Грубиянка.

   ZHU – In the Morning

Костя ушёл вперёд меня. Без единого слова, как в общем-то всегда, вышел из квартиры. Он ещё не знает, что я тоже приглашена на эту вечеринку. И пусть. Если ему всё равно, то мне и подавно.

Никогда не думала, что могу так долго стоять перед открытым шкафом и выбирать одежду. Это очень на меня не похоже. Но ведь сегодня не простой день, по крайней мере для меня. Я первый раз войду в квартиру Димы. К сожалению, мы там будем не одни, как бы мне этого не хотелось. Его друзья, товарищи по команде, да и просто люди, которых я совсем не знаю. Главное не начать нервничать. Чёрт! Да о чём я говорю? Я уже нервничаю. Даже не выбираю, что надеть. Просто пялюсь в шкаф без единой путной мыслишки. Никогда ещё моя голова не была такой пустой. И о чём мне говорить с этими людьми? Может, вообще не стоит ни с кем разговаривать, сяду где-нибудь в уголочке... Стоп. Нет, так нельзя. Во-первых, это неприлично. Во-вторых, это будет грубым и неприятным жестом в сторону Димы. Да и это мой шанс показать, что и с такими, как я могут найти общий язык среднестатистические подростки.

Квартиру заполняет трель дверного звонка. Какой кошмар! Неужели Дима уже пришел? Я до сих пор стою в одном нижнем белье перед шкафом. Всё, думать уже некогда. Хватаю зелёную клетчатую рубашку и джинсы. Быстрей, быстрей. Ну, вот зачем делать столько пуговиц на рубашках?! Да ещё и такие маленькие.

Звонок всё ещё продолжает противно трещать. Я выбегаю из комнаты, по дороге застёгивая молнию на штанах. Да, я права. Дима уже пришёл.

— Привет, — произносит он.

Я лишь киваю в ответ и отступаю в сторону, давая парню пройти в квартиру. Дима снимает куртку и ботинки, сразу направляется в мою комнату, будто бы он здесь хозяин. Я покорно иду за ним. Что? Так, ладно, опустим этот вопрос. А зачем он, собственно, так сделал? Я думала, что Дима зайдёт за мной, и мы сразу направимся к нему. Видимо, я чего-то недопонимаю.

— Ну, так мы идём? — спросила я.

Парень зашел в мою комнату и завалился на диван. Он подмял под себя одну из подушек и завёл руки за голову.

— Да, только ты быстрей одевайся.

— Эм... Я, вообще-то, уже одета.

Сначала Дима окинул меня оценивающим взглядом, затем поднялся с дивана и обошёл меня несколько раз. И он так вальяжно потирал свой подбородок. Знаток девчачьих шмоток нашёлся! Если он скажет то, о чём я думаю — я просто рехнусь.

— А, как же платья, там всякие макияжи, маникюры, бусы, серьги до колен? Где всё это?

Дима так и фонтанировал сарказмом. Вот же сволочь! Теперь моментов, когда я о нём отзывалась с нежностью, станет меньше. Намного меньше.

— Я таким не интересуюсь.

— Чему я несказанно рад. Идём.

Парень схватил меня за руку и выволок в коридор. Пока я обувалась, Дима наблюдал за мной, потом резко развернулся и скрылся за дверью моей комнаты. Вернулся он уже со своей — или уже моей — толстовкой. Только я хотела сказать, что не собираюсь её надевать, парень аккуратно снял с меня очки, поднял мои руки и надел кофту. Если бы он меня сейчас ещё и поцеловал, то можно было бы смело вызывать реанимацию. Но, увы, этого не произошло. Мы оделись и вышли из дома. У подъезда нас уже ждало такси. Мы ехали молча. За всю дорогу ни один из нас не проронил ни слова.

Квартира Димы находилась в не так давно построенном районе на окраине города. Каждый дом был точной копией другого. Отличались только цифрами на дощечках. Такси остановилось у дома под номером четыре. Чистый подъезд, слабый запах краски. Квартира, куда мы направлялись, расположена на восьмом этаже. Лифт быстрый и, когда начинает движение, создаётся ощущение невесомости, но это быстро проходит. Писк и мы выходим.

Только открывается входная дверь, в нос тут же ударяет запах курева и алкоголя. Гремит музыка и кто-то даже пытается подпевать. Из гостиной льётся смех и стуканье пивных бутылок друг об друга. Помещение заполнил едкий серый дым. Тупицы, не додумались даже окно открыть. Дима помог мне снять куртку, толстовку я уже сама с себя стянула. Замявшись у порога, я всё же медленно направилась в гостиную за хозяином квартиры. Народу действительно не много. От силы человек десять, но я уверена, что ближе к ночи подтянутся ещё «самые близкие». Я уже ощущаю себя не в своей тарелке. Здесь все друг друга знают, а я — никого.

Музыка затихла и всё посмотрели на Диму. Он рукой поманил меня к себе, и я подошла.

— Знакомьтесь, — начал он, — это Лиля, моя подруга и учитель.

Толпа загудела и захлопала в ладоши. Некоторые кричали: «Привет, Лиля», а я могла только стоять и улыбаться. Это странно, но мне здесь начинает нравиться, хоть и секунду назад мне было не по себе. Дима вновь включил музыку и все вернулись к танцам, песням и выпивке. Пока на столе было только пиво. Думаю, дальше ещё что-нибудь появится.

Ну-с, и чем же мне теперь заняться?

Все разбрелись по компаниям, здесь все друг друга знают. И вот я снова не в своей тарелке. Да ещё и Костю нигде не видно. Может, его и ещё несколько человек отправили за дополнительной порцией спиртного и сигарет. Хотя, мне всё равно, где он сейчас лазит. Взрослый мальчик, не потеряется.

Из-за двери какая-то девчонка высунула голову и позвала меня. Впервые ее вижу. Сейчас попросит сделать что-нибудь. Да, я как всегда права. Эта девчонка попросила похозяйничать на кухне за нее, пока она сама поможет донести ящики со спиртным, которые прибыли несколько минут назад. Странновато как-то, мне кажется. Хрупкая девчонка, а помогает таскать тяжёлые ящики, когда в квартире сколько парней. Правда, большинство из них уже бухие в стельку, но все же не все.

Я согласилась помочь и пошла за этой девчонкой. Все равно мне делать нечего, а помочь я не против. Незнакомка попросила меня вытаскивать из ящиков бутылки с пивом и ставить их в холодильник. А затем скрылась за входной дверью. Хм, ну что ж, ладно. Раскладывать бутылки по полкам не трудно. Главное не по разбивать их. Дверца холодильника и несколько полок в нем уже были заставлены бутылками из зеленого и коричневого стекла. Я доставала из ящика по две бутылки и осторожно клала их сначала на те, которые уже там были, а только потом начала заставлять пустые полки. Старалась не греметь как могла. Ящики опустошались довольно быстро, но и появление новых не отставало. Та девчонка, что попросила меня ей помочь, носила пакеты с едой, а парни — выпивку. И где они ее столько взяли?! Ограбили магазин? Да и по ходу не один. По-моему, мне одной кажется, что полный холодильник пива — это слишком много.

В последнем ящике осталось всего пять бутылок, а нижние полки уже заняты. Я с трудом дотягиваюсь до верхних. Первый слой я кое-как уложила, а вот второй уже не потяну. Мне нужно что-то подставить, например, стул. Только я хотела повернуться, как оставшиеся бутылки пролетели у меня над головой и уложились на полку. Затем закрылась дверь холодильника. Мне не нужно было поворачиваться, чтобы узнать кто стоит за мной. Несмотря на всю задымленность атмосферы этой квартиры, его запах я смогла отделить ото всех остальных: лосьон после бритья, шампунь «морская свежесть» и капля парфюма с древесными нотками. Он стоял всего в паре сантиметров от меня. Может, даже ближе. Да, пусть он станет ближе. Обнимет меня. И я смогу глубже вдохнуть его аромат. Руки коснулись моих плеч, и я непроизвольно вздрогнула.

— Почему ты так напряжена? — спросил Дима.

Я ничего не ответила. Так и стояла, устремив взгляд в гладкую дверцу холодильника. В его голосе прозвучала легкая истома. Он немного пьян. Это все не по-настоящему. Он выпил и за него все делают пара бутылок пива. Остынь, Лиля, ты слишком много нафантазировала. А, может, нет? Просто расслабься. Мои плечи медленно опустились и по рукам разлилось тепло. Я сжала кулаки даже не заметив это. На ладонях остались красные следы от ногтей. Действительно, я напряжена.

— Расслабься, Лиля...

Его низкий голос шептал мне прямо в ухо. О, Боже! По животу разлилось манящее тепло. Пусть я не пила, но разум мой моментально затуманился. Я развернулась к Диме лицом, и он жадно впился в мои губы. Да, он действительно пьян. Ну. И. Пусть. Он подхватил меня и усадил на кухонный стол, раздвинул мне ноги и стал между ними. Дима не прекращал целовать меня. Его язык овладел моим ртом. Как же мне приятно! Я, конечно, успею пожалеть об этом еще миллион раз, но, пока, отложу на потом. Сейчас я хочу касаться его.