АТиНС

За затылком Ари – неизвестных размеров пространство, такой же, как ему кажется в неведении, смертельный жёсткий пол и звонкий аристократического склада смех, несущийся откуда-то из глубин апартаментов. Красивый. Увидеть его обладательницу ему захотелось внезапно сильнее, чем разбить череп о бетон.
Рывок.

Он тут же перестаёт жмуриться. Не отвлекаясь от увлечённой болтовни с подругой, Ксит не глядя успевает схватить приятеля за края балахона, одним движением превращая летальную встречу затылка с бетоном во всего лишь немного позорное падение на зад. Хотя и насмешек избежать удалось – он получил руку помощи так быстро, что успел подняться и встать по стойке до того, как юная хозяйка апартаментов обратила своё внимание на чужое присутствие. Из всего разнообразия громких хаотичных звуков был выдернут лишь смех, перетёкший в приближающиеся шаги под оставшийся в другой комнате аккомпанемент пластикового шороха, глухих постукиваний и редких нецензурных выкриков.

– Мисс Мару! – хором девочки внезапно чуть ли не завизжали после секундного молчания и тут же ринулись так по-детски её обнимать. Они очень любили новую девушку своего старшего приятеля, любили её с тех пор, как несколько месяцев назад она только поселилась на Нулевом. Такая милая.

– И как это вы сюда попали? – в её голосе не было ничего, кроме искренне-добродушного желания узнать, как мог защищённый кодом доступа, ведущий прямиком в апартаменты лифт позволить гостям без приглашения и сопровождения попасть внутрь. Ксит виновато потупила взгляд, но подняла на обозрение наскоро слепленный два дня назад из плат и проводков убогого вида ключ для цифровой панели. Подделку очень сложно назвать качественной с эстетической точки зрения, но главное – она рабочая. Мару очень по-доброму и немного насмешливо закатила глаза, и в этот момент её взгляду попался и новенький. Кажется, она его уже где-то видела? Сложно было не обратить внимания на парня с нестандартной для Нулевого длиной волос, если честно.

– Ты их... Ты их друг?

– Да, вроде, – Ари немного попятился назад, и в образовавшуюся паузу в диалоге сиюсекундно ворвалась Ксит:
– Он наш друг! Мару, он в совете работает!
– В совете, значит.
– Он там главный!
– Не припоминаю такого.

– Недавно наняли, – через силу советник попытался вклиниться в беседу, но тут же был задавлен более громким собеседником.
– Недавно наняли! – вторила ему девчонка, вложив так много восхищения в свою речь, что Мару, казалось, сейчас снесёт.

– Это весьма занимательно. Вы хотите чай?

Ари не хотел чай. Но не быть вежливым он тоже не хотел, а у того, чтобы просто выпить чашечку горячего напитка, было куда меньше последствий, чем у второго варианта. Неуверенный шаг вперёд, за ним новый и далее – плетясь позади остальных, он наконец-то забрёл в соседнюю комнату, откуда всё это время и доносился пластиковый треск. Это было... Поражающе. Стоявшая практически в центре помещения платформа на самом деле не вызывала каких-то особых эмоций, но парень, лихорадочно что-то на ней отплясывающий, был больше похож на жертву изощрённой пытки или, кто знает, продукт генетическо-психического эксперимента? Массивный шлем на его голове конским хвостом до пола выпускал от затылка глянцевые чёрные кабели, а целые потоки узких проводов струились по внешней стороне ладони от пальцев по предплечьям к локтям, где, собравшись в единый стебель, прятались под ткань костюма. Лица не видно, да и сам он на прибывших не реагировал. Если бы Ари не видел раньше, как девочки облачались в костюмы для игр виртуальной реальности, отдалённо напоминающие это нечто, он точно попытался бы бежать. Бежать со всех ног. Прочь с Нулевого. И пусть его хоть в полёте поджарит.

– Мы не очень вовремя? – Ксит с насмешкой рушится на гостевой диванчик, будучи не в силах отвести взгляд от игрока в виар-сете. – Неудачный раунд?

– Просто не обращай на него внимания. Его кто-то вздёрнул по сетке сорок минут назад, так он до сих пор так яро пытается отыграться, что пропустил семнадцать звонков от твоего брата, – Мару ставит аккуратный розовый чайник на журнальный стол перед ребятами, практически собравшись отойти за кружками.

– Гайрдри звонил?!

– Да.

– И ты ему не сказала?!

– Я боюсь к нему подходить – вдруг тоже огребу.

– Почему ты не ответила на звонок?
"Я тебя не слышу!" – лишь полугромкая реплика со стороны кухни.

Браво.

Ксит сверилась с расписанием старшего. Немного времени у них, кажется, было. Она боком наклонилась к подруге:
– Пьём чай, вымаливаем перчатки и сматываемся отсюда по-хорошему.

Переглянулись. Кивнули друг другу. Одна схватила чайник, вторая – советника под руку, и обе рванули на кухню за девушкой.

Шумы насилия над пластиком прекратились. Возня. Скрежет молнии. Возня.
"Твою ж."

Возня. Скрип резины проводов. Шаги.

– Ты представляешь, этот придурок смог позвонить мне семнадцать раз за две... Четыре... За три минуты, во, – только что игравший в соседней комнате парень ещё не успел заметить друзей, продолжая скроллить список вызовов на телефоне, но лишь увидел их – и радостная улыбка сама возникла на лице. — Приветствую, дамы и?..

– Я здесь работаю.

– Типа друидом каким-то?

– Типа советником императора, — он уже было осмелился горделиво задрать подбородок, хоть немного чувствуя себя среди сливок монархии не пустым местом, но в ответ получил только рукопожатие, да и то – без особого восхищения.

– Ага. Ясно. А я Леон. Я типа контент-мейкер. Стример, если точнее.

– А. Ари, — советник представляется, получая свою ладонь назад. Все остальные слова, не являющиеся словом «Леон», он старательно пытается не запоминать.

Советник отметил забавный золотой оттенок жёлтого рубашки нового знакомого: за игровым костюмом он не сразу его разглядел. Видимо, это цвет влиятельных геймеров Нулевого? Может быть. Его девушка ходила в такой же. Интересно, какие игры нравятся ей?

Мару выдала чашку и новоприбывшему геймеру. Все приступили к чаепитию.

Вкусно. Ари, едва учуяв запах из своей кружки, чуть ли не накинулся на её содержимое, отпрянув лишь тогда, когда понял, что обжёгся. Больно. И... Странно.

Он поднимает взгляд от кружки и описывает им дугу по всем здесь собравшимся, наблюдая, как буквально каждый спокойно, иногда с прихлёбыванием, пьёт из своей тары. Нормально. Как будто так и должно быть. От чая разило лиственной кислинкой, и этот запах отлично перекликался с воспоминаниями о его детстве. Подсунуть настой на травах вместо привычного синтетического чая – действие, которое преступлением не назовёшь, пока не начнёшь задумываться, откуда эту самую флору достали. Каждый новый глоток давал ему призрачное ощущение прибавляющихся сил, но, кажется, ему одному. Остальные? Повержены заражающей зевотой. Кажется, только Мару смогла этому противостоять.

Знакомый звон лифта – и вряд ли это мог бы оказаться кто-то, кроме одного-единственного человека из здесь отсутствующих, у кого имеется официальный ключ доступа в апартаменты на сорок пятом этаже.

– Леон! Чтоб тебя! – голос строгий, резкий, испугался бы любой. Ксит на рефлексах вжала голову в плечи. – Я отлучился за кофе на пять! Минут! Я возвращаюсь за мониторы, и? Активность по нулям! Стрим отключен! Ты!

Притаившиеся на кухне только лишь и слышали, как чужие ботинки стремительно сокращали расстояние до рабочей игровой зоны хозяина квартиры.

Только когда он ударил ладонью по столу начальника, подозревая, что тот опять уснул за мониторами, вошедший оторвал глаза от телефона и наконец-то осознал, что в комнате никого нет. Срочно дозвониться до лодыря. Если он и сейчас не возьмёт трубку – у него будут огромные проблемы. Большой палец дважды ударил по экрану мобильного.

"Работа" – в числе избранных контактов, так что долгожданные гудки нетерпеливый услышал меньше чем через полторы секунды.

Раз гудок.

Два гудок.

"Да, сэр?"

И смех. Из кухни. Когда звонивший чуть ли не с дёргающимся нижним веком залетает туда, он обнаруживает Леона, едва-едва держащегося прямо. Своё покрасневшее от смеха лицо тот кое-как прячет в плече Мару, пока сама девушка просто сдержанно хихикает и придерживает руку парня, чтобы геймер не выронил свой мобильный.

– Вы трое!

Ари мигом глянул по сторонам: ни Ксит, ни Эрны. Их действительно трое. Тяжкий вздох, последние глотки отвара (уже не такие размеренно-изучающие), и он отставил кружку на стол, виновато рассматривая пушистый коврик под ногами. Мгновение на то, чтобы глянуть наверх, и, ужас, это было худшим решением в данный момент: только что зашедший в комнату парень всё это время молчал лишь потому, что внимательно и грандиозно недовольно изучал самого Ари.

– А что ты здесь делаешь?

Советник замялся. Выдавить из себя хоть одно слово сейчас – сложнее, чем стоя лицом к двадцати коллегам в конференц-зале. Они-то, по крайней мере, ему бы поверили.

– Мистер Гайрдри! – в дело вмешалась Мару. Кажется, Леон тоже, просмеявшись, решил попытаться оправдать советника, но если что-то девушка за короткое время пребывания с ним и выяснила, так это то, что ведение дел дипломатических ему лучше не доверять. Она прикрыла рот парня пальцами и с самой невинной улыбкой на свете обратилась к постепенно успокаивающемуся Пьеру-старшему:

– Это... Это я его привела.

– Ты? Но зачем?

Мару, может быть, где-то внутри и дёрнулась от неожиданного вопроса, но со стороны продолжала держаться стойко:

– Мы обсуждали... Мы обсуждали репарацию оппортунизма...– она замялась и глянула в сторону Ари.

Тот незамедлительно втянулся в процесс:
– Мы обсуждали репарацию оппортунизма в обструкции общественно-политического движения.

Мару уверенно кивнула.

Ари кивнул ещё увереннее.

Гайрдри кивнул очень медленно.

Понял ли он хоть слово? Едва ли. Была ли эта фраза наскоро сшита из не связанных между собой рандомных политических терминов? Ещё как.

– Я понял, – выдал Пьер-старший, хотя он, разумеется, не понял, – в следующий раз обсуждайте свои вопросы в конференц-зале. Ему нельзя здесь находиться. Даже при сопровождении.

В следующую минуту советника уже выводили в лифт. Где-то за дверцами кухонного шкафчика, боясь издать хоть один звук, в полной темноте прятались школьницы Эрна Йенсит и Ксит Пьер.