правда или действие?

  Лучи осеннего солнца майским медом растекались по сонным, осоловелым мордашкам подростков. Несмотря на то, что ребята опустошили два ящика соджу на восьмерых (У Ким Тэхена имеются запасы повсюду. Чтоб вы знали.), атмосфера в палате стояла какая-то безмятежная, тихая... даже семейная, что-ли. Юнги отстановил свой взгляд на Сохен, мирно лежавшей на больничной койке. Несмотря на ранение, пила она не хуже других, но по прежнему оставалась трезвой, как, впрочем, и остальные обитатели палаты (может, сказывается юношеский максимализм?). В ее волосах играли солнечные лучи, а улыбка была ярче полуденного солнца. Юнги казалось, что его ослепит этой красотой, но он все еще отказывался надевать солнечные очки. Тэхен тихо дремал, опустив голову на плечо ни капельки не возражавшей Бао. Хосок философским взглядом пялился на соджу, оставшееся на дне бутылки и думал: пить или не пить? Чимину же алкоголь помог лучше обезболивающего — тупая боль, пульсирующая в сломанной руке, значительно притупилась. Чонгук с задумчивой сонливостью наблюдал за Юнги. Хен не отрывала взгляда от Сохи, даже не боясь запалиться. Неужели, он наконец-то забыл Лис? А в голове Джинхо крутятся тысячи вопросов: что будет, когда этот месяц закончится? Она вернется обратно, в старую школу, и они с парнями больше не будут общаться? Просто... Джин так привыкла к Хорсу, Тэ, Гуку и Чимину, они стали для нее частью... семьи? Сейчас, когда они все лежат в больничной палате, кто где упал, Хо кажется, что они знакомы уже многие годы. Что каждые выходные они собираются вместе, с соджу и закусками, и разговаривают, делятся переживаниями за неделю, смеются, и им так хорошо. Но, еще две недели, и девушка вернутся в свою старую школу, и Чхве Джин навсегда умрет для них, а его место займет Джинхо, о которой парни, к сожалению, даже не подозревают.

— Давно мы так не сидели... — тихо говорит Чонгук, осоловелыми взглядом сверля пустоту, отворачиваясь к окну.
Все парни, находящиеся в палате, переглядываются и медленно кивают. У них была какая-то тайна, о которой Сохен, Бао и Джинхо не догадывались. По щеке Хосока пробежала крохотная слеза, он запрокинул голову к потолку, чтобы никто не увидел.
— Только ее нет, — у недавно смеющегося Чимина было тихое, грустное лицо.
Ухмыльнувшись, Юнги тоже запрокинул голову
« Как ты там, Лисенок? » — задал немой вопрос брюнет, отчего на душе стало чертовски тоскливо.
— Навести ее, хен, — голос Тэхена звучал непривычно хрипло и надорвано. Девушки переглядывались, но не понимали, что сейчас происходит, но отчего и им стало ужасно грустно.
— Я... я не могу, — мрачно качнул головой Мин, отворачиваясь от друзей. Прошло три года, но он не на минуту не мог забыть о Лис. Он видел ее везде — во снах, в случайных прохожих, в каплях весеннего дождя, в россыпи солнечных лучей и... в Сохен. Они похожи. Чертовски. Не цветом волос, формой губ или фигурой. А нежной, мимолетной улыбкой, звонком, как рассыпавшиеся на кафеле бусинки, смехе и глазами, родными и понимающими.
— Ты не виноват, Юнги, — Чонгук отвернулся от окна и посмотрел на друга. — Никто не виноват.
— Не мели чепухи, Гук, был бы я рядом, она осталась бы в живых, — Юнги еле сдерживал слезы, так и рвущиеся наружу.
Хосок встал с пола и подошел к Мину. Секунда. Две. Четыре. Хосок вложил всю свою силу в этот удар. Юнги покачнулся, схватившись за живот. Ему не больно, просто неожиданно.
— Не смей, — прорычал Хосок, схватив парня за плечи. — Не смей винить себя в ее смерти!
— Хорс дело говорит, — грустно улыбнувшись, Тэхен крепче сжал бутылку. — Лис не желала тебе, чтобы ты страдал. Хотя, признаться, раньше ты был той еще мразью. И если уж пошло на то, то виноваты мы все. Просто отпусти ее, хен. Станет легче.
— Что здесь творится? — уже протрезвевшая Бао, тихо обратилась к Джинхо. Та непонимающе пожала плечами.
— Ладно, по домам, ребят, — выдавил из себя Чимин, с трудом вставая с больничной койки.
— А ты то куда? — удивленно вскинул брови Чонгук, бросая взгляд на покалеченного друга.
Тот махнул рукой.
— Ненавижу больницы, — скривился красноволосый, потирая переносицу. — Тем более, я же как-то дрался со сломанной рукой. Джин-хен поговорит с кем надо, и меня отпустят.
— Ну ладно, — кивнул Хосок, нащупав в кармане ветровки телефон, на экране которого высветилось — 19:30. — Бывай, Сохи, — мягко улыбнулся паренек, подмигивая Сохен. На душе все еще скребли кошки, но он пытался держаться. — Когда тебя выпишут, сходим все вместе на каток?
— Ой, я даже кататься не умею... — неловко бормочет Чжан, чувствуя, как щеки начинают краснеть.
— Ничего-о, Юнги-хен с радостью тебя научит, — фыркнул паренек, за что в очередной раз получил весомый такой толчок под ребра. — Больно же!
— Вали уже, — устало закатил глаза Мин, подталкивая Чона к двери, на что тот начал возмущаться, ибо: « Почему я не могу пообщаться со столь прекрасной дамой?! Это несправедливо, хе~н! ».
— Пока, Сохен, — к ней подошел Чимин, и потрепал по темным волосам. А у Сохен на душе стало, от чего-то, чертовски тепло и уютно. Этот день, по праву, она могла назвать одним из лучших дней в своей жизни. Так легко и уютно ей было, разве что, только с онни.
— Покеда, белка, — шатаясь, к ней подошел Тэхен, одаривая своей фирменной улыбочкой, и щелкая в кончик носа.
— Эй, почему белка? — возмущенно шикнула девушка, не найдя связи между ней и этим маленьким, рыжим зверьком. — Белки рыжие, а не черные.
— Ну... — почесал затылок парень, придумывая, что ответить. — Ты просто похожа на белку, все! Пока! — быстро выпалил он, скрываясь за дверью палаты. Сохен и Юнги одновременно фыркнули, переглянулись и, тут же, отчего-то пристыженно отвернулись.
К ней подошел Чонгук, на губах мягкая улыбка, а в глазах волнение. Для этого парня общение с девушками всегда было проблемой, он даже с сестрой то первое время разговаривал, заикаясь, а тут потенциальная самка.
— Н-ну... увидимся? — промямлил он, глядя куда-то в сторону, пытаясь не смотреть на Чжан.
— Ага, — хихикнула Сохи, заметив волнение брюнета.
Спустя пару минут, дверь захлопнулась и в палате остались двое. Сохен и Юнги. Парень неуверенно прошел к кровати девушки, присаживаясь на краешек, и глядя в темно-карие глаза.
— Не вини себя в его смерти, — тихо говорит Юнги, прищурив глаза. — Я знаю, какого это жить с вечным грузом вины. И я не хочу, чтобы ты стала такой же, как я, — он неуверенно приближается, от горячего дыхания парня по коже Сохен разбегаются армии мурашек, а в области сердца так горячо-горячо, что на мгновения перестаешь дышать. Но когда до губ Чжан оставались считанные миллиметры, парень дернулся и отстранился. Не так все должно быть. Не так!
Бросив короткое « увидимся », он выбегает из палаты и на ватных ногах двигается по коридору. Сохен осталась одна. Наедине со страхами и переживаниями, накопившимися за день.

я пока что не знаю, как выглядит смерть, и остра ли ее коса,
но стараюсь черкнуть с переправы тебе строку.
я оставляю тебе мои нетронутые чудеса —
очень прошу, не бойся
и распакуй.

| спустя несколько дней |

* общий чат *

Хосок: СОХЕН-ИИИ!

Сохен: Ммм? Что так громко?

Хосок: Не делай вид, что ничего не знаешь!

Сохен: Что именно я знаю?

Хосок: Джин-хен сказал, что тебя сегодня выписали! А ты даже не позвонила мне! Не сказала ничего, а я думал, мы друзья Т.Т

Сохен: Это, конечно, очень мило ~ Но мы знакомы с тобой четыре дня.

Хосок: Ии?

Бао: ЧЕТЫРЕ ДНЯ! МЫ ЗНАКОМ С ТОБОЙ ДВА ГОДА, А Я УЗНАЮ, ЧТО ТЕБЯ ВЫПИСАЛИ ОТ ХОСОКА, КОТОРЫЙ УЗНАЛ ОТ ДЖИНА! ГДЕ ТВОЯ СОВЕСТЬ, МРАЗЬ?

Сохен: Еще одна истеричка подъехала. Люблю вас, если честно: 3

Чимин: О, нуна, ты правда выздоровела? ^-^

Сохен: Я старше тебя на неделю, сам ты нуна!

Чимин: ну-ноч-ка!

Тэхен: Опяять я все проспал Т.Т Белка, тебя правда выписали? Значит, идем сегодня на каток?

Сохен: Канеешн ~

Юнги: Наконец-то тебя выписали. Эти идиоты все уши мне и Джину прожужжали.

Сохен слабо улыбается, и откладывает телефон в сторону, на тумбочку. Приятно, ребята, хоть они и знакомы всего ничего, скучали по ней, но скучал ли Юнги? Это вопрос, почему-то, волновал ее больше всего. Девушка просто разрывалась изнутри. Она уже давно перестала отрицать, что начинает влюбляться в Мин Юнги. С каждым днем, она все больше погружается в него, окунается с головой, до потери пульса, до помутнения в голове, до тяжелого кома в горле. Это больно и чертовски приятно одновременно. Ей хотелось вернуться назад, где была улыбка пьянящая, а не ломка и ужасно пугающий взгляд. Но Сохен нравится страдать от любви. Чувствовать, как каждый сантиметр тела пронизывается этой томящей, приторно-сладкой болью. Сохен наркоман, а Юнги — ее личный сорт наркотика.

***

Хосок: Так народ, вы все готовы?

Юнги: Ну этот вопрос не к нам.

Намджун: +

Джин: +

Чимин: +++++

Тэхен: ++

Сохен: Так. Что-то я не поняла. Попахивает откровенным наездом?

Бао: Вас давно не били, мальчики? : 3

Намджун: Но вы правда собираетесь дольше всех ~ вы же девушки.

Чимин: Старик правду глаголит.

Намджун: За старика получишь, коротышка!

Сохен: СОНСЭННИМ!!! Как так то? После всего что между нами было и не было?!!!?!

Бао: Да-да. Фу, Ким Намджун ТТ

Намджун: Так, теперь я еще и крайний! И вообще, я ваш учитель, что за тон, юные леди?

Джин: ЧТО ТАМ МЕЖДУ ВАМИ БЫЛО И НЕ БЫЛО?!

Чонгук: бляять.

Джин: ладно, все, ну будем ссориться, у меня нет настроения.

Тэхен: Ой-ой-ой, сам то в трусах еще по комнате ходишь!

Джин: А ну цить, молодой человек!

Тэхен: Не затыкай меня, ты мне не мать.

Хосок: оооо

Намджун: оооо

Джинхо: оооо

Бао: Кто-то реально попал.

Джин: Маму может обидеть каждый... Но никто не знает, как ей на самом деле больно.

Бао: За мамку и двор стреляю в упор!

Джин: Доча ТТ_ТТ

Юнги: Не заставляйте меня точить ножи.

Хосок: Знаете, я сейчас сижу рядом с этим психопатом и мне реально страшно...

Намджун: ооо, Юнги-я гневе. Как очаровательно.

Чонгук: Бля, я ни куда не иду. Вы достали!

Чимин: Знаете... я тоже уже расхотел.

Сохен: А я все равно не умею на коньках кататься.

Тэхен: А у меня новая серия Май литл пони началась...

Юнги: О.О

Бао: Нежданчик, однако.

Джин: ТАК ВСЕ НАХЕР Я ТОЖЕ НИ КУДА НЕ ИДУ. ДОСТАЛИ. ВЫ.МЕНЯ.ВСЕ. Я ПОШЕЛ ЖРАТЬ, НЕБЛАГОДАРНЫЕ МРАЗИ.

Джинхо: Не злите мамочку! Алло.

Намджун: Откуда Тэхен знает, что Джин стоит в трусах? О.о

***

Каток представлял из себя огромный ледяной овал, накрытый куполом крыши. Отовсюду тянуло холодом, а в воздухе прямо стоял запах ели, мандаринов и снега, не верилось, что за куполом и толстыми стенами здания сейчас жаркая, душная осень. Играла громкая, мелодичная музыка, катались влюбленные парочки, державшиеся за руки и шепчущие друг другу всякую-ванильную ересь, малышня, чей звонкий смех был слышен отовсюду, и изредка мелькали понурые, одинокие фигуры. А Тэхен, презирающий всю эту ванильную ересь и телячьи нежности, как последний идиот, пялился на Бао. Она выглядела волшебно. Ее губы сияли так мягко и утонченно, а щеки были окрашены в сладко-розовый, но ничего не могло сравниться с ее глазами. Ее сверкающими, нежными глазами, сияющими так просто и влюбленно. Но в этот момент Тэхен презирал себя. Дурак, она всего лишь малолетняя девчонка, каких много, но почему его так тянет к ней? Они знакомы от силы пять дней, и разговаривали несколько раз. Но стоило ему отводить взгляд в сторону, глаза сами искали эту девчонку в толпе. Она не была особенной, но определенно отличалась от других девчонок. Не красотой, не умом, даже не чувством юмора. Тэхен слышал, что в детстве Бао называли « маленькая безмятежность », и это имя ей отлично подходило, ибо она, казалось, жила в своем собственном счастливом мире, решаясь покидать его для встречи с теми немногими, которым доверяла и любила. Бао как хороший парфюм, привлекала без шума.
— Так, малышня, главное, следовать правилам безопасности! — строго проговорил Джин, окидывая взглядом « малышню », столпившуюся вокруг него
— К черту правила, хен, — насмешливо фыркнул Хосок, неумело отъезжая подальше от мужчины.
— Правила созданы, чтобы им следовать. Ничего не создают, чтобы потом ломать! — возразил брюнет, бросая на парня строгий взгляд.
— Пиньяты? — вскинула брови Бао, подключаясь к их дискуссии.
— Светящиеся палочки? — прозвучал голос только сейчас очнувшегося Юнги.
— Доски для каратэ! — щелкнул пальцами Тэхен.
— Макароны, если кастрюлька слишком мала, — вставил свои пять вонн Чимин.
— И правила! — с насмешливой улыбкой закончил Хосок, показывая своему хену язык.
— Ой, да делайте, что хотите, спиногрызы, — устало отмахнулся Джин, закатывая глаза. Быть матерью восьмерых детей не так то просто, как кажется.
Услышав команду своей матери, « малышня » со счастливым смехом разъехалась по всему катку, кто куда. Двое очаровательных аутистов — Хосок и Чимин, с гоготанием, похожим на хрипы умирающего голубя, упали на лед и стали толкать друг друга ногами, думая, что это чертовски весело. Юнги завалился на маты и, как всегда, уснул. Но по правде то он не уснул, только тссс! Это хитрый бес украдкой наблюдал за Чонгуком и Сохен. Те мило держались за ручки, смотрели друг на друга, словно влюбленная парочка, и о чем-то миленько беседовали. А Юнги хотелось просто взять и отшлепать гребанного Чонгука (не подумайте, он не такой, просто нервишки пошаливают, уводя Сохен куда-нибудь подальше от этого альфа-самца, скрывающегося за маской вечно краснеющего перед девушками тихони.
— Эй, ты чего не катаешься, пончик? — к Бао подъехала Джинхо, тыкая девушку в пухлую щеку.
— Да, я не знаю, — пожимает плечами блондинка, отводя смущенный взгляд в сторону. — Я не особо то и умею. Не настолько убого, как Сохен-и, но все равно, страшно.
— А, фигня вопрос, — девушка вглядывается в толпу катающихся, явно кого-то выискивая. Затем прикладывает пальцы к губам и свистит, во всю мощь своих легких. — Джин-хен! Нужна помощь!
— Что, о сын мой? — торжественным тоном, про голосил брюнет, подкатываясь к девушкам.
— Эта булочка с кремом плохо катается, — Чхве указала на Бао, на что та обиженно фыркнула. — Поможешь ей?
— Конечно, — поспешно кивает Сок, подхватывая девочку под локоть. — Главное, сильно не напрягайся, будет хуже и согни немного колени. Вот так, молодец! — наставлял блондинку розовый магистр фигурно-катального ремесла.
К ним подкатился Намджун, с улыбкой на пухлых губах.
— Учишь молодое поколение, Джин? Не держи ее так за руку, я ревную, — протянул Намджун, грозя пальцем.
— Геи не в моем вкусе, сонсэнним, — надувшись, возразила Бао, выдергивая руку.
— Да ладно, не бойся, а малолетние школьницы не во вкусах геев, — фыркнул Нам, подхватив блондинку за правую руку, а Джин за левую.

Джинхо стояла, облокотившись о мягкие маты темно-синего цвета, с улыбкой наблюдая за счастливо смеющимися ребятами. К ней неожиданно подъехала Чимин, резко хватая за плечо.
— Эй, малявка.
— Сам ты малявка, — обиженно надулась девушка, отворачиваясь в сторону от этого нахала.
— Нет, — насмешливо фыркнул Чим, награждая Джин легким подзатыльником, за который шатенка чуть не врезала ему с вертухи.
— Малявки ответ!
— Не засчитано, — возразил красноволосый, тоже опираясь о маты и ухмыляясь.
— Ну бли-ин, — надувшись, как малыш, у которого украли конфету, протянула Чхве.
— Очаровательный ребенок, — умилившись, парень стряхнул набежавшую слезу материнского счастья.
— Слушай, а ты случайно не гей? — в лоб высказала свои догадки Джинхо, прищурившись, испепеляя одноклассника подозрительным взглядом.
— Эй, нахальная малявка! — красноволосый возмущенно нахмурился и подтолкнул Хо здоровой рукой.
— Покеда, голубок, — махнула рукой Джин, тихо посмеиваясь и покатившись в сторону выхода. Ото всюду — стен, потолка, льда, тянуло холодом и шатенка до чертиков продрогла. Ей нужен горячий чай или шоколад. А еще рисовый пирожок... да, рисовый пирожок! Было бы идеально.

Юнги все это время валялся на холодном льде, меланхолично наблюдая за весело катающимися людьми, давно наплевав, что после таких лежаний можно и заболеть. Прибывая в нирване, он даже не заметил, как в него, в прямом смысле, въехал Тэхен.
— УДАР МИФАНЫЧА! — на весь каток заголосил Тэ, награждая друга не слабым подзатыльником и заложенностью в ушах.
— БОЛЬНО ВООБЩЕ ТО! — шикнул Юнги, кое-как поднявшись со льда на ноги. В головушке нашего героя что-то переклинило, ему, видите ли, надоело лениться, и он решил подыграть рыжику. — НО СЕЙЧАС ТЫ ПОЛУЧИШЬ УДАР КРОЛЯ ПО НОГАМ! МВУХАХА! — и со всей силы он шибанул по бедным ножкам Кима, от чего тот упал на лед, ударяясь копчиком, и таща за собой Мина. Все разом обернулись в сторону парней, а Бао, Сохен и Джинхо одновременно перекрестились. Они в отличие от друзей Юнги и Тэ, только недавно узнали, что Мин не такой уж и ботан, а уж то, что он еще и на головку стукнутый — это для них прямо новость. Увидев испуганные взгляда окружающих, Юнги вновь натянул на себя маску холодного петушка и улегся на маты. 

*** 

  Что может быть прекраснее тихого, осеннего воскресенья?

Только тихое, осеннее воскресенье, когда тебе никуда не надо идти! Но у Пак Бао, как всегда, все идет наперекосяк. А все благодаря выше известному и всеми любимому учителю физической культуры — Ким Намджуну, который запалил ее, когда та самозабвенно вела слежку, причем за ним же. И именно из-за этого, Бао теперь должна ему десять желаний, но самое ужасно это то, что каждые выходные она будет бегать по семь километров (и это если повезет), под наблюдением этого голубого психопата! Но, девушка не будет страдать одна. Через пот, кровь и слезы, она все-таки уговорила Сохён составить ей компанию (и плевать, что совсем недавно Чжан продырявили желудок, нужно же помочь своему братюшонку).

Если повествовать вкратце, не пробежав даже 500 метров, Бао успела, « случайно » задеть Сохён, которая кубарем прокатилась по асфальту, сиганув с поросшего травой пригорка, упав прямо на рассыпанную внизу гальку и дробленные куски кирпича (не спрашивайте, откуда это все дам взялось).

Сидя в травмпункте и матерясь на всё и вся, Сохён думала как прикончить Бао. У девушки ушиб правой стопы и растяжение связок плечевого сустава. Осмотрев Сохён, школьный доктор выдал девушки листок с направлением на массаж.

— Две недели лечения! — оповестил врач, а Чжан лишь горестно кивнула. Черт, только недавно выписали из больницы, а она уже успела получить новые
« ранения ».

Зайдя в поликлинику и направившись в нужный ей кабинет, постучавшись девушка приоткрыла дверь.

— Можно? — прокашлявшись, проговорила брюнетка.
— Да конечно — ответил мужской, приятный на слух голос.

Войдя, Сохен стала рассматривать помещение: 2 койки, одну полностью закрывала ширма, а вторая была свободна. К Чжан подошла девушка с ярко красными волосами. Взяв у нее какой-то листок с непонятными, неразборчивыми каракулями, Сохи услышала до боли знакомый голос.

— Хён, можно я к тебе буду каждый день приходить! После твоих рук моя спина и шея, и ноги, и всё, короче, как новенькое! — говорил за ширмой какой-то парень.
— Хосок, я конечно всё понимаю, но мне и других клиентов навалом! — ответил голос мужчины, что ранее разрешил Сохён войти.
— Присаживайтесь на ту кушетку — пролепетала красноволосая.
— Ага, — помявшись Сохён направилась к кушетке

«Хосок? Хосок... Неужели, это Чон? Что он тут делает? » размышляла Сохён. Процедура началась буквально через пару минут. Девушка не вольно послушала разговор парней, пока медсестра разминала ей плечи.

— Джин, да у тебя руки золотые! Слушай, может ты усыновишь меня? — шторки были не так плотно прикрыты, и давали девушки разглядеть парней. Черт, это действительно были Джин и Хосок! Ах да, точно, как же Сохен могла забыть? Это же больница принадлежит отцу Джина, а сам парень работает здесь главным массажистом.
— Не я реально! Готовить умеешь, чистоплотный, и ты единственный на кого Юнги не матерится, когда его будишь! — замахал руками Хорс.

— Ой, да успокойся ты! — фыркнул Джин, продолжая разминать спину рыжеволосого. — Посиди хоть пять минут молча, осталось чуть-чуть.

***

Хосок выбежал из больницы на пять минут раньше Сохён. Хромая, Чжан еле выползла на крыльцо мед пункта. Но, Сохён не Сохён, если не найдёт приключений на свою задницу. Не успев наступить на первую ступень, девушка споткнулась о воздух и полетела носом на асфальт. Готовясь к худшему, она закрыла глаза. Но, как не странно, поцелуя с твердой, асфальтированной поверхностью не последовала. Почувствовав на своей талии крепкую руку, и удостоверившись, что она на данный момент стоит на ногах, девушка отскочила от спасителя и поклонилась.

— Извините! — подняв голову, Сохён увидела перед собой Хосока.
— И где же тот принц что должен сопровождать столь прекрасную леди?! — Заулыбался во все 32 белоснежных зуба парень. Поначалу он не понял, что перед ним стояла Чжан, но буквально через минуту до него дошло. — Сохёни-и?! — излишне громко заголосил он, подбегая к знакомой и заключая ее в свои медвежьи объятия, от чего та, почувствовав боль, тихо пискнула. — Ой, прости, — тут же опомнился Чон.
— Да ничего, — улыбнулась Сохен, все же немного отходя подальше. — Я тоже рада тебя видеть.
— Ты здесь каким ветром? Тебя же недавно выписали.
— Ну, стоит сказать спасибо одной неуклюжей панде, по имени Бао, — фыркает брюнетка, опираясь о перила лестницы.
Чон с понимание кивает, и вновь одаривает девушку улыбкой.
— Тебе в какую сторону? Может подвезти? — осведомляется рыжеволосый парень, помогая Сохен преодолеть препятствие в виде лестницы.
Чжан говорит адрес, на что Хорс радостно кивает.
— Отлично, нам по пути, — он подводит девушку к своей машине, помогая забраться на переднее сидение.
И тут у Чона зазвонил телефон, от громкой мелодии Сохен вздрогнула, но тут же опомнилась.
— Юнгия~, ты первым раз в сто лет звонишь! Что-то случилось? — ещё шире улыбнулся Чон — Так ты только из-за этого звонишь! Знаешь, я думал у нас все серьёзно! Да ладно тебе, только не матюкайся. Ребёнка плохому научишь! Конечно я приду, не переживай, с ней всё будет в порядке! Я правда больше не буду учить её заигрывать с парнями! И в карты на деньги играть не буду! Юнги это слишком! Это было в прошлом. Почкой клянусь, пока тебя не будет твоя сестра будет в целости и сохранности! А можно Чимина позвать? Ну мы это ненароком! Чимин правда ей порнуху не включал!!! Винкс это не порнуха! Ладно не буду Чимина звать. С тебя бухлишко, и Юнгиша. На месяц. Ну тогда на недельку! Не беспокойся ни чего с ним не случится. Я верну его в целостности и сохранности! — слушая весь этот бред у Сохён в голове назревала 3 мировая.

***

Джинхо лежала на своей кроватке, обнявшись с плюшевым кумамончиком, и грустно прибывала в нирване. Скучно, чертовски. Никто не звонит, никто не пишет, по телевизору идет какая-то низкопробная хрень, в народе называемая романтическими сериалами. Любимое аниме кончилось еще две недели назад, а идти до магазина и покупать свежую мангу ей было лень. Ну что за жизнь? Никому она не нужна, бедненькая, одинокая Чхве Джинхо. Но тут, к величайшему счастью девушке, ей пришло сообщение:

« Принц средиземья Тэ: Джин, наш брат братан братишка, приезжааай к Хорсу! У нас тут типа тусэ намечается.

Обольстительный слизеринец Джин: Оо, прямо сейчас?

Принц средиземья Тэ: агась, где живет хен, ты, надеюсь, не забыл. Все, конец связи! »

Прочитав последнее сообщение, Чхве подскочила с кровати и стала судорожно бегать по дому, в поисках своего паричка, всяких накладных усов-бородок, солидной одежды и косметички, с нужно провизией для грима. Собралась Джин минут за сорок и это был, прямо-таки, ее личный рекорд. Ввалившись в дом Хосока, девушка застала оочень, прям очень-при очень странную картину.
Юнги, в костюме японской школьницы, чистит мандарин и отчаянно на кого-то матерится. Чистит мандарин, Карл! В костюме школьницы! Хосок, натянувший на себя женское платье и парик-каре, приставал к какой-то красивой, темноволосой девушке, очень похожей на Юнги. Джин в одеяние банана целуется с Намджуном, напялившим на себя косплэй-наряд Сейлор Мун (Джинхо: Развидеть и забыть! Развидеть и забыть!). Чимин в костюме собаки гонится за Тэхеном-королевой-всея-лунных-кроликов. А Чонгук, как самый адекватны среди этих неандертальцев, мирненько спал под кухонным столом. Правда, в костюме Пикачу.
— Я смотрю, вы тут и без меня успели нахрюкаться, — пробормотала Джинхо, окидывая испуганным взглядом всю эту банду клоунов, и нервно сглатывая.
— Нее, хен, мы совсем чуть-чуть! — это на мгновение проснулся Чонгук. Выдавив из себя эту многообещающую фразу, он завалился спатеньки обратно.
— Отвали от меня, Чон Хосок! — прорычала темноволосая незнакомка, отталкивая от себя Хорса, на что тот обиженно надулся и показав ей свой прекрасный язык, удалился в неизвестность.
— Я думал, у нас все серьезно! Между нами все кончено, Ким Джису! — напоследок бросает эту фразу обиженный Чон, на что Су лишь устало фыркает.
— Между нами ничего и не начиналось, истеричка!
— Не истеричка, а впечатлительная леди! — воскликнул все еще не ушедший в неизвестность Чон.
Ким крутит пальцем у виска, но не сдерживает улыбки. Хосок хоть и тот еще идиот, но он почти единственный может заставить Джису улыбаться без причины. Но это не отменяло факта, что порой, брюнетка была готова его расстрелять.
— Привет, ты тоже друг оппы? — она наконец замечает Джинхо, тихо забившуюся в темный уголок дома Хосока, дабы ее не заметили и не заставили одевать костюм какого-нибудь заморского Лунтика.
— Ну, да, — неуверенно кивает Чхве, пожимая плечами. — А ты его сестра?
— Да, — улыбается Джису. — Ты чего не проходишь? Там соджу совсем мало осталось, эти балбесы его за минуту допьют.
— Не, я лучше воздержусь, — нервно сглотнув, бормочет Хо. — Мало ли, может это заразно?
Джису улыбается и подает « парню » руку, в знак знакомства:
— Ты же Джин? Я Джису.
— Ага. Благодаря Хосоку, я уже понял.
— Чудно, — крепко, даже по-мужски, пожимает ладонь Ким.

***

Сохён развалившись на диване, пустым взглядом пялится в потолок. Скучно, грустно, хочется напиться. Хотя бы сока. Апельсинового. С пироженками. А лучше с пончиками. А с кем лучше всех уходить в апельсиново-пончиковый запой? Конечно же, с Пак Бао (которая обязательно прихватит с собой еще и бутылочку чего-нибудь покрепче).

« Сохён: Бао ~

Сохён: Бая ~

Сохён: Бу-бу ~

Сохён: Буся ~

Сохён: Бублик ~

Сахарный пончик: Онни, ты курила?

Сохён: Неа... ну, немного. совсем чуть-чуть. для профилактики.

Сахарный пончик: ой, да знаю я твою профилактику. Ты чего-то хотела?

Сохён: Агась, бери апельсиновый сок, соджу и пончиков. Побольше. И дуй ко мне, буду ждать, аки Хатико.

Сахарный пончик: Океей, лечу на крыльях любви: 3 »

***

Отгадайте загадку: что будет, если дать двум объектам женского пола (Сохён и Бао) несколько ящиков некой жидкости и коробку неких съестных веществ (соджу, сок и пончики)? Ответ предельно прост: для начала, они наклюкаются до потери памяти, а потом решат по выяснять отношения.
— И-ик.! Т.ы с.ъ.ела все понч-чки с са-хар-ной пудрй? — заплетающимся языком, путая слоги, и с трудом выговаривая все гласные, да и согласные, пролепетала Сохён, окидывая подругу обиженно-мутным взглядом.
— Нет... канешн.! — сразу же стала отпираться Бао, отмахиваясь от журнального столика, который она приняла за подругу.
— Тог-гда чт. у тбя на штнах, мрзвка?! — со слезами на глазах, выдавила из себя Чжан, чувствуя себя ужасно одинокой и преданной.
-... Ккаин. Каин! Ккин! Ко! Ко... Каин! Кокаин! — далеко не с первого раза, выговорила столь простое слово Пак, и упала на ковер, при это похрапывая, как поросенок с заложенным носом.

***

Джису сидела на диване, в гостиной Хосока, сжимая в руке пульт от телевизора. Еще пять минут и начнется великая история! История, соединившая множество сердец воедино. История, подарившая Джису детство, надежду на лучшее и веру в себя. Эта история о вечно веселом, неунывающем пареньке, который на ура справляется со всеми сложностями жизни. И имя ему — СПАНЧ БОБ КВАДРАТНЫЙ ШТАНЫ! О, да, именно он. Брюнетка уже полностью подготовилась к двадцати минутам рая на земле: укуталась в уютное одеялко, притащила тарелку с карамельным попкорном и стаканчик содовой. В общем, этот вечер обещал быть идеальным, если бы не Тэхен, чтоб его!
— Ну Джису, ну включи!
— Нет, Ким Тэхен, и это мой окончательный ответ! Ясно?
— Ну пожалуйста, ну Джисулечка!
— Я же сказал, нет! У меня сейчас Губка Боб начнется!
— А у меня сейчас Май литл пони начнется! Ну Джисуу! ~
— Нет!
— Работника макдональса ответ!
— Я тебя ударю!
— МАЙ ЛИТЛ ПОНИИИИ!
— КТО ПРОЖИВАЕТ НА ДНЕ ОКЕАНА?
— МАЙ ЛИТЛ ПОНИИ!
— СЛАВНЫЙ ГУБКА, МАЛЫШ БЕЗ ИЗЪЯНА!
В этот самый момент, мимо них проходит Юнги и слыша вопли двух умирающих опоссумов, крестит их три раза и уходит подальше от них, в китайский закат или нирвану, или неизвестность, кому как нравится.
— Народ, Бао и Сохён загребли в обезъянник, — оповещает всех Намджун, вошедший в гостиную. — Они домогались полицейских. Кто поедет со мной их забирать?

***

— Это ваше? — нервно сглотнув, полицейский беглым взглядом указал на клетку, в которой сидели грустненькие Бао и Сохен.
— Да, наше, — медленно кивает Намджун, оглядывая девушек. В волосах Бао запутались листья и всякий мелкий сор, а Сохен каждую минуту вздрагивала, сжимая в пальцах клок чьи-то волосы. — Что они натворили, сэр?
— Брюнетка пыталась соблазнить нашего стажера и предлагала ему такие вещи, от которых у бедняги чуть давление не подскочила. А блондинка вызвала на стрелу весь отряд, а одному из ребят залепила жвачку в волосы.
— Ох, — тихо простонал Намджун, хватаясь за сердце. — Я все оплачу.
— Да, было бы неплохо.

***

— Должна будешь, малявка, — зло прошептал Намджун, помогая Бао и Сохен уместиться на заднем сидение его машины. На переднем сидение их поприветствовал Тэхен (все еще в костюме лунной крольчихи). Увидев « бодренькое » состояние девушек, Ким нервно сглотнул и быстро перекрестился, бурча под нос, что-то типа: « А я почти влюбился в тебя, Пак Бао ».
В машине подруги предпочитали сохранять гордое молчание, ибо скажут что-нибудь лишнее, и и без того нервный Нам, просто закопает их в ближайшем газоне.
За столь веселую поездку, наши героини кое-как протрезвели.
— Однажды я был настолько пьян, что умолял душ не плакать, — хрен знает к чему, сказал это Тэхен, почесав затылок. Трое пар глаз посмотрели на парня, как на умственно отсталого. Тот пожал плечами и обиженно уставился в окно.

***

— Я стану Хокагэ! — во всю мощь своих легких, заголосил Тэ, отчаянно нажимая на кнопочки на темно-синем джойстике.
— Неет, глупец, это я стану Хокагэ! — еще громче верещала (не)протрезвевшая Бао, вспоминая все известные ей комбинации игры. — Я просто рождена для этой цели! Все, ухожу в ниндзиии!
— Тогда я буду Саске! — воинственно воскликнул Ким, запрокидывая в воздух сжатый кулак. — Я уйду из деревни, буду бруталом и по мне все девчонки будут течь!
— Саске убил своего старшего брата, даун! — возразил Пак, откидывая джойстик в сторону и откидываясь на мягкую спинку дивана. — Если Намджун это услышит, он тебя покарает.
— Они друг друга стоят, — с легкой улыбкой бормочет Юнги, облокачиваясь о кухонный стол.
— Да, милые детки, — к нему подходит Сохён, тоже улыбаясь. — Из них бы вышла отличная пара, — задумчиво говорит она, прикусывая губу.
— Не знаю, возможно, — пожимает плечами брюнет, все еще глядя на эту парочку. — Тэхен, на моей памяти, редко заводит серьезные отношения. Он неплохой, для друзей ничего не жалеет, но бабник. Не хочу, что бы он сделал Бао больно.
Услышав последние слова одноклассника, Чжан удивленно вскидывает брови.
— Что? За это время я к вам двоим прикипел, — пожал плечами брюнет, отворачиваясь, на что Сохён лишь ухмыльнулась.
И тут, не понятно откуда, взялась какая-то темноволосая, симпатичная девушка. Она со звонким смехом подскочила к Юнги, заключая его в объятия и целуя в щеку.
— Оппа, — проворковала брюнетка, лицом утыкаясь в плечо парня. — Ты скучал? — она даже не обращала внимание на стоящую рядом Чжан.
— Да, конечно, всего лишь пять минут не виделись, — фыркает Юнги, при обнимая девушку за плечи.
— Оу, ну ладно, я... пойду, ребят, тихо бросает брюнетка, удаляясь куда-нибудь подальше отсюда.
Вау, отлично, оказывается, у Юнги есть девушка, о которой она даже не подозревала. Интересно, это все чудесные новости дня или будет еще что-нибудь похлеще? Обидным был даже не тот факт, что у Юнги есть девушка, а то, что все это время он делал вид, что ему нравится Сохён. И именно тогда, в этот самый момент, когда Чжан начала в него влюбляться, Мину нужно было подкинуть ей это « отличную » новость. Словами не передать, насколько обманутой и брошенной чувствовала себя Сохён. Она забежала в первую попавшуюся комнату и бегло осмотревшись, тихой ойкнула, приложив ладошку к губам. Она и раньше слышала, что парень любил фотографировать все, что попадется под объектив его камеры, но это... было по-настоящему удивительно и неожиданно. Все стены его небольшой комнаты были увешаны снимками. Каждая из стен была посвящена чему-либо, например, на одной была природа, животные, на другой фотографии Хосока в компании друзей, кажется, его семья, но была в его комнате особенная стена, фотографии на которой занимали в его сердце чуть больше места, чем остальные. Эти фотографии были посвящены Ким Джису — младшей сестре его лучшего друга, девушке, в которую он влюблен с восьми лет, строптивой, немного эгоистичной девчонке. Сохён, затаив дыхание, внимательно разглядывала эти снимки, проводила пальцем по гладкому, блестящему картону. Эти фотографии, они все были словно живыми. Девушке даже казалось, что стоит ей отвернуться, как люди на снимках зашевелятся, как в колдографиях, из Гарри Поттера.
Но услышав где-то вдалеке шаги, Сохи вздрогнула, отдергивая руку и мгновенно выскользнула из комнаты. Она не сделала ничего криминального, но все равно, не хотелось сейчас общаться с ребятами. Когда шаги стали отдаляться, Чжан перешла с легкого бега на шаг, восстанавливая дыхание и осматриваясь. Дом Хосока был гораздо больше, чем казался снаружи. В итоге, брюнетка забрела в какую-то огромную, просторную комнату, похожую на студию. В конце той комнаты Хен заметила небольшой балкончик. Отлично, здесь ее, скорее всего, никто не найдет. Достав из кармана пачку сигарет, Чжан сделала первую затяжку, вторую, третью. Дым горячими объятиями обхватил ее легкие, дарую какое-то небывалое чувство спокойствия и легкости, которое, последнее время, девушка уже и не помнила.
— Сохён? — голос, раздавшийся позади, заставил брюнетку вздрогнуть. Пальцы девушки нечаянно разомкнулись и едва начатая сигарета упала вниз, на асфальт.
— Вот черт, — тихо выругалась она, с грустью глядя на упавшую сигарету. — Чего тебе, Чонгук?
— Ты куришь?
— Господи, вот только давай ты сейчас не будешь читать мне морали, хорошо? — зло ворчит Чжан, отворачиваясь от парня. Сейчас ей было не до этого.
— Я и не собирался, — кажется, немного обиженно фыркнул Чонгук, тоже отворачиваясь.
— Как ты меня нашел? — прошептала Сохён, проведя пальцем по пыльным перилам балкона.
— Следил.
— Стоп. В смысле, ты следил? — возмущенно топнула ногой брюнетка, разворачиваясь лицом к Чону.
— Боялся, что потеряешься, — пожал плечами Гук, глядя куда-то в сторону. — Ты была такой расстроенной, мало ли, что в этот момент было у тебя в голове.
— Думаешь, я суицидница? — ухмыляется Сохи, доставая из пачки новую сигарету.
— Кто вас, женщин, знает.

***

— Берегииись, емае! — заорал Чимин, убегая от Хосока (все еще в костюме псины, ага). Но Чхве Джинхо, будучи глухонемой, отбитой девицей, до которой никогда ничего не доходит с первого раза, тупо замерла, с огромными, как блюдца, глазами глядя на Чимина, несущегося прямо на нее. Джинхо смотрит на Пака, Пак смотрит на Джинхо.

Искра.

Буря.

Безумие.

Столкновение.

Маты.

— Пак Чимин, почему ты никогда не смотришь, куда несешься?! — простонала Чхве, пытаясь выползти из-под тушки красноволосого парня, при этом не задохнувшись.
— Прости, Джин, — виновато пробубнил Чимин, не спеша слезать со своего « товарища ». И, как назло, шаловливые ручонки Пака уместились прямо на груди девушки. — Эй, Джин, ты... такой мягенький? — с подозрительным удивлением, вымолвил он, продолжая мять то, что мять он не должен.
— Слезь с меня, идиот! — взвыла Джинхо, подскакивая как ошпаренная, и скидывая с себя одноклассника. Стыду ее не было придела, и чтобы скрыть его, девушка поспешила скрыться в неизвестном направлением, дабы избежать множества лишних вопросов.

Ох, это был слишком насыщенный день. Слишком.