Вода

"Кто встаёт рано по утрам, тот поступает мудро", - похоже, именно этой поговорке следовал мой новый, но к счастью временный, сожитель. Когда за окном темно, можно ещё понежиться в кровати, а до звонка будильника целый час, я не за что не встану. Однако постоянное шуршание, скрип двери туда-сюда и ещё какой-то непонятный шум то и дело прерывали мой сон, и в конец заставили меня пробудиться. В полном раздражении, я повернулся на спину, и открыл глаза. Но как только снова отворилась дверь из ванной, я сделал вид, что ещё сплю. Вдруг все посторонние звуки исчезли. Во мне проснулось любопытство, и через некоторое время, я решил всё-таки открыть глаза, чтобы узнать, что стало причиной наступления резкой тишины. И всё же мне стоило заметить в этом какой-то подвох... Моё сердце ушло в пятки, когда Кара резко появилась перед глазами с детской фразой: "Бу!".
- Ну что, ещё сердишься на меня? - она продолжала смеяться. Я только натянул на себя одеяло с головой.
- Да ладно тебе, ты же уже не спал. Всё равно скоро вставать...
- У меня есть ёще целых двадцать минут! - пробурчал я, хотя знал, что уже не засну...
- Вставай, соня! - тыркая в бока, она начала стягивать с меня одеяло.
- Ладно, ладно, я сдаюсь! - честно говоря, меня это хорошо позабавило. Но моя улыбка в миг пропала, стоило мне только вспомнить как меня, почти также, каждый день будила Сью... Кара тоже заметила резкую перемену в моём настроение. Более того, казалось, что она полностью разделяла со мной эти воспоминания.
- Я, пожалуй, подожду тебя на улице. - она решительно направилась к двери.
- Ты лучше скажи мне где вы договорились встретиться, я подойду. - она задумалась.
- Да там всё равно ещё никого нет, рано же. Так что жду тебя на улице! - она быстро выскочила.

Когда же я собрался и вышел из корпуса, то был крайне озадачен, потому что внизу меня никто не ждал. В таких случаях, я обычно остаюсь на месте, но увидев что сюда направляется Буйнов, побежал со всех ног куда глаза глядят, надеясь, что меня не заметили. Мне казалось, что я убежал уже далеко, в глубь леса, но вскоре, всё вокруг стало очень знакомым. Споткнувшись, но удержав равновесие, я оказался перед тем самым бамбуком, на коре которого были вырезаны наши имена. Я тупил ёще пару минут, пока до меня не дошло, что наш поход к озеру был всего лишь начертанием круга...
- Вот ты где! - позади послышался голос Кары.
- Мы не шли всё время на юг.
- Да.
- Тогда как мы вернулись?
- Вам изначально дали направление север, обозвав его югом... Прошу, не сейчас.
- Это разве не должно настораживать? - неподалёку послышалась команда Буйнова: "Найдите их!"
- Будем стоять?! - она была готова рвануть с места, но я даже не шелохнулся.
- Ну? - её лицо приобрело уже умоляющий, безысходный  вид. Поняв, что она без меня никуда не побежит, я сказал: "Хорошо".

За нами началась серьёзная погоня. От людей, которые бежали за нами по пятам, ещё можно было скрыться, но от собак - нет. Возможно, если бы мы споткнулись или задержались хотя бы на пару секунд, огибая какой-то овраг или дерево, то скорее всего они бы уже давно сгрызли нас заживо. Единственная мысль, которая крутилась, наверное, не только у меня в голове, была: "Какого я стоял там и ждал, когда спустят этих голодных псов?!". Мы попали в ловушку, впереди, наш путь оказался обрезан крутым скалистым берегом, а позади собаками. Несмотря на то, что внизу была вода, падать в эту пропасть было рискованно. Там могло быть довольно мелко. Это всё, о чём я успел подумать перед тем, как на секунду притормозил, а потом почувствовал сильный удар в спину. Односекундный страх перед потерей равновесия, и вот тебя уже тянет ко дну. Тело не слушается, и тебя по инерции затягивает вниз. Всё видеться в замедленном виде, остаётся только ждать, когда ноги смогут достать до твёрдой поверхности, чтобы оттолкнуться. Но я поторопился и мне не хватило силы сделать это. Толчок оказался на столько слабым, что мне не удалось не выплыть, не достать до дна. Я стал дёргаться, меня охватила паника и я в конец растратил весь свой кислород. К счастью, меня вовремя вытащила Кара.

Мы оба легли на прохладный каменистый берег. Кажется, пару минут назад мы не понимали друг друга, а теперь каждый не понимал себя...
- Это был отчаянный поступок, - мы оба повернули лица друг к другу. Недавнее обстоятельство заставило нас забыть английский.
- Как говорил один мой знакомый: "И в воде всполыхнём жарким огнём". - что-то мне подсказывало, что это фраза принадлежала не её знакомому...
- Мне конечно стоит поблагодарить тебя, но ты нас чуть двоих не угробила. Ты ведь не знала, что здесь глубоко?
- Нет, я не самоубийца, чтобы прыгать отсюда по нескольку раз.
- Но ты бы прыгнула, даже если бы за нами бежали только солдаты, - на её лице проскользнула еле заметная улыбка.
- Ты тоже нами рисковал, когда ни в какую не хотел бежать.
- Я вовсе не хотел тебя испытывать...
- Нет, ты прав, если бы ты простоял на месте на пару секунд дольше, то я бы убежала.
- Ты бы не убежала.
- Слишком хорошо обо мне думаешь. То, что мы выплыли, такая же случайность, как если бы мы утонули.
- Но ты же вытащила меня! Когда я стоял у того бамбука, и думал, знала ли ты про путь к озеру...
- Знала, - она ответила, не дождавшись, когда я закончу говорить.
- То подумал, как же сложно держать в себе всё это...
- Я думала, что ты обидешься или по крайне мере сделаешь вид, что обиделся. Я ведь очень о многом умалчиваю, а тут ещё сбросила тебя с высоты и чуть не утопила, - она взглянула на меня, как на сумасшедшего.
- Скорее тебе стоило обидеться, это же я как полоумный стоял там...
- Разве можно так в слепую доверять?
- А ты бы не так к этому относилась?
- Я... Не понимаю, ты ведь ничего обо мне не знаешь.
- Так я ещё узнаю. Ты тоже можешь положиться на меня, - я улыбнулся, она сделала некоторые усилия в ответ.
- Да, знаю... Разве я тебе не доверяю?
- Думаю, тебе даётся это через силу. У меня иногда создаётся такое впечатление, что ты такой большой, нет, громадный сундук с сокровищами и тайнами, о которых никому не даёшь знать, и сама над ними же и чахнешь...
- Не боишься заболеть золотой лихорадкой? - моё сравнение показалось ей смешным.
- Поздно, уже давно болею.
- Вот как? Тогда вставай золотоискатель. - на моё лицо полетели брызги от её мокрых рук. Она быстро встала, чтобы не получить ответку. 
- Только за одну золотою монету! - заявил я.
- Тебе не монеты, а зрение нужно, тогда бы ты давно узрел своё богатство... - может она и не очень подумала  о том, что сказала мне, но это заставило меня впасть в глубокие раздумья.

Всю дорогу я думал о чём-то своём, возможно, поэтому, мне показалось что мы очень быстро нашли остальных.
- Нормально, мы их ищем, ищем, а они купались, и, наверное, ещё на солнышке успели позагорать?! - весь недовольный встретил нас Раб.
- Как видишь, не успели. А где Вова и... - озадачено спросил я.
- Макс, Вова и ещё трое решили остаться в первом округе, - объявил Кард.
- И что это значит? - не поняла Кара.
- Тебе лучше знать, - ответил Женька. Похоже, он тоже не ожидал такого поворота.
- Забейте, это было их решение, - вмешался Айрат. Это смуглый, рослый, узкоглазый парень, которого до этого я ни разу не слышал, а лишь изредка пересекался с ним в столовой. Поэтому, до этого момента, у меня сложилось впечатление, что он не говорит на английском... Впрочем, у нас действительно оказалось три новых знакомых, двое из которых говорили исключительно на французском, а третий вовсе не говорил ни на одном из знакомых и понятных нам языков.
- Спасибо Эрику, мы спалились. В итоге нас привели к Буйнову, который своей восхитительной речью чуть не убедил нас всех остаться и продолжить обучение в первом округе. Если бы ты вчера не рассказала о дальнейших планах этих людей, честно, я бы остался, - без особых подробностей рассказал Кард. После этого, Кара обратилась к Патрику и Джереми, двум французам. Мы друг на друга переглядывались, так как никто из нас не понимал о чём они разговаривают. Как только между ними наступила тишина, я спросил:
- Что они говорят?
- Они не знают английский, так что не поняли о чём болтал Буйнов.
- Там осталось ровно пять человек, как ты и говорила, - вспомнил я вчерашний разговор.
- Может зря мы переживаем, им же теперь не прийдётся соревноваться между собой на убывание? - заметил Гот.
- Да лучше бы на убывание... - задумчиво произнесла Кара. Все с недоумением посмотрели на неё.
- В первый округ обычно попадают дети богатых, властных родителей, которые имеют большое влияние на систему. Их роли и будущее там определено, а вот ваше - нет. Теперь осталось только надеятся, что у Вовы получится вписаться в эту элиту, что практически невозможно, так как он единственный, кто не должен был попасть туда. 
- Что значит не должен был попасть туда? - спросил Женя.
- Это значит, что пятый человек, место которого занял Володя, погиб, а должно было быть наоборот.
- Не понимаю, эти пять человек были заранее определены? - задался общим вопросом Эрик.
- Ещё до испытательной недели.
- Хочешь сказать, что Монстер взял нас, просто для того, чтобы потом отсеять? - додумал он.
- Но вы же здесь, верно? Живы и здоровы, так что я бы не торопилась с выводами.
- Я тоже не вижу в этом смысла... - сказал Айрат.
- Каждый округ имеет свои цели. Для первого это воспитание самонадеянности, заносчивости, самоуверенности и других подобных качеств у будущих управителей. А повысить так называемое «Я» и внушить это будет намного легче тем людям, которые в течение целой недели боролись за свою жизнь, и которые действительно вошли в ту одну десятую часть выживших.
- Да зачем им всё это?! - возмутился Женя.
- Я бы тоже хотела понять чем они оправдывают свои действия. Иногда, мне кажется, что в то время, пока они пытались убедить всех, что разделив мир на семь точек, всё станет лучше, они и сами успели искренне поверить в свою ложь.
- Почему ложь? - не понял Гай.
- Ну, они ведь прекрасно понимали, что их политика ничего не изменит, хотя бы потому, что они думали и продолжают думать только о себе.
- Мне всё равно о чём они думают, я просто хочу вернуть своего брата! - раздражённо воскликнул Женя.
- Ты же всё слышал своими ушами! Если даже мы вернёмся за ним, то он не пойдёт с нами, а то и ещё хуже, убедит нас остаться, - тоже как-то уж слишком разгоряченно отозвался Эрик. Видимо я ещё не совсем понимал, что произошло что-то очень серьёзное.
- Успокойтесь. Я уверена, как только он поближе познакомится с так называемой верхушкой, его воодушевление как ветром сдует. И если ему понадобилось время, чтобы осознать это, то мы его дадим ему. - Жене не понравилось такое решение, поскольку он не хотел, чтобы его брат натворил глупостей. Его желанием было побыстрее вытащить Володю, хотел тот того или нет. Кара же придерживалась мнения, что коня можно привести к водопою, но заставить его пить нельзя. Человек должен сам дойти, дорасти до некоторых вещей.

К счастью у ребят с собой были рюкзаки, с теми же предметами, которые нам предлагали выбрать в поход к озеру: литровые бутылки с пресной водой, питарды, ножи, верёвки, чашки, тряпки и увеличительное стекло. Через некоторое время мы решили сделать остановку, возможно на ночь. Кара действительно знала как и когда, что использовать, но советовалась с Власом. Да, это новый наш знакомый. По внешности можно было сказать, что он больше напоминает русского богатыря: с такой же широкой грудной клеткой и мускулистым телосложением. Он единственный, кто отличался у нас небольшой бородкой, которая придавала его лицу очень выразительный вид. Его светло-русые немного волнистые волосы доходили до плеч. Глаза же у него просто изумительные, таких я ни у кого никогда не встречал: у самого зрачка, по окружности, цвета василька, а в остальном тёмно-зелёные, узорчатые. Он мне казался человеком лесным, впрочем как оказалось, он действительно жил в местах глухих, поэтому иностранными языками не владел. Вот нам, а в основном Каре, и приходиться частенько заниматься переводами.

Теперь, мы разделились на группы. Мне, Жене, Готу и Каре нужно было найти, срубить ветки разных размеров: одни для костра, другие для ночлега. Сказать что ножом много срежешь - нельзя. Поэтому пока я надрезал, Гот наклонял верхушки гибких стволов вниз, чтобы сломить упрямые сучья. В это время мы заметили, что наши друзья беседуют в сторонке. Естественно ни кому в голову и не пришло бы обвинить их в безделье. Наверное, потому что все уверены, что Кара не будет отвлекаться на ненужную болтовню. Мой напарник, поняв, что занимает мою голову, решил отвлечь меня от глупых мыслей.
- Я знаю, что все ещё в замешательстве и не понимают, как вообще так вышло, что я набрёл на Женю, и мы благополучно вернулись.
- Ну, да... Просто нас насторожило, что ты так просто ушёл без причины в некуда. Мы, по правде говоря, даже чуть забастовку за это Каре не устроили... Кто бы мог подумать, что это бесцельное дело принесёт пользу?
- Думаю, она знала или по крайней мере полагала так.
- Так почему ты ушёл?
- Мне просто так тяжело стало, что даже руки опустились. Я просто что-то потерял... Смысл потерял во всём, что я делаю, и во всём, что со мною происходит. Меня охватила такая безнадёжная печаль, что я решил, что мне уже безразницы, что со мной будет. Вот и захотел уйти. А потом ко мне подошла Кара. Она видела моё упадшее состояние, но ничего не говорила. Мне как то неловко стало от молчания, хотя я обычно провожу большую часть времени именно в безмолвие. Ну вот как то само и спросилось: "Думаешь нас это сделает сильнее?".
- И что она ответила?
- Ответила, что только если мы не сломаемся. Понимаешь, вроде и слова не замысловатые, простые такие, а сразу стало всё понятно. Появилась и цель, и смысл появился, и уходить никуда уже не захотелось. Даже желание появилось оставаться на своём пути всё время бодрым и стойким. А потом она мне задаёт такой странный вопрос: "А зачем?". И действительно пару секунд назад было понятно зачем, а теперь просто сознаёшь это, как само собой разумеющееся. Я ей честно сознался, что забыл. Здесь она мне и говорит, чтобы я осуществил ранее мною задуманное, тогда вспомню и уже точно не забуду.
- И ты понял, зачем?
- Да, я забыл очевиднейшую вещь! Жить ради других и для других. - это меня поразило... Сейчас я бы с удовольствием вновь погрузился в свои раздумия, но к нам вернулись наши болтуны с необычной новостью.
- Так, всем внимание! Я поспорила с Женькой. Он считает, что сможет не разговаривать с нами в течение трёх суток, при чём этот день считается. Так что не провоцировать!
- Она меня удивляет с каждым днём всё больше и больше! - сказал тихо Кард, который подошёл к нам, чтобы помочь срезать лишние сучья у веток.
- Спасибо, а чем занимается Эрик? - поинтересовался я.
- О, он тренирует своё терпение, а точнее держит над сухими листьями увеличительное стекло, чтобы разжечь костёр. Влас сказал, что для этого может потребоваться более четырёх часов, - я решил заменить своего уставшего друга, который даже боялся поменять положение. Тем временем остальные строили двускатные шалаши, и покрывали их каркасы растительностью. Как оказалось, некоторые листья на день-два всё-таки сохраняют свои способности к защите от кислотного дождя, что очень нам пригодилось. Вопрос оставался только в пище, к сожалению здесь не было не птиц, не животных, и даже насекомых, к чему я до сих пор не могу привыкнуть. К счастью, Джереми и Патрик немного разбирались в местной растительности, и приготовили нам «травяной» салат, но он не надолго уталил наш голод. Я признаю, что такая жизнь действительно была намного сложнее и труднее в плане выживания, но я по-прежнему придерживался мнения, что лучше умереть здесь, чем вернуться назад.

Если Гот умел и любил наслаждаться одиночеством, то  один из наших новых товарищей, с которым нас разделял языковой барьер, выглядел будто отрезанным от общества. Несмотря на это, он без труда понимал, что от него требуется в работе и всячески нам помогал. Мы все его звали Гост, потому что он относился к числу альбиносов, людей с безупречно белым цветом кожи, и напоминал нам больше призрака (на английском призрак ghost). Глаза у него были кристально голубого цвета. Необычность внешнего облика вовсе не вызывала никакого отталкивающего действия, а даже наоборот привлекала.

Мы и не думали, что так быстро пролетит время. На горизонте уже показалось солнце, вокруг заметно похолодало. Я присел к своему «немому» другу, который, после безуспешных попыток изъясниться на своём родном языке, и вовсе перестал разговаривать. Показав указательным пальцем на себя, а потом сложив руки в изображение сердца, и проведя рукой по горизонту, он дал мне понять, что ему нравится вид природы и всего остального, на фоне заходящего солнца. Я повторил жесты, как бы отвечая: «И мне тоже». Потом мы просто молчали, и каждый думал о своём. Мне было жаль, что мы не можем разговаривать друг с другом. Использовать жестикуляцию я не рискнул, так как не везде знаки имеют схожее значение. Когда Гост ушёл, я ненадолго задержался, а потом тоже решил присоединиться к остальным. Я привстал, и в моих глазах что-то проблеснуло. Это была цепочка затерянного в траве прозрачного, овальной формы кулона, на котором было выгравировано имя моей сестры. Я вспомнил, что Сью, как то мне рассказывала, что обменялась со своей лучшей подругой таким же. На её же кулоне было написано имя «Лиза». Я спрятал цепочку к себе в карман и направился к ребятам.

Издалека тянулся приятный запах костра. Приближаясь, я всё чётче различал звуки, и когда понял, что речь идёт обо мне, решил не спешить показываться на глаза. Гост сразу меня заметил, но сделал вид, что меня нет, и я ему был за это очень благодарен.
- Он всё же какой-то странный... - сказал Стивен.
- Да то же самое можно сказать о каждом из нас, - проговорил Гот.
- Да я не о том, он в последнее время какой-то отрешённый...
- В каком смысле? - попросил уточнения Эрик.
- Не знаю, ну такое чувство, что всё, что происходит с ним вокруг, не касается его.
- Но он же помогает нам... - возразил Эрик.
- Да я не о том, он всё время в себе. Даже не знаю, как ещё это объяснить...
- Просто дайте ему время разобраться во всём - Кара посмотрела на меня, но не привлекла лишнего внимания.

Я решил вернуться на холмик, с которого любовался закатом. Солнце зашло и вид был уже не настолько завораживающим. Я достал цепочку и начал раскладывать её змейкой у себя на ладони. Сомнений в том, что кулон принадлежал Каре, не было, так как я и раньше видел его на ней, но по своей невнимательности не придавал этому никакого значения. «Значит Елизавета...», - мысленно проговорил я. Незаметно для себя, мои мысли перекинулись на недавний разговор. Я прекрасно понимал, что цель найти своих близких, пожалуй было единственным желанием, которое помогало мне стоять на ногах, и в то же время, съедало меня изнутри. Когда же я вернулся, то обнаружил, что все легли спать. Я еле-еле протиснулся в переполненный шалаш. Сначала лёг лицом к спине Карда, но поняв, что мне некуда девать руки, решил отвоевать побольше себе места и лечь на спину. Этого сделать мне не удалось, так как я вовсе не собирался никого будить. Теперь в странном положение, как-то полубоком, я пытался вернуться в первоначальную позу. В дополнение к этому, у меня выпала цепочка из кармана. Нащупав её где-то внизу, я неаккуратно взял её в свои пальцы. Естественно, никого не побеспокоить было выше моих сил. Темнота не давала понятия между кем я лёг, так что это чистая случайность, что позади оказалась Кара. Она потянула меня за руку, чем помогла мне тихонько повернуться к ней лицом, и никого больше не потревожить. В этот раз, я, как обычно, пожелал ей спокойной ночи, добавляя к концу фразы «Рыжик». По началу я делал это, чтобы немного позлить её, но теперь это было приятно нам обоим. Мешавшуюся цепочку я сразу же решил вернуть тому, кому она по праву принадлежит. Как только Кара перестала теребить данный предмет и поняла что это такое, тут же разжала свой кулак и взяла мою руку так, что наши пальцы переплелись. Мне казалось, что если я сейчас открою глаза, то передо мной всё будет кружится, а сердце не выдержит таких сильных ударов, и остановится... Теперь, я, как в полном бреду, впал в бессознание.