Ты слышишь? Тишина зовёт.

Почти всю неделю Ада пыталась поговорить с Кириллом, но он не желал её слушать. Она что, забыла, что он обещал её убить, если она хоть раз к нему подойдёт? Ну, он конечно же этого не сделает, но откуда ей знать наверняка? Да и вообще, уверена ли она в том, что действительно видела этого демона? Может у неё с головой не всё в порядке, вот и мерещится всякое. И у него тогда тоже.

Ада подходила к нему в столовой, перехватывала в коридоре, даже пыталась проникнуть в комнату, но Адам выгнал её, сказал, чтобы она не пудрила людям мозги. Кирилл был благодарен ему за столь неожиданное проявление внимания к своей персоне.

Настал день уборки. Агнесса Алексеевна с утра объявила об этом ребятам, на что они ответили дружным возгласом протеста. Но спорить с этой женщиной было бессмысленно. Одному Кириллу понравилась эта идея. Ребята взяли вёдра с тряпками и разбрелись по своим комнатам. Наконец-то Кириллу выпала возможность прибраться в комнате! Он думал, что рано или поздно мог задохнуться в этой пыли или утонуть в хламе своего соседа, если бы в скором времени не прибрался. Адам как всегда лениво развалился на кровати и читал книгу, не желая даже сдвинуться с места чтобы помочь. Солнце пыталось заглянуть в комнату, но тяжёлые льняные шторы преграждали ему обзор, обнимая комнату приятным полумраком. Лишь ритмичное шорканье тряпки по полу и лёгкое шуршание страниц прерывали уютную тишину, царящую в комнате.

Кирилл подумал, что становится душно. Он встал и не спеша подошёл к окну, перешагивая через книги. Адам не разрешал их трогать. Раздвинул шторы. Множество тысяч пылинок купалось в лучах солнца, танцуя и играя в какую-то игру, известную только им. Открыл окно и в комнату сразу же ворвался приятный холодный ветерок, разметав пылинки в разные стороны и перебрав шаловливою рукой страницы книги Адама, возвращая его к началу прочитанного.

- Ну ёб... Скотина! - Кириллу даже показалось, как тёмные глаза Адама метнули молнии. Такие недружелюбные, злые молнии в его сторону. - Кто просил тебя открывать окно? Шизик несчастный.

"А я ведь только начал думать, что мы нашли общий язык" - раздосадованно подумал Кирилл, закрывая окно и, хотев было за дёрнуть пыльные шторы не решился на это.

- Так лучше?

- Естественно. - он подтянул сползшие на нос очки в тонкой железной оправе. - Было бы ещё лучше, если бы ты ушёл куда-нибудь. Так что проваливай.

- Что ж ты такой агрессивный? - пробормотал Кирилл, но собеседник услышав его, уставился на него, как на мишень.

- Что ж ты такой тупой, а? Когда рожали, совсем мозгов положить забыли? Или они так, со временем выветрились?

"Как же он достал. Терпеть его не могу. Ненавижу. С ним я так не выживу".

- Лучше бы нас переселили.

- О! Так ты тоже об этом мечтаешь? - Адам вопросительно приподнял брови, - ну хоть в чём-то мы солидарны.

" Он такой же гнилой, как и его сестра"
Кирилл развернулся и вылетел из комнаты, громко хлопнув за собой дверью.

Довольный же собой Адам продолжил чтение.

Мальчик с непослушными тёмными волосами, цвета тёплой древесной коры, торчащими во все стороны сидел на деревянной прогнившей скамейке на заднем дворе усадьбы. Свет пробивался сквозь листья деревьев, составляя на одежде и коже причудливые рисунки. В своей тетради он пытался нарисовать толстого рыжего кота, сидевшего напротив и столь усердно пытавшегося вычистить лапой мордочку. Он слышал от мамы, что рисование расслабляет и дарит умиротворение, но его оно только раздражало. Каждая линия получалась не так как надо. Неправильно. Рука не слушалась, карандаш старался вырваться из его пальцев и сбежать куда подальше. На бумаге вырисовывается вовсе не кот, как ему хотелось, а какая-то помесь собаки с коровой. Уши получились больше чем надо, да и голова тоже, лапы тоненькие и уродливые, на концах которых выросло что-то наподобие копыт. Ужас. Видимо коту тоже не понравился рисунок горе-художника и он решил избежать дальнейшего позирования, сиганув в ближайшие кусты малины.

Кирилл тихо выругался, откинувшись на спинку скамейки и запустил карандаш в сторону. Он приземлился в аккурат под ноги идущего к нему Мишке. Чёрт. Его ещё не хватало для полного счастья.

- Ей-ей-йей! Что делаешь? - Мишка присел рядом.

- Не твоё дело, - буркнул Кирилл, отодвигаясь как можно дальше от нежданного собеседника.
"А вдруг он и правда... Того. По мальчикам".

- Ну что ты огрызаешься! - он посмотрел на мальчика со слишком наигранной обидой на лице. Кириллу стало смешно от его рожи и настроение немного улучшилось.
Мальчику стало совестно за свою грубость.

- Прости.

Неожиданно Мишка рассмеялся. Заливистый смех разнёсся над двором, проникая во все тёмные углы, словно тёплый луч керосиновой лампы.

- Да ладно тебе. Я же не серьёзно. Солнышко светит, птички поют. Хорошо же! - и он развалился на скамейке, сведя руки на затылке. Блондин запрокинул голову и смотрел на солнце сквозь светлые опущенные ресницы. Солнечные блики играли в его кудрях, превращая каждый волос в настоящее золото, плелись узорами листьев по коже.
"Красивый" - подумалось шатену, но он отбросил эти мысли. - "Ну красивый так красивый. Что в этом такого?"

Кириллу передалось его умиротворение и тут же захотелось спать. Веки заволокла дрёма и они потяжелели, слипаясь. Он так бы и уснул, если б Мишка неожиданно не спросил:

- Что ты всё от неё бегаешь?

- А?

- От Ады.

Остатки сна как рукой сняло. На Кирилла обрушились воспоминания и тревоги, о которых он смог забыть лишь на пару минут своего недо сна. Голова тут же загудела.

- Не бегаю я.

- Конечно-конечно. Ты можешь называть это как угодно. Прячусь, избегаю, не хочу видеть, общаться. Но всё равно ты от неё бежишь как от Маруськи с двадцатью тремя колокольчиками.

- Двадцатью четырьмя.

- Темболее! - после недолгой паузы он спросил, - Кстати, о чём это вы разговаривали?

Кирилл отвёл взгляд.

- Да так, ни о чём.

Он чувствовал прожигающий взгляд Мишки на своей скуле. Наконец он перевёл взгляд на что-то интереснее лица Кирилла.

- Понятно. Значит ни о чём. Опять наверно про демона своего все уши тебе прожужжала. - Кирилл неохотно кивнул. - Ты же ей не веришь? - он неопределённо пожал плечами. - Эхх.
Мишка поднялся, убрал руки из-за головы и подался вперёд, смотря куда-то в темнеющие заросли кустов. Кирилл спросил:

- А ты видел... эм... его?

Мишка повернулся, с недоумением, написанным на лице. Видимо, вопрос вырвал его из раздумий.

- Кого?

- Ну, демона...

Глаза Мишки округлились, то ли от страха, то ли от удивления и он ответил, убирая прилипшую ко лбу прядь волос:

- Я не сумасшедший, чтобы видеть то, чего не существует. - он поспешно поднялся, отряхнув брюки. С них просыпалась гнилая древесная крошка. Мишка издевательски хохотнул. - А если ты видишь, то тебе пора обратиться к врачу.

- Я к глупым советам не прислушиваюсь.

- А следовало бы. - он уже собирался уходить, как вдруг остановился, - Кстати, я пришёл сказать, что все уже прибралась. Только вам осталось комнату сдать.

- Хорошо, - буркнул Кирилл, отвернувшись от собеседника.
Кирилл остался один. Один и в этом саду и в этом мире. Совсем один.
Он взял блокнот и отправился в дом. Дом? Можно ли назвать это место домом? Определённо нет. Дом - это что-то светлое, тёплое, пропитанное запахом мыла, выпечки и маминых духов, а не это всё... Такое мрачное, холодное, сквозящее гнилью и плесенью из всех щелей. И не только из щелей. Люди тоже бывают гнилыми.

Может сбежать?

Пойти домой.

Можно найти работу. Или две. Оплачивать дом. Кирилл остановился. А родители? Где они сейчас? Счастливы ли? Живы?.. Нет-нет, он их найдёт, обязательно найдёт. Нужно только выбраться отсюда. Нужно пойти в полицию, там ему помогут. Но если он туда пойдёт, то его могут отправить обратно. Или в какой-нибудь другой приют.
А может ли... Нет, он сам недавно утверждал, что это ему привиделось. Костлявые руки, светящиеся глаза... Ну, в детстве он постоянно видел что-то подобное, но отец утверждал, что у того богатое воображение. Но, что если это не так. Он запутался. Окончательно запутался. Только недавно он думал, что всё это правда, но на следующий же день уверенность покинула его.

Он подошёл к воротам. Железные. Тяжёлые. Запертые. Можно попробовать. А вещи? Надо забрать. Кирилл отправился в здание. Живот издал пронзительный вой, почуяв запах еды. Пришло время обеда.

- Эм, привет.

-... Привет?

Путь ему преградила Софья.

- Мы с тобой как-то даже нормально не познакомились. Меня зовут Софья Белокрылова, - она протянула Кириллу руку и тот слегка пожал её.
"Какие нежные. И тёплые".

- Очень приятно, - Кирилла немного смутила эта ситуация.

- Что ты делаешь после обеда? Может прогуляемся пока не стемнело?

- Зачем?

- Ну как зачем, глупый! Зачем ещё гуляют? Поговорим, узнаем друг друга получше, - она захлопала длинными тёмными ресницами, обрамляющими её серые глаза с некой льдинкой в глубине, противоречащими её светлым волосам.

- А... извини, я наверное не смогу... Мне нужно закончить кое какие дела. О-очень важные!

- Ну ничего страшного. Можем в следующий раз, - на лице её проскользнула еле заметная нотка обиды и щёки покрыл чуть заметный румянец.

- Может быть...

- Ну, и где ты был?

- Думаю, мне пора идти, - девочка решила незаметно скрыться, краснея пуще прежнего под пристальным взглядом подошедшего парня.

- Ага, проваливай, - Адам повернулся к Кириллу, - ну?

- Тебя это не касается.
- Мне пришлось комнату самому сдавать.

- Ты сам мне сказал уйти, - Кирилл посмотрел в тёмные глаза с неким вызовом.

Адам же раздражённо цыкнул.

- Жрать иди.

- Не указывай мне.

- Не беси меня.

Кажется, ежедневные перепалки с Адамом стали традицией.

- Тогда не мозоль мне на глаза, может раздражать не буду.

- Ах, ты...

- Что за шум? - раздался строгий громогласный голос, эхом отразившийся от стен. В коридор вышла Агнесса Алексеевна.
Под пристальным взглядом Адам прошёл мимо Кирилла, как бы случайно задев его плечом, или действительно случайно, - увидимся позже, - сказал он чуть шевеля губами.

- Вот урод.

Уже сидя в комнате Кирилл обдумывал план побега. Розоватый свет проникал в комнату, преображая её до неузнаваемости, пуская длинные пыльные тени по полу. Можно сбежать сейчас, но тогда сразу хватятся. Можно ночью. Тогда все будут спать и возможно заметят только утром. Но есть один минус - в темноте ничего не видно. Кирилл почесал затылок. Да, задачка. Буду надеяться, что хотя бы луна светить будет. А ворота... Они же запреты! Чёрт...

Мальчик соскочил с кровати и принялся мерить шагами уже чистую комнату.

Мне нужен ключ. Когда я только пришёл сюда ворота запирал Мишка, но до сих пор ли у него ключ, или он отдал его Агнессе Алексеевне? Или можно поискать другой путь.
Кирилл вышел из комнаты и пошёл в сад за домом, где ещё недавно сидел с Мишкой. Поднял карандаш, выброшенный им в порыве злости и принялся осматривать забор, ища малейшие выступы и щели. Забор оказался выше, чем тот предполагал. Метра три в высоту, он тянулся вдоль всего участка и казался необыкновенно надёжным, несмотря на свою древность.

"Чёрт!" - Кирилл зацепился за ветку куста, шипом порвав штанину.
Неожиданно мальчик ощутил взгляд чьих-то любопытных глаз на своём затылке, что пробрало его до мурашек.

В недрах куста послышалось лёгкое шуршание, будто что-то неуклюжее крадётся и пытается быть тихим, но у него это плохо выходит. Из зарослей кустов вышел, потягиваясь, жирный рыжий кот, которого Кирилл недавно рисовал.

- О, привет дружище, - он погладил кота по растрепанной мягкой шерстке и тот довольно замурчал, поддавшись ласкам.

Кирилл посмотрел в сторону куста. Если кот вышел оттуда, то может быть там есть проход. Он стал раздвигать колючие ветви, царапая кожу рук и оставляя на ней кровавые борозды, которые в скором времени заживут, возможно оставив неглубокие шрамы.

За кустом и вправду была небольшая щель, в которую может протиснуться человек, если сильно постарается.
"Ха, вот повезло!"

Он еле выбрался из кустов, сильно оцарапав тыльную сторону ладони, но не обратив на это внимание обтёр её об штаны. Руку защипало. Чтобы не забыть где расположился его спасительный выход он воткнул в землю карандаш рядом с кустом в надежде, что сможет разглядеть его в темноте.

Плотно поужинав под общий гам в столовой он незаметно спрятал свою сумку за шкафом в прихожей. Запихнуть её туда было трудно, содержимое пыталось вывалиться на пол, выдавая местоположение спрятанного. Кирилл не с кем не хотел разговаривать, но к счастью к нему никто не приставал. Даже Мишка как-то притих. Может обиделся? Ну и ладно. Он ему никто. Просто приставучий червяк, вечно портящий настроение. Хотя, он всегда пытался ему помочь... Но может он делал это для какой-то личной выгоды. Кирилл не знал.

Мальчик лежал в кровати. Бледная луна украдкой заглядывала в окно, то скрываясь за облаками, то выплывая из-за них. Прозрачные тени листьев дрожали на стенах от малейшего дуновения ветра. Адам спал, зарывшись в одеяло с головой и забавно похрапывал во сне. Кирилл тихо встал. Половицы чуть скрипнули под ногами, выдавая его, но сосед всегда спал крепко.

Выйти из комнаты не составило труда. Коридор тонул в полутьме, окутанный мягкой тишиной. Подошва ботинок скрипела по натёртому до блеска полу, ещё пахшему парафином. Чтобы беззвучно спустится на первый этаж Кирилл снял обувь. Ледяной холод плитки обдал его ступни, обжигая не хуже раскалённого железа. Спустившись, он с необыкновенным облегчением надел ботинки, ощущая как ноги слегка начали согреваться. Кирилл достал сумку и удостоверившись, что все вещи лежат на своих местах, пошёл к выходу.

Когда его родители не вернулись домой Кирилла изъедали переживания. Они не могли где-то задержаться, не предупредив его или соседей. Тогда где они? И на следующий день они не появились. Мальчик обошёл всех соседей, но те представления не имели где находятся его родители. Он решил пойти к той тётке, в гости к которой они пошли вчера. Кирилл подошёл к огромной белокаменной усадьбе, окружённой не менее величественным забором и стал ждать. Вскоре ворота открыл немолодой мужчина лет шестидесяти и глупо уставился на мальчика.

- Чего это ты здесь сидишь, сучёныш?

Кирилл сделал вид, что не расслышал грубое обращение в свой адрес.

- Мои родители вчера не вернулись домой.

- А мне какое дело? Здесь их точно нет. Проваливай отсюда!

- Но они были здесь вчера! - стал возмущаться Кирилл, то бледнея, то заливаясь ярким румянцем.

- Нет здесь никого. Никого нет и не было!

- Но...

- Проваливай! - брызжа слюной из беззубого рта орал мужик, тряся перед собой тростью.
Кирилл в недоумении уставился на мужика в старой потёртой фуфайке и попытался собраться с мыслями.

- Они вчера пошли в гости к Антонине Сергеевне, но не вернулись. Где они?

- Мне-то почём знать? Антонина Сергеевна, царствие ей небесное, ушла на тот свет ещё месяца с два назад.

В голове Кирилла словно лопнул шарик осознания, выплеснув ужас и понимание, разлившееся по всему его телу.

- Вы ошибаетесь! О-она их вчера в гости на чай пригласила... Она сестра мамина! Тётка моя!

- Эхх... Не было здесь никого, - ярость мужчины приутихла, - я тут сторожем работаю, никого не видел.
Кирилл сполз на землю еле держась на ногах и навалился на забор.

- Ну чего, чего ты! Вернутся ещё они. Точно говорю! Может дела какие-нибудь срочные появились. Или родственник заболел. Давай-давай вставай, негоже на земле как попрошайке сидеть...

"Но я смогу их найти. Нужно только выбраться отсюда. Пойти в дом к тётке и поискать улики. Уже так близко"

Кирилл схватился за ручку двери. Заперто. Незаметно подкрадывающаяся всё это время паника усилилась вдвое, перекрыв недавнее его ликование. Чёрт! Он судорожно начал трясти дверь и перестал только тогда, когда окончательно осознал, что она не откроется.

Мальчик рванул в столовую. Он помнил о том, что Мишка упоминал, что с кухни есть выход для прислуг во двор. В тёмной комнате, заставленной кухонной утварью стоял спёртый запах еды, смешанный с душным запахом плесени, разившим из сырых углов. Тёмная дверь. И тоже запрета. Кирилл метнулся обратно. Окна. Решётки. Не выбраться. Со второго этажа бежать бессмысленно. Его могли заметить и помешать. Лоб и спина покрылись холодным потом. Пульс забился в висках, словно в голове кто-то забил в маленький барабан. В ушах зазвенело. Он пытался успокоится, но не мог. Неожиданно внимание его привлекла другая дверь. Дверь подвала. Приоткрытая, она манила его в свои тёмные сырые недры. "Может там есть сквозной проход?"

Кирилл подошёл. Стоя возле массивной железной двери, он чувствовал некий трепет и обеспокоенность. Чувство, которое испытываешь, когда делаешь что то запрещённое. Так оно и было. До этого момента он как-то не задумывался об этом ощущении.

Из щели повезло холодом и сыростью. И ещё чем-то. Чем-то знакомым и до тошноты сладким и отвратным. Этот запах он помнил ещё с детства, когда гуляя по двору дома наткнулся на неподвижно лежащую кошку. Вернее на её разлагающийся труп. Этот запах. Запах разложения.

Гнили.

"Может крыса сдохла?".

Он спустился по сырой каменной лестнице. Впереди он видел лишь темноту, окутывающую все помещение так, что не было видно ни стен ни пола. Вообще ничего кроме черноты, казавшейся бесконечной. Краем уха он уловил тихий шёпот, доносящийся из недр подвала. Его глаза округлились, а лицо побелело когда он увидел, что издавало эти звуки. Скорее не увидел, а почувствовал его. А уже потом увидел две светящиеся точки, медленно парящие в нескольких метрах от него.

"Это... "