Глава 19.
Утром на другой день у него болела голова, гудело в ушах и во всем теле
чувствовалось недомогание. Вспоминать о вчерашней своей слабости ему не было
стыдно. Он был вчера малодушен, боялся даже луны, искренно высказывал
чувства и мысли, каких раньше и не подозревал у себя. Например, мысли о
неудовлетворенности философствующей мелюзги. Но теперь ему было все равно.
Он не ел, не пил, лежал неподвижно и молчал.
"Мне все равно, - думал он, когда ему задавали вопросы. - Отвечать не
стану... Мне все равно".
После обеда пришел Михаил Аверьяныч и принес четвертку чаю и фунт
мармеладу. Дарьюшка тоже приходила и целый час стояла около кровати с
выражением тупой скорби на лице. Посетил его и доктор Хоботов. Он принес
склянку с бромистым калием и приказал Никите покурить в палате чем-нибудь.
Под вечер Андрей Ефимыч умер от апоплексического удара. Сначала он
почувствовал потрясающий озноб и тошноту; что-то отвратительное, как
казалось, проникая во все тело, даже в пальцы, потянуло от желудка к голове
и залило глаза и уши. Поледенело в глазах. Андрей Ефимыч понял, что ему
пришел конец, и вспомнил, что Иван Дмитрич, Михаил Аверьяныч и миллионы
людей верят в бессмертие. А вдруг оно есть? Но бессмертия ему не хотелось, и
он думал о нем только одно мгновение. Стадо оленей, необыкновенно красивых и
грациозных, о которых он читал вчера, пробежало мимо него; потом баба
протянула к нему руку с заказным письмом... Сказан что-то Михаил Аверьяныч.
Потом все исчезло, и Андрей Ефимыч забылся навеки.
Пришли мужики, взяли его за руки и за ноги и отнесли в часовню. Там он
лежал на столе с открытыми глазами, и лупа ночью освещала его. Утром пришел
Сергей Сергеич, набожно помолился на распятие и закрыл своему бывшему
начальнику глаза.
Через день Андрея Ефимыча хоронили. На похоронах были только Михаил
Аверьяныч и Дарьюшка.
1892