Рождественские забавы в Норе
Рождество висело в воздухе, словно искрящаяся снежинка, готовая упасть и рассыпаться праздничным настроением. Дети жили в предвкушении волшебства: близнецы уже планировали запуск грандиозного фейерверка, подарки были спрятаны в самых укромных уголках дома, а впереди ждали слезы радости и традиционный рождественский тост. Но пока до этого оставалось несколько дней, наполненных детским смехом и беззаботной игрой.
Гермиона, соскучившись по друзьям, приехала погостить. Её поселили в комнате у Джинни, так как Джинни и Селеста теперь жили в отдельных комнатах. Игры стали еще более захватывающими и шумными. Самой любимой забавой были догонялки и прятки. В прятках же всегда побеждала Селеста, у которой был секретный союз с папой Сириусом.
– Раз, два, три… Двадцать девять, тридцать! Кто не спрятался, я не виноват! – прокричал Фред, и началась суматоха.
Селеста, недолго думая, примчалась в гостиную. Увидев Сириуса, сидящего в кресле, она мгновенно превратилась в пушистую черную кошку и юркнула за его спину. Этот трюк придумал Сириус, чтобы его дочка гарантированно выиграла.
Фред рыскал по дому, как ищейка. Первым он обнаружил Рона, с которого капала вода – тот не успел до конца вытереться после душа. Джордж умудрился залезть под кухонный стол, рядом с Молли. Джинни спряталась в спальне Селесты под кроватью, надеясь, что длинное покрывало скроет ее от зорких глаз Фреда.
Фред, обыскав почти весь дом, пришел в ярость:
– Да где же она?
Джинни, вылезая из-под кровати, когда еë нашли, пробурчала:
– Она точно кошкой стала!
Джордж поддержал её:
– Да уж, скоро вообще запретим ей это делать. Она уже второй раз сегодня выигрывает!
Фред, скрестив руки на груди, предположил:
– Может, она у Сириуса где-то?
Вся стая детей ворвалась в гостиную.
Римус, оторвавшись от книги, удивленно спросил:
– Что вам надо всем табором одновременно? И где Селеста? Потерялась по дороге?
Фред, запыхавшись, ответил:
– Нет, мы не знаем, она спряталась куда-то, мы ищем.
Сириус пожал плечами, делая невинное лицо:
– Боже мой, я сам не знаю, где она!
Сириус театрально встал, а за его спиной, свернувшись клубочком, мирно спала Селеста, совершенно забыв об игре.
Римус укоризненно покачал головой:
– Ну и какой ты отец, Сириус? Про дочь забыл!
Сириус обиженно фыркнул:
– Ой, не беси, приятель. Можете потрогать, она уснула крепко.
Все дети удивленно переглянулись. Селесту в кошачьем обличье, особенно когда она спит, обычно нельзя было трогать – она могла оцарапать или укусить. Но любопытство пересилило страх. Фред, как самый смелый, осторожно взял спящую кошку на руки. Селеста даже не шелохнулась. Дети, осмелев, начали гладить мягкую шерстку, удивляясь её шелковистости. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим мурлыканьем спящей Селесты.
Все решили не тревожить Селесту, пока она сладко спит, и она проспала почти до самого ужина. Сириус, растроганный возможностью побыть рядом с дочерью, решил остаться в форме собаки и прилечь рядом с ней. Такая редкость! Каждый, кто проходил мимо этой трогательной картины, не мог сдержать умиленной улыбки. Гермиона, восхищенная моментом, достала свой старенький фотоаппарат и щелкнула несколько раз, чтобы потом показать эти снимки Селесте.
Когда пришло время будить "спящих животных", все замерли в нерешительности. Как это сделать? Обычно этим занимался Римус, но сегодня он уехал по делам.
Джордж, с озорным блеском в глазах, спросил: –Кого первого будим, а?
Фред, с ноткой опасения в голосе, ответил: –Ну, Селесту будить опасно. Если она проснется внезапно, то может резко превратиться в человека… Это не самый лучший вариант. В прошлый раз она меня сковородкой чуть не прибила!
Джордж, поддразнивая брата, воскликнул: –Это тебя, братец, чуть не прибила.А я, между прочим, тебя спас!
Джинни, закатив глаза, произнесла:–Ой, да что вы знаете! Вы просто никогда не жили с Селестой в одной комнате!
С этими словами Джинни подошла к спящей Селесте и достала небольшую баночку, из которой исходил свежий и бодрящий аромат мяты. Она осторожно поднесла баночку к носу Селесты. Девочка, почувствовав приятный запах, невольно открыла глаза и увидела склонившихся над ней Фреда, Джорджа и Джинни. Мгновенно, словно по щелчку пальцев, она превратилась в человека.
Селеста, зевая и потягиваясь, спросила:–А сколько времени?
Молли, ласково улыбаясь, ответила:–Время кушать, дорогая. Пора будить папу.
Селеста, с хитринкой в голосе, возразила: –Захочет есть – сам встанет!
Молли, повысив голос, но без злобы, воскликнула:–Селеста!
На удивление всех, трюк с мятой сработал и с Сириусом! Только Сириус проснулся не от приятного ощущения, а от того, что ему категорически не понравился этот запах. Он недовольно заворчал, и, тряхнув головой, принял человеческий облик.
За столом стоял гул дружелюбных голосов, вилки и ножи звенели о тарелки, а аромат жареной курицы смешивался с запахом свежеиспеченного хлеба. Правило "кушать молча" в этой компании было забыто давным-давно. Сегодня, как и всегда, за столом царила атмосфера тепла и беззаботности. Разговор перескакивал с одной темы на другую, пока Джордж, с лукавой улыбкой, не обратился к Селесте:
– Селест, а как ты поняла, что ты анимаг? Тебя кто-то учил, или это как-то само собой получилось?
Селеста отложила вилку и, немного смущаясь, ответила:
– Ну, вообще-то я рождённый анимаг. Это как-то само проявилось. В детстве я часто превращалась в кота, сама того не понимая. Папа всегда был в шоке, потому что то я просто так начинала плакать, то вдруг бешеный кот носился по Мэнору.
Сириус, сидящий рядом с Молли, тут же подхватил рассказ, театрально вздыхая:
– Это правда был ужас! Молли, ты только представь: ты сидишь, кормишь ребёнка, которому всего три года, а он вдруг сам по себе превращается в кота и начинает носиться по дому, как угорелый!
При этих словах все Уизли дружно захохотали, живо представляя себе эту картину.Фред, вытирая слезы от смеха, проговорил:
– Да уж, представляю себе, что творилось в вашем поместье! Бедный мистер Блэк!
Рон, давясь от смеха, попытался изобразить испуганного Сириуса:
– "Что это за вопли? А, это просто моя дочь превратилась в кота и решил погонять по люстрам!"
Смех усилился, и даже обычно сдержанная Молли не смогла удержаться от улыбки. Селеста, немного покраснев, тоже улыбнулась, наблюдая за весельем вокруг. Она всегда чувствовала себя здесь своей, в этой шумной и любящей семье