Квантовое бессмертие

В данной главе присутствуют элементы нецензурной лексики и упоминаются пожары! Если что, этот автор предупредил)

Прим.от автора: начали за здравие (slow atmosphere) - закончили за упокой...

Nightwalker – TEN
GOTTASADAE - Bewhy

2174 год (3 года спустя), Шанхай, район Пудун

До будильника оставалось всего семь минут, но вставать с кровати раньше рингтона Ли Сюэ не собирался. Лёжа на спине и скрестив руки под головой, он просто уставился в потолок, по привычке задумавшись о чём-то. В прочем, сейчас погода этому только сопутствовала: октябрь выдался пасмурным и почти каждый день серые облака покрывали собой небо, лишь пару раз позволяя редкому лучу солнца упасть на промозглую землю.

Мысли сменяли друг друга, перескакивали с темы на тему, постоянно то исчезая где-то в глубине сознания, то резко появляясь вновь, из-за чего, всего за несколько минут, Ли Юйян успел продумать несколько вариантов событий сегодняшнего дня, мысленно подправить пару штрихов в одной картине, вспомнить весь объём рабочих дел и ещё много подобных вещей. Но, увы, мёртвую тишину прервала песня на будильнике, что тут же была выключена, даже не дав певцу произнести хоть одну строчку. Только вот и сейчас подниматься с мягкого матраса парень не торопился, из-за чего, думая о том, как бы хорошо было сегодня не идти на работу, пролежал так ещё минут десять, наблюдая за мраком на улице через большое панорамное окно высотки

Квартиру здесь Ли Тянь подарил ему почти сразу после получения диплома и, со словами, что теперь спокойно отпускает во взрослую жизнь, вручил ключ-карту и договор дарения со всеми прочими бумагами. Тогда для Ли Юйяна это было похоже на благословение с небес, ведь, мало того, что ЖК оказался новеньким небоскрёбом в Пудун, так ещё и сама квартира была не маленькой и, по мимо основных комнат, включала в себя ещё две. И хоть Ли Тянь отзывался об этом с намёком на будущее, сам Ли Сюэ для себя уже решил, что одну из них пустит под рабочий кабинет, а во вторую перетащит все картины и материалы, сделав некую студию, о которой так долго мечтал. В конце концов, хоть его комната в отцовском доме была далеко не маленькой, места там перестало хватать, как только на втором курсе Цзяо Тун он решил начать рисовать ещё и маслом, после чего различные холсты заполнили почти всё пространство. Теперь же все они, как и остальные работы, заполняли уже отдельную комнату, а некоторые и вовсе висели на стенах по всей квартире, нарисованные специально под её дизайн.

Вздохнув, Ли Юйян, не без усилий, стащил свою тушку с кровати и, зевая и потягиваясь, словно кот после крепкого сна, направился на кухню, успев споткнуться об штанину растянутой серой пижамы. Но на полпути вспомнил про оставшиеся в спальне очки и телефон, после чего, цокнув языком и закатив глаза, вынужденно вернулся за ними, надеясь, что хоть сейчас ему удастся выпить чашку крепкого кофе, ставшую уже жизненно необходимой.

А за окном шёлковой завесой всё окутывал туман, от чего силуэт города казался размытым. Фонари на улицах и сияющие небоскрёбы утонули в этой дымке, и их свечение больше походило на белые сферы или полосы, нежели на привычный поток ярких лучей. Осеннее солнце только собиралось подняться из-за горизонта, но тут же было остановлено облаками, заполнившими всё небо. Сейчас казалось, что весь этот утренний мрак отдавал необычным серо-синим цветом, что, словно приглушённая неоновая подсветка, проникал в окна. На улицах будто бы исчезли все признаки жизни, и лишь редкие машины проезжали по дорогам, разбавляя собой атмосферу постапокалипсиса.

Не став включать свет или какую-то ещё подсветку, Ли Сюэ уже на автомате подцепил с барной стойки стакан, подставляя его к кофемашине и нажимая на кнопку с американо - его любимым кофе ещё со школьных времён. И, в ожидании приготовления своеобразного эликсира жизни, не спеша пролистывал новостную ленту и сообщения из соц. сетей, пытаясь найти там хоть что-то интересное, но, к счастью или сожалению, всё оказалось довольно примитивно. Да и само его утро уже давно потеряло всякую уникальность, от чего каждый раз напоминало то, что было неделю или, может, год назад. Проснуться раньше будильника; встать с кровати только с первой нотой рингтона; выпить кофе и, если повезёт, перекусить парочкой печений; привести себя в порядок, точнее, правильнее сказать, красивый вид, не напоминающий заблудшую душу и не кричащий о том, что он опять спал лишь несколько часов; и, захватив сумку, спуститься вниз, где обычно всегда уже ждал Чжао Кай на своей машине, постоянно подхватывающий с собой до Дасин Ли Сюэ и Цин Циньшэнь – всё это вошло в привычку настолько, что уже больше походило на временную петлю, замкнувшуюся ещё три года назад и всё никак не отпускающую из своих пространственно-временных цепей.

Сегодня всё было также, за исключением того, что Чжао Каю не повезло и последние две цифры номера его машины как раз выпали в ограничении движения, так что ему самому и остальным два придётся либо раскошеливаться на дорогущее такси, либо же ехать на метро. Последний вариант, хоть и был самым быстрым, так же был и самым не любимым у Ли Юйяна, от чего он постоянно пытался добраться до работы так, чтобы не сталкиваться с огромными толпами таких же бедолаг. И хоть Цин Циньшэнь частенько шутила по этому поводу, парень и не думал отступать от своих "принципов". В прочем, отдавать сотню-другую юаней за то, чтобы просто добраться до здания блока B22, он тоже не собирался.

Примерно за час окончательно закончив всякие мелкие сборы, Ли Сюэ уже в сотый раз спросил себя, зачем он вообще пытается как-то заморачиваться с одеждой и, каким-никаким, образом на каждый день, а не хватает из шкафа первую попавшуюся толстовку и джинсы, он ведь, в конце концов, не айдол какой-то чтобы красоваться на работе. Но сейчас простую чёрную рубашку, брюки с цепочкой сбоку и такие же тёмные грубые ботинки, вряд ли можно было назвать особо вычурными. Пожалуй, если бы не пара деталей в виде его стандартных безоправных прямоугольных очков, тонкого чёрного чëкера на шее, серебряного гвоздика в левом ухе и каффы со звездой на конце цепочки в другом, то всё казалось бы действительно очень простым.

Стоя перед большим зеркалом в прихожей и уже накинув новое серое пальто, он ещё раз взглянул на своё отражение, почему-то сейчас особенно останавливаясь на глазах, выглядящих сегодня как-то крайне необычно. Пару минут простояв просто смотря на самого себя, Ли Юйян, в итоге, плюнув на всё, быстрым шагом направился вглубь квартиры к раздвижным стеклянным дверям студии. Едва не задевая подолом пальто один из холстов, незаметно стоящий с краю, он схватил со стола скетчбук с остальными необходимыми принадлежностями, пытаясь как можно быстрее впихнуть всё это в чёрную тканевую сумку на плече, параллельно поглядывая на часы. Хоть Ли Сюэ и надеялся, что сегодня это хоть как-то разнообразит его рабочий день, всё равно понимал, что вряд ли у него будет время хотя бы на какой-нибудь набросок. Именно из-за этого он почти никогда не брал с собой артбук, и, если уж и выдавалась свободная минутка, то просто разрисовывал случайным карандашом или ручкой страницы ежедневника, и без того заполненные различными записями. Но, в большинстве случаев, немногочисленное свободное время уходило на обед, хотя, это и нормальным обедом то назвать было нельзя: как и во время учёбы, Ли Юйян постоянно забывал про существование такой необходимой вещи, как еда, питаясь лишь каким-то редкими снеками с кофе, и, если бы не Цин Циньшэнь, то непременно уже заработал бы РПП.

Внезапно вспомнив про Цин-Цин, Ли Сюэ мельком взглянул на наполовину законченный портрет девушки на столе – небольшое дополнением к её подарку на день рождения – и, отметив для себя то, что стоит поскорее его всё же дорисовать, развернулся, направляясь к выходу из квартиры.

Вероятно, Ли Тянь тогда не случайно выбрал именно этот жк, а из-за его местоположения в северо-восточной части Пудун, граничащей с Хункоу - районом, на окраинах которого и располагалось здание Дасин B22. От сюда до блока было около получаса пешком если идти по главным улицам и ещё плюс несколько минут пройти по мосту через Хаунпу, но, если срезать путь дворами, то можно управиться и за двадцать с небольшим. Только вот, далеко не все идеально ориентируются в лабиринте узких улочек, от чего многие предпочитали либо пройти по основному пути, либо же воспользоваться общественным транспортом. Но Ли Юйян не относился ни к тем, ни к тем. Ещё три года назад идеально выучив пеший маршрут от дома до работы окольными путями с наименьшим скоплением людей, он постоянно пользовался им, когда машина Чжао Кая попадала под ограничение движения.

Сегодня именно так и было. Быстро преодолев территорию ЖК и выйдя на главную часть улицы, Ли Сюэ почти сразу же свернул с неё в переулок, а с него и на простую улочку спальной части района. По прямой от туда шла ещё одна дорога к мосту и набережной реки Хуанпу, отделявшей Пудун от нескольких центральных районов Шанхая: ненавистного прогнившего Янпу, полного уличных крыс*, Сюйхуэй, Хуанпу и, конечно же, Хункоу.

В прочем, в таком расположении двадцать второго здания Дасин не было ничего необычного: многие их блоки располагались чуть ли не в центре крупных городов, занимая самые выгодные позиции, один только B22 чего стоил. Однако, до B1, B2 и B3 – в народе прозванными Пекинским треугольником – Шанхайской части было далековато, так же как и до B9k в Циндао, являющийся стратегически важным блоком организации, состоящим из трех корпусов, охвативших собой весь город. Но в Шанхае тоже находился один очень важный объект – подконтрольный двадцать второму блоку B21 на острове Чунмин. Многие из жителей города часто отзывались про него в некой мистической окраске, так как это было, чуть ли единственное здание Дасин, которое не имело прямой связи с остальными – кроме B22, разумеется, -  и, ко всему прочему, занимало собой почти весь остров, на котором раньше жили гражданские. Но на этом «особенности» двадцать первого не заканчивались. Доступ ко всему этому «проклятому блоку» имели лишь руководящие должности из B22 или из провинций Чжэцзян и Цзянсу, на границах которых находился Шанхай, либо же верхушка всей организации. Ли Юйян, как только достиг статуса начальника первой группы отдела Тяньти*, тоже получил право к доступу на особо охраняемый загадочный объект и как-то раз на пару с главой двадцать второго блока и ещё несколькими руководителями был вынужден там побывать. После этого он отзывался о B21 крайне нелестно, постоянно говоря любопытной Цин Циньшэнь о том, что ей вообще нечего там делать, и что всё то здание не сильно отличается от их B22. Но девушка, хоть почти сразу поняла, что Ли Сюэ ей нагло врал, довольно долгое время не оставляла надежд узнать хоть что-то, но, в итоге, всё же сдалась, прекратив постоянные допросы друга: мало ли, вдруг он попросту подписывал договор о неразглашении информации, чтобы было очень вероятно - настолько вероятно, что и вовсе являлось правдой.

Сейчас же Ли Юйян не торопясь шёл дальше к краю Пудун – реке Хуанпу, постоянно поправляя чёрный шарф, закинутая на плечо вторая половина которого, так и норовила упасть. На небе солнце уже вошло в очередной круговорот дня и ночи, но серый туман облаков не желал пропускать его лучи. Из-за этого, хоть на улице уже и было довольно светло, казалось, что всё будто бы покрыто серым мраком. Холодный ветер гулял по набережной, заглушая собой шум машин от близлежащих дорог и различные голоса.

Людей здесь всегда было много и хоть утро ещё оставалось ранним, многие уже прогуливались вдоль реки, разглядывая погружённые в туман небоскрёбы. Да и сам Ли Сюэ исключением не был. Включив музыку в наушниках и смотря по сторонам, он старался запомнить абсолютно всё, начиная от оставшихся осенних листьев, уже приобретших вишнёвый цвет, что опадали с деревьев на мокрый асфальт или уже порыжевшую траву, и заканчивая лёгкими волнами на Хуанпу. В конце концов, всё это отдавало определённой атмосферой, которую он очень хотел потом запечатлеть на бумаге.

Вся эта дорога на работу могла перейти в простую прогулку, если бы, едва завидев здание Дасин и линию поезда на магнитной подушке на другом берегу, Ли Юйян не вспомнил про изначальную цель и не ускорил шаг к мосту: опаздывать было нельзя. И он явно не был бы собой, если бы позволил себе задержаться хотя бы на пару минут и дойти до B22 позднее всех подчинённых, но и самым первым у Ли Сюэ прийти не получилось. Стоило ему только преодолеть остаток пути до самого блока, немалую часть по прилежащей к нему территории и пройти остальную часть уже в здании Тяньти, как в холле их группы на пятнадцатом этаже он тут же встретился с улыбающейся Цин Циньшэнь, сразу поспешившей его поприветствовать:

- Утречка*, начальник Ли!

- Боги, Цин-Цин, - закатил глаза Ли Юйян, меняя местами в гардеробе пальто с таким же белым длинным пиджаком, чем-то напоминающим улучшенную версию обычного халата, который все носили по форме, - Когда ты, наконец, перестанешь меня так называть?

- Никогда, - девушка пожала плечами, растягивая губы в улыбке:

- Я ведь подчинённая, а не такая же начальница.

Но Ли Сюэ подкола не оценил и, недовольно цокнув языком, произнёс:

- Издеваешься, да? Столько раз ведь просил обращаться как обычно и всё, без всяких там дополнений.

- Да ладно тебе, - отмахнулась Цин Циньшэшь и, хоть явно поняла, что начальник Ли сегодня не в настроении, всё равно спросила:

- Неужели до сих пор не привык к тому, насколько серьёзно это звучит?

- Тебе какая разница: привык или нет? Просто называй по имени, пожалуйста, - чуть понизив голос, Ли Юйян сделал акцент на последнем слове, - А то от тебя это звучит уж слишком странно.

-Ладно-ладно, так уж и быть, - наконец сдалась девушка, и, резко что-то вспомнив, посмотрела на наручные часы, параллельно спрашивая:

- Кстати, а где Чжао Кай? Я его ещё не видела, а по времени он уже должен прийти.

Цин Циньшэнь оказалась права, и ждать ещё одного астронома-астрофизика долго не пришлось: не прошло и минуты, как сзади раздались шаги и голос третьего из их компании.

-Эй, Цин-Цин, Ли Юйян! - крикнул из начала холла Чжао Кай, быстро направляясь к ним, несколько раз помахав рукой в качестве приветствия.

Ли Сюэ не раз замечал, что хоть этот раздолбай - Чжао Кай - всегда был на гране, но по настоящему никогда не опаздывал и, ко всему прочему, несмотря на поведение и внешний вид школьника, показывал хорошие результаты на работе. Да и не только на работе, так же было раньше на учёбе, когда он мог всё данное на проект время заниматься всём, чем угодно, но только не заданием, а потом в последний день сдачи с ноги заявиться в аудиторию и сдать всё почти на высший балл. Ли Юйян пару раз видел, как тот проворачивает эту схему и был крайне удивлён, когда понял, что тот всегда в середине презентации начинал постепенно переходить на другие темы, шутить и делать всё, чтобы заболтать или, в этом случае правильнее сказать, загипнотизировать преподавателя. Со стороны это выглядело как схватка улыбающегося* и бумажного тигра*, в которой первый умудрялся побеждать благодаря харизме и подвешенному языку. Иными словами, хоть Чжао Кай и мог постоянно вести себя идиот, но на самом деле идиотом он далеко не был. В конце концов, астроном-астрофизик с красным дипломом Цзяо Тун никак не мог оказаться каким-то глупым хаски*.

Такого мнения был не только Ли Сюэ, но и Цин Циньшэнь, которая, только завидев друга, снова приободрилась, явно довольная тем, что теперь не придётся одной терпеть нудного начальника:

- О, вспомнишь лучик вот и солнце, утречка!

-Ага, - быстро подойдя к подруге и Ли Юйяну, Чжао Кай прислонился к стене рядом, пытаясь выровнять дыхание и говорить не с такой явной одышкой в голосе:

- Ура, я не опоздал! Такси в пробку попало, и я отдал на двадцать юаней* больше, хотя мог бы на это позавтракать! Из-за неё мне ещё пришлось бежать до блока, чтобы успеть, и ладно бы ещё это, так у лифта было слишком много людей и мне пришлось подниматься по этой ëбаной лестнице!

Подобной фразой ему удалось рассмешить только Цин Циньшэнь, а на Ли Сюэ это уже не подействовало:

- Кто о чем, - обречённо вздохнул парень, поправляя очки на переносице - За что мне всё это...

И хоть вся эта картина была замечена многими из работников отдела, все они предпочитали просто наблюдать со стороны, изредка переглядываясь и перешëптываясь.

Ли Юйян уже собирался сказать этим двоим, что лучше бы они шли работать, но не успел даже открыть рот, как его опередили. Слева раздался голос одного из директоров B22:

- Зря ты так, Шао-Ли*. Эти двое, вообще-то, вчера вечером притащили тебе новую маркерную доску, а то тот маркер так и не оттёрся.

Хуан Фэн* был мужчиной среднего возраста уже почти три десятилетия контролирующий отдел Тяньти в двадцать втором блоке, от чего среди работников тайно получил прозвища «Второй Канси*» или «Бессменный Хуан». Однако, не смотря на это, все астрономы-астрофизики его очень уважали и не смели даже подумать про него ничего плохого. Да и причин для этого не было: местный император всегда славился своим лояльным отношением к работникам и спокойным характером. Под его начальством весь астрофизический отдел B22 больше походил на одну очень большую семью, собравшуюся вместе на Чуньцзе*, нежели на типичный офисный коллектив.

- А, да? – удивился Ли Сюэ, переводя взгляд с директора на двух подчиненных:

- Ладно, за это спасибо.

Дождавшись хотя бы одного простого «Спасибо» от начальника, Цин Циньшэнь буквально засияла, с довольной улыбкой пихая локтем в бок Чжао Кая, явно не понимающему, за что его так. Но, в прочем, понимать ему и не потребовалось.

- Ладно, это всё, конечно, хорошо, но от работы тоже не отлынивайте, - поправив пиджак и накинутый на него белых халат, Хуан Фэн уже было ушёл, но внезапно обернулся, добавляя:

- Шао-Ли, ты вчера так и не отправил мне отчёты за прошлую неделю, не забудь про них сейчас.

- Простите, директор, сейчас же перекину их вам, - тут же заверил его Ли Юйян и, как только «Второй Канси» скрылся за поворотом второй группы Тяньти, ничего не сказав Чжао Каю и Цин Циньшэнь, сам поспешил к себе в кабинет, находившийся в противоположной части этажа.

Весь этот рабочий день обещал никак не отличаться от остальных, но всё равно что-то сегодня будто было не так. Работы из B1 пришло гораздо меньше, чем обычно; Цин-Цин, после утреннего разговора, притихла и погрузилась в анализ новых данных; Чжао Кай сначала действительно выполнял несколько поставленных задач, а потом, по видимому закончив пораньше, прохлаждался то развалившись в кресле и по своему обычаю раскладывая пасьянс или играя в го*, то гуляя по всему их этажу, болтая с каждым, кто только попадался на глаза; Шу Сяояо, вместе с ещё несколькими из Т-1, которые также пришли сюда после окончания Цзяо Тун, уже несколько дней работала над улучшением карты, постоянно переводя её с китайской на западную культуру неба и добавляя туда всё новые и новые объекты - все старались закончить с работой пораньше, чтобы не провести в B22 весь пятничный вечер. Все, кроме одного.

Ли Сюэ уже несколько часов монотонно разбирался с множеством различных бумаг, которые проще было бы поручить Цин Циньшэнь, почти получившей красный диплом юриста в Фудань*, но та была и так занята, от чего нагружать её ещё больше парень совсем не хотел. Хоть руки на механическом уровне и заполняли различные документы, мысли были сконцентрированы далеко не на них или докладах подчинённых, а то и дело улетали куда-то за границы этого мира. С самого начала рабочего дня его преследовало какое-то странное предчувствие, будто бы что-то вот-вот должно произойти. Оно на репите крутилось где-то в голове, постоянно отвлекая Ли Юйяна от работы, которую тот, на удивление, вообще сейчас как-то умудрялся выполнять.

На одном из двух больших безрамочный мониторов чуть ли не каждые пять минут всплывали различные уведомления, но все они сразу же отмечались как прочитанные, а все, кто заходил что-то сказать, сталкивались с излучающим ауру недовольства молодым начальником. Внезапная тревожность выбивала из привычной колеи, из-за чего Ли Сюэ казался ещë более недовольным, чем обычно, и распугивал одним своим видом половину подчинённых. Да что уж там они, даже пару раз подходящий спросить про несколько отчётных бумажек, Хуан Фэн поинтересовался, почему тот выглядит так, будто бы одно неверное слово какого-нибудь бедолаги и Ли Юйян точно пойдёт под суд по 232 статье*. Но в ответ бессменный Хуан получил лишь размытое: "Магнитные бури, голова болит". И ложью это особо то и не было, ведь голова от всего этого действительно разболелась, из-за чего начальник Ли уже практически молился, чтобы этот рабочий день закончился как можно быстрее и он смог вернуться домой, чтобы со спокойной душой дорисовать парочку картин, на которые до этого времени совсем не хватало.

Видимо сегодня удача всё же не окончательно от него отвернулась и, когда до официального завершения дня оставалось пару часов, ему почти не приходилось ни с кем разговаривать и Ли Сюэ, устроившись в рабочем кресле, просто наблюдал с пятнадцатого этажа за закатом и тем, как поезд на магнитной подушке постоянно то прибывает к B22, то уезжает от него.

Такие поезда курсировали по одной дороге, построенной, словно мост, и порой проходящей через весь город. Эта магнитная подушка соединяла собой все блоки Дасин так, что можно было даже из самого отдалённого B30.1 в Ланьчжоу добраться до B14.1 в Нинбо за какие-то четыре часа. Она проходила через каждое здание организации и любой работник, при надобности, мог быстро оказаться нужной ему части, что было особенно удобно для верхушки организации - в основном, вице-президентов, руководствующих блоками по провинциям - вынужденной каждые пару дней бывать на собрании в Пекине, а в остальное время контролировать всю работу. Но и это было далеко не просто, учитывая её масштабы.

Дасин больше походила на государственную монополию, полностью подчинившую себе научно-техническую и военно-производственную отрасль, отчего, если посмотреть на страну сверху, то можно было увидеть, как всю её территорию, словно одна большая паутина, опутывают линии маглева*, соединяющие множество различных блоков в крупных и не очень городах.

В прочем, сами здания Дасин были устроены не так уж и просто. Каждый блок отвечал за своё и некоторые из них, вдобавок, имели подконтрольные или связующие пункты. Все они строились в зависимости от специализации и, к примеру, B36 в Цзуньи больше напоминал собой крупное производство, а B1 или B3 - огромный офис какой-то международной компании. Шанхайское подразделение, в основном, отвечало за космическую отрасль и больше походило на что-то между этими двумя видами, так как основная часть B22 была обычным офисом, а вторая - западная - производственно-эксперементальной.

Именно из-за этого довольно большая часть Хункоу уже долгое время была отдана по территорию двадцать второго блока, а также и под его связующие пути с B21, с которыми, стоит заметить, при строительстве пришлось знатно повозиться, особенно учитывая послевоенный кризис во всём мире. Но сейчас же, благодаря ещё первому составу Дасин, страна процветала и, хоть после ядерной войны в конце двадцать первого века прогресс был значительно отброшен назад, сейчас, в двадцать втором веке, его удалось не просто восстановить, но и перегнать так, что человечество было близко к становлению цивилизацией первого типа.

К этой цели весь мир шёл уже очень долгое время и теперь, наконец, всё было почти готово к прорыву. Из-за этого весь двадцать второй блок частенько загружали работой, но, если у рядовых астрофизиков-астрономов она заключалась в анализе новых данных, собранных остальными блоками, и создании различных карт и макетов, то даже простым руководителям групп различных отделов, вроде Ли Юйяна, доставалась куда более скучная часть. Все они тонули в огромном количестве бумаг и остальной информации из докладов, которую нужно было сначала перепроверить на наличие ошибок - мало ли, вдруг какой-нибудь новичок ошибся степенью в формуле или перепутал координаты звезды - потом подписать, собрать воедино, соединить с остальными отчётами, переписать всё это в один большой доклад и отослать его директору отдела. Только после всех этих действий иногда получалось присоединиться к подчинённым за разработку чего-либо или перепись данных с телескопов в нормальный текст.

Но сегодня, не смотря на упования на удачу, та от Ли Сюэ всё же в самый неожиданный момент решила отвернуться: когда до конца официального рабочего дня оставалось уже не больше часа, на него внезапно свалили несметное множество различной макулатуры, с которой нужно было разобраться в ближайшие пару дней. Что уж поделать, для высшего руководства ведь тоже всего лишь подчинённый.

Вздохнув и в очередной раз поправив очки на переносице, парень снова склонился над множеством бумажек, подперев голову рукой и постоянно делая какие-то заметки карандашом. Пытаясь разобраться с внезапным вбросом информации, Ли Юйян по привычке сделал музыку в наушниках громче, из-за чего не заметил зашедшую в кабинет Цин Циньшэнь.

Пытаясь привлечь внимание, девушка несколько раз демонстративно кашлянула в кулак, но начальник Ли её всё ещё не замечал и, поджав губы, продолжал расписывать что-то на листе. Тогда, явно недовольная таким игнорированием, Цин Циньшэнь решила сделать по другому.

- Ли Юйян, ты меня вообще слышишь? - подойдя почти впритык и несколько раз щёлкнув пальцами перед лицом друга, спросила девушка, чем сильно его напугала.

Вздрогнув от неожиданности и выронив из руки механический карандаш, Ли Сюэ тут же развернулся к источнику проблем, уставившись на него рассеянным взглядом, видимо пытаясь понять, кто или что только что отвлекло его от работы. Но стоило только ему заметить Цин Циньшэнь, как в светло-нефритовых глазах снова появилась осознанность, и парень облегчённо выдохнул, снимая наушники:

- А, это ты Цин-Цин... Зачем было так пугать? Что-то случилось или ты принесла очередную стопку данных из B1?

Совсем не ожидавшая такой реакции на своё появление, девушка по началу хотела даже рассмеяться, но, увидев замученный вид Ли Юйяна, передумала, отвечая:

-Не угадал: не то и не другое, - Цин Циньшэнь скрестила руки на груди, - Ты сегодня какой-то нервный и уставший, так что я просто хотела тебя позвать пойти поужинать с нами.

- С нами, это с кем?

- Со мной, Чжао Каем, Шу-мэй*, несколькими из нашей группы и ещё тремя из второй. Мы сейчас их чуть подождём и пойдём. Ты же с нами?

Но как бы она не пыталась его уговорить, ответ был понятен с самого начала:

- Нет, - отрезал Ли Сюэ, но увидев, как Цин Циньшэнь вопросительно уставилась на него, одним своим видом требуя объяснений, всё же добавил:

- Сама подумай, я-то вам там зачем? Сомневаюсь, что остальные будут очень рады моему присутствию, особенно после сегодняшнего дня.

- Но! - попыталась возразить девушка, но не успела ничего сказать, как её тут же перебили.

- Никаких "но", Цин-Цин, идите без меня.

Кое-как выпроводив Цин Циньшэнь в коридор и пожелав ей хороших выходных, Ли Юйян вернулся в кабинет, параллельно поглядывая на часы и отсчитывая секунды до конца рабочего дня. Конечно, расстраивать подругу ему не хотелось, но разве смогут все остальные астрономы-астрофизики спокойно отдохнуть после тяжёлой рабочей недели, если в их компании будет кто-то из руководства? Вряд ли. К тому же сегодня, после того, как те порой шугались от одного его внешнего вида и ауры недовольства, по ощущениям разносящейся на многие километры, Ли Сюэ попросту бы не посмел бы появиться там и испортить остальным вечер: он, в конце концов, не бессменный Хуан, которого все уважали и обожали, а молодой начальник Ли, про которого порой отзывались весьма нелестно.

Ещё когда парень только устроился на работу в Дасин три года, всем сразу же стало известно, что он - сын известного и уважаемого там Ли Тяня из-за чего, как только Ли Сюэ потом достиг руководящей должности, сразу же пошли слухи, что всё это только из-за связей. Так это было или нет, не знал даже сам Ли Юйян, мало ли, вдруг его дорогой отец умудрился ещё и пробить сыну путь к верхушке организации. Но, даже если бы это и оказалось правдой, он бы не удивился: если ещё лет десять назад его мнение спрашивали, то теперь Ли Тяня оно уже мало волновало, как и то, что сыну уже не пятнадцать, а двадцать пять.

Всё это служило причинами того, что Ли Сюэ постоянно игнорировал различные корпоративы, совместные посиделки работников и подобные мероприятия. И хоть обычно он объяснял своё отсутствие банальной усталостью или нелюбовью к шуму, многие наверняка думали, что начальник Ли уже не тот стеснительный парень, явно не знающий, как вести себя на новой должности и чьим способностям к рисованию поражался весь Тяньти, а сильно зазнавшийся молодой руководитель. Считали так, разумеется, только те, кто до этого не были с ним знакомы, ведь все из другой половины первой группы - его бывшие одногрупники из Цзяо Тун - прекрасно знали, что всё это для Ли Юйяна абсолютно нормальное поведение и ему совершенно не стоит удивляться. Именно благодаря их словам парень ещё умудрялся кое-как сохранять репутацию, так что им действительно стоило отдать должное, но, увы, нормальную благодарить кого-то за все свои двадцать пять лет он так и научился.

На циферблате наручных часов высветился ровно двадцать один час, а значит официальный рабочий день, наконец, был завершён. Хоть Ли Юйян и отказался идти вместе с Цин Циньшэнь, Чжао Каем и остальными, засиживаться сверхурочно он тоже совершенно не собирался и, зацепившись за слова директора, что бумаги, с которыми он возился последний час, понадобится лишь во вторник, попросту скинул их сумку: куда лучше поработать ночью дома, нежели в офисе, особенно когда чëртова тревожность отказывалась отпускать, а, наоборот, будто бы становилась сильней.

Из-за вообще сегодня его преследует это странное предчувствие? Что должно произойти?

Отчего-то неожиданно стало страшно: осознавать то, что что-то действительно может случиться, было невыносимо. На секунду показалось, что он где-то ошибся, упустил какую-то важную деталь, но какую - неизвестно. Из-за одной этой мысли голова пошла кругом. Стеклянные стены кабинета вдруг показались сущим адом, несравнимым ни с каким уровнем Диюя. Находиться здесь стало попросту невозможно, что-то в голове буквально кричало: "Уходи! Уходи быстрее!", и тянуло далеко за пределы B22.

Но Ли Сюэ замер по среди кабинета, опустив голову и кусая нижнюю губу.

Почему? Почему всё это вообще происходит? Неужели всё это предчувствие было не просто так и что-то действительно должно случиться?! Разве тогда ему не нужно остаться и найти причину? Техническую часть блока Ли Юйян знал хорошо и там никогда не случалось никаких неполадок последние три года точно. Тогда, что не так?

Сотня вопросов мелькала в сознании, из-за чего к головокружению прибавилась ещё и боль. В попытках унять её, парень приложил пальцы к вискам, зажимая нужные акупунктурные точки, но безуспешно. От этого непонятного страха сердце забилось чаще, заставляя голубую кровь вскипеть, а дыхание - участиться.

Может он просто устал?..

Порой людям ведь бывает плохо из-за усталости, так может сейчас с ним происходит тоже самое? Ночью сон никак не шёл, но утром Ли Сюэ всё равно как обычно проснулся раньше будильника, а потом весь день поддерживал свою жизнедеятельность исключительно кофе и почти ничего не ел.

В один момент Ли Юйян перестал понимать, что с ним происходит: словно под гипнозом, он резко успокоился. Действительно, это всего лишь усталость. Нужно попросту поскорее добраться домой, можно даже на метро, неважно, главное просто выспаться. Нужно всего лишь выспаться, чуть-чуть отдохнуть и всё пройдёт.

Поддавшись внезапному желанию, объяснявшему его состояние, Ли Сюэ убрал руки с висков и тут же направился к столу выключить компьютер и, одним движением подхватив сумку со всеми бумагами и, всё ещё валявшимся там скетчбуком, он быстрым шагом вышел из кабинета, едва не забыв выключить ещё и свет.

У лифтов как обычно шаталась туча работников и сейчас Ли Юйяна это от чего-то взбесило. Но только он собирался продолжить дорогу вниз, как на мгновение зрение отказалось фокусироваться и все они показались лишь расплывчатыми тенями, мелькающими туда-сюда. Парень резко остановился посреди этажа, пытаясь подрагивающей рукой поправить очки, словно надеясь, что это поможет, но тщетно.

- Ли Юйян, ты чего? Всё хорошо? - раздался где-то справа голос, обладателя которого - Чжао Кая - Ли Сюэ опознал не сразу.

Сглотнув вязкую слюну, скопившуюся во рту, и часто кивая головой, он всё же кое-как смог ответить:

- Да-да, - взгляд мятных глаз метался из стороны в сторону, словно ища, за что зацепиться, кроме размытых лиц и силуэтов, - Я... Я в порядке, да. Это... Увидимся, я, пожалуй, пойду.

Едва различимо пробубнив пожелания хороших выходных и оставив крайне удивленных и взволнованных из-за такого его поведением остальных теней и Чжао Кая, Ли Сюэ за считанные секунды скрылся за стеклянными дверями лестничной клетки, не желая ждать лифт, который точно будет забит другими работниками, тоже явно желающими узнать, что же с ним такое - он и сам бы не против получить хоть каплю информации об этом.

Ступеньки лестницы буквально поплыли перед глазами: зрение никак не могло вновь обрести чёткость, а головокружение не проходило. Хоть Ли Юйян и спихивал всё это на усталость, но с каждой секундой тревожное предчувствие становилось только громче. Всё смешивалось в белёсый туман, и парень уже не помнил, как вообще сумел преодолеть пятнадцать этажей вниз в таком состоянии и, при этом, не упав. Кое-как дойдя до гардероба, он даже не удостоился поменять пиджак-халат на пальто, а просто накинул его и чёрный шарф поверх, торопясь поскорее покинуть здание блока.

От чего он бежал? Почему? Зачем?

Вопросов было больше чем ответов. И он обязательно разберёт со всеми ними, но потом, всё потом.

Длинный подол серого пальто вместе с шарфом развевался на ветру, когда Ли Сюэ буквально пулей вылетел из B22, только вот, даже сейчас лучше не становилось. На несколько секунд он просто остановился на дороге у входа, нервно вдыхая, хоть и не самый чистый, но зато прохладный воздух, надеясь остудить разум. Но даже дышать нормально не получалось, из-за чего парень несколько раз ударил себя по щекам, словно пытаясь заставить вновь здраво мыслить, но что-то всё ещё продолжало упорно кричать ему, что нужно поскорее уходить отсюда. Схватив очки за одну дужку, Ли Юйян одним движением снял их, вешая на ворот лёгкой рубашки, и, проведя пятернёй пальцев по растрепанным ветром чёрным волосам, вновь быстро направился к краю этой злополучной территории блока.

Повернув голову в сторону Пудун, словно пытаясь понять, насколько быстро получится добраться до дома, Ли Сюэ не заметил чью-то тёмную тень, проходящую совсем близко к нему, от чего столкнулся с ней плечом. Умудрившись из-за этого споткнуться и чуть ли не упасть на ровном месте, парень, не сбавляя шаг, на несколько секунд обернулся на человека в чёрном, что на мгновение также посмотрел на него и просто продолжил идти прямо как ни в чём не бывало.

Аллея вдоль основной дороги к Тяньти уже почти закончилась и, под свет от небоскрёбов и только загоревшихся фонарей, что прорезали опустившийся на неё сумрак, Ли Юйян, наконец, преодолел оставшуюся часть территории B22 Дасин, быстро проходя через турникеты у высокой ограды и буквально выбегая на оживлённую главную улицу Хункоу. Люди мелькающие там, словно бесконечный поток частиц, в глазах Ли Сюэ постепенно начинали обретать чёткость и переставали казаться просто размытыми тенями.

Хотя бы здесь всё было как обычно: вечером улицы наполнялись смехом и множеством различных голосов, отдававшихся эхом среди небоскрёбов. Многие попросту спешили с работы или учёбы, а некоторые просто не спеша прогуливались среди высоток, где-то вдалеке полиция задерживала какого-то нарушителя, а в метрах тринадцати от Ли Сюэ несколько человек весело переговариваясь шли к ближайшей станции метро. На ещё заметном от сюда маглеве, поезд на магнитной подушке в очередной раз, отбывал от двадцать второго блока, стремительно набирая скорость: по-видимому снова направлялся к B23 в Ханчжоу.

И только Ли Юйян собирался слиться с общей толпой и доехать до Пудун на метро, как что-то резко ударило в голову. Не успел он сделать дальше и шага, как тело вдруг отказалось двигаться, замерев на месте: за место прохладного осеннего ветра, в спину резко подул обжигающе горячий поток воздуха, идущий со стороны Дасин.

- Чжао Кай, Цин-Цин.., - единственное что смог прошептать Ли Сю, оборачиваясь назад. В туже секунду его глаза расширились в немом шоке, а поперёк горла будто бы встал ком: северо-восточная часть отдела Тяньти была в огне.

____________________
Примечания:
* - Синкун - с китайского "星空 (xīngkōng)" переводится как "Звёздное небо" или "Небеса".
* - Уличная крыса (过街老鼠 (guòjiē lǎoshǔ)) - так в Китае называют общий объект презрения.
* - Тяньти (天体 (tiāntǐ)) - с китайского переводится как "Небесное тело", а также эти два иероглифа входят в состав "天体物理学 (tiāntǐ wùlǐxué)", что означает " Астрофизика", так что Тяньти (天体 (tiāntǐ)) здесь как некое сокращение для названия отдела.
* - Утречка - В китайском языке фраза доброе утро пишется так "早上 (zǎoshàng)", но сами китайцы чаще используют только первый иероглиф "早 (zǎo)", из-за чего это можно скорее перевести как "Утречка", а не полную фразу "Доброе утро".
* - Улыбающийся тигр (笑面虎 (xiàomiànhǔ)) - в китайском сленге - "Лицемер" или "Притворщик", здесь относится к Чжао Каю.
* - Бумажный тигр (纸老虎 (zhǐ lǎohǔ)) - в китайском сленге - какая-то вещь или человек, который кажется страшным, но на деле таковым не является. Здесь относится к профессорам в университе.
* - Хаски (哈士奇 (hāshìqí)) - в Китае так называют глупых, но, при этом, драматичных и артистичных людей.
* - Шао-Ли (少凓 (shàolì)) - приставка "Шао" используется для обращения к младшим коллегам и т.п. и переводится как "Молодой", здесь директор Хуан обращается так к Ли Юйяну в несколько неформальной манере.
* - Хуан Фэн – Имя Хуан Фэн состоит из двух иероглифов "皇凤 (huáng fèng)". Первый иероглиф "皇 (huáng)" здесь просто как фамилия, но может иметь значение "Император", а второй - "凤 (fèng)" означает "Феникс". Грубо говоря, его имя может перевести как " Император-Феникс" или "Император фениксов".
* - Канси – император Китая династии Цинь, правящий с 5 февраля 1661 года, по 20 декабря 1722 года (61 год). Его долгосрочное правление послужило началом периоду Великой Цин и принесло стабильность после войн и разрухи. В данном контексте подразумевает под собой бессменного правителя.
* - Чуньцзе - Китайский новый год, он же Лунный новый год или же Праздник весны. Отмеряется всегда по лунному календарю, из-за чего его дата не постоянна.
* - игра в Го - стратегическая настольная игра, возникшая ещё в Древнем Китае
* - Фудань - один из самых престижных вызов в Китае, был основан в 1905 году в Шанхае, где сейчас и расположен. Предоставляет получение образования почти по всем сферам.
* - 232 статья УК КНР - "Статья 232. Умышленное убийство
Умышленное убийство- наказывается смертной казнью, пожизненным лишением свободы или лишением свободы на срок десять и более лет; то же деяние, совершенное при смягчающих обстоятельствах, наказывается лишением свободы на срок от трех до десяти лет.
* - Маглев - сокращённое название поезда на магнитной подушке.
* - Шу-мэй - с китайского "束妹 (shùmèi)" будет переводится как "Младшая сестра Шу", так в Китае многие обращаются к девушкам, которые младше их, добавляя к их фамилии слов "妹 (mèi)" - "Младшая сестра".

От автора:

Больше фрагментов будующих глав и инфы про саму историю можно найти в тгк: ✧Пристань Юньхэ✧ || Кайли Сиу