Глава 9. От лица Катерин
Кто говорит, что город оживает на рассвете, тот не был в Верпонте. Каждый вечер, оказываясь здесь, среди множества людей спешащих по своим делам я понимаю: истинная жизнь - это ночь. Интересно сколько в этом неиссякаемом потоке вампиров, оборотней... Может прямо за мной идет колдун? Я оглянулась, но не обнаружила никого подозрительного.
Вот мимо меня прошла влюбленная пара, держась за руки. У входа в закусочную «Горячая картошка» молодая мама отчитывает своего маленького сына, который пнул парня в костюме хот-дога. Из-за угла голубой высотки выплыл тучный лысеющий мужчина с маленькой собачкой на поводке. Интересно кто кого выгуливает?
На пороге церковного прихода священник разговаривает с женщиной в черном. Лицо ее скрыто вуалью, но по ссутулившейся фигурке видно, насколько сильно она переживает свое горе.
Церковь всегда напоминает мне о времени проведенном в монастыре.
Монастырь этот находится в такой глуши, что на машине до него добираться около недели. Эту добровольную изоляцию нарушает только небольшая деревня Гженки, находящаяся в двух днях пути от моей тихой обители.
Как же я попала в монастырь? Когда умерла моя мать, я решила, что с меня хватит этого города, хватит нищеты, которая сопровождала каждый новый день моей жизни.
В ту пору город одолела неизвестная болезнь, которая якобы зародилась в Нулевых кварталах. Я же думаю, что на самом деле виной всему война между нашим правительством и вампирами.
Вполне возможно, что они выпустили какой-то хитрый вирус, чтобы вычислить вампиров, но тот вышел из-под контроля и обернулся против нас.
Теперь-то я узнаю эти симптомы, просто взглянув на человека. Сначала кожа шелушится и человек пьет много воды. На следующей стадии, появляются небольшие язвы. Больной испытывает постоянную жгучую жажду. И наконец, последняя стадия, когда ты уже не узнаешь в иссохшем, сплошь покрытом язвами и кашляющем кровью существе женщину, которая улыбалась тебе каждое утро, готовила завтраки в школу, играла с тобой в прятки, целовала на ночь...ту, что была твоим миром...
В день ее смерти я случайно попала в церковь. Не в силах видеть то, что осталось от моей матери, я выбежала из дома и бежала пока чуть не сбила с ног монахиню. Сестра Анна крепко обняла меня и выслушала. Она-то и привела меня в церковь. Мы вместе помолились за душу моей матери. Наблюдая, как догорает поставленная мною свеча, я слушала сестру Анну. Она рассказала мне о сотнях погибших (я и сама все это видела), о запрете на выезд из города. Я расспросила ее о монастыре, из которого она прибыла, чтобы помогать больным. Тогда мне и пришла в голову эта идея.
Отец ни за что не отпустил бы меня, поэтому я просто сбежала. Знаю, что поступила плохо, обманув сестру Анну, прикинувшись круглой сиротой, но я не могла снова переступить порог дома... Тогда не могла... О Софи я тогда не беспокоилась, ведь она оставалась с отцом.
Больше года я вела спокойную и размеренную жизнь послушницы и все чаще подумывала о постриге, пока в один дождливый день в монастырь не приехал Анди. Удивительно было уже то, что каким-то образом он отыскал меня в этой глуши. Он просил вернуться ради Софи, потому что отец совсем спился и находится под следствием. Когда я спросила почему же он не привез Софи сюда, если так беспокоится за нее, он долго и очень странно смотрел на меня. Тогда-то он и поведал о своих чувствах, чем немало удивил меня.
Анди всегда поддерживал меня, делил со мной все горести и радости... Смела ли я надеяться на большее, чем просто дружбу?! Серая мышка, которая влюбилась в дерзкого и смелого человека, поражающего своим оптимизмом среди разрухи.
Конечно же я уехала с ним. Я не знала чем это все закончится, но я сделала выбор.
И вот теперь спеша на встречу с ним, я все еще не могла поверить, что согласилась помочь Анди в деле, которое может в один момент разрушить все, что у нас есть. Ведь он хочет рискнуть всем ради призрачной выгоды.
Одно я знаю точно, я буду там, когда все начнет рушиться...