Глава 4. То, что сейчас зовут домом
Звук шагов стремительно приближался. Сидя на краю крыши с уже прицепленным к нужному тросу карабином, Майкл не особо обращал на это внимания. Но звуки раздавались все чаще и чаще, не позволяя спокойно подумать. Сколько бы раз Майк не вспоминал о том дне. Сколько бы он не пытался осмыслить то, что тогда произошло. Все время перед ним вставали одни и те же вопросы без ответа. Одно было ясно точно, с ним что-то не так. По словам ученых, от здания в которое их тогда отправили, до убежища несколько километров. И пройти весь это путь в предсмертном состоянии по улицам - невозможно. Сколько бы людей не отправляли в разведку по земле, никто не вернулся, кроме Майкла. Сам он почти ничего об этом не помнит. А все те ощущения, которые он описал врачам, лишь ставили их в ступор заставляя задавать еще больше вопросов. Внезапно, дверь распахнулась и что-то понеслось в сторону Майкла стуча тонкими ногами. Он лишь оттолкнулся от края крыши и понесся вниз по тросу к соседнему зданию. Подобными пересадками искатели и передвигались по городу. От каждого строения тянулось по пять, шесть тросов в разные стороны. Также в случае обнаружения новых, необходимых для более удобного маршрута зданий - были специальные отряды, которые отвечали за крепеж новых тросов. В крайних случаях, каждому искателю выдается двадцать метров сжатого троса, пистолет для его прокладки и запасной карабин. Сам по себе карабин состоит из особо прочного металла и мощного компактного моторчика для того, чтобы взбираться по тросу с более низких на более высокие здания. Так же в составе экипировки искателя есть: аптечка, два сухпайка, лампа, резервный фонарик, зарядка для лампы, перочинный нож и контейнер для особого материала. Все это находится либо в рюкзаке, либо крепиться на пояс. Повторяя про себя теорию из справочника для искателей, Майкл и не заметил, как машинально добрался до последней крыши, от которой вел трос прямиком к посадочной площадке убежища.Само убежище довольно сложно не заметить. Высокий сетчатый забор, на верхушке которого растянута колючая проволока. По углам расположены смотровые вышки со специальными фонарями. В центре всего этого находился вход в бункер, а точнее - многоэтажный подземный комплекс с населением около пятисот человек. Насколько Майклу известно, таких бункеров около двух сотен по всей стране, что наталкивает на мысль о том, что всего уцелело около ста тысяч человек. Большая часть населения убежищ - это искатели которые без специальных ламп ничего не видят. Однако есть и зрячие люди: врачи, ученые, политики и прочая элита общества. Все те, кого сочли нужными для человечества или у кого просто хватило денег на место были переселены в подобные комплексы. Остальные...погибли, или пропали без вести. Сразу после окончания волны нашествия теней, была проведена массовая зачистка квартир и прочих зданий в поисках выживших. Это понесло за собой крайне большие потери, но также и принесло плоды, было спасено около семи тысяч детей до пятнадцати лет. Детей старше и взрослых, найдено не было. Все выжившие были подвергнуты эффекту слепоты, вызванным неизвестными последствиями. Самым старшим из спасенных сейчас около тридцати-пяти лет. Каждый из спасенных представлял собой научную ценность, поэтому их впустили в комплексы. Однако ценой крыши над головой стал ярлык лабораторной крысы. Майкл отчетливо помнил, как над ним ставили опыты, проводили операции на глаза и кололи различные препараты. Все это было не столько ради помощи, сколько ради того, чтобы выяснить причину слепоты.Некоторых оставили без глаз и в клетках, как собак. Некоторые путем связей добились спокойной жизни в комплексе. А некоторые были пущены в пустоши в роли расходного материала.Обязанные добывать разведданные, медикаменты, провиант, анализы почвы и иныхматериалов, а также доставлять посылки в другие убежища, мы должны были каждыйдень рисковать собой ради достойной жизни, которую нам обещали. Всего лишь обещали. С дня трагедии прошло порядка двадцати лет. Майклу двадцать четыре, в первый раз он пошел на вылазку в тринадцать, свою первую и единственную команду он потерял в четырнадцать. С тех самых пор никакой нормальной жизнью и не пахнет. Многие погибли, кто-то пропал без вести, но все эти двадцать лет открыли для него жестокую правду. И эта правда гласит о том, что он лишь инструмент. Перед Майклом открылись ворота, яркий свет ослепил его на долю секунды. Он видел его столько раз и каждый раз этот свет вызывал в нем теплые чувства. Может потому, что он наконец в безопасности? Нет, не здесь. Так почему же? Неважно, это лишь еще один вопрос, который останется без ответа. Смирись.Сколько бы раз Майкл не возвращался его встречал один и тот же человек открывающий ворота. Его имя было неизвестно, но оно и не было важно. Само его присутствие на посту говорило Майклу, что все осталось таким же, как и было до его ухода. По рассказам одного ученого, тени не могут проникнуть в убежище, в связи с особым типом освещения и при взаимодействии с ним, неустойчивые молекулы из которых состоят тени - рассеиваются. При встрече глазами со смотрящим за воротами, Майкл улыбнулся, кивнул и получив такой же ответ, пошел дальше по коридору к лифту.Он не отличался особой общительностью, а приветливая улыбка была лишь формальностью. Все свое свободное время он проводил в комнате читая книги, которые ему приносил доктор. Наверное, самый близкий ему человек.Майкл всегда охотно разговаривал с доктором и всегда держал его в курсе событий вылазок, которые не вошли в протокол в меру своей странности. Сам же док охотно слушал Майкла и поддерживал его в нелегкую минуту. В день, когда Майк единственный вернулся с вылазки, израненный, истощенный и сломленный, доктор позаботился о нем. Согласно рассказам медсестры, Майклу провели операцию после чего он впал в кому на четыре дня. Все это время доктор следил за его состоянием почти не отдыхая. Однако за несколько часов до пробуждения был вынужден отлучиться. Все оставшееся время, пока он лежал в больнице, ему снились кошмары. После выписки Майка стали расспрашивать о том, как он выжил внизу и добрался до бункера. Но ко всем его рассказам относились с недоверием и недопониманием. Когда он рассказал все это доку, то тот сказал, что несомненно попытается разобраться с этим. За все это время в убежище, доктор был единственным кто по-настоящему слушал Майка и считал его человеком. Всегда после вылазок,они встречались у входа в его кабинет. Только сейчас что-то пошло не так. Майк не увидел приятного щетинистого лица в очках и с седыми волосами на голове. И в комнате никого не было. За одиннадцать лет это первый раз, когда доктор пропустил встречу с ним сразу после ходки. Наверное, он чем-то сильно занят.Надо сходить и проверить.