14
Анеля проснись! Анеля! Очнись!
Я открыла глаза, моё сердце бешено колотилось, а из глаз катились слёзы.
Лукас сидел рядом, держал меня за плечи, его взгляд был полон тревоги и заботы.
— Что случилось? Что тебе приснилось? — тихо спросил он.
Я смотрела на него, но слёзы не переставали литься. Он осторожно поднял меня и обнял, обернув в свои крепкие руки.
— Всё хорошо, это был всего лишь кошмар, — прошептал он, — я с тобой, я рядом.
Я подняла голову с его плеча и посмотрела в его глаза:
— Мне очень страшно…
Он крепче прижал меня к себе, словно пытаясь передать часть своей уверенности. Потом медленно поднял меня на руки, как ребёнка, и начал нежно покачивать.
Его голос опустился почти до шёпота, и он стал петь тихую, ласковую песню. Звуки были нежными и тёплыми, как уютное одеяло, и я почувствовала, как страх начинает отступать, растворяясь в его голосе.
Глаза закрывались сами собой, и с каждой секундой кошмар уходил всё дальше, уступая место тихому покою и чувству безопасности.
Лукас продолжал петь, пока я медленно погружалась в сон, зная, что он — моё крепкое плечо и надёжная защита в этом мире.
**
Утром яркое солнце нежно проникало сквозь занавески, мягко играя на стенах комнаты. Я чуть приоткрыла глаза, но вскоре снова закрыла их, желая спрятаться под тёплым одеялом и продолжить сладкий сон. Однако упрямое солнышко не давало мне этого — что-то тяжёлое мешало накрыться поудобнее.
Я повернулась и увидела Лукаса: он спокойно спал, его лицо было расслаблено и безмятежно. Я нахмурилась. Почему просыпаюсь я от света, а он все еще погружён в сон?
Вздохнув, я встала и распахнула занавески. В комнате сразу стало слишком светло. Лукаc начал щуриться, пытаясь привыкнуть к яркому свету. Я быстро подбежала к нему, прыгнула на кровать и залезла сверху.
- Милый мой муженёк, — ласково сказала я, — если ты не встанешь и не откроешь глаза, мне придётся раздавить тебя.
Я наклонилась к нему лицом, моё тело полностью лежало на его. Мягким движением указательного пальца я провела по линиям его лица.
- Ладненько, я пойду завтракать, — прошептала я.
Я попыталась встать, но его руки нежно сжали мою талию, а другая рука положила мою голову на его грудь.
- Спи дальше, — тихо попросил он.
- Не могу, — ответила я.
- Милая моя жёнушка, — сказал он, — ты сама не даёшь мне спать.
- Во всём виновато солнце, — усмехнулась я, — оно не давало спать, а я не хотела страдать одна, поэтому поделилась с тобой.
- Ну, спасибо, — прошептал он с улыбкой.
- Я хочу кушать, так что отпусти меня, — сказала я игриво.
Он мягко отпустил меня, и я поднялась, направляясь в столовую.
Я прошла по коридору, ощущая лёгкий запах вкусного завтрака. Витрина стола была усыпана разноцветными ягодами и свежими фруктами, а на плите тихо пыхтела кастрюля с овсяной кашей. В этот момент я почувствовала, как утренний покой наполняет комнату, несмотря на солнечный свет.
Взяла чашку с чаем и оглянулась через плечо в сторону спальни. Лукаса там не было, но я знала — он скоро последует за мной, если я не позову.
Я решилась и громко сказала:
— Лукас не заставляй меня завтракать одной!
В этот момент дверь медленно открылась, и на пороге появился Лукаc, растрёпанный и улыбчивый. Его глаза, ещё не проснувшиеся до конца, встретились с моими.
— Пожалуй, ты правa, — протянул он, — завтракать вдвоём всегда вкуснее.
Мы обменялись улыбками, и сели за стол
В этот раз мы довольно быстро и молча позавтракали, атмосфера была тяжёлой, словно невидимая преграда выросла между нами. Я уже собиралась уходить, когда он вдруг заговорил тихо, но твёрдо:
— Анеля, мне придётся уехать на два дня по делам.
Я вцепилась в край стула, сердце уже подсказывало — сейчас что-то изменится.
Я смотрела на него, не понимая, что происходит. За одну секунду стало холодно и пусто внутри.
— Почему? Куда ты уходишь? — спросила я, в голосе дрожь.
Он молчал, и это молчание давило сильнее любых слов. Моё сердце стучало всё громче, будто предчувствуя беду.
— Это тебе знать не нужно, — наконец ответил он, глядя мне в глаза.
Я встала со стула, хлопнула ладонями по столу, не сдерживая эмоций:
— Почему я должна оставаться одна? Почему ты так часто что-то скрываешь от меня? Я не понимаю тебя!
Он глубоко вздохнул, закрыл глаза рукой, стараясь унять бурю в душе и не задеть меня резкостью:
— Анеля…
Но я не дала ему сказать больше:
— Всё! Я даже не хочу тебя видеть и слышать! Иди куда хочешь! Я своё обещание выполню, а ты своё — сдержишь?
Сердце колотилось так быстро, что казалось, сейчас вырвется из груди. В голове вертелся один страх: что он снова уйдёт в наш городок и станет убивать невинных людей — вот чего я боялась больше всего.
Не сказав ни слова, я развернулась и ушла в комнату. Там провела почти час — сидела в тишине, зная, что он уже ушёл, даже не попрощавшись. В доме осталось только чувство пустоты и тревоги.
Так и прошёл целый день — в страхе и надежде на то, что он не вернётся в городок и не станет убивать жителей. Япыталась заснуть, но вдруг услышала плач и чей-то зов о помощи.
Открываю глаза — и понимаю: я не в своей тёплой кровати, а на улице, посреди толпы. Вокруг много людей, среди них — наши солдаты. Раздаётся громкий детский голос, умоляющий:
— Пожалуйста, не убивайте мою маму!
Моё сердце разрывается. Я пробираюсь сквозь толпу, чтобы увидеть, что происходит. Передо мной сцена, от которой холодеет душа: женщина лежит вся в крови, а перед ней стоит мальчик лет трёх, раскинув руки — чтобы никто не подходил к ней.
Я отворачиваюсь и замечаю своего деда, который держит в руках свой кровавый меч. Рядом с ним стоит отец. Дыхание перехватывает, я не понимаю, что происходит.
И тут я слышу страшные слова:
— Сын мой, убей эту женщину, а потом и этого черчёнка.
Отец начинает приближаться к ним, но мальчик кричит:
— Если подойдёшь ближе — убью вас всех!
Тут голос женщины:
— Милый, беги, не марай свои руки...
Мальчик смотрит на мать:
— Я не могу тебя просто бросить.
Но отец подходит ближе и пронзает мальчика мечом, вытаскивая его обратно.
— Нееет! — кричит женщина и тут же грянул гром. Тучи затянули небо, стало жутко темно. Женщина держит свой кровоточащий живот.
— Я вас всех прокляну, — говорит она сквозь зубы. — Ты забрал у меня сына, а я заберу у тебя дочь. Востанит новый чародей. Убив меня, вы всё равно не убьёте его.
Деревья зашевелились под напором ветра.
Кровью она рисует на асфальте знак.
— Да будет так, — прошептала она.
Отец усмехнулся и вонзил меч в её грудь.
— Твой сын мёртв.
В этот момент заговорил дедушка:
— Все, расходимся. Цирк окончен.
Толпа начала расходиться, а я осталась стоять неподвижно. Женщина смотрела мне прямо в глаза.
Я подошла ближе, и она заговорила:
— Ты не такая, как твоя семейка...
Она выплюнула кровь и тяжело продолжила:
— Полюби моего сына. Полюби искренне, защити его, пожалуйста, помоги ему.
Я посмотрела на мальчика, подошла, взяла его на руки и начала качать.
Слёзы текли по моему лицу, капая ему на лицо.
— Простите, простите... Я буду его любить, — шептала я, — ведь он мне уже не безразличен.
Моя слеза упала на рану мальчика.
— Пора просыпаться, моя дорогая девочка. Спасибо тебе за чистое сердце и душу, — произнесла женщина. И вдруг громкий раскат раздался по комнате.
Я открыла глаза. Передо мной — потолок, та же кровать. Это был сон.
Слёзы текли по моим щекам.
— Я устала... — прошептала я себе. — Кажется, я действительно устала.
Я лежала в тишине, слушая ровное биение своего сердца. Сон словно оставил в душе тяжесть, холод и одновременно странное тепло — как будто от тех слов и образов, что приходили из глубин моего подсознания. Мне казалось, что этот мальчик и женщина из сна — не просто фантазия, а предупреждение, послание, которое я должна разгадать.