ЖЕРТВА

Первое, что я услышала, это свой же стон. 
Голова раскалывалась от невероятной боли. Потребовалось немало времени, чтобы хоть немного прийти в себя. 
Раздался еще один стон. И на этот раз не мой. Я открыла глаза. Запахло плесенью и землей. Это был подвал. Напротив меня у другой стены были ржавые решетки, за которыми сидели девушки. Все те, кого похитили. И все живые. На какое-то мгновение я почувствовала облегчение. 
Домик, видимо, когда-то принадлежал лесничему, а в клетках держали животных для лечения. Но не сейчас. Сейчас, как животные, там сидели израненные девушки. Они выглядели очень худыми. Странно, что это было первое, о чем я подумала. 
Ступеньки деревянной лестницы заскрипели, и я быстро закрыла глаза. Девушки захныкали. Раздались удары чем-то железным по решеткам и женские крики. 
Я знала, что если сейчас выдам себя, то ничего не поможет. Голова еще слишком сильно болела. Хоть у меня и крепкий череп, но два удара за раз он уже с трудом мог выдержать. 
- А-ну заткнулись все! – Я никак не могла узнать голос Стаилза. Он никогда не говорил в таком грубом тоне. Вновь шаги, но теперь они приблизились ко мне. Голос прозвучал почти у самого лица. – Я рад, что ты пришла, Изобель. Сама. Даже не пришлось искать способа, чтобы снова увести тебя. Мне сегодня везет. – Я не двигалась и никак не реагировала на его слова. – Хотел, чтобы ты тряслась от страха, увидев меня в парке, но ты побежала за мной. Как глупо… И как это бесит! – Он поднялся. Удар ногой пришелся в живот. 
«Держись. Только держись» 
Не знаю, как мне удалось не вскрикнуть, но я даже не поморщилась. Видимо, головная боль заглушала все остальное. Стаилз стоял возле меня еще какое-то время, но потом ушел, поднимаясь по лестнице. 
Я открыла глаза, сгибаясь пополам, и прижимая руку к животу. 
Девушки даже не смотрели на меня, когда я встала на ноги. Перед глазами все плыло, но я ощущала себя иначе. Повлияла ли на это стрессовая ситуация, или же что-то еще… Но я чувствовала каждую клетку своего тела. На языке ощущался привкус сырости. Глаза прекрасно видели даже в этой полутьме. 
Шатаясь, я подошла к одной из стен. На гвоздике висели ключи от решетки. Стаилз даже не рискнул их спрятать, или хотя бы убрать. Они висели, как доказательство девушкам, что их свобода совсем рядом, но они никогда до нее не доберутся. Я не понимала, почему он тоже не посадил меня к ним. Но думать было некогда. Я вцепилась в ржавую решетку, ощущая свежий запах крови, и открыла клетку. 
Я не смотрела, что они делали. Боль превратилась в тупую, ноющую. Я вдруг вспомнила про нож. Проверила. Он все еще там. Достав его, я почувствовала, что рукоятка теплая, а не холодная. 
Я знала, что должна делать. Не смотря на все последствия, лучше я сделаю это. Иначе всю оставшуюся жизнь буду жить со страхом, а я этого не хотела. 
Сжимая нож как можно сильней, я медленно поднялась по лестнице. Он стоял там. Снова весь в черном, и в маске. 
Мне хотелось крикнуть что-то победное, или устрашающее, или просто крутое, но я так и не смогла ничего придумать. Я просто бросилась на него. Помещение было слишком маленькое, поэтому он стоял от меня в метре. 
Он обернулся, и я в последний момент заметила в его руке окровавленный нож, но было поздно. Я почувствовала, как лезвие входит в его живот. Это ужасное чувство вызвало боль и в моем животе, но… нет, я ошиблась. Боль в животе была настоящей. Я медленно опустила взгляд на руку в перчатке, держащую красивую рукоятку большого охотничьего ножа, широкое лезвие которого было в моем животе. 
Какое-то время я не чувствовала сильной боли и не могла поверить, что сама насадилась на этот, пусть и красивый, нож. Но то, что я осталась не с пустыми руками, даже вызвало какую-то радость. А потом мой взгляд решил упасть на пол у ног маньяка. Там лежал человек, от его черного костюма бежала лужа крови. И эти глаза… мертвые глаза Стаилза уставились в пустоту. 
Слезы побежали маленькими дорожками по щекам, когда я почувствовала запах мяты и мыла. Боль начала нарастать, но я не могла сдаться. Подняв руку, я сорвала маску с человека, стоящего рядом со мной. Его карие глаза были испуганы, смотря на меня. И мир не просто перевернулся, он взорвался миллионами осколков, которые врезались в мое сердце. Губы Чонгука открылись, когда он вынул нож из моего тела. Я потеряла опору и повалилась на пол. Он упал следом за мной. Я не могла, не хотела верить в то, что это он сейчас лежит рядом со мной и истекает кровью так же, как и я. Рука Гука прижалась к моей ране, останавливая кровь. Его алые пальцы пробежались по моей щеке. И это вызвало столько боли, сколько я еще никогда в жизни не испытывала. 
- Изи! – Он был напуган. Ужасно напуган. И я… Я снова знала, что это из-за меня. – Я должен был делать все это. 
Так же как и я. 
Я плакала. Плакала так сильно, что это единственное, на что мне хватало сил. А потом наступил покой. Темнота заволокла меня как туманом, и перед глазами осталось лишь его лицо. 
*** 
Свет был слишком яркий. Я открыла глаза, чувствуя на голове повязку. Опять. Но сейчас рядом со мной не было Гука. Воспоминания вернулись слишком быстро. Как бы я хотела это забыть. Я зарыдала. Грудь сдавило, вырвался крик. Женщины в халатах придавили меня обратно к кушетке, когда я попыталась встать, игнорируя стягивающую боль в животе. Игла вонзилась в вену. Тело сразу расслабилось, но я не заснула. 
- Она все еще в сознании. – Заметил чей-то голос. Точно. Детектив Шоу. 
- Лекарство скоро подействует. 
Так и произошло. И я была этому очень рада. Мне не пришлось ничего вспоминать. 
*** 
Когда я пришла в себя в следующий раз, то поняла, что меня держат на наркоте. Все вокруг казалось спокойным, не угрожающим. Эмоции притупились. 
- Вы можете говорить? – Спросил детектив. Он выглядел измотанным. Видимо, уже давно находился в больнице. 
- Чонгук жив? – Мой голос был хриплым. Я облизнула губы, уставившись в одну точку. Шоу ничего не ответил. 
На последующие его вопросы уже не отвечала я. Отец был со мной, Джо стояла в углу комнаты. Ее глаза за очками были заплаканными. Я настояла на том, чтобы они ушли. 
Лидии не было. И я могла предположить, по какой причине. Она любила маньяка. Человека, похищавшего невинных девушек и измывавшегося над ними. Что говорить… Я не далеко ушла от нее… 
Несколько дней я отказывалась говорить с кем-либо. Уже без лекарств, я все еще чувствовала себя, как под кайфом, совершенно не соображая. 
Наконец, получив от меня все ответы, офицер решил уйти, но я его остановила. 
- Я должна знать правду. 
- Изобель, - он потер пальцами лоб, - для тебя это сейчас… 
- Почему он сделал это? Почему… они... 
- Мы пока не знаем причины. Удалось лишь выяснить, что родители Стаилза скрывали, что он психологически болен. Когда удалось проникнуть в дом Чонгука, в подвале были обнаружены два тела его: его мать и отец. Там также были обнаружены волосы и некоторые органы пропадавших девушек из другого города на протяжении десяти лет. 
Я сглотнула, чувствуя тошноту. Ненависть и отвращение, к тому же к самой себе теперь никогда не покинут моего сердца. 
- Сэнди сказала, что Стаилз был… животным. – Продолжил Шоу. Ему будто хотелось выговориться. – Он совсем обезумел. Это он похитил тебя. Он присылал те сообщение - мы изучили его телефон. Чонгук ничего из этого не делал. Думаю, он пытался спасти тебя, когда узнал, что ты пропала. Он убил Стаилза, чтобы… 
Я впервые за долгое время посмотрела на детектива. 
- Он был в таком же костюме. Они делали все вместе. – Я подняла подбородок, сдерживая слезы. 
- Я понимаю, как тебе сложно… 
- Нет, не понимаете. – Я покачала головой. Приподнявшись и сжав в кулаках одеяло, я спросила: - Что с ним случилось? 
- Он жив, Изобель. – Резко отчеканил Шоу. – Его тела не обнаружили. Он просто пропал. 
Я вернулась в обратное положение, уставившись на стену. Появилось облегчение от этих слов, но оно сразу сменилось злостью. 
- Он… Он был со мной все это время, зная, что происходит. Успокаивал меня... – Воспаленные глаза стали болеть, так как я снова плакала. – Когда я сказала, что подозреваю Стаилза, он защищал его. Чонгук такой же, как он. Он… Он тоже пытал этих девушек? – Даже я сама не могла поверить в это. 
- Сэнди сказала, что… они оба учувствовали в этом. - Детектив Шоу наклонился и похлопал меня по ноге. – Мы все выясним. Я обещаю тебе. 
*** 
Жаль, что мне нельзя больше было принимать те лекарства, которые мне кололи, чтобы не выработалась привычка. Обычное снотворное не помогало. 
Свет был выключен. Я сидела на своей кушетке, как всегда уставившись в стену. Волосы волнами обрамляли лицо. Сколько дней я уже здесь? Не помню. 
Тюль на окне покрылась рябью от легкого ветерка, отодвигаясь в сторону и показывая темную фигуру. После всего, что со мной было, я бы не удивилась, что у меня галлюцинации. Но это были не они. 
- Я знала, что однажды ты придешь. – Было такое чувство, что мое сердце больше не билось, а кровь не циркулировала по венам, застыв, и превратившись в лед. 
- Изи, я… - Чонгук сделал шаг вперед. Лунный свет немного освещал его лицо. – Я не хотел, чтобы так получилось. Ты не должна была пострадать, и не должна была ничего узнать. 
- Хм, - на моем лице вдруг появилась улыбка. – Значит… Ты надел маску в надежде, что я тебя не узнаю? 
- Таков был план. – Чонгук прижал ладонь к затылку. – Я никогда не хотел причинять тебе боль, Изи. К счастью, я оказался тогда в том парке и мне удалось заставить Стаилза отступить. Но он продолжал преследовать тебя. Ему нравилась эта игра… 
- А тебе? – Я вцепилась в него взглядом. – Тебе нравилось измываться над девушками?! Над Сэнди! 
- Это совсем другое, Изи! – Он подошел ближе. И я не кинула ничем в него лишь только потому, что не испытывала страха… да и под рукой ничего не оказалось. – Я не хотел быть таким. Мои родители… Они похитили меня, забрали из другой семьи, когда мне было всего лишь пять лет. Она делали те же вещи, что и мы со Стаилзом. Я не мог! Понимаешь, не мог поступать иначе! Родители делали это постоянно. Я не хотел, но они заставляли! – Он вцепился пальцами себе в волосы. Но потом вдруг успокоился, опуская руки. – Стаилз много времени проводил у нас, ему нравилось наблюдать за происходящим. Я думал… что, если избавлюсь от отца с матерью, то смогу начать новую жизнь, но их голоса до сих пор преследуют меня! – Он схватил стул и отбросил его в сторону, тот звякнул об стену и упал. Я никогда не видела его таким. Это был не Чонгук, а ребенок, которому сломали психику. – Я просто хотел быть с тобой. Я все бросил! Я просто хотел нормально жить! – Он резко упал на колени, сжимая руками голову. 
Что я должна была почувствовать в этот момент? Не знаю. Потому что я не чувствовала ничего. Хотя нет. Было все то же отвращение, горечью ощущающееся на кончике языка, витало вокруг меня. Что могло стать причиной таких действий? Оправданием? Но оправдания не было. Он совершил преступление, и не одно. И вместо того, чтобы исправить свои действия, он просто отказался от них. Это делало его тем человеком, которого я никогда не знала. 
Раздался вой серены, и топот ног. 
- Что происходит? – Чонгук поднялся на ноги. Его глаза были влажными от слез. 
Я отодвинулась в сторону, смотря на свой палец, лежащий на красной кнопке. 
- Я вызвала полицию. – Мой взгляд был направлен на кончики моих волос. 
Гук выглядел удивленным, но ненадолго. В палату ворвался отряд. Двое полицейских скрутили парню руки за спиной и вывели из комнаты. 
Теперь все точно было кончено. 
На следующий день отец забрал меня из больницы. Мама была дома, но ничего не говорила. Вечером я узнала, что они с отцом решили попробовать начать все заново. 
Лидия не отвечала на мои звонки. Но написала мне короткое сообщение с извинениями, что встречалась с тем, кто причинил мне боль. В следующие дни Джо была нашим связным. На выходных мы решили встретиться в кафе. Вечер прошел неловко, но Лидия перед уходом даже пожала мою руку. 
Я не знала, что будет завтра, не знала, сколько еще ночей не смогу спать, не знала, смогу ли забыть то, что было с Чонгуком и то, как это в конечном итоге закончилось. Но было одно, что я знала наверняка… Я сильная. И после всего, что было, моя сила превратилась в не разбиваемый кусок льда, который теперь уже никогда не растает…