Мой мрачный дух окончил жизни сон...

Я уже и не вспомню, сколько мы простояли, вот так вот, просто, заключая друг друга в крепкие дружеские объятия. Мне хотелось растянуть этот приятный миг как можно дольше, ибо только рядом с ней мое тело чувствует себя спокойно и расслаблено. Интересное наблюдение, что в подобные моменты голова полностью очищается от всех мыслей, проблем и переживаний. Словно вокруг появляется волшебный купол, закрывающий вас от шума людской суеты.

Но, как и полагается по закону жизни, все хорошее когда-то заканчивается. Нам обеим стоило больших трудов освободиться друг от друга, расцепить плотно сомкнувшиеся руки и наконец, взглянуть друг другу в глаза. Этого мгновения было достаточно, чтобы я осознала "Она – человек, который действительно испытывает ко мне чистую, искреннею, безвозмездную любовь. Ей ничего не нужно взамен. Она просто любит, и все."

«Азалия, я безмерно рада твоему возвращению. И, разумеется, мне ужасно жаль, что накинулась на тебя вот так, абсолютно не разобравшись в ситуации. Это было весьма опрометчивым решением с моей стороны. Чтобы хоть как-то загладить свою вину, не согласишься ли ты отведать со мной чашечку ароматного чая? Полагаю, нам с тобой, нужно многое обсудить... Мне ... этого не хватало...». – я произнесла этот буквально на одном дыхании, а затем замерла, ожидая ее ответа.

«О, монамур, несомненно да! Безумно скучала по нашим чудным беседам. Мне тоже этого не хватает... - Смахнув слезинки со своих глаз, она добавила – Идем, у нас впереди много времени, чтобы наверстать упущенное.»

Признаюсь честно, впервые с ней я чувствовала себя так неловко. В тот момент, мне казалось, что вся моя бойкость и смелость куда-то улетучилась. И на месте всегда дерзкой и напористой, появилась маленькая и беззащитная девочка, так страстно жаждущая внимания и любви. Причина произошедшего мне не ясна. Случилось это из-за резко накатившего чувства вины или из-за сильного волнения, уже не имеет значения. В результате мне с трудом удавалось подбирать слова, что абсолютно не свойственно мне. Проблем с выражением собственных мыслей у меня никогда не было. Мои слова – мое главное оружие. Смею предположить, это и является корнем всех моих недопонимай с семьей. В большинстве случаев, я говорю тогда, когда следовало бы молчать, или же, высказываюсь тогда, когда моего мнения не спрашивают. Странно, до сегодняшнего дня подобные мысли не посещали мою голову никогда. Пожалуй, мне стоит поразмыслить об этом на досуге. Ведь иногда слова могут ранить гораздо больнее любого оружия.

Оставшийся путь до дома прошел в молчании. Но и этого было вполне достаточно. Мы просто шли, улыбаясь и держась за руки так нежно и невинно, словно маленькие счастливые дети, вслушиваясь в шелест листвы, словно в надежде услышать их причудливую мелодию.

Минуты тянулись бесконечно, но нам это нравилось. Ведь несмотря ни на что в такие мгновения время было на нашей стороне. И вот, наше небольшое путешествие по улочкам города было почти завершено, вдалеке виднелся фасад семейного имения, в котором благополучно проживала моя счастливая семья. Однако мое внимание привлекло нечто другое. Рядом с массивными черными воротами, что будто воины преграждали вход в поместье, стоял старик. Его невнятный крик, размахивание руками и агрессивные попытки попасть внутрь заставили меня забеспокоится.

Глядя все дольше и дольше, параллельно приближаясь к нему, внутри начал подниматься перемешанный ком отвращения и страха. Сильно исхудавший, настолько, что кожа плотно обтянула вены на его висках, одетый в какие-то лохмотья, с трудом похожие на одежду, на вид лет семидесяти. Бледное, слегка вытянутое лицо, с ярко выраженными скулами, впалыми маленькими глазами, острым подбородком и длинным крючковатым носом, придавало ему весьма болезненный и неприятный вид. А синяки и кровавые подтеки в уголках куб добавляли еще большей мерзости его лицу. Я видела много нищих и бродячих простолюдинов на улицах города, но этот не был похож ни на одного из них. Он выглядел как олицетворение самой смерти, конца, безысходности. Жуткое зрелище. Но вопрос которой беспокоит меня больше всего, что же ему понадобилось здесь, возле нашего дома?

«Прошу прощения, эээ, сэр. Не потрудитесь ли вы объяснить мне, что вы здесь делаете и по какой причине, вы ведете себя столь...неподобающим образом?» - несмотря на спокойный и ровный голос, мне с трудом удавалось сдерживать внутреннее беспокойство, нарастающее все больше. Прежде, я никогда не пребывала в подобных ситуациях, посему очень сложно держать свой разум холодным, а сердце ровно бьющимся. Благо старик этого не заметил. Годы жизни с матерью и новой семьей подарили чудесную способность, позволяющую надевать плотную маску спокойствия и безразличия, дабы скрыть свои истинные эмоции и переживания.

Не успев закончить свои размышления, слышу: «Ты! Это ты... ДЬЯВОЛЬСКОЕ ОТРОДЬЕ! ВСЕ ИЗ-ЗА ТЕБЯ! ТЫ ПОГУБИШЬ НАС! ТЫ ВСЕ УНИЧТОЖИШЬ! ТЫ ВО ВСЕМ ВИНОВАТА! ТЫ! ТЫ! ТЫ! УМРИ ТВАРЬ, УМРИ! АААА» - Старик кричал безумным истерическим голосом, коего, я, не слышала еще никогда в жизни. Его и без того широко распахнутые глаза, выпучились еще больше и стремительно налились кровью. Кожа на виске начала вздыматься от активно пульсирующей вены. Все происходящее было неясно мне, кроме одного. Его тело переполняла безудержная и абсолютно неконтролируемая ярость.

Я стояла, находясь в полном ужасе и оцепенении, не в силах пошевелить и пальцем. Тело резко стало ватным, ноги не слушались, а разум туманился чувством нарастающего страха. Смелость и былое высокомерие улетучились не оставив после себя и следа. Неожиданно, в руках старика что-то блеснуло. Мне не сразу удалось разглядеть эту вещь, так как все мои мысли были заняты лишь одним вопросом: «Кто он и что ему нужно?» Меня можно понять. Животный страх, словно зыбучие пески, медленно пожирал тело целиком, не давал моей логике хоть как-то оценить сложившеюся ситуацию. Я смогла понять что это, лишь когда бродяга подбежал ко мне практически вплотную и со всего маха занес свою морщинисто костлявую руку над моей головой.

Это был небольшой серебряный клинок. В эту секунду, все пролетело перед глазами. Ощущение беспомощности поглотило меня целиком. Я думала, что моя жизнь оборвется, что все закончится. А я ведь так много всего не успела сделать! Я не закончила гимназию, не отправилась в кругосветное путешествие, не совершила никакого важного открытия, не получила гранд, не вышла замуж за богатого и успешного красавца. И если так подумать, что я вообще успела сделать? В такие моменты приходит осознание собственной ничтожности, ценности жизни и потраченного времени, которое уже, к сожалению, ты никогда не сможешь вернуть. Еще один важный урок, который мне довелось усвоить. Почему именно сейчас, в такой ситуации?! Умные мысли могут приходить в более спокойной обстановке, разве нет?

Момент прощания с жизнью, настал. Я уже зажмуриваю глаза и готовлюсь получить пронзающий удар, как тут, чья-то рука ловко перехватывает клинок и выбивает ее из руки сумасшедшего. Массивная фигура Азалии загораживает меня собой, полностью закрывая от опасности. Что это? Неужели Божий промысел? Хотя кого я обманываю. Если бы Господь действительно существовал, он бы не позволил умереть моему отцу, он бы не позволил бабушке Азалии прожить столько лет в тяжких муках. Все, что внушали нам о Всевышнем с раннего детства, брехня. Я старалась верить несмотря ни на что, до последнего убеждая себя в том, что он есть. Хах, да к черту Бога! Сейчас меня спас уж точно не он.

«Ты совсем умалишённый! Да кем ты возомнил себя, что позволяешь себе такое! Нападаешь с ножом на девушку, гораздо слабее и уязвимее, чем ты? Даже если она и виновата в чем-то перед тобой, хоть я и сомневаюсь, никто, слышишь, никто не давал тебе право забирать чужую жизнь!» - прокричала Азалия, все еще крепко сжимая его руку.

В эту секунду, я увидела ту часть подруги, что была неведома мне раньше. Ее громкий властный голос, внушающий страх даже мне.

Через мгновение оружие из руки старика со звоном упало на землю.

Долго отходить от шока мне не пришлось, разум быстро дал о себе знать. Нужно было срочно действовать, иначе, неконтролируемая агрессия Азалии, могла привести к весьма печальным последствиям. Конечно, если бы она убила этого «несчастного», не могу сказать, что я бы сильно расстроилась. В данной ситуации, гораздо больше меня волновало собственное благополучие. Но, разумеется, мне не хотелось бы, чтобы кровь этого проходимца была на ее руках. Правосудие, разумеется, будет осуществлено, но не Азалией и не так.

«Азалия, остановись, прошу! Ты можешь убить его! Пожалуйста! Я позову охрану, и они отведут его в полицейский участок! Это их работа, не твоя. Прошу, не губи свою жизнь из-за какого-то сумасшедшего убожества. Да, он хотел отнять мою жизнь, но убив его, ты не станешь лучше! Опусти...»

Очень нехотя, Азалия все же ослабила свою крепкую хватку, в результате чего старик плашмя рухнул на землю.

«Быстро, в дом, за охраной» - Азалия сказала это, будто была офицером, отдающим приказ новобранцу.

Недолго думая, я достала ключ от ворот из сумочки и рванула прямиком к воротам. И стоило только мне провернуть щеколду один раз, за моей спиной послышался жалобный хрип.

«Я не хотел ... Я был вынужден... Она обещала вернуть мне мое по праву, но так и не сделала...Я... Я...Я просто хотел то, что полагалось по праву... Вот и все...Я буду молиться и тогда, Господь помилует меня и простит, за все прегрешения»- тихо, практически шепотом проговорил старик.

«Хах, как же. Неужели ты и вправду надеешься, что после совершенного тобой поступка, помолившись разок «справедливый Господь» простит тебя? Хочешь расскажу, что будет на самом деле? Когда придет охрана, мы передадим твое дряхлое тело им, а после чего, ты будешь доставлен в полицейский участок, где будешь осужден за нападение с попыткой убийства, и, вследствие чего, казнен. Вот как все случится» - от этих слов Азалии стало не по себе. Я и не думала, что она способна сказать, нечто подобное. Стало не на шутку жутко, хоть и моей вины тут не было.

«Ахах, я не боюсь смерти дитя – прошипел старик- Если такова воля Всевышнего, я готов встретиться с ней. Моя душа и совесть чиста перед небесами, что не скажешь о твоей» - еле-еле подняв свою исхудавшую руку, он направил свой указательный палец на меня.

«Что ты имеешь в виду?»- спросила я. Признаюсь честно, мне не слишком хотелось слушать бредни сумасшедшего мужчины, но любопытство взяло верх над отвращением и чувством самосохранения. Поэтому я подошла ближе к нему и осторожно нагнулась, чтобы получить ответ.

«Твоя душа чернее ночи, девочка. Тебя не должно было быть. Кхе-кхе, сделка со смертью очень опасна. Ведь никогда не знаешь, когда она придет, чтобы спросить должок кхе-кхе. Ты и все твое гнилое семейство ступило на опасную дорожку. Мало того, что сами ступили в это болото, так вы еще и тянете за собой других! Мою семью за что! Все они почили (*умерли) по вашей вине! Это не справедливо! Почему, пока вы пьете и веселитесь, мы должны умирать за вас! Имей мужество, дрянь, умри, тем самым искупив грехи! Иначе кровопролитие не остановится. Долго еще вы будете прятаться за стенами своего особняка? Кхе-кхе»

Не могу точно описать, какие эмоции я испытывала в тот момент. Страх, ужас, отчаяние, непонимание. Что должна сделать? Какой долг надобно вернуть? Кто вообще, черт возьми, этот человек и какое отношение он имеет к моей семье? Все, что он сказал правда? Или же это бред сумасшедшего старика? Из ступора и бесконечного потока мыслей меня вывел последний, как выяснилось позже, монолог мужчины.

«Возьми это, девочка. Я надеюсь, тебе хватит смелости прекратить все это. Они были невинными душами, которые умерли зря. ЗРЯ! Лишь для того, чтобы твое семейство жило припеваючи, не задумываясь ни о чем кроме набитого едой брюха.» - протянув мне какую-то бумажку его рука глухо упала на землю. Взгляд стал пустым и стеклянным. Он...умер? Голова начала предательски кружиться. Перед глазами появилась белая пелена, застилающая все вокруг. Ноги задрожали, подкосились и стали ватными. Я впервые вижу покойника настолько близко. Даже когда умер мой отец, мне не дали взглянуть на него. Попрощаться и проводить в последний путь человека, что был мне дороже всех. Пожалуй, это то, чего я никогда не прощу своей матери. А сейчас, прямо передо мной лежит мертвец, что буквально минуту назад хотел убить меня. Но так странно... Я совсем не чувствую злорадства или облегчения, скорее наоборот, меня захлестывает страх и чувство...вины? Но откуда оно взялось...В его смерти нет моей вины, правда?

Внезапно я вспомнила, что перед тем, как отойти в мир иной, старик сунул мне в руку какой-то клочок бумаги, похожий на маленькую фотографию. Перевернув ладонь, я увидела, мутное и местами затертое, изображение женщины в черном платье, которая будто бы знала, что мой взор обращен на нее, ведь она так устрашающе смотрела в ответ.