Глава 28
Начинается вся эта суматоха, которой я так боялся...
Угробив всю посуду в доме, Джин успокаивается и кому-то звонит. Я запираюсь в комнате, чтобы избежать лишних вопросов, но это помогает ненадолго. Приезжают парни.
- Юнги, открой дверь.
- Открой дверь немедленно!
- Юнги~я, пожалуйста, открой нам.
Я лежу на кровати и думаю о Его поступке. Но чем больше я думаю, тем больше запутываюсь. Злость съедает меня целиком.
Я не могу сидеть в комнате вечно, и в конце концов мне приходится открыть дверь. Парни садятся ко мне на кровать.
- Почему ты не сказал нам?
- Мы же самые близкие тебе люди...
- Мы бы всегда помогли тебе...
- Юнги, проблема одного, проблема всей семьи...
- Мы же одна душа...
На меня обрушивается шквал бессмысленной болтовни. Я ухожу в себя.
- Юнги, скажи хоть что-нибудь!
- Юнги, не молчи!
- Говори, говори!
Они доводят меня до истерики. Намджун гладит меня по голове.
- Ну успокойся... Ему не сойдет это с рук. Мы посадим его надолго, сделаем все, чтобы ты не увидел его больше никогда...
А я молчу. Я теперь всегда буду молчать. Словами не выразишь то, что я хочу сказать.
На ночь Хосок дает мне успокоительное. Делаю вид, что проглотила. Мне не нужны никакие таблетки. Я не хочу успокаиваться.
Притворяюсь, что засыпаю. Парни уходят, но не расходятся по комнатам. Еще где-то час я слышу, как Намджун и Джин ругаются.
- Это ты виноват! Недоглядел за сыном! Уткнул нос в свои готовки и не видишь, что тут вообще творится! Довел нашего сына, а мне теперь мучайся, по врачам его таскай!
- Я виноват? Это целиком твоя вина и всех парней тоже! Спихнули его на меня, а сами гуляете, вот и посмотрите, что из этого вышло! Ты никудышный отец!
- Не смей нас винить! Не тебе судить о нашей жизни! Хоть мы и виновники этого канфуза, но я дал ТЕБЕ ответственность за нас, так как ТЫ мать и старше всех!
Вскоре к ним присоединяется Хосок. Его громкий голос предупреждает всех, что он сейчас пойдет крушить соседский дом.
Чимину с трудом удается уговорить всех оставить все на утро, а сейчас идти спать.
Под их ругань я достаю из ящика старые краски для рисования. Подхожу к стене, прямо к изголовью кровати. Рисую глаза. Огромные, голубые, как небо ясным морозным утром, крапинки вокруг зрачка темно-желтого цвета - небо во время сильной летней грозы. Глаза, которые всегда следят за мной и которые никогда не оставят меня в покое. Черный контур, желтые зрачки. Глаза получились дикие и злобные.
Именно эти глаза всегда столи передо мной, в моём воображении, но я не хочу, чтобы они следили за мной сегодня. Забиваюсь под кровать. Потихоньку засыпаю.
Эту картину Джин наблюдает утром, когда входит ко мне в комнату, чтобы разбудить. Он сразу созывает семейный совет. Джин принимает решение увезти меня куда-нибудь, чтобы я мог отвлечься от всего. Но сначала они собираются идти в общагу Кима, чтобы самим поговорить с Тэхёном. Они не берут меня с собой.
Возвращаются они довольно скоро - я сижу на кровати и подслушиваю их разговор о визите. Насколько я понял, никакого визита не состоялось.
Тэхён просто не пустил их в дом, когда узнал, скакой целью они пришли...
В этот же день меня силой тащат в полицию, где я провожу пару ужасных часов. Сижу за старым письменным столом и корябаю ногтями облупившееся покрытие. Я стараюсь говорить мало, но из меня будто силой вытаскивают информацию. Намджун сидит рядом и постоянно трогает рукой мою спину, словно подталкивая вперед и заставляя этим жестом меня говорить. Я не хочу говорить! Хочу молчать...
Высокий участковый с каменным лицом стучит по старенькой клавиатуре и записывает мои с трудом сказанные слова. Я пытаюсь представить, что происходит в это время в общаге Тэхён. Наверное, его мама пришла к нему разбираться, и по любому плачет. Она в панике звонит его отцу, он приезжает. И вот они всей семьей обсуждают проблему. Как ведет себя чудовище? Спокойно ли оно? Напугано? Что оно делает сейчас и о чем думает?
* * *
Тэхён играет с Лилу в психушку. Он надел на нее свою рубашку задом наперед и сзади завязал рукава. Лилу должна развязаться, в этом смысл игры. Но не все так просто - иногда Тэхён подбегает к ней подбадривает неплохим зарядом тока от самодельного шокера - маленького механизма, вытащенного из кухонной зажигалки.
- Тэхён, ну перестань! Больно же!
Вопит подруга и бегает от него по комнате.
- А ты развязывайся быстрей, это условие игры! Мы же в психушку играем, а психов лечат током! Буду лечить тебя, пока не развяжешься!
- Но мне не нравится эта игра!
- Чем быстрее развяжешься, тем быстрее игра закончится!
Лилу активно шевелит руками, пытаясь развязаться. Злобный брат ухмыляется и снова подносит к ней страшный прибор. Вдруг дверь в комнату резко открывается. На пороге стоит мама. Они замолкают.
- Даже не буду спрашивать, чем вы здесь занимаетесь.
Устало говорит она.
- Мы играем.
Быстро отвечает Лилу.
Девочка никогда не жалуется на брата, что бы он ни вытворял и ни выдумывал. А вся семья прекрасно знает, каким жестоким может быть Тэхён и как далеко могут зайти его странные игры. Злость брата частенько обрушивается на сестру, но Лилу всегда терпит.
Она любит своего брата. Любит проводить с ним время, даже если в это время он закутывает ее в свою рубашку, завязывает за спиной рукава и бьет током. Их игры далеки от тех игр, в которые обычно играют старшие братья с младшими сёстрами.
Вот вчера они играли в гильотину и парашютистов, позавчера делали яд, а потом морили им мушек и ос. И в этих странных играх Лилу страдает больше всего - от гильотины ее тело теперь в мелких порезах, от игры в парашютистов в ее коленке до сих пор что-то скрипит и хлюпает, а от того, что она не надела защитную повязку, когда они варили яд, у нее начался сильный приступ кашля, не проходивший всю ночь.
- Мне сейчас нет до этого дела!
Резко обрывает мама. Дети понимают, что что-то случилось. Женщина достает листки бумаги - копия дела, заведенного на Тэхёна.
*Перед уходом Хосок сунул листки под дверь.*
- Тэхён, что это такое?
Тэхён спокойно смотрит то на мать, то на документ.
- Не знаю, тебе виднее.
Женщина смотрит на дочь.
- Выйди! Тэ, мне нужно с тобой поговорить.
Тэхён кивает на сестру.
- Говори здесь. Я все равно ей расскажу позже.
Он смело смотрит на мать, готовый к нападению.
- Так, значит, это правда.
Говорит женщина и взрывается слезами. Она кидает в него листами.
- Мой сын, чудовище. Господи, за что мне это! Что он тебе сделал, Тэхён? Этот бедный мальчик? За что ты так с ним?
- Ма, ты присядь...
Робко говорит Тэхён и подводит маму к кровати. Лилу стоит рядом, все еще с завязанными за спиной рукавами, и ничего не понимает.
Мама еще долго плачет, сидя на кровати. Рядом сидит Тэхён, смотрит куда-то вдаль, будто бы через стены, и молчит. Справа от него садится Лилу. У девочки жутко чешется нос, но она боится попросить брата ее развязать. Она понимает, что в семье случилось что-то серьезное. И, как всегда, это касается брата. Сейчас не до нее. И в такие минуты ей лучше не напоминать о своем существовании. Вдруг Тэхён снова ни с того ни с сего взбесится и что-нибудь учудит, а в пределах собственного дома отыгрывается он в первую очередь на своей сестре.
Мама требует от Тэхёна каких-то объяснений. Лилу понимает, что речь идет об одном мальчике, о котором Тэхён столько рассказывал ей раньше. Этого мальчика Лилу всегда считала Тэхёниной невестой, или мужем. Но сейчас из маминого путаного монолога Лилу понимает, что ее брат сделал этому мальчику что-то очень плохое. Вообще-то делать больно другим людям, это для Тэхёна норма, и в семье этому перестали удивляться. В их дом часто приходят оскорбленные родители тех несчастных детей, которых Тэхён довел до слез или - того хуже - до больницы.
Проблемы с полицией у Тэхёна тоже случаются, но здесь явно что-то другое. Что-то более серьезное. И что теперь будет, Лилу не знает. Ей жаль брата, она всегда на его стороне. И в данную минуту она искренне ненавидит этого мальчика, из-за которого у Тэхёна теперь будут проблемы.
В конце концов мама встает с кровати и уходит в гостиную, где, судя по звуку, наливает себе очередную порцию алкоголя.
Тэхён с Лилу остаются одни.
- Тэхён, поиграем еще?
Тихо спрашивает Лилу. Она согласна даже на то, чтобы продолжить жуткую игру, лишь бы вернуть того брата, который был еще сегодня утром.
- Нет, гном. Сегодня мы больше играть не будем.
Так же тихо отвечает брат. Сестра замечает, какие же печальные у него стали глаза. Он выходит из комнаты. Лилу вспоминает, что она все еще в 《смирительной рубашке》. Девочка тяжело вздыхает и тщетно пытается развязаться самостоятельно. В конце концов она смирилась с тем, что в таком виде ей придется ходить как минимум до тех пор, пока про нее кто-нибудь вспомнит. А всем сейчас не до нее...
Сквозь приоткрытую дверь девочка наблюдает за матерью и братом. Ничего интересного не происходит - они чего-то ждут. Чего-то или кого-то? Вскоре раздается звонок в дверь... Это отец. Лилу подпрыгивает от радости, он бывает в их доме так редко.....и каждый раз в день его появления на душе праздник - находят воспоминания о прошлом. О тех днях, когда семья была вместе. Когда брат был нормальным и когда они все были счастливы.
Отец нервно ходит по гостиной, его голос грохочет подобно раскатам грома.
- Зачем? Зачем ты ходил к этим людям?!
Кричит он на Тэхёна.
- В первую очередь тебе нужно было прийти ко мне! Тогда мы смогли бы что-нибудь придумать... Ты сам все им выложил! А вдруг они записали все на диктофон? Это же прямые улики против тебя! Просто слова этого парня ничего не значат. Нет никаких доказательств.....а ты поступил как идиот. Пришел в это волчье логово и все им выложил. На хера?! Облегчить свою гадкую душонку?! Совесть сгрызла?! О боже, мой сын идиот. Подумал бы о коммерческой составляющей. Мы потратили бы гроши на это дело, пока ты не поперся туда. Теперь же придется тратить на адвокатов бешеные бабки. Мало того что мой сын псих, так он еще и дебил...
Тэхён равнодушно слушает отца. В этом весь отец - никогда ничему не ужасается, никогда не огорчается и не радуется. Он просто во всем ищет 《коммерческую составляющую》. Смотрит на мир под каким-то своим углом.
- Твой переезд откладывается.
Говорит отец Тэхёну таким тоном, как будто подводит итоги.
- Запру тебя в доме, и будешь тут сидеть до тех пор, пока не станет ясно, что из всего этого выйдет. А в той жалкой общаге, которую ты купил при чем на свои же деньги, ты больше не появишься!
А потом он переводит взгляд на мать.
- Где моя дочь?
- Не знаю.
Пожимает она плечами.
- Наверно, у себя.
- Оторвалась бы от бутылки да посмотрела. Что это за мать, которая не знает, где находятся ее дети...
Ворчит отец и делает шаг в сторону комнаты дочери. Лилу отскакивает от двери, садится на кровать. Ей будет стыдно, если отец узнает, что она подслушивала.
- Так что же, не хочешь забрать ее себе, а?
Кричит ему разъяренная женщина.
- Это же твоя дочь по прописке! А я скажу почему. Потому что не нужна она тебе! Никто тебе не нужен! Семью новую завел!
- Заткнись истеричка!
Огрызается отец и открывает дверь в комнату Лилу.
- Привет, пап.
Спокойно говорит девочка.
- Привет, дочь. О боже, что это на тебе надето?
Ужасается он и входит в комнату.
- Смирительная рубашка. Мы с Тэхёном играли просто...
Он помогает ей развязаться.
- Нет случайно еще одной такой же? Вашу мать усмирить?
Лилу качает головой. Отец снимает с нее рубашку. Лилу потирает руки и с удовольствием чешет нос.
- Малыш, я спрячусь у тебя тут ненадолго. Хоть в тишине побуду. Отец закрывает глаза и начинает массировать виски.
- Пап...
Тихо говорит дочь.
- А что теперь будет с Тэхёном?
- Не знаю, малыш.
Озабоченно говорит он.
- Знаю только, что он в большой беде. И что его надо спасать.
- А мы спасем его?
- Мы сделаем все, что сможем.
Отец целует девочку в макушку.
* * *
《Удивительно, насколько быстро две тупые разъяренные курицы могут превратить официальную встречу в балаган. Зря они все это затеяли. И для чего?》
Обе стороны наняли раздутых и напыщенных адвокатов, чтобы пустить пыль в глаза. Две семьи захотели встретиться и все обсудить, чтобы к чему-то прийти, решить, нужно ли доводить дело до суда, и местом встречи почему-то сделали нашу общагу. Зря это все, лучше бы встретились на нейтральной территории или вовсе бы не встречались. Обе стороны в полном сборе. Вот, сидят на кухне за большим обеденным столом. Адвокаты, родители Тэхёна, парни...и сам...Он.
Тэхён морщится.
Тэ:«Зачем они позвали его, ну? Ему и так неслабо досталось. А здесь, в своей общаге, сидеть в присутствии врага... Это больно для него. Но кажется он на удивление спокойным. Ведет себя будто приглашенный гость - просто наблюдает да слушает. Как будто все, о чем здесь говорят, к нему напрямую не относится. Он будто думает о чем-то своем. Ему плевать на все, что происходит. Это странно. Неужели он не хочет, чтобы все было по справедливости? Или задумал что-то?》
Тэхён иногда посылает ему короткие взгляды, тщетно пытается прочитать его мысли. Он не смотрит на него. Не разговаривает. Делает вид, будто его не существует.
Насчет двух тупых куриц...
Разъяренные и красные от злости мамашки сидят и кудахчут друг на друга. А начиналось все довольно мирно. Женщина и парень сидели белые как мел и своими плотно сжатыми губами показывали всем, что разговаривать с 《этими людьми》ниже их достоинства. Лучше бы они продолжали в том же духе. Естественно, эти павлины с клеймом юриста на лбу не смогли решить вопрос мирно, хотя бросались друг в друга какими-то заумными фразами. Мамашкам стало скучно их слушать, и они начали бросаться друг в друга фразами попроще да покрепче. Тэхёну стало смешно.
Тэ:《Просто цирк какой-то! Только парня жалко... Нахуя же все-таки его сюда позвали?》
Исход встречи Тэхёну был понятен еще до ее начала. Все переругаются да разойдутся. Другая сторона пообещает Тэхёну двадцать лет тюрьмы, а Юнги, в свою очередь, посоветуют меньше врать да обратиться к психотерапевту. Примерно этим и оканчивается встреча. Только Джин все портит. Когда Тэхён встал с места и пошел к двери, он обращается к нему:
- Тэхён, пожалуйста, скажи мне, за что? Я - мать. Мне нужно это знать. За что ты так обошелся с моим сыном?
В его голосе слышится не злость и ненависть, а полная безнадега, и это заставляет Тэхёна остановиться. Пару секунд он стоит спиной ко всем. Потом оборачивается. Ухмыляется и дерзко смотрит в глаза Джина:
- Да просто потому, что я злобная психованная мразь, и только-то.
Он выходит, не дожидаясь ответа. Там, на улице, где никого нет, его взгляд меняется. Теперь он отражает одно-единственное чувство, которое заполонило его сущность целиком.
Он рассказал им все. Он сделал это не потому, что раскаивался или таким образом хотел получить прощения. Нет. Ему плевать на то, что с ним будет. Плевать на адвокатов,на деньги своего отца. Плевать на исход дела и на решение суда. Он сделал то, что хотел сделать, ничего не прося взамен. Он всегда делает то, что хочет.
Он с удивлением прислушивается к новому чувству. Несмотря на то что этот приход связал его по рукам и ногам....несмотря на то что теперь он привязан и к дому, и к суду, и черт знает к чему еще... Что его мечта уехать отсюда и начать жизнь заново развеялась как дым... Несмотря на все, он чувствует, что ничто больше не держит его. Ничто не сдавливает железным кольцом... там, внутри... Это чувство - освобождение.
Да...Он наконец-то отпущен...