Страх потери
Последний месяц Дима буквально жил на работе. Важные сделки, бесконечные совещания, ночные звонки. Он приходил домой, когда Настя уже спала, а уезжал раньше, чем она просыпалась.
И только сегодня он наконец заметил - что-то не так.
Она больше не бежала к нему в прихожую с радостным "Папочка!". Не прижималась ночью в объятиях, а утром... Утром перестала просыпаться для их традиционного поцелуя. Того самого, на котором всегда настаивала сама.
Дима решил поговорить.
— Котёнок, — осторожно начал он, садясь рядом на диван. — Ты меня избегаешь?
Настя отвернулась, её пальцы нервно теребили подол футболки.
— Нет.
— Настенька... — он потянулся к ней, но она отстранилась.
— Просто... Если ты мне изменяешь, лучше скажи сразу. Я уйду.
Дима замер, будто его ударили.
— Что?!
Слёзы уже текли по её щекам.
— Я видела... Ночью... Сообщение. Какая-то девушка писала тебе.
Его мозг лихорадочно прокручивал последние дни. Внезапно - озарение.
— Ты про то сообщение в три ночи? "Привет, сладкий, соскучилась"?
Настя кивнула, губы дрожали.
— Боже... — он провёл рукой по лицу. — Это была ошибка! Она перепутала номер, я же ответил ей утром, что она ошиблась!
Он полез за телефоном, но Настя отпрянула:
— Не надо! Мне... мне не нужно...
— Настя, — его голос стал твёрже. — Посмотри.
Он протянул телефон. Переписка. Его ответ: "Вы ошиблись номером". Её: "Ой, простите, действительно ошиблась!".
Настя смотрела на экран, а слёзы всё текли и текли.
— Почему ты не сказала сразу? — он осторожно коснулся её плеча.
— Ты... ты был так занят... Я думала... тебе всё равно...
Дима почувствовал, будто кто-то сжал его сердце.
— Ох, малыш... — он попытался обнять её, но она снова сопротивлялась.
— Нет! Я... я месяц терпела! Ты даже не замечал!
— Замечал, — прошептал он. — Просто... я был идиот. Думал, ты просто устала.
Он медленно, давая ей возможность отстраниться, притянул её к себе. На этот раз она не сопротивлялась.
— Прости меня, — он целовал её мокрые щёки, слёзы, губы. — Прости, прости, прости...
Настя вдруг разрыдалась по-настоящему, вцепившись в его рубашку.
— Я т-так скучала...
— Знаю, знаю... — он качал её, как маленькую. — Я всё исправлю. Обещаю.
— Ты... ты правда не изменял?
— Никогда, — он отстранился, чтобы посмотреть ей в глаза. — Ты моя единственная девочка.
Она всхлипнула и прижалась к нему снова.
— Тогда... тогда я хочу наш утренний поцелуй...
Дима улыбнулся и поцеловал её нежно, как в то утро, которое они пропустили.
— Завтра. И послезавтра. И все следующие утра. Обещаю.
И когда она наконец уснула в его объятиях, он шептал ей на ушко всё те слова, которые не говорил целый месяц. А она, уже во сне, прижималась к нему крепче - совсем как раньше.