Глава 2. Династия
— Надеюсь, подружимся, — девушка похлопала машину по белой обшивке ступни и посмотрела вверх, но кабина управления оказалась вне зоны видимости.
Всего час назад Элене сообщили, что она единственная, кому подходит этот красавчик. И вот она здесь.
Ненависть. Сержант сжала кулаки. Взглядом она, словно опытный матерый хищник, скользнула по чешуйчатым конечностям боевого робота, поднялась выше к корпусу и оружию, заменившим машине руки.
Две огромные пушки пулеметов с дополнительными двенадцатью дулами вокруг грозно смотрели в никуда, возвышаясь над хрупкой фигуркой пилота.
Прямо по центру между ними должен быть купол силового щита, укрывающий пилота и основные системы бора во время боя.
Положено радоваться такому подарку. Лицо сержанта скривилось в ухмылке. Она рада. Рада что всё еще является собой. "Анубис" создали в честь погибшего капитана. Элена не знала ни этого офицера, ни его заслуг, ни имени. Ничего. Лицемеры. Элене было противно даже находиться рядом с новой игрушкой генералов, инженеров и биомехаников.
Единственный капитан на станции "Восход-7", который погиб за последний год, был брошен на смерть своими же. Брошен теми, кто обязался прикрывать его. Теми, кто был недостаточно компетентен, чтобы выявить дезинформацию и предупредить о засаде.
Когда штаб получил новые данные, было поздно.
Теперь же, единственную часть сознания павшего героя, которая сохранилась с последней записи пару лет назад, загрузили в Интел боевого робота полчаса назад. Она получила уведомление на личный автом незадолго до этого.
Взорвать бы этого бора, ангар, станцию, страну ко всем ледяным фуриям. Печально, что они существуют лишь в историях. Сержант разочарованно вздохнула и опустила плечи.
После бойни с новыми охотниками Дэо в северных пустошах месяцем ранее, Элена стала слишком буйной для флота. По мнению аналитиков. И пси-специалистов. И био-, и кибер-инженеров. И особенно полковника, которому она врезала со всей силы по самодовольной физиономии.
"Надеюсь, ему икается", — приятное воспоминание ободрило девушку. Желание разнести всё в пух и прах сменилось чувством голода и лёгкого беспокойства: вдруг снова придётся запихивать в себя овощной суп вместо мясного рагу.
На фоне раздумий о рационе обычных солдат, Элена заметила странные мысли. Мысли её. Но иные. Свойственные старой Элене. Элене, которая умерла и переродилась на задании месяцем ранее, как оказалось после — самоубийственном.
Может, перевод в удаленную от столицы зону планеты к лучшему. Может, смерть и правда является началом для новой жизни... Сколько ещё "может" пронеслось в голове девушки за минуту пока она добиралась до выхода, — широких тяжелых ворот посреди одной из стен ангара, — слишком много.
Врата разъехались в стороны, ровно настолько, чтобы прошёл один человек. Сержант решила обдумать новые ощущения. Она и раньше замечала и знала вещи, которых не могла видеть и знать. Но знала. Как знала о капитане и ситуации, которую высшее руководство тщательно старалось скрыть ото всех остальных.
Голова Элены разболелась. Нужно поесть. И выпить. В столовую. Нет, зайти к подруге. У неё всегда найдется чем подкрепиться в обход местным правилам.
— Что ж, неплохое начало, — девушка поправила воротник голубой рубашки и направилась к площадке с лифтами в примерно ста метрах от ангара.
Всего за одно утро она узнала столько интересного. Особенно девушку впечатлило даже не чувство навязанности, поддельности и убедительности успокаивающих мыслей, а место откуда они исходили. "Они в моей голове", — промелькнуло в сознании нового пилота "Анубиса".
Элена споткнулась. Её охватил озноб и жар. Девушка хотела присесть, но потеряла координацию и навалилась всей массой на ближайшую стену коридора, так и застыв в позе атланта, подпирающего стену, будто та вот-вот упадёт и погребет под собой не только его самого, но и что-то еще. Что-то очень важное. Что-то, что она не в состоянии сейчас вспомнить.
"Небольшой, но всё-таки плюс в этой идиотской планировке. Никогда не понимала, зачем строить барьерные тоннели, превращая всё в долбанный лабиринт, забери его сверхновая, когда на базе и так столько защитных систем," — Элена рассмеялась и ощутила как теряет контроль над телом, будто разум угасает или погружается в глубокий сон.
Может, она снова сломалась? Как тогда, на операции? Или когда ударила старшего по званию. Редкостного г... Сержант вдохнула поглубже, воздуха становилось всё меньше, стоять становилось всё тяжелей.
"Мед-ботов ноль целых хрен десятых. Так помрешь — никто и не заметит. А ещё говорят: "Всё лучшее - в армии". Ага. Лучшие ходячие мертвецы".
Сердце стучало во все барабаны: в груди, в голове, в коленях, пульсировало в ступнях и в кончиках пальцев. Элена закрыла глаза. Она так часто впадала в сарказм в особо стрессовых ситуациях, что в итоге он стал чертой и без того сложного характера.
Подмоги не будет. Девушка ощутила как нечто тянется к ней, как оно окутало всю базу. Проникло во все системы. Никто не знает, что она здесь. Никто не придёт. Никому не нужна. Слабаки... Смерть - удел слабых.
Ноги девушки подкосились, руки онемели.
"Это всё — нереально, я выживу, " — Элена заметила силуэт слева. Пока земля и небо менялись местами в её восприятии, неизвестный приближался. Сержант вжалась в стену, чудом удерживаясь на ватных конечностях.
Последнее, что она ощутила перед потерей сознания — как рука соскользнула по шершавой стене, удар, холод и твердь каменного пола под правой щекой, небольшой сквозняк, темноту и беспомощность. Под чужие поспешные шаги в угасающем сознании мелькнула запоздавшая мысль — вино "Цветочный вулкан" подруга допьет без неё.
---+++++---
Трава зелеными колючками тянется к солнечной лампе — лучшей замене солнечному свету. Одного такого прибора хватает на все 500 квадратных метров сада. И это лишь малый прототип, установленный в центре потолка и раскинувший на десятки метров вокруг свои световые щупальца, словно давно вымерший подводный житель огромных размеров.
Сейчас он напоминает бутон необычного цветка и состоит из переплетенных между собой лиан. Скоро он раскроется, энергия пробежит по всем отросткам от центра бутона и до самых кончиков, затем лианы засияют и покров рассеянного света окутает заповедные растения.
Было бы глупо и очень опасно создавать направленный свет. Во всех первых прототипах придерживались иной логики и в итоге сотворили улучшенный лазер для боевых машин. Несколько десятков роботов с новой технологией успешно применяются в элитных подразделениях уже несколько лет.
В ходе испытаний новой лампы погибло 11 видов вымерших трав и деревьев. Хуже всего то, что они не успели дать семена.
Поэтому она здесь. С помощью остатков биоматериала, технологий, наработанного опыта и знаний она исправляет ошибки других. Помогает в возрождении и сохранении наследия родной планеты, строит новый дом для своей расы и просто убивает время разглядывая ползающих по земле букашек.
— Скукотень, — девушка потянулась в кресле и зевнула.
— И зачем я пришла в свой выходной? Со вчерашнего вечера одни неприятности: задела ногой ступеньку — вот грохоту было, я то не упала, нет, не волнуйся, всего несколько стеллажей, и затем еще несколько, и после...Сандерс полчаса проорал, что работника хуже меня он еще не встречал.
— Ну, я ему сказала, что всё бывает впервые. И что стоило бы лучше закреплять ценное оборудование.
— Что думаешь, Верридан? Ну, что молчишь? И не надо притворяться деревом! Ты ель. Красная ель из северных лесов. Увы, единственный представитель своего рода. Да и лесов там давно никаких нет. Ладно, не расстраивайся. Скоро этот небесный подсолнух раскроется и всё будет веселей. И твои друзья рядом.
— Хотела бы я знать, где мои, Верридан. Сердце сжимается как не родное. И такая тоска...Кому я рассказываю, — биоинженер стукнула кулаком по стволу двадцати метрового друга, — В твоей тени можно целое поселение построить. И водить песни и танцы возле костра ночью под луной, восхваляя природу, богов и огонь, прям как давние предки.
Раздался едва слышный щелчок. Осьминог вверху зашевелился. Сквозь сад с ветром, срывая едва зеленые и розоватые молодые неокрепшие листья, пронесся нарастающий гул и вырвался на поляну, где под красным великаном заповедной ели сидит наследница смешанной крови.
Холодная волна накрыла девушку с головой, взъерошив короткие, как трава вокруг, светлые волосы на её макушке. С головы слетел обруч и длинная челка неприятно кольнула глаза.
— Видишь, Вер? Похоже, мои неприятности только начались, — рассмеялась она и поднялась с упором на левое колено. Несколько раз прошлась ладонями по штанинам, сметая землю и мелкие травинки. Подняла обруч и заметила паутинку трещин прямо в его центре на внешней стороне.
— Что же, это в мусор, недолго продержался. Экономия на себе, Вер, часто приводит меня к подобным результатам, — девушка подняла вещь над головой, чтобы приятелю было лучше видно.
— Код 9, повторяю — код 9, всем служащим немедленно в зону эвакуации... — молодому инженеру показалось, что голос Интела дрожал или был на немного иной частоте, чем обычно.
"О чём я думаю," — девушка спохватилась и побежала под лай сирен к выходу, на ходу прощаясь и желая удачи Верридану. Хотела бы она взять его с собой.
До ближайшего хода осталось несколько метров. Девушка ускорилась. Пять лет она обучалась в лучшей военной академии и дважды побила местный рекорд по скорости бега и один по вышиванию подушек бисером. Двери едва успели пропустить бывшего кандидата в аэропехоту, раскрывшись у неё прямо перед носом в последний момент.
"Будет шестая жалоба на устаревшие механизмы пропускных систем. Если они, конечно, доживут до этого".
— Что случилось? — бросила инженер, влетев в лифтовый холл — самый крупный на всей базе. Сад находился на минус седьмом этаже командного центра.
Люди быстро вбегали один за другим в лифты и возносились на поверхность. Девушка увидела множество перепуганных лиц сквозь прозрачные трубы лифтовых шахт, внутри которых то и дело подымались и опускались платформы. С рабочими и техниками перемешались ученые в синих комбинезонах, офицеры в красной форме и рядовые в бежевых тонах. Несколько полковников только что заскочили в лифт и вознеслись с остальными.
Девушка растерялась. Паника толпы, завывания сирен, обязанность покинуть базу и даже инстинкт самосохранения вступили в неравную борьбу за её рассудок.
"Где Эл?" — вопрос ворвался в её мысли столь неожиданно, что девушка подскочила на месте и все чувства будто смыло морской волной. В голове прояснилось. Расчёты и анализ ситуации заработали как никогда прежде.
Внутренний компас указывал, что цель осталась позади. Но на каком этаже? Неважно. Двери и лестницы будут открыты еще минут пятнадцать. Она успеет. И захватит по дороге мед-бота. Интуиция подсказывала, что он пригодится. Не для подруги, так для неё. Экран перед глазами сообщил, что пульс зашкалил за 130 ударов.
Инженер мысленно отключила уведомление, экран исчез. Она пролетела по ступенькам еще сколько-то этажей вниз, не считая их количества.
Сильный толчок землетрясения чуть не выбросил её за перила, но девушка удержалась и продолжила спуск.
Мед-бот парил сзади в шаге от нее. Казалось, машине всё нипочём. Пока работает главный Интел и резервные системы исправны, за него можно было не беспокоится. Главное чтобы поспевал следом и не застрял где-нибудь по дороге, отвлекаясь на симпатичные кофеварки и электронные замки. Хотелось бы ей знать, какой умник на базе додумался научить мед-ботов ремонтировать мелкую электронику.
Поначалу это забавляло, но потом окружающих стало раздражать, что цилиндрические машинки для помощи страждущим снуют туда-сюда, будто шпионят за их работой, точнее за тем, как все дружно от неё отлынивают.
Вместе дуэт человека и робота покинул лестничную площадку и двинулся дальше по лабиринту коридоров и перегородок. Изредка посматривая на указатели и отдельные знаки на стенах и дверях.
Впереди показались створки очередного прохода. Инженер подбежала к ним вплотную.
— Твою ж, зависли, — девушка пнула их с ноги и пока подбирала ругательство, мед-бот подкрался незаметно. Чем обрёк на себя поток всех известных несостоявшемуся аэропехотинцу бранных слов. Он замер впритык к дверям и передал им серию команд из режущих слух звуков. Те послушно разъехались. Как отметила про себя девушка — не без магии нового друга.
— Вперёд, — скомандовала она и побежала дальше по белому камню вдоль таких же белых стен, утешая себя, что бот не единственный и наверняка не последний, кем ей предстоит руководить в своей долгой жизни.
---+++++++---