11
Иногда можно отказаться от своей гордости, чтобы спасти чью-то жизнь. Но что, если это спасение обернётся для нас самой большой трагедией, и наш подвиг окажется напрасным? Как больно осознавать, что в этой жизни мы лишь маленькие люди, не имеющие большого значения.
.
Мы прибыли быстрее, чем я ожидала. По ощущениям, дорога к этому лесу заняла гораздо больше времени, чем наш обратный путь. Когда мы доехали до конюшни, я заметила ту самую лошадь, которая везла меня; она стояла возле двери и терпеливо ждала Лукаса. Он слез с лошади, протянул мне руки и помог спуститься. Я ухватилась за его плечи, и он подхватил меня, словно легкое перо.
Открыв дверь, лошади прошли внутрь и направились к своим местам. Закрывая барьер, Лукас вздохнул и подошел ко мне ближе.
- Сколько тебе лет? - спросил он, изучая меня внимательным взглядом.
Я посмотрела на него с невинным выражением лица.
- Восемнадцать через месяц, - отвечала я.
Он вдруг взял меня на руки и понес внутрь, махнув головой горничным.
- И видно, ведешь себя как ребенок. Не можешь усидеть на месте. Неужели нельзя просто спокойно посидеть в теплом месте? Тебе от первого раза не хватило искупаться, так ты решила еще раз рискнуть - и стать едой для хищников. Молодец, умная девочка, так держать.
Анеля мрачно склонила брови и осуждающе посмотрела на него.
- А тебе сколько лет? - спросила она.
- Двадцать один, - ответил Лукас, глядя ей прямо в глаза и прищуриваясь.
- Ну и заметно, что ворчишь, как старый дед.
- так значит старый дед? - с легкой усмешкой переспросил он.
- Да, старый дед, - подтвердила Анеля, сдерживая улыбку.
Он поставил её на пол, затем, улыбнувшись, произнес:
- Ну тогда у старого деда спина болит. Дойдешь сама.
С этим утверждением он развернулся, помахал рукой и ушел, поднимаясь по лестнице.
Анеля с удивлением смотрела ему в след, не собираясь оглядываться.
Я тоже начала подниматься по лестнице, направляясь к своей спальне. Развезав плащ и кинув на кровать, я пошла в купальню. Войдя туда, я увидела, что горничные уже приготовили теплую воду и чистую одежду.
- Госпожа, вам еще чем-нибудь помочь? - спросили они.
- Нет, не нужно, - ответила я. - Вы свободны.
Они поклонились и вышли. Скинув одежду, я ступила в теплую воду и сразу почувствовала, как мои раны начали щипать. Окунувшись с головой, я вспомнила последние моменты: боль на лицах солдат, стоящих на грани жизни и смерти. Мои губы снова коснулись воспоминаний о том, как поцеловала его, поклявшись, что буду любить. Стыд обожгло меня; я снова нырнула в воду, стараясь избавиться от тревожных мыслей.
Собравшись с силами, я вынырнула и, быстро задышала, гладя горящую щеку. Прикоснувшись к ней, я ощутила, что свежая кровь начала опять просачиваться. Нет, я правильно поступила. Если бы я не сделала этого, он убил бы их всех.
Проведя в воде еще двадцать минут, я выбралась из ванны и одела камизу, зашнуруя её так, чтобы она облегала мою талию, подчеркивая силуэт. С мокрыми волосами я вышла из купальни и вернулась в свою комнату. Моя постель была готова ко сну - уютная и чистая. Я сделала несколько шагов, приподняла ногу и легла на кровать, глубоко вздохнув. Закрыв глаза, я погрузилась в сон, надеясь, что в нем не будет места для страха и сомнений.
Мне снился такой замечательный сон. я чувствовала не только покой, но и нежные прикосновения там, где у меня были ранки. Это было удивительно - в таком убаюкивающем состоянии ощущать заботу. Открыв глаза, я чуть приподнялась и увидела Лукаса. Он сидел рядом со мной, в руке у него был небольшой флакончик.
- Ты-ты что делаешь? - спросила я с недоумением.
Лукас не взглянул на меня, продолжая неспешно мажеть мои раны. В его действиях была не только нежность, но и уверенность, от которой замирало сердце.
- Спи, - чуть слышно произнёс он.
Как тут уснёшь, если тебя так трогают? Я ловила каждый момент, каждое прикосновение. Он поднял голову, и наши взгляды встретились. Чуть смущенный, но в то же время такой привлекательный, он подвинулся ближе. Я внезапно почувствовала его запах - тяжёлый и манящий, словно он собрал в себе все лучшие ароматы мира. Лукас взял мою правую руку и стал аккуратно обрабатывать каждую ранку, каждую царапину, не пропуская ни одной. Затем, нежно, словно бы опасаясь навредить, он перешёл на вторую руку, продолжая свою заботливую миссию.
Когда он дошел до щек, я замерла. Его прикосновения стали почти восхитительными, и всё, что осталось - это быть в моменте, позволить себе наслаждаться. Он наклонился ближе, и я не могла связать ни одного слова, просто наблюдая за его глазами. Они были полны светлого тепла.
- Спи, моя девочка, - промурлыкал он, остановившись на мгновение, словно бы запечатлевая этот момент в памяти.
И поцеловал меня в лоб. Этот простой жест, наполненный нежностью и заботой, оставил после себя сладкое послевкусие. Вскоре Лукас встал с кровати и, не произнеся больше ни слова, вышел из комнаты.
Оставшись одна с мешаниной чувств, я осознала, что эта нежность, этот интимный момент не уходят из моей памяти.
"Если он хочет, чтобы я его любила, то я сделаю так, чтобы моя любовь ему надоела," - прокралось в голову дерзкое решение. Я улыбнулась, искривив губы в коварной усмешке, и лёгла обратно, погружаясь в мысли, переполненные планами и тайными замыслами.
С этой улыбкой я снова закрыла глаза, готовая впустить в себя ночь, наполненную новыми возможностями и, возможно, романтическими испытаниями. Впереди меня ждала игра, и каждая следующая нота - будь то игривое соперничество или долгожданное сближение - обещала стать увлекательным открытием.