Праздничная суета и старые чувства
Наконец, глубокой ночью вернулся Сириус. Дом был полон света и ожидания. Все только что закончили генеральную уборку, и Молли, в сопровождении целого стада детей, проводила строгий осмотр каждой комнаты. Правило было простым: у кого самая чистая комната, тот меньше помогает в приготовлении к празднику. Правда, это правило никогда не работало в полной мере, ведь даже победители в уборке всегда находили способ внести свой вклад в кулинарные хлопоты.
Вот, они зашли в комнату Фреда. Все замерли в ожидании вердикта Молли, оценивающей каждый уголок.
Селеста, ехидно улыбаясь, заметила: –Ой, а Фред, похоже, не пылесосил.
В ту же секунду Фред схватил маленькую подушку и метнул ее в Селесту, пытаясь заставить ее замолчать. Однако Джордж ловко перехватил и подушку, и саму Селесту, удерживая ее от дальнейших падений.
Молли, которая в этот момент тщательно осматривала дальний угол комнаты, обернулась и спросила: –Милая, что ты сказала? Я не услышала, ведь внимательно осматриваю комнату.
Фред, нервно улыбаясь, ответил: –Мам, тебе послышалось. Колючка ничего не говорила.
После этих слов вся комната разразилась смехом. Джинни, Рон, Джордж и сама Селеста не могли сдержать приступы хохота, глядя на смущенного Фреда и его неудачную попытку скрыть свою лень. Атмосфера в Норе была наполнена теплом, смехом и любовью, создавая предвкушение предстоящего праздника.
В гостиной, у камина, царила теплая и уютная атмосфера. Взрослые внимательно слушали рассказы Сириуса о новостях из магической Италии, задавая вопросы о делах Ордена. Дети, в свою очередь, весело болтали о всякой ерунде, обсуждая предстоящие праздники и подарки.
Внезапно кто-то вспомнил об утренней проверке чистоты комнат.
Фред, хитро прищурившись, обратился к Селесте: –Колючка, у тебя самая грязная комната. Ты даже не оттерла следы нашего прошлогоднего розыгрыша!
Селеста возмущенно ответила: –Я что виновата, что он не оттирается? И вообще, только ваш розыгрыш не помог мне выиграть!
Джинни, гордо выпрямившись, заявила, ведь она победила: –А я комнату целую неделю убирала!
Рон, немного завистливо, пробурчал: –Можно было догадаться. Но так нечестно!
Джордж, поддакивая Рону, добавил: –Согласен. В следующем году буду убирать комнату целый месяц!
Все засмеялись, зная, что Джордж вряд ли сдержит свое обещание.
Селеста, закатив глаза, и с улыбкой прокомментировала: –Себе хотя бы не ври.
В этот момент в окно постучала сова Уизли, держа в лапах стопку писем. Письма предназначались для каждого: для взрослых - важные новости, для детей - поздравления от друзей. Но Селеста заметила, что на конверте, адресованном ей, был почерк, который она хорошо знала - почерк Теодора Нотта.
Селеста не сразу поняла, что происходит. Но, прежде чем открыть конверт, она заметила на обратной стороне надпись, сделанную знакомым, дрожащим почерком: "Давай все вернем". Сердце Селесты болезненно сжалось. Она изо всех сил старалась сдержать слезы. Она почти забыла его, но он снова напоминал о себе.
Все уже открыли свои письма и погрузились в чтение. Джинни, заметив замешательство Селесты, спросила: –Чего не открываешь письмо?
Селеста, отвернувшись, тихо ответила: –Не хочу.
Селеста под предлогом жажды вышла из гостиной. Любопытство близнецов, как всегда, взяло верх. Воспользовавшись моментом, они взяли письмо из с дивана,где секунду назад сидела Селеста,и быстро его вскрыли.
В письме от Теодора Нотта говорилось: "Привет, Селеста. С наступающим Рождеством! Хочу пожелать тебе всего самого лучшего: чтобы этот год принес тебе радость, удачу, новые впечатления и, конечно же, много любви. Надеюсь, у тебя все хорошо. Я много думал о нас, о том, как все было, и понял, что совершил ошибку, когда отпустил тебя. Мои чувства к тебе вернулись с новой силой, и я хочу дать нам еще один шанс. Может, встретимся и поговорим? Я надеюсь на твой ответ".
Фред, прочитав письмо, не смог сдержать эмоций:–Вот ублюдок!
Сириус, услышав грубое слово, строго заметил: –Фред, ты не один в комнате.
Фред, оправдываясь, воскликнул: –Я не виноват! Тут вашей дочери какой-то ублюдок пишет.
Фред передал письмо Сириусу. Прочитав его, Сириус начал сердито ворчать, выплевывая проклятия в адрес Теодора. Римус, взяв из его рук письмо, с помощью магии мгновенно сжег его.
Вернувшись из кухни с освеженной улыбкой на лице, Селеста села на свое место рядом с Джинни и Фредом. Она постаралась скрыть волнение, которое все еще бушевало внутри нее.
Селеста, небрежно оглядываясь, спросила: –Где письмо? Разве оно не у меня было?
Римус, стараясь не выдать себя, пожал плечами: –У тебя же было, разве нет?
Джордж, подмигнув Фреду, добавил: –Может, ты случайно унесла его с собой? Всякое бывает.
Все в комнате делали вид, что понятия не имеют, куда делось письмо. Они знали, что ей не нужно было читать его, что оно принесло бы только боль и воспоминания, которые она так старалась забыть.
Селеста, пожав плечами, сказала: –Не помню. Все равно это письмо от какого-то урода.
Сириус, нахмурившись, сделал ей замечание: –Дочь, не выражайся так.
Селеста, закатив глаза, ответила: –Если бы ты знал, от кого это письмо, ты бы сказал еще хуже.
И это была чистая правда. Сириус уже обругал Теодора Нотта всеми возможными словами, которые знал, и даже теми, которые только что придумал. Но сейчас, ради спокойствия Селесты, им всем нужно было делать вид, что никто ничего не знает, что письмо просто исчезло, как будто его и не было.