3.2
-Почему именно мы? - сонно зевнул Серёжа и посмотрел на друзей.
-Потому что так надо, - Дима тупо моргнул, чувствуя, как его клонит в сон.
В обычное время они должны прийти в школу около восьми десяти, а сегодня их позвали к семи двадцати.
-Это незаконно, - вновь зевнул Серёжа. Они втроём разместились на сцене актового зала с левой стороны у кулис. Одна часть класса последовала их примеру и сидела на сцене, а другая разместилась на лавках по бокам самого зала, - мы даже на дежурство приходим позже.
-Вот так сложилась жизнь. Сейчас только семь тридцать, а я уже умираю, - Дима обхватил руками коленки, - Шаст, ты сделал биологию? Антон?
Оба друга поворачивают головы, где недавно сидел их друг. Теперь он лежал, поджав ноги к груди и положив одну руку под щеку, и тихо сопел.
-О-о-о, это надолго, - расстроено произнёс Серёжа, поднеся руки к лицу, - но это так мило!
Дима улыбнулся.
-Не буди его пока, пусть поспит. Он сразу с работы приехал.
-Эх, ну ладно, - Серёжа тоже улыбнулся.
В актовый зал неспешной походкой зашёл Арсений Сергеевич. В руках у него была белая папка с какими-то листами внутри.
-Да, всех с очень добрым утром. Сейчас семь тридцать пять ровно, напоминаю, - он остановился у сцены и тоже зевнул, подтверждая свои слова, - так, ну всё, сонное царство, поднимаемся из забвения и кучкуемся. Сейчас будем распределяться, кто, куда и что.
-Шаст, подъем. Тоха, вставай, - шёпотом будил его Дима.
-Да я закрыл на два оборота, - сонно пробормотал Антон и перевернулся на другой бок.
-Что закрыл?
-Я не знаю, - шёпотом ответил Серёжа и тихо засмеялся, - Антон, просыпайся!
-А где Шастун? - Арсений Сергеевич пристально осмотрел весь класс.
-Он тут, - решил признаться Дима, чувствуя, как его голос дрожит от смеха, - но мы не можем его разбудить.
-Тох, вставай, - уже открыто смеялся Матвиенко, тряся друга за плечо.
-Куда? - сонно спросил Антон и, не открывая век, повернулся к друзьям.
-Глазки-то открой, - фыркнул Дима.
Сначала приоткрывается один глаз, а потом резко открывается и второй. Шастун дергается и подскакивает на месте, усаживаясь на сцене, видя на себе внимательные взгляды химика, друзей и доброй половины класса.
-Что вы все так на меня смотрите? - ощетинился Антон, чувствуя себя очень неуютно. На лице красовались красные отпечатки от браслетов, на которых он лежал.
-А ча, посмотреть уже на тебя нельзя? - нарочито громко чавкал жвачкой Саша, обращаясь к Шасту.
-А нича, - передразнил его Антон и попытался вернуть себя в реальность после сна.
Арсений Сергеевич как-то не очень по-доброму сузил глаза.
-Хорошо. А то я уж думал, что нашу принцессу придётся будить поцелуем.
Антон чувствует, как начинает краснеть. По классу проходится смешок.
-Всё, посмеялись и хватит. Нас ждут важные дела, - Арсений Сергеевич изо всех сил попытался сделать серьезное лицо, - у меня есть примерный сценарий того, что нужно делать, но отсебятина нужна тоже, к сожалению. Поэтому будем думать. Кто у нас тут танцевать умеет?
***
Антона, Марго и ещё шестерку учеников оставили на репетиции вместо уроков. Дима уже отписался другу, что за каждый "прогул" урока даже из-за репетиции - письменное домашнее задание почти от каждого учителя.
"Вот и спел я свою песенку", - грустно думал Антон, в тот момент, когда читал какой-никакой сценарий.
Девятый, десятый и одиннадцатый класс решили поставить сценку о нелегкой жизни учителей и учеников, разыграть несколько бытовых и жизненных ситуаций под необычным углом - и под взглядом учителя, и ученика.
Отрепетировать это решено было после. Задачей сейчас было пролистать сюжет, найти в гугле нормальные стихи, песни и минусовки к ним.
На первой большой перемене после второго урока в зал заглянул Дима и тут же прошествовал к другу.
-Как процесс? Движется? - спросил он и оперся руками о сцену.
-Да не очень, - кисло сказал Антон, сидя на полу, - ничего нормального нет, говно какое-то. Да и к тому же, блин. Я последний раз нормально пел на выпускном в музыкалке несколько лет назад.
-Ой, вот не надо мне тут заливать, я тебе сам что хочешь залью, - отмахнулся Поз, - ну спой прямо сейчас что-то. Может, не получится?
-Да получится, я вчера зря что ли весь вечер голосил на балконе? - улыбнулся Антон и сел боком за пианино, стоящее у левой кулисы, - э-э, слова почти народные, а поёт чучело огородное.
Дима не удержался и прыснул от смеха.
-Ну да, тот ещё подарочек. Давай, хоть что-нибудь, а то у меня скоро перемена кончится.
-Буду я, я из более прочного теста, я достоин занять это место, - протянул почти каждое слово Антон, несколькими пальцами нажимая на клавиши под ритм, чтобы создать хотя бы иллюзию звука, - я многое делаю лучше...
-Она плавает в формалине, несовершенство линий, - Антон взял намного выше, вытягивая слова. Пальцы неторопливо бегали по клавишам, - движется постепенно.. У меня её лицо и чёто-там ещё есть, совершенно не помню я текста, ключи проверяю в кармане.
Дима смеётся.
-Ты умудрился спеть даже вымышленные строчки в такой же тональности, что и первые, браво! Вообще, я думал, что ты вообще в фальцет уйдёшь после первых слов.
-Не знаю, что такое фальцет, если честно, но это было безумно красиво, - за спиной Димы раздался голос Арсения Сергеевича.
Антон повернул голову на звук и откинулся от пианино на спинку стула, закинув ногу на ногу. Ему приходилось признать, что он появлялся всегда очень неожиданно и сумбурно, что иногда выводило из равновесия.
-Правда, очень красиво, - учитель сел на сцену около стоящего Димы и посмотрел на Антона, - споёшь ещё?
-Только в рамках концерта если, - нервно улыбнулся парень и поднялся с места. Он не понимал, что так заставляло его нервничать. И это начинало пугать.
-Как скажешь, - легко согласился Арсений Сергеевич, - нашёл песню?
Неожиданно прозвенел звонок.
-Ой-ой-ой, опаздываю на геометрию, до свидания, - Дима пулей вылетает из зала. Последние слова он уже кричал за дверью.
Антон усмехнулся.
-В процессе. Ничего толкового пока нет.
-На, - химик протянул ему несколько листков, - вот тут несколько, должны подойти.
-Спасибо, - улыбнулся Антон и стал вчитываться в текст.
***
Репетиция пошла быстрее. К двенадцати дня окончательно были выбраны стихи, песни, поставлен танец - типичный школьный вальс под "школьные годы чудесные". Петь, естественно, нужно было Антону.
-Надеюсь, я не расплачусь. Будет совсем несмешно, - хмыкнул он, стоя примерно на том же месте с листками. Спать хотелось ужасно.
-Ну песня-то трогательная. А как я буду на выпускном плакать.. Наверное, это вообще фонтан будет, - кисло улыбнулась Марго, стоя около него.
Антон кивнул. Он всегда был слишком чувствительным, и даже на последнем звонке в девятом классе расплакался от трогательных стихов и песен, залив красный, между прочим, аттестат слезами. Парень прекрасно помнит, как Дима с Серёжей его успокаивали, сами чуть ли не рыдая.
-Кстати, на последнем звонке у нас опять ученики с учителями танцевать вальс будут, - улыбнулась девушка, - так происходит на выпускных и на днях учителя. Танцует один преподаватель и один ученик.
-Забавно, у нас такого никогда не было, - задумчиво произнёс Антон, надеясь, что танцевать ни с кем не придётся, иначе он повесится.
-Хватит там базар разводить, ребят! - крикнул им Арсений Сергеевич из зала, - Марго - за кулисы, Антон - на своё место.
Антон задумался. Что было его местом?
Арсений Сергеевич выждал несколько секунд, а потом, вздохнув, полез на сцену. Это выглядело как минимум забавно - человек в пиджаке и рубашке забирается на сцену не через лестницы по бокам, а прямо так, тупо поставив ногу на неё, а потом подтянув вторую.
Он подходит к Антону, одной рукой берет его за предплечье, а вторую за талию, и тащит чуть вперед, к краю сцены около занавеса.
Антон смущается от таких прикосновений и опускает голову, чтобы не столкнуться со взглядом голубых глаз. А также ему становится стыдно за его выпирающие ребра.
Учитель ставит его на нужное место и переводит другую руку на другое предплечье.
-Вот тут будешь стоять. Руки держать вот так будешь, - он слегка подвинул его запястье, - всё, дерзай.
Шастун наконец поднял голову и увидел ободряющую улыбку Арсения Сергеевича и его голубые глаза. Улыбнувшись в ответ, парень перевёл значок "выкл/вкл" на микрофоне вверх.
-Давайте тогда прогоним хотя бы танец. В песню подглядывать можно, - химик взял с пианино листок со "Школьными годами" и торжественно вручил Антону, - я пошёл.
Он спрыгнул со сцены и вернулся на своё место.
"У него руки такие нежные", - неожиданно подумал парень, сжав пальцами несчастную бумагу.
"Чего-о-о? Руки у него нежные? Шастун, ты совсем с катушек поехал?" - внутренний голос дал ему нехилую пощечину. Антон помотал головой и вновь встал так, как его просил учитель.
-Давайте, в прямом смысле в темпе вальса, - улыбнулся учитель.
***
Антон был свободен к седьмому уроку. Им оказался английский и, грустно вздохнув, парень поплёлся именно туда.
-Извините, можно зайти? Я на репетиции был.
Павел Алексеевич оторвал голову от журнала и посмотрел на Антона.
-Ну коль не шутишь - проходи, садись.
Шастун смято кивнул и протиснулся в дверь, заприметив Позова.
Серёжа, к их сожалению, был в первой группе, поэтому видеться на этом уроке никак не удавалось. Их разделили по фамилиям, с а по н отправив в первую группу, а остальных во вторую.
-Как все прошло? - спросил Дима у друга, как только он приземлился на соседний стул.
-Ну такое, - пожал плечами Антон, - ещё много всего делать нужно. Завтра, кстати, со мной репетируешь.
-Я ждал этого двенадцать лет! В Азкабане! - Дима с чувством посмотрел в потолок, заставив Антона тихо рассмеяться.
-Эй, вы, на третьей парте, - Павел Алексеевич посмотрел на них, - Вы не думайте, что я вас не вижу. Если хотите поговорить - идите в коридор.
-Может, пойдём выйдем? - тихо шепнул Дима улыбающемуся Антону.
Тот кивнул.
-Я рад, что ты завтра со мной будешь репетировать. Мне будет не так скучно, - Шастун улыбнулся, - и вообще, я сегодня достиг достижения года - меня потрогал за талию Арсений Сергеевич.
-Серьезно, что ли? - шокировано смотрит на него Дима, - в любом случае, не говори девочкам из нашего класса, они ж кипятком ссаться начнут от такой новости.
Антон хихикнул в голос и тут же закрыл рот рукой, видя, как взгляд Павла Алексеевича приобретает садисткий характер.
-К доске, Шастун, к доске.