B2527

Земля, космопорт «Орион», 2147 год.

Солнце садилось за горизонт, окрашивая небо над стартовой площадкой в кроваво-красный цвет. Гигантский корабль «Генезис-7», покрытый пластинами термостойкой керамики, возвышался над бетонными плитами, словно стальной колосс. Его двигатели, ещё холодные, уже внушали смесь трепета и страха. На борт грузили последние контейнеры с оборудованием, а по периметру сновали инженеры в комбинезонах с логотипом корпорации «Старлайт» — руки «Высших».

Катрина Вольф стояла у окна наблюдательной галереи, вцепившись в портфель с голографическими отчётами. Её отец, доктор Артур Вольф, когда-то назвал такие корабли «гробами с иллюзией бессмертия». Сейчас она понимала, почему.

— Доктор Вольф! — Голос заставил её вздрогнуть. К ней подошёл мужчина в чёрном костюме с эмблемой «Старлайт» — серебряным крылом, пронзающим планету. — Вы должны подписать документы о неразглашении. Стандартный протокол.

Она взяла планшет, пробежав глазами текст. Пункт 4.2: «Любые аномалии, обнаруженные на B2527, являются интеллектуальной собственностью корпорации».

— А если аномалия убьёт нас раньше, чем вы её запатентуете? — спросила она, подписывая документ.

Мужчина улыбнулся, как робот, запрограммированный на вежливость:
— «Генезис-7» — самый безопасный корабль в истории. Вам повезло, доктор.

Катрина скептически взглянула на него. Везение тут было ни при чём.

Ангар В-12, 21:00.

Эрик Реннер сидел на корточках перед открытой панелью двигателя, его руки были в грязи и чёрной смазке. На полу валялись перегоревший плазменный стабилизатор, гаечный ключ и пепельница, полная окурков.

— Эй, босс! — К нему подбежал молодой механик с татуировкой «Смерть гравитации» на шее. — Опять проблемы с охлаждением. Течёт, как старый сортир.

Эрик засунул фонарь в недра двигателя, вглядываясь в клубок трубок и проводов. Там, в глубине, красовалась трещина в сплаве.

— Ну, охереть. Я даже не удивлён, — проворчал он. — Кто поставил этот кусок металлолома?

— Контрактники из «Старлайт». Говорят, бюджет урезали.

Эрик закатил глаза.

— Ага, и, наверное, перерасход пустили на новый офис для этих умников.

Механик хмыкнул, но ничего не сказал.

Эрик вытер руки об комбинезон, оставляя на ткани жирные полосы.

— Ладно, черт с ним. Ставим заплатки. Только молись, чтобы эта дыра не решила открыться в разгар полёта.

Бар «Звёздный прах», 23:30.

Катрина сидела за столиком в углу, перебирая старые записи отца. На экране планшета мерцала голограмма: Артур Вольф в скафандре, стоящий среди руин базы на Тау Кита.

— ...кодон X7-22 — это маркер, — говорил он, его голос шипел от помех. — Если вы видите его в атмосфере, бегите. Это значит, экосистема уже...

Запись прервалась. Катрина отпила глоток кофе, который давно остыл.

— Места свободны? — К её столу подошёл Эрик, держа в руке стакан с чем-то крепким.

Она кивнула, не поднимая глаз. Он плюхнулся на стул, бросив взгляд на её планшет.

— «Тау Кита, отчёт 43»... Вы тоже из клуба «Я говорил, но меня не слушали»?

Катрина резко подняла голову:
— Вы читали мои файлы?

— Нет, — он указал на голограмму. — Просто узнал логотип.

Они замолчали. На экране над баром транслировали репортаж о миссии «Генезис-7». Диктор восторженно вещал: «Новая эра колонизации!».

— Почему вы летите? — неожиданно спросила Катрина.

Эрик сделал глоток и усмехнулся:
— Потому что корабли не чинят себя сами. А вы?

— Потому что кто-то должен записывать, как они ломаются.

Эрик фыркнул:
— О, значит, вы тот человек, который фиксирует бардак, пока он происходит?

Она пожала плечами.

— Как-то так.

Космопорт «Орион», стартовая площадка, 06:00.

«Генезис-7» стоял готовый к старту. Катрина, пристёгнутая в кресле пассажирского модуля, смотрела, как дрожат стены от вибраций.

— Всем внимание! — Голос капитана Коллинз прозвучал в динамиках. — Запуск через десять.

Эрик в грузовом отсеке проверял крепления ящиков с инструментами. Он остановился у одного контейнера с надписью: «Ксенолиты. Опасно. Высокая реактивность».

— Эй, это же должно быть в защищённом отсеке! — крикнул он грузчику.

— Приказ сверху, — тот пожал плечами. — Места не хватило.

Эрик застонал:

— Места не хватило, мать его. Гениально. Может, ещё реактор в кладовку поставим?

— Два... один... старт!

Земля вздрогнула. Огненный поток вырвался из-под корпуса, и «Генезис-7» взмыл в небо. Катрина вжалась в кресло, ощущая перегрузку.

Эрик сидел в грузовом отсеке, держа бутылку воды. Он посмотрел на потолок, потом на ящик с ксенолитами, потом снова на потолок.

— Ну что, полетели, мать вашу.

Катрина закрыла глаза и выдохнула. Теперь всё по-настоящему.