Ультиматум
Становление воином племени даровало фера множество привилегий, одной из которых была возможность обладать собственным оружием. До обряда инициации юнцы использовали общее снаряжение племени, которое зачастую было либо не в лучшем состоянии, либо не так хорошо лежало в руках, как хотелось бы. Добыть собственное оружие можно было тремя способами: заказать у мастера, выменять у старших членов племени, либо сделать самому. Так как фера, только что прошедший обряд Светлой охоты, чаще всего не обладал практически никаким имуществом, юные воины по обыкновению прибегали к последнему варианту. Жители племени, благословленные знаком Леи, были прирожденными мастерами, и с удовольствием брались за создание собственного оружия. Остальные же принимались за ремесленничество вынужденно, потому как другие пути им были недоступны.
Так и Терин-Ли, оправившись от битвы с вирааном, приступила к делу. Однако мастерство ремесленника в список сильных качеств Терин не входило. Провозившись несколько дней, она не сумела создать ничего лучше простого клинка. Да и тот с трудом можно было назвать пригодным для использования – навивка рукояти постоянно развязывалась и сползала, само лезвие было плохо заточено.
Решив, что такого ножа ей вполне достаточно, Терин окинула результат взглядом и мигом потеряла к клинку интерес. Хорошее оружие было необходимо для фера, однако это было не тем, что занимало ум Терин-Ли в первую очередь. Придвинув к себе мел и тонкую каменную пластину, ящерка с особой увлеченностью принялась что-то рисовать. Идея, не дававшая ей покоя так долго, наконец обретала свое воплощение, пусть и в виде неаккуратных штрихов на камне. Закончив свой набросок, Терин вскочила, намереваясь отправиться за поиском материалов для своего изобретения. Взгляд ее упал на кинжал, прежде небрежно отброшенный ею в сторону. Подобную работу приличные фера не стали бы даже называть оружием, не говоря уже о том, чтобы идти с ним на охоту. Терин вздохнула и снова опустилась на камень, запрокинув голову: что же, она не смогла смастерить даже простой клинок, так что мечтать о том, чтобы собрать эту конструкцию даже как-то глупо. Снова поднявшись, но уже без былого энтузиазма, Терин-Ли взяла с собой каменную пластинку с эскизом, и, немного поколебавшись, подняла свое оружие тоже.
* * *
– Это, – сказала Терин, бросая пластину с рисунком на каменный стол, – решит все наши проблемы.
– Серьезное заявление, – усмехнулся взрослый ящер, поворачиваясь лицом к Терин-Ли. – Что на этот раз, змееныш?
Баатан-Леи, к которому обратилась Терин, считался лучшим мастером племени, а так же одним из немногих, кто относился к выходкам Терин-Ли снисходительно. Вероятнее всего, на это повлияло то, что Баатан приходился Терин дядей, а так же был обладателем на редкость спокойного, даже по меркам фера, характера. Как любой опытный мастер своего дела, Баатан прежде всего заметил новый кинжал своей родственницы. Вдоволь насмеявшись над неумелой работой, ящер шепотом предложил Терин свою помощь, ибо в обществе приличных фера появляться с таким снаряжением было бы даже как-то грубо. Юная охотница с радостью приняла его поддержку, однако поспешила перевести беседу в интересующее ее русло.
– Взгляни, – Терин-Ли протянула ему пластину с изображением чего-то вроде индивидуального тента. – Думаю, для такого мастера, как ты, смастерить такое не составит труда. Я уже знаю, какие материалы нам нужны, и даже...
Терин замолчала, заметив, как изменился в лице ее дядя. Нахмурившись, он положил эскиз на стол и придвинул в ней. Баатан потер пальцами переносицу, шумно выдохнул и взглянул на свою собеседницу.
– Терин, – произнес он куда более строго, чем говорил с ней обычно, – Ни один уважающий себя и богинь мастер не станет этого делать. Я советую тебе спрятать это, – Баатан слегка кивнул в сторону наброска, – и никому никогда не показывать. Надеюсь, я был первым, кому выпала честь увидеть идеи юной последовательницы Нэш?
– Ты так говоришь только лишь из-за верховных богинь. Однако откуда такая уверенность, что они были бы против?
– Думаю это очевидно. Нэра и Тхари не покладая рук трудятся над нами не для того, чтобы мы прятались даже тогда, когда выходим на поверхность.
Терин в свою очередь была совершенно не согласна с Баатаном-Леи. Что за вздор? Ведь все знают, почему Нэра-Ли создала фера такими уязвимыми к свету. Конечно же, она была бы только рада, узнав, что ее детям удалось исправить совершенную ею ошибку. Как бы то ни было, спорить с дядей Терин-Ли не хотела, ведь ей необходимо было заручиться его поддержкой, однако с каждым его словом она чувствовала, как теряет самообладание.
– Впрочем, Терин, если ты хочешь обсудить тонкости наших верований, можешь обратиться к шаманам, а еще лучше к... – Баатан осекся, осознав, что не стоило давать своей собеседнице столь радикальную идею. Тем не менее, было уже слишком поздно.
Так и произошло – Терин поняла его с полуслова, решив обратиться напрямую к матриархам, которые непременно прониклись бы идеей юной изобретательницы. И как Баатан не поймет, что способность находится на поверхности столько, сколько захочется – это невероятная возможность, которая только поможет не только их племени, а всему народу фера в целом. Однако мастер заметил, что Терин уже приняла решение и попытался ее осадить, напомнив, что в предыдущий раз одна из гениальных идей юной фера едва ли не привела к ее изгнанию из племени. Остановило матриархов тогда только лишь то, что Терин-Ли на тот момент была еще слишком юна. Заметив, что пыл молодой охотницы это предостережение не остудило, Баатан понял, что время уговоров окончено.
– Я не хотел говорить этого, змееныш, однако мне не хочется, чтобы ты перешла черту. Если ты решишься пойти к матриархам с этим богопротивным предложением, я буду вынужден рассказать им о том, как именно тебе удалось пройти обряд инициации.