14
Грибы – Любовь
Медленно встаю и бреду на кухню, перешагивая через пустые пивные бутылки, выкуренные пачки сигарет и бессознательные тела на полу. Сегодня эта квартира наполнена тишиной. Запах все еще тот же: табачный дым и алкоголь. Шторы везде плотно закрыты и не дают солнечным лучам пройти во внутрь. А, может, сейчас вовсе не утро, а ночь? Подхожу к окну на кухне и чуть-чуть отодвигаю шторку. Только рассвет. Почти угадала. Набираю в прозрачный стакан холодной воды из-под крана и прикладываю его ко лбу, недолго держу и только потом делаю глоток. Сначала один маленький. Ах, как классно. Выливаю все содержимое стакана себе в рот. Немного проливается. Ну, как раз и умылась.
Как же мне плохо. Не помню и половины из произошедшего. И как можно было так нажраться! Знаю, что все началось с: «Эй, Лиля, иди сюда, присядь, ну что же ты без стакана, не родная что ли, да ты только попробуй, это невероятный вкус!» И понеслись невероятные вкусы за еще более невероятными. Я дала себя споить. Так странно. В тот момент я даже не думала, что делаю, а уж тем более о том, что будет позже. Кажется, это и называется «нормальный подросток». Было довольно неплохо, но — О, Боги! Моя голова! — последствия немного не приятны. Похмелье — штука отвратительная.
За дверью раздался лязг стекла, а следом отборный мат. Дима проснулся. Он открыл дверь и, потирая сонные глаза, спросил у меня:
— Лиль, почему у меня в ванне спит какой-то мужик?
Я пожала плечами в ответ. Набрав в тот же стакан воды, я протянула его Диме.
— Ты разве не знаешь его? — спросила я.
— Впервые вижу.
Отличненько. Но я все же догадываюсь, что это за мужик, оккупировавший ванную Димы, когда мой взгляд падает на гору пустых коробок из-под пиццы в раковине. В раковине! И как же, мне вот интересно, я их не заметила, когда наливала воду. Кстати, где мои очки? Хм. После моей отключки, Дима их снял и положил на самую верхнюю полку в своей комнате. От души ему огромное спасибо! Конечно же он мне их отдал.
— Ты не против, если я у тебя приму душ? — спросил Дима.
Эм, что?
— Ну, ванная же занята, а будить мне того парня не хочется, — продолжил он.
И ж ты! Само великодушие. Я сказала, что не против. Блин!
Такси прибыло быстро. Мы оделись и вышли. Хозяин квартиры растолкал какого-то парня и приказал ему присмотреть за — цитирую — «хатой». Тот только кивнул и захрапел снова.
И вот мы снова едем в полной тишине. Звучание мотора машины даже убаюкивает в этой ситуации. Как только водитель еще не заснул? Да и бодренький на вид. Уверена, что он на энергетике. Иначе никак. Мои глаза потихоньку начинают закрываться. Дима толкает меня в бок, мол не спи, и тычет пальцем в окно. Приехали. Дима заплатил за нас обоих. Я не собираюсь возвращать ему деньги. Перебьется.
Голова еще болит.
Теперь мы ждем лифт. Он приходит и его писк пронзает мой мозг иглой на сквозь. Чёрт! Я больше ни за что и никогда не стану пить эту гадость под названием алкоголь. Да ну нафиг. Одни только проблемы от него. Я и половины из вчерашнего не помню. Готова прямо сейчас лечь на пол этого ящика и заснуть. Перед шестым этажом я затыкаю пальцами свои уши, но все равно слышу этот мерзкий звук. Выходим. Аллилуйя! Сейчас можно будет упасть куда угодно, доползти до кроватки и заснуть.
Зайдя в квартиру, я так и сделала. Дима у меня уже был, сам все найдет, что ему нужно. А я пока глаза прикрою. Проползая по коридору, я обнаружила, что дверь в комнату брата закрыта. Так он не дома? Но и вчера его на вечеринке тоже не было. Он последнее время какой-то слишком подозрительный. Мама этого, конечно, не замечает, так как почти не бывает дома: дежурство в больнице — это вам не... Даже не знаю какое слово подобрать. А, да ладно. Я поползла дальше, забралась на кровать и заснула. Сразу заплясали огоньки. Я только вздремну. Ага, ну да, конечно.
Но я не спала. Не получалось. Сквозь дремоту я слышала, как льется вода в ванне. Я представляла идеальное спортивное тело Димы. Как по его коже струятся капельки воды. Как он протягивает руку к полотенцу, мышцы под его кожей натягиваются и перекатываются от каждого движения. Он оборачивает полотенце вокруг своих бёдер и выходит из ванны. Босой, с блестящей влажной кожей Дима идет в мою комнату. Идет ко мне. Садится на край кровати, кладет руку мне на голень и медленно ведёт ей вверх по ноге, проводит по ягодицам и забирается под рубашку. Его теплые руки ласкают мою спину. Я не сплю. Это по-настоящему. Но я не прерываю его действий. Дима проводит пальцами чуть выше и расстегивает бюстгальтер. Я распахиваю глаза и резко принимаю сидячее положение лицом к парню. Мы пялимся друг на друга. Мои глаза широко раскрыты, лицо пылает, все вокруг плывет. Дима же смотрит на меня, как будто, так и надо, спокойный, с лицом самого Ганнибала Лектора. Один, два, три... И он жадно целует меня. Да пошло оно все! Я обвиваю его шею своими руками и отвечаю не менее страстно. Дышать уже трудно и мне очень жарко. Дима быстро расстёгивает все пуговицы на моей рубашке, и она летит куда-то на пол. За ней же и лифчик. Руки Димы ползут с моих плеч по груди, сжимают ее и сквозь поцелуй я громко выдыхаю. Затем теплые пальцы ласкают мой живот, опускаются к линии джинс. Дима расстегивает их, но не снимает. Он запускает руку сначала мне в штаны, а только потом проникает в трусики. На этот раз я выпускаю не выдох, а стон. Диму это завело еще сильнее. Пальцами он начал ласкать мой клитор. О, Боже! Я не знаю куда себя деть. Я кусаю ему губы, впиваюсь ногтями в мускулистую спину. Это невероятно!
— Как же я тебя хочу, Лиля, — томно шепчет Дима мне в ушко.
Его губы спускаются чуть ниже и втягивают в себя тонкую кожу. Еще немного, и я задохнусь. Моим лёгким кардинально не хватает воздуха. Я так думала, пока Дима не направил свои похотливые пальцы дальше. Он ввёл один мне во влагалище. Я рефлекторно сжалась. Вашу ж мать! Какого черта он творит?! И какого черта я позволяю ему это?! Потому что я тоже его хочу. Дима вернулся к моим губам. Он целовал их, облизывал, а я кусала его, чтобы хоть как-то сдержать стон. Третий начал медленно двигать пальцем внутри меня. Только не стонать, только бы не застонать. Из-под моих ногтей тонкой струйкой вытекает кровь Димы. Он зашипел и ввел в меня второй палец. Никогда не думала, что могу выгибать спину до хруста позвонков. Своим животом я прижалась к торсу третьего, который уже нависал надо мной. Средний и безымянный пальцы ласкали меня изнутри, а большой — снаружи. Я готова, и Дима это видит. Он перестает меня целовать, убирает руку из трусиков, чтобы стащить с меня джинсы, ну, и соответственно, трусики тоже.
Я лежу под ним абсолютно обнаженная. Между нами только полотенце на бедрах Димы, но он не спешит его снимать. Третий скользит по мне взглядом, и от этого я сильнее возбуждаюсь. Меня начинает немного потрясывать. От предвкушения? Видимо да. Дима берёт мою руку и кладет ее себе на живот, проводит по кубикам пресса. Все это время мы смотрим друг другу в глаза и даже не моргаем. Парень останавливает мою руку у края полотенца и отпускает ее. Во взгляде я читаю: «Снимай». И я подчиняюсь. Теперь нам ничто не помешает.
Дима наклоняется, целует мои губы. На этот раз нежно. Пальцы его касаются преддверия моего влагалища, но не проникают во внутрь. Другой рукой он шире раздвигает мои ноги. Горячая плоть дотрагивается до половых губ, и я вздрагиваю. Дима просит расслабится. Хорошо. Я выдохнула, но дрожь осталась. Снова нежный поцелуй. На этот раз отвлекающий. Пока губы Димы ласкают мои, он медленно вводит в меня головку. По началу я морщусь, но потом привыкаю и расслабляюсь. Дима отстраняется:
— Сейчас будет больно, — говорит он.
Я киваю головой, мол готова, и он проникает глубже. Это действительно больно. В меня будто вонзили разбитые стекляшки и вращают ими. Дима не двигается. Ждет, пока я привыкну. Я, как могу, стараюсь дышать ровно, расслабиться. Дима прижимает меня к себе, и я впиваюсь ему в ключицу зубами. Чувствую во рту кровь, но это помогло мне разжать мышцы. Дыхание стало ровнее. Я ожидала, что Дима начнёт двигаться, но нет, он наоборот вышел из меня. Поднялся с кровати сам, потом взял меня к себе на руки и понес в ванную. После горячего купания, он вернул меня в постель и улегся рядом. Сгреб меня в объятиях, что аж ноги переплелись.
— В следующий раз я дам тебе больше, — сказал Дима.
Когда мама вернулась с ночного дежурства, я уже объясняла Диме химические формулы.