Тефания.

Дамиан в своих покоях сидел на диване прямо напротив двери, сложив руки в замок перед собой. Когда он увидел вошедших Астериуса и Тефанию, вскочил, готовый к побегу. Вся его поза говорила о напряжении, в котором он находился всё то время, что его друзья провели с Алессио.

— Как вам удалось? Пресвятая наша Богиня! Что с твоей щекой?

— Давай потом обсудим, а? Сейчас надо забрать Мелинду и двигать отсюда.

Астериус вновь создал сонный цветок, который Тефания, раскрыв дверь соседних покоев, направила к кровати спящей княжны. Цветок в данном случае служил лишь гарантом того, что Мелинда не могла бы проснуться в самый неподходящий момент. Чарами земли Астериус освободил Дамиана от оков, и Тефания сбросила, наконец, свои.

Дамиан заявил, что он сам понесёт кузину на спине, так как огненные и земляные чары Астериуса могут пригодиться лучше, чем только его огненные. Кое-как взвалив на себя Мелинду, он уже собирался выходить из комнаты, но Тефания усердно пыталась укрыть девочку тёплым одеялом.

— Что ты делаешь? — шикнул Дамиан.

— Она княжна! Не может она разгуливать в одной ночной сорочке!

Дамиан что-то неразборчиво пробурчал, но чуть пригнулся, чтобы Тефания покрепче укутала Мелинду.

— Скоро начнётся смена вампирского караула на человеческий, потому что солнце встаёт. Нам лучше поспешить, пока стража не заметила, что вы тут натворили, и не подняла тревогу, — сказал Дамиан.

Когда они вышли из покоев Мелинды, в нескольких шагах от них стоял тот самый гвардеец, что собирался проводить Тефанию и Астериуса от покоев Алессио. Он мигом оценил ситуацию, глядя на Дамиана с Мелиндой на спине и с двустихийными, на руках которых – теперь он точно это видел – не было браслетов.

— ТРЕВО...

Он не успел закончить, потому что из его рта пошёл дым, а тело, застыв, повалилось на пол, словно груда камней. Астериус проделал с ним то же, что и с Алессио.

— Надеюсь, ты знаешь какой-нибудь короткий путь к темницам, — нервно сказал он Дамиану, относя новую жертву в свои покои.

— Есть один. Пошли.

Они двинулись по коридорам, аккуратно выглядывая за углы, чтобы не попасться гвардейцам. По пути Астериус создал ещё цветки, чтобы быстро воспользоваться их пыльцой. И через два лестничных пролёта вниз они действительно вновь помогли — их пришлось применить против гвардейцев из числа людей, заступающих на службу с рассветом. Они упали ещё быстрее, чем вампиры. Астериус быстро оттащил их в небольшое углубление в стене, где стояла огромная ваза с пышным растением.

Они вновь спустились на этаж ниже, и там Дамиан направился к необычной стене, в центре которой располагались две странные створки.

— Только не пугайтесь, это тоже человеческое изобретение, — сказал Дамиан, проводя по стене где-то справа от створок.

Вдруг они отъехали в разные стороны, открыв взору крохотную пустую комнату.

— Заходите внутрь, — сказал Дамиан и первый зашёл боком, чтобы торчащие в сторону ноги Мелинды не задели стены комнаты.

Астериус с Тефанией несколько испуганно смотрели на это, не понимая чего ждать, но всё же зашли следом. Тогда Дамиан надавил на одну из круглых печатей в боковой стене странной комнаты, и вдруг створки вновь задвинулись, оставляя одарённых в тесном замкнутом пространстве. Но страшнее всего был странный звук проворачивающихся механизмов и ощущение движения.

Наблюдая за друзьями, Дамиан не смог подавить снисходительную улыбку.

— Это называется «лифт», он поднимает и опускает на несколько этажей вверх или вниз. Любопытное изобретение, правда?

Астериус с Тефанией не разделяли восторга, пугливо вжимаясь в углы. Примерно через минуту лифт остановился, и его створки вновь разъехались, открывая вид на совершенно новый коридор, а не тот, из которого они попали в эту комнату. Они действительно опустились на несколько этажей ниже, туда, где располагались темницы.

Астериус вышел первым и осмотрелся.

— Всё в порядке, можете выходить.

Астериус стоял к друзьям лицом, поэтому не заметил, как у него за спиной возник гвардеец, которого привлёк шум приехавшего лифта. Руки Дамиана были заняты удерживанием Мелинды, а Астериус не успел бы среагировать, поэтому Тефания запустила в гвардейца ураган ледяных игл. Они попали в него с такой силой, что несчастный отшатнулся, в ужасе раскрыв глаза и хватаясь за грудь.

Тефания поняла свою ошибку слишком поздно. Она приняла его за бессмертного вампира, которого можно было обездвижить, а он оказался человеком. Из множественных ран от сотни игл сочилась красная кровь.

— Нет! — воскликнула она и подбежала к гвардейцу, который осел на пол и тяжело дышал. — Простите, я не хотела... Не так...

Она пыталась снять его куртку, чтобы осмотреть раны, и несколько секунд гвардеец, задыхаясь, пытался убрать её руки от себя. Когда ей наконец удалось освободить его тело от ткани, он уже не дышал. Длинные иглы вошли слишком глубоко, поразив внутренние органы. Дрожащими руками Тефания вынимала их из его тела, испытывая иллюзию того, что от этих её действий он оживёт.

— Тефания, оставь его, — рядом с ней присел Дамиан, отдавший Мелинду Астериусу. — Ты не виновата, это вышло случайно.

— Нет! Я целитель, я должна лечить.

— Сожалею, но его уже не спасти.

Дамиан с силой развернул её к себе, обнимая и успокаивая рыдания.

— Обещаю, мы вернёмся к этой теме и многим другим, но нам нужно выбраться отсюда, забрав отряд драконов и всадников. И Льдинку, — шептал он.

Эти слова подействовали, Тефания вспомнила, зачем они здесь. Вынырнув из объятий Дамиана, она вытерла слёзы тыльной стороной ладони и выпрямилась.

— Ты прав. Ладно... Астериус, в какую нам сторону? — стараясь успокоиться, переключила своё внимание Тефания.

— Сюда, — он двинулся в левое крыло, прекрасно помня обратный путь, по которому они шли не так давно.

Тефания начала узнавать коридор, по которому чуть меньше суток назад их вели гвардейцы. Вспомнила она и оружейную, полную стражи. Астериус тоже вспомнил, судя по тому что создал новый сонный цветок, который Тефания вновь отправила в полёт. Из оружейной раздавалась приглушённая брань и смех. Солдаты подшучивали друг над другом.

— И вот я ей говорю: «А ты ещё не отведала мой»... Эй, что за чертовщина?

Судя по металлическому звуку, гвардейцы вынули мечи из ножен. Астериус быстро опустил Мелинду, прислонив её к стене, и встал плечом к плечу с Дамианом, готовым встретить нападение. Если пыльца не подействует немедленно, значит, незамеченными им уже не выбраться, и придётся вступать в новый бой. Тефания затаила дыхание, присев к Мелинде за спинами парней, но ей казалось, что безумный стук сердца эхом раздаётся под сводами подвала.

Со стороны оружейной послышался грохот, вслед за которым воцарилась тишина. Цветы подействовали. Дамиан первым заглянул в оружейную, чтобы убедиться в возможности пройти, и тогда они вместе вновь тронулись в путь. За оружейной лестница спускалась вниз, и именно там, как помнила Тефания, начинались темницы.

Внизу было значительно темнее, но когда глаза привыкли к полумраку, за ближайшей темницей стала различима знакомая медная копна волос Тириуса.

— Ваше величество, это вы! — на всякий случай шёпотом пробормотал он.

— Пока ещё не величество, — поправил Дамиан.

Астериус сначала разрушил кандалы на запястьях всадников и Вигмора, а затем принялся за саму решётку темницы.

Когда пленники были освобождены, Тириус крепко обнял Дамиана, не скрывая своей радости, остальные одарённые почтительно склонили головы перед тем, кого уже считали своим королём.

Они решили выбираться через ту же пещеру, через которую попали в башню, но прежде им нужно было найти и вызволить своих драконов и пегасов. Их содержали здесь же, но дальше по коридору, где темницы позволяли вместить в себя драконов. Не успели они дойти до нужных темниц, оглушительно прозвучал тревожный колокол. Кто-то заметил исчезновение гвардейцев у покоев одарённых или же Алессио нашли привязанным в его спальне, а возможно, действие сонного цветка прошло.

Трое всадников встали в боевые позиции, загораживая проход к лестнице, по которой могли спуститься гвардейцы, а остальные кинулись к клеткам с драконами. Те, увидев знакомые лица, распрямились, готовясь к полёту. Льдинка тоже была здесь, в отдельной клетке вместе с пегасом Вигмора. На животных были каменные ошейники, которые Астериусу пришлось разрушить наряду с решётками.

Дамиан, оглядываясь, нервно произнёс:

— Здесь нет Агоры, дракона Мелинды.

— Остальные здесь? — спросил Астериус у всадников, и когда те кивнули, пробормотал: — Это плохо. Значит, её держат где-то в другом месте.

— Придётся уходить без неё, — процедил Дамиан.

Несомненно, когда Мелинда проснётся, это будет ещё один повод для гнева. Но Дамиана больше беспокоило то, как Алессио сможет использовать против них дракона. А он его обязательно использует.

Тириус указал в противоположный конец коридора:

— Драконов привели с другой стороны, скорее всего там есть ещё проход, в который они поместятся. Они не пройдут через ту пещеру, из которой мы попали сюда, она слишком мала.

Они направились в ту сторону, куда показал Тириус, когда в вынужденной тишине, прерываемой далёким колокольным звоном, послышался топот десятков ног.

— Создать щит! — скомандовал Тириус, и свободные всадники встали возле Тефании и Вигмора, вскинув руки.

— Реней, огонь, — спокойно, даже ласково сказал он своему дракону.

Тот незамедлительно повиновался, выпустив из пасти пламя, которое охватило почти всё пространство тёмной части коридора, поглощая крики боли. Всадники сдерживали огонь, от которого могли пострадать пегасы и Тефания с Вигмором. Но одарённые водой тоже не растерялись и дополнительно создали водный щит.

Тефания зажмурилась, отгоняя мысли о том, что гвардейцы, спустившиеся за ними, а теперь сгорающие заживо, тоже были из числа людей, которые только-только заступили в караул. Но других вариантов больше не было. Либо они убьют, либо их.

Дальше они побежали вперёд, высматривая достаточно большой проход, через который могли бы выйти драконы. Колокольный звон не прекращался, отдаваясь уже где-то внутри головы Тефании тревожным гулом, с которым смешался стук сапог догоняющих гвардейцев. Судя по скорости, с которой они приближались, это вампиры-гвардейцы всё-таки поднялись из своих гробов.

Тефания бежала, не разбирая дороги, никогда ещё она не испытывала такой страх. Даже когда по подземельям бежала от Каэлиуса, даже когда была в покоях Алессио. Теперь стало очевидно: если их поймают, Алессио придумает весьма изощрённую пытку для них, когда наберётся сил. А она не выдержит ещё один его укус.

— Сюда, — крикнул Вигмор, указывая влево, где коридор разветвлялся и заканчивался большими воротами.

Они были закрыты, но для драконов это не стало преградой. Один из них, развернувшись, рубанул массивным хвостом по деревянному запору, отчего тот разломился, хрустнув. С тем же характерным звуком хвост проделал дыру в самих дверях. В подземелье хлынул солнечный свет, который никогда ещё не символизировал для Тефании спасение. Все запрыгивали на своих драконов; Дамиан тяжело взвалил на Понтея Мелинду, его руки подрагивали от напряжения, а правая нога хромала сильнее обычного. Тефания запрыгнула на Льдинку, и прежде чем они взлетели, Дамиан накинул на изящные плечи свой камзол.

— Замёрзнешь ведь в полёте, — пояснил он и кинулся обратно к Даарии.

Драконы и пегасы вырвались из подземелья, унося всадников. Их преследователи остановились ровно там, где утреннее солнце не проникало в пещеры, достав луки и стрелы. Тефания вновь призвала оба дара, чтобы навести туман, позволивший бы скрыть их от взгляда вампиров. Но те принялись стрелять наугад.

Стрелы пролетали мимо, свистя, а драконы усердно взмахивали крыльями, стремительно удаляясь от башни в сторону океана. Сзади Тефании раздался глухой стук, а за ним драконий рёв. Обернувшись, она увидела, как с одного из драконов соскальзывает и падает вниз молодой всадник. Лимий. Он со своим драконом забирал из Ватвилля Джуэлл.

Дракон ринулся вниз за своим всадником, на лету поднырнул под него, поймав спиной. Издав последний рык, дракон изрыгнул пламя в сторону башни вампиров, до которой оно, однако, не достало. Дракон вновь взлетел выше и полетел в другую сторону.

— Сегодня его служба подошла к концу, — скрывая слёзы, прокричал Тириус.

Все всадники подняли вверх правые руки, в знак прощания с погибшим товарищем.

Столько ужасов принесла эта ночь, но солнечные лучи падали на землю, будто обещали что-то хорошее впереди.