Глава 22
Последние занятия по танцам проходили суматошно и нервно.
Я ненавидел своего партнера. Мне хотелось вцепиться ему в волосы, расцарапать лицо. Но каждое занятие я молч клал свою руку на его и позволял обнимать меня.
Наша пара выучила движения идеально, за занятие мы не сделали ни одной ошибки, чего не скажешь о паре Чимина и Сыльги. Такое впечатление, что их только-только поставили вместе. Чимин три раза наступил Сыльги на ногу, она два раза боднула его задом (один раз так сильно, что он полетел на соседнюю пару). Они постоянно путали право и лево и делали все наоборот.
Преподавательница злилась и ругалась. Чимин стоял чуть не плача, а Сыльгт глупо улыбалась. После танцев Чимин с Сыльги до самого выхода за территорию школы шли вместе и ворчали друг на друга. Я шел сзади и с улыбкой наблюдал за ними. Они были такие милые…
Как-то незаметно наступил последний звонок.
Утром я погладил черные брюки и белую рубашку. Аккуратно повесил их на вешалку, потрогал гладкий материал рубашки, рукой разгладил складки. Мне хотелось подольше потянуть время. Больше всего на свете мне хотелось никогда не видеть этого человека, не говорить с ним, не дотрагиваться до него. И вообще не дышать с ним одним воздухом.
Юг:《Потерпи, потерпи еще чуть-чуть!》
Говорил я сам себе, стиснув зубы.
Юг:《Скоро все кончится. Просто потерпи.》
По общаге бегали взволнованные прни. Это всего лишь последний звонок… Зачем же так нервничать?
– Удивляюсь твоему спокойствию.
Повторял Джин, каждый раз пробегая возле меня.
Внешне я былтспокоен. Мои движения были медленными, реакция какой-то заторможенной.
– У тебя очень сонный вид. Посмотрел на меня Намджун.
– Наверно, не мог заснуть? Нервничал?
– Да.
Соврал я. На удивление, спал как убитый сурок.
Линейка проходила на улице. Мы пришли за полчаса до начала, и на территории было уже довольно много народу. Я пошел к своему классу, парни ушли к своей группе.
Ко мне тут же подлетел возбужденный Чимин. Я заметил, что рубашка прикрывала только половина тела. Чимин улыбался.
– Я хотел пришить побольше пуговиц, но решил так оставить. Здорово, правда?
Я кивнул. Но во мне вдруг проснулся родительский инстинкт. Мне захотелось взять нитку, иголку и пуговицы, и пришить их до горла. Чтобы рубашка обрела более приличный вид.
Танцоры уже собрались группкой. Вокруг ходила возбужденная классная руководительница.
– Встаньте рядом с вашей парой, чтобы перед выходом не толкаться и не искать своего партнера!
Я увидел его. Закусил губу, чтобы она не дрожала.
Я подошел к Тэхёну. Он насмешливо посмотрел на меня. Терпеть его взгляд, обращенный на меня, сплошная мука. На меня будто направили ледяную струю воды.
– Ты похож на первоклашку в таком наряде.
Сказал он.
– Но мне нравится.
Слышать его голос непереносимо.
Началась линейка. Торжественная речь директора и завуча. Затем заиграла музыка. Наш выход. Гордо распрямив спины, мы прошествовали на площадку.
Как и говорила классная руководительница, здесь было местное телевидение. И сейчас камеры были устремлены на нас. Мы – ведущая пара. Мы шли впереди всех. Мне было интересно, как отреагирует универ, а особенно парни на то, что я танцую не с девкой, а с...пацаном! До сих пор не вижу в этом логику, но все говорят мол красивая пара, и оставили нас...Парочка геев. Фу!
Мы не забыли ни одного движения, все прошло гладко и безупречно. Главное в танце – чувствовать партнера, доверять ему. Не знаю, было ли это правдой, но наш танец был идеальным. Мне хотелось одного чтобы все это побыстрее кончилось. Хотелось убраться подальше, убежать, спрятаться в безопасное место.
После того как музыка кончилась, я с силой вырвал свою руку из цепкой хватки Тэхёна и дернулся в сторону. Скорее, нужно смешаться с толпой, чтобы он не добрался до меня.
***
Началось нервное время. Сдача экзаменов. Я старался побольше думать об экзаменах, следить, чтобы учеба целиком забивала голову, не оставляя в ней места ни для чего другого.
Как бы не так. Листая страницы учебника, записывая в тетради упражнения, изучая в Интернете материал – перед глазами я все равно видел жуткую улыбку Тэхёна. Горло охватывало огнем, начиналась тошнота, накатывала волна фантомной боли. Я морщился и потирал ладонь.
Ладонь была шершавой содранная на ней кожа зажила и стала грубой на ощупь.
Тэхён на время экзаменов оставил меня в покое, видимо, старался думать больше об учебе. Негласно было объявлено перемирие. Меня это устраивало. Некоторое время я смогу дышать.
В период экзаменов за мной постоянно ходили Чимин и Мин Су, оба тяжко вздыхали и без передышки повторяли, что экзамены они не сдадут. Чимин облюбовал мое правое ухо, Мин Су левое, и оба синхронно стали наполнять своим нытьем мою голову. Я беспокоился об экзаменах наравне с ними, но не ныл, и их вечные жалобы дико меня раздражали.
Мы сидели в комнате – я, Чимин и Мин Су. Сдачу последнего экзамена мы отмечали на нашем старом железнодорожном мосту. Посередине моста развели костер, жарили сосиски с хлебом, наблюдали с моста красивый закат.
Смотря с высоты моста вниз, на водную гладь, я говорил себе.
Юг:《Осталось совсем чуть-чуть… Скоро все должно кончиться!》
***
Мне придется видеть его в ресторане. Видеть его улыбку. Слышать его смех. Терпеть его насмешки и издевательства. Я принял это с тупым равнодушием. Этот день надо просто перетерпеть. Всего-навсего несколько часов в его присутствии…
На выпускной пришел весь класс, не было только Чонгука, он заболел. Идти на выпускной без Чонгука было страшно, хоть от него было мало толку, но он все-таки был моим защитником и мог хоть как-то повлиять на Тэхёна, если вдруг что-то пойдет не так.
Мне снова пришлось танцевать в паре с Тэхёном. Мы стояли рядом, ждали нашего выхода. В ожидании от нервов я изжевал все губы.
Заиграла музыка. Он протянул мне руку. Я заметил, что у него необычная рубашка – с красивыми манжетами и запонками. Никто из ребят не носил таких рубашек, только он. Я положил сверху свою ладонь. Наши взгляды встретились.
– Ты очень красивый.
Сказал он.
Юг:《Ты добился, чего хотел. Я тебя ненавижу!》
Хотел сказать я. Но губы слиплись от засохшей крови.
Наверное, это должно быть прекрасно – быть ведущей парой, танцевать с самым красивым мальчиком в школе. Но, кружась в вальсе, я не чувствовал ничего, кроме подступающей к горлу тошноты.
В ресторане стоял полумрак. Пахло пряностями. Громко играла музыка. Я забился в самый дальний угол. Нужно постараться вообще не вылезать из него. Я бы хотел стать невидимкой, если это возможно. Мин Су присоединился ко мне.
Клац, клац, клац – голодные ученики набирали по тарелкам еду. А мне кусок в горло не лез. Снова эта ужасная тошнота… Пока рядом со мной находится Ким Тэхён, я не смогу проглотить ни кусочка.
Я мял в руках салфетку. И еще одну. Смотрел на пустую тарелку. Потом поднял глаза. Оглядел зал. Мне нужно было увидеть его. Убедиться, что он далеко.
Он сидел за столом в противоположном конце зала. Вид у него был очень задумчивый. Я заметил, что его друзья тайком подливали себе что-то под столом, постоянно предлагали и ему, чтобы он развеселился, но он отказывался. Они пожимали плечами и отходили от него. Он продолжал сидеть один.
Проводились всякие конкурсы. Чимин обожал быть в центре внимания, не пропустил ни одного конкурса. Он пытался вытащить меня из-за стола, но я крепко вцепился встул.
– Не будь таким упрямым!
Рассердился он.
– Пойдем поиграем!
Но мои руки как клещами вцепились в мягкую обивку стула. Я плотно сжимал губы и качал головой.
Конкурсы я ненавидел, они все казались мне глупыми. Чимин оставил попытки расшевелить меня и ушел на очередной конкурс. Мне стало душно, я вышел на улицу.
У ресторана была своя территория. Зеленая лужайка, клумбы с цветами, беседки.
Я прошелся по тропинке до беседки. Она была вся окружена цветами. Я вошел внутрь, сел на лавочку. Вдохнул сладкий цветочный аромат. Вдруг услышал шаги. Вскочил с места.
– Я не трону тебя!
Услышал я такой знакомый голос. Я почувствовал, как в кровь ударил адреналин. Тэхён. И здесь он не может оставить меня в покое.
– Уходи! Я хочу побыть один.
– Я ненадолго. Мне нужно кое-что сказать тебе...