Слово

Тёмная сторона ночного города всегда была жестокой. Поэтому Дора здесь.
Всем плевать на твоё настоящее имя. Всем всё равно на твою предысторию. Все смотрят лишь на твои поступки, и вот за это послевоенный рассудок женщины пристрастился к Подполью. Эта обстановка была привычнее, чем законная работа.
Хотя, если подумать, всё могло было быть наоборот. Если бы не было беспричинной войны, то психика, тогда юной девушки, не пошатнулась. Но можно заглянуть дальше, в корень проблемы. Если бы её не продала собственная мать на опыты, то не было ни войны, ни уличной жизни, ни дискриминации в истории ничтожного животного, которая преследует её по пятам и мысль об этом не даёт спокойно насладиться пейзажами с мостовой.
Как сейчас. Она смотрит в чёрное небо, стараясь забыть холод белоснежной камеры лабораторной, которую ей напоминает лёгкий ветерок. Зачем она каждый раз приходит сюда? В чём смысл всех этих часов, которые она провела на дороге над широкой рекой? Это всё ей навевает воспоминания о беззаботном детстве, когда они с сестрой и мальчуганами со двора бегали до каменного мостика у ручейка в своей деревушке. Но теперь Дора выросла. Удлинился мост. И ручеёк стал рекой. Только сестра больше не изменится.
Шрам от ошейника начал зудеть от навязчивых мыслей. Дочь дворового полка устремила свой взгляд с неба на его отражение в плёнке воды. Ей захотелось раствориться в этой мокрой мутной субстанции, пленяющей разум. Не будет ничего. Да у неё ничего и не было последние лет пять, как она переехала в этот огромный глухой город после «необходимого участия с использованием новейших разработок», где новейшей разработкой была она. Только лёгкая боль от ежедневных синяков, что оставались на теле после заданий.
А может, стоило согласиться. У неё не было причины отказываться от предложения. Дора отклонила его только из-за личных убеждений, что не сможет измениться. Подпольный зверёк, как кличут её «хозяева», почему-то внушил себе то, что уже поздно что-либо менять. Девушка просто плыла по течению, не задумываясь о завтрашнем дне. Эти года тянулись вечность. Конечно, когда тебе закрыты все двери с алкоголем из-за смертельной аллергии, то всё будет казаться глубокой вечностью. А сигареты сейчас нелегальный продукт, к которому, безусловно, был доступ у Доры, но их всё равно было микроскопическое количество. Да и денег на подобные прелести не было, всё шло на оплату крыши над головой и малого количества хоть какой-то пищи.
Малого, как и причина отказывать, которое как-то перевесила благородную причину согласиться. Забытый капитан просто не хотела, что бы её искали. Она всё решила. Пусть её история оборвётся здесь. Боролась за дело - умрёт в неизвестном молчании. Ноги уже были по ту сторону перил, и голова устремлена ввысь, боясь смотреть в глаза смерти.
Дора не умела плавать, поэтому <i>угасание</i> будет быстрым. Это даже было
забавно. Пройти войну от начала до конца в течение семи лет, но не уметь даже
держаться на поверхности к тридцати годам. Но, несмотря на весь путь воеводы,
что вела за собой таких же невинных в то время солдат, боялась положить на себе
крест. В бою хотя бы погибаешь не от своих родных рук. Но какой уже смысл от
воспоминаний прошлого? В настоящем не было ничего близкого. Только недоедание и
мысль, где же перекантоваться. Даже возвращение долга Сергею не грело потому,
как она понимала, что этот паспорт просто бесполезен для их организации,
поэтому мужчина так легко отдал его, несмотря на отказ. Следовательно, крепкому
полицейскому будет всё равно.
Дора очередной раз опустила взгляд с неба, смотря вдаль, на горизонт из верхушек крыш далёких строений. Где-то там виднелось очертание новейшего строения. Все в соц сетях это чудо прозвали «небесный бублик» и название самое что ни на есть подходящее. В суть конструкции мюро не вникала, не было времени и мотивации. Да даже если она сейчас начнёт углубляться, то не поймёт ничего. Её познания в механике и, в целом, в физике остановились на уровне две тысячи сорокового, когда её забрали вместе с сестрой из родной деревни, а стоит признаться, технологии за шестнадцать лет шагнули колоссально далеко.
Этот вращающийся пончик никому не давал покоя. Кто-то утверждал, что оно взорвётся, кто-то, что не будет работать так, как задумано. Вдобавок к этому всему тяжёлые куски корпуса иногда отцеплялись, падая обратно на огороженное место строительства внизу. Но власти утверждали, что это ради новой ступени в космонавтике и что дальше будет лучше и все сами собой успокаивались. Не спокойно было только Доре. Не внушало ей доверия то, что про «новую ступень» толком ничего не говорят, а если говорят, то расплывчато. Странно всё, но скоро это не станет волновать мелкую душу, стоит отпустить руки от перил и поддаться вперёд.
Оглушающий девичий визг оторвал деревенщину от своих рассуждений, возвращая в реальность. Незнакомка пятилась назад от нелицеприятного мужчины в грязном от дорожной пыли белом пальто. Своей широкой кистью он сжимал хрупкое запястье, тянув на себя беззащитное тело, и что-то кричал о своём положении.

- Прошу, отпустите! Я же сказала,
что время вышло!... Мне больно-о-о!

У молодой девушки наворачивались слёзы, а голос становился истеричнее, пока она, босиком, пыталась найти опору.
«Не могли выбрать место получше?» - Пронеслось в голове Доры, заставляя перекинуть ноги обратно на мост и побежать в сторону этих двоих. Она подумала это без злобы. На самом деле ей было безразлично, что случится с этой девушкой. Скольких капитан уже повидала, но ни одна из девушек в беде не шевелила её сердце. Это было просто должное - спасать таких, как этот хрупкий белоснежный цветок.
Дора, без раздумий, влепила затрещину, не рассчитав силу, подкравшись сзади. Ей просто хотелось прекратить эти вопли. Женщину раздражал и насильник, и девушка. Но индивид мужского пола больше. Как он посмел применять силу на неравного по мощи противника? Мужчина упал, как бетонная стена в сторону дороги, где не ездили машины в столь поздний час. Благо не на перила. Не хотелось, что бы эта свинья ещё и кровью кого-то заляпала.
Рука у неизвестного обмякла, выпуская из хватки маленькую конечность. Потерпевшая упала на копчик, не в силах стоять. Дора лишь украдкой посмотрела на неё сверху вниз и подошла к отключённому телу, проверить, насколько сильно тот упал. Она присела, переворачивая того на спину.
Хоть нос и был сломан, но капитан опознала мужчину. Это был её бывший «хозяин». Здоровьем не отличался. Добрый для Подполья и высокоуважаемый среди всех, кто его хоть раз вживую видел. Столько раз он сам, лично, прикрывал спину Доре. Можно вспомнить лишь тот случай, когда он добавлял пару купюр так, за хорошую работу. Александр, как его зовёт каждый, чуть ли не единственный в Подполье, что, занимая высокий статус, с уважением относился к своим подчинённым. Теперь у неё будут большие проблемы, если хоть кто-то об этом узнает. Все её мысли застыли на его лице, будто пытались пробудить его. Дора думала, что он никогда не попадётся под тяжёлую руку... Что он...

- Спасибо.

Нежный и шмыгающий голос раздался
откуда-то сверху. Женщина подняла голову, с непониманием смотря на создание
перед ней. Она не была человеком. Жертва была такой же, как она. Мюро. Заячий
запах пробрался в ноздри, давая полностью информацию о собеседнике. Дора
встала. По сравнению с ней новая знакомая была божьим одуванчиком. Белые
длинные волосы по начало предплечья, переливающиеся внизу с розовым. Короткая
юбка, лёгкий топ с открытой у всех на виду ключицей в той же светлой цветовой
гамме. Всё в ней было другое. Всё то, от чего Дору тошнило. Но не в её случае.
Было ещё что-то помимо принадлежности к расе, что отличало её от других крохотных
девушек.

- Меня Кару зовут...

Дора, чьё настоящее имя одному Богу
известно, сразу поняла, что Кару просто пыталась успокоиться. Её дрожащий
голос выдавал и выкладывал все чувства
бедной пострадавшей. А спаситель, что пару минут до этого хотела так прискорбно
покончить с историей, стояла и безразлично смотрела на белую розу.

«Отлично Дора, просто
великолепно. Потом удивляйся дальше, почему друзей нет...»
На ледяные плечи упала чёрная и
слегка мокроватая от пота куртка. Красные от слёз глаза посмотрели вверх, во
взгляд загадочной и широкоплечей незнакомки. Её оголённые из-под чёрной
обтягивающей футболки руки были усеяны шрамами, а правая сторона правой руки
так вообще была похожа на то, будто эту сторону расплавили и потом дали застыть,
не подравняв. Наконец стали видны чёрные и пушистые уши - самый выделяющийся
отличительный фактор, который не был заметен под капюшоном. Прямо на месте тех,
человечьих. Благо сейчас ночь, мало народу будет, кто заметит. А если и
заметят, то подумают, что просто очередной фрик вышел на улицу.

- Дора меня звать... Веди до дому. Мало ли, какие ещё психи здесь водятся, правильно?

Кару недоверчиво посмотрела, но пошла вперёд, вцепившись за края куртки. Дора следом, точно как послушный зверёк. Хотя внешне казалось, что она скорее преследовала добычу. Мужчина остался лежать под перилами на холодной поверхности. Доверие к нему у шрамированной провалилось в чёрную дыру и теперь нельзя сказать точно, будет ли оно вообще ко всем «хозяевам». И она не собиралась ему никак помогать. Просто проверила пульс для приличия, убедилась, что жив и пошла. Это максимум, который она позволила сделать своей совести. Не хотелось помогать подобному животному. Хоть сути конфликта Дора не
знала, но была уверена, что девушка перед ней ничего такого не сделала. Да и не
смогла бы! Стоило посмотреть на тонкую талию и сразу становилось понятно, что
позаботиться и защитить себя она не в силах.
Дора шла сзади, устремив свои глаза на спину новой знакомой, укутанную в её мешковатую куртку. Голова полностью наполнилась никогда раньше не появляющимися мыслями. Но стоило ей зацепиться за одну, как что-то важное ускользало из поля зрения. Закалённая в боях не решалась из-за этого заговорить, боясь сказать глупость и тем самым сделать будущее молчание более неловким.
Но разговоры сейчас были необязательны.
В данную секунду важнее проводить Кару в безопасное место, а там как дальше
пойдёт.

***

Она проснулась в холодном поту на мягкой поверхности. Дора впервые за долгое время спала на чём-то помимо лавочек и жёстких раскладушек, но кошмары были те же. Всё сливается в одно пятно и от этого не менее страшно. Ведь картины были реальны, они действительно были. Даже если они были размыты и непонятны, ощущения, которые пробуждались от дневного сна, вновь напоминали о прошлом.
Женщина поднялась на локтях, осматривая местность. Маленькая тусклая комнатушка с белыми стенами, небольшая студия. Садясь на розовый диван из искусственной кожи, на котором оказалась работница Подполья, она бегала глазами по гладким стенам, по маленькому стеклянному кофейному столику перед ней и выключенному телевизору подальше. Взгляд перешёл на закрытые плотными шторами окна и остановился, пока через мгновение сзади не послышались лёгкие шаги. Воздух моментально наполнился ароматом свежих лесных ягод. Среди уличных стен этот запах уже стал ассоциироваться с дешёвыми электронными сигаретами, который смердел своей токсичностью. Но в этом помещении пахли реальные ягоды. Прямо как у...

Резкая боль пронзила голову.
Мигрень преследовала её с самого переезда, как она вышла из вагона электрички в
огромный город. Дора моментально забыла, о чём вспомнил собственный мозг.
Может, повезёт разузнать об этом в другой раз.

- Уже третий день ливни идут! Вчера ночью передышка у погоды была, но под утро опять началось. Вот я окна и прикрыла, чтобы этого ужаса не видеть. Хорошо, что стёкла отличные. Так бы ещё было слышно это раздражающее кап-кап-кап.

Девичий голос протараторил свою громкую фразу, будто боялся, что не успеет озвучить её. Шаги становились громче, пока чьё-то тело не плюхнулось на диван рядом с Дорой. На столике стояли две прозрачные чашки с горячим чаем. Вот от них и пахло так приятно.

Бывший капитан хотела было что-то сказать, но хозяйка квартиры продолжила говорить. Длинные белые волосы словно светились в полутёмном пространстве комнаты, в которую не попадал солнечный свет из-за штор. Да так, что черты лица были неразличимы. Или же это всё обман зрения.

Постепенно память о вчерашнем дне начала возвращаться. Доре постоянно требовалось большое количество времени и усилий, чтобы вспомнить хотя бы пару событий, которые произошли с ней до того, как упасть в сон. Зато воспоминания далёкого и случайного никогда не покидают голову. И за это она тоже ненавидела свою переменчивую память. Но может именно благодаря этому «удалению ячеек в коре головного мозга» Дора и запоминает больше, чем надо бы.

-Ты говорила, что чёрный чай
любишь. Вот и решила отблагодарить за вчерашнее. С добрым утром.

Темноволосая окончательно пришла в себя, вспомнив голос и запах своей собеседницы, которая вела сейчас монолог. Голубые глаза смотрели на хрупкое тело рядом и вспоминали, как вообще попали в эту комнату. Кару пригласила её к себе и, заговорившись по душам, оставила у себя, ссылаясь на позднее время. Дора не успела признаться, что своё жильё она пока найти не может. Но это и не было нужно. Маленькая крольчиха, которую напоминала говорливая девушка, видно сама нуждалась в общении, как и Дора. Только пока ей не удавалось вставить и слова. Но, быть может, у них найдётся что-то общее.

-Как спалось?

Томные глаза переместились на лицо светлой девушки, точно высверливая дырку. Зрачки внутри холодной радужки расширились, стараясь различить эмоции, что испытывала Кару. Немного погодя, когда суровое молчание начало напрягать, Дора хрипло ответила:
-В любом случае лучше, чем на
улице.

Широкие руки потянулись за чашкой горячего чая. Белоснежная хотела что-то сказать, но успела лишь громко вскрикнуть, прижимая руки ко рту.

-Не стоит беспокоиться, на улице
такая погода, что задубеть можно. А отопление, как я вижу, не включили. Хотя бы
так тепло.

Тепло это очень мягко сказано.
Казалось, что держишь в руках лаву. Но это из-за прохладного воздуха, который
охладил костяшки пальцев до такой степени, что даже тёплая вода кажется
кипятком. Какое-то время комнату окутала тишина, пока Дора вновь не решила её
нарушить:

-Ну, так что ты там делала совсем
одна с этим типом? На мостовой.

Кару моментально изменилась в лице, будто эта ситуация не имела большого значения. Словно такое было не раз и не два, а многочисленное количество.

-Ах, это. Да так, один кретин
захотел продлить сеанс, не заплатив ни гроша. Сама понимаешь, зарабатываем как
можем. Но благо ты оказалась рядом, так бы я без понятия, что делала в этот раз...

Дора понимала. Она прекрасно знала,
каково это, хоть руки до такого не доходили. Им всем, мюро, нужно было как-то
выживать в этом мире, но, к сожалению, поодиночке. Не было никого, кто бы
поддержал за плечо, как в старые добрые.

-Слушай, раз такое дело, то можно
личный вопрос?

Дора слегка склонила голову набок
с безразличным лицом и кивнула, призывая продолжать.

-Кем ты работаешь? Судя по шрамам у тебя длинная история.

Руки сжали кружку, дрогнув толи от холода, толи от подступающей тошноты из-за прошлого.

-Вскрываю глотки за оплату... Но шрамы не оттуда.

- А откуда?

-С войны.

-С какой войны?

Дора поперхнулась. Она никак не могла ожидать такого вопроса. Пять лет. Всего пять лет прошло со дня победы, когда Капитана выкинули за дверь, сказав: «Теперь вы сами по себе. Правительство за вас ответственность не несёт.» Пф, не несёт, а всё равно за нами и нас подтираете. - Размышляла тогда девушка. - А Сергей тогда откуда.... Вдруг в лице Кару появилось понимание.

-А-а, я поняла. Про неё нигде не было сказано, похоже, умалчивали. Но теперь-то я знаю, что за звуки в небе были, когда у одного клиента на даче работала. Точно ракеты!

Кару была какая-то слишком весёлая, когда говорила. Будто рассказывала очередной исторический факт. Да и смущало то, что она сразу поверила незнакомке у неё в доме. Дора слегка наклонилась вперёд, всматриваясь в лицо молоденькой девушки. Её пухлые багровые губы на чистом лице застыли в улыбке, словно кровь свежая кровь на зимней поляне.

- Не думала, что ты наивная? Я
ведь могла и выдумать.

- Да на тебя посмотришь и сразу слышишь: «Я повидала всякого-о!». И не выглядишь ты как тот, кто будет врать о таком. А, может, и ошибаюсь, но всё равно ты помогла, так что...

Впервые Дора кого-то перебила в разговоре. Всегда она выжидала подходящего момента, что бы вставить слово, но не сейчас.

- Зачем?

- Что «зачем»?

- Зачем было умалчивать?

Это был риторический вопрос. Капитан поставила чашку на место, недопив всего глоток. Но сейчас казалось, что уже ничего не будет лезть в горло.

- Чёрт его знает. Быть может, из-за тебя? Ты ж мюро, как ни крути.

- В таком случае не только из-за меня.

Кару ещё не притронулась к чаю и, уже, было видно, что не до этого. Жестом она остановила Дору, видя, как та тоскует. С виду невинная девушка подошла к окну и резким движением раскрыла шторы, открывая мрачную картину. В стекло бил ливень, словно размазывал краски по холсту, искажая изображение. Но внутри Капитана разлилось неожиданное тепло от воспоминаний, и она подошла ближе к тому месту, где стояла Кару. Небо заволокло серыми облаками. А под ними более тёмного оттенка возвышались верхушки острых зданий, протыкая плачущие тучи. Было на удивление светло, чем предполагала Дора изначально. Именно в этот момент она, наконец, смогла увидеть глаза Кару. Шоколадные круги вокруг зрачка перемещались с одного объекта на другой, угрюмо что-то выискивая. И только сейчас Дора поняла, что слишком долго рассматривала её лицо и быстро повернулась обратно к окну. Из раздумий вытащил вопрос Кару:

- Что ты видишь?

- В смысле?

- Буквально. Что ты видишь?

Дора заметила резкую перемену в настроении, но не стала заострять на это внимания. Было непривычно, что звука дождя было неслышно, но это не мешало мозгу додумать недостающую деталь. Уголки рта скривились в лёгкой улыбке, наблюдая, как капли воды сменяют друг друга.

- Вижу переменчивость природы. Как капли стекают по оконному стеклу и зданиям...

На собственное удивление Доры слова прозвучали блаженно, но Кару эта фраза будто прошла мимо. Будто слышала её множество раз.

- А я вижу, как сейчас под канализацией гибнут десятки наших собратьев от напора воды, захлёбываясь в людских отходах.

С обидой карие глаза посмотрели в лицо Доры и она не смогла не повернуться в ответ. Их и вправду было так много в городе?

-Откуда ты...

-Знаешь «Слово?»

Конечно, Капитан не знала, но название было знакомым. Она явно его где-то да видела. Дора отрицательно покачала головой, спокойно наблюдая за дальнейшими действиями Кару.

- Новая организация, которая собирает с разных ям таких, как мы. Никто о ней, конечно, толком не знает, ведь рекламу просто прикроют, как и саму программу. Поэтому без помощи правительства, как обычно. Сами. Каждый участник зарабатывает сам и сдаёт деньги. А вот как это уже его забота. Главное, что все мы теперь вместе и, быть может, сможем поменять ситуацию в нашу сторону. И это всё устроил один человек, кстати, добрый такой...

- И вы в это верите?

Кару злобно посмотрела на Дору, вновь повернувшись к окну, смотря куда-то вниз, на окна. Похоже, вопрос задел её, ведь голос стал громче, чем до этого:

- Конечно! Конечно, мы верим! Нет ничего невозможного. Хоть наш глава и человек, это не значит... Ты ведь как никто другой должна верить в лучшее, что мир может измениться!

- Я перестала, когда меня выкинули за ненадобностью.

- Но ведь, получается, не только тебя.

- Только я-то в живых осталась.

В пространстве опять повисла пауза, будто кто-то извне хотел приостановить напряжение диалога. Но кое-кто хотел продолжить, а именно Дора:

- Как зовут хоть его? Тот, кто вас собирает.

- Сергей.

Тут всё встало на свои места. Теперь понятно, откуда он знает о войне. Теперь понятно, как он вышел на неё. Только не понятно стало, в чём смысл всей забавы. Капитан привыкла во всём искать подвох, но может уже пора прекратить? Дора достала из кармана бумажку, изрядно помятую, будто та побывала на поле боя, и протянула Кару.

- Это его номер?

- Он к тебе приходил? Ты согласилась?

В лице Кару пробудилась та радость, что была пару минут назад. Дора понимала, что это спонтанная идея. Но за всем великим когда-то стояло пылкое и резкое желание, которое просто вдруг появилось.

- Нет, но сейчас хочу. Правда он, возможно, будет подозрителен ко мне.... Мы с ним расстались не на мирной ноте.