Глава десятая
Людвиг Четырнадцатый и Тутта Карлссон часто встречались на полянкеу забора. Конечно, это была довольно странная пара - лисенок ицыпленок. Но вместе им было очень хорошо. Всегда у них находилось такмного новых интересных игр. Больше всего они любили играть в школу.Один из них садился на пенек и притворялся, будто он учитель. А другойсадился под пеньком и притворялся, что внимательно слушает урок. Людвиг Четырнадцатый учил Тутту Карлссон всему, чему научился уЛабана: что растет в лесу, какие ягоды надо есть, чтобы не болелживот. Предостерегал ее от грибов, красные головки которых покрытыбелыми пятнышками, - потому что это мухоморы и они ядовитые. Людвигпоказывал Тутте, как распознавать следы на тропинках и узнавать по нимзверей. А Тутта Карлссон рассказывала Людвигу Четырнадцатому обо всехдомашних животных, о растениях, которые растут в саду и в огородах икоторые очень полезны. О людях и о том, как надо быть осторожным,чтобы тебя не поймали. - Обещай мне, что никогда не придешь в курятник, чтобы съесть нас,- дрожа от страха, просила Тутта. - Я ведь хорошо знаю, как вы любитенабить курятиной жив-жив-живот. - Никто из нашей семьи не будет воровать вас, - торжественнопоклялся Людвиг. - А ты обещай мне, что предупредишь меня, если людизадумают устроить на нас облаву. Тутта Карлссон обещала. Когда Людвиг Четырнадцатый договаривался с Туттой о встрече, онобычно исчезал из норы рано-рано утром и возвращался только поздновечером. - Где ты, однако, бродишь целыми днями? - спросил его папа Ларссоноднажды вечером. - Я играю со своей новой подружкой, - ответил Людвиг Четырнадцатый.- И научился у нее многим хитростям. - Это, надо полагать, хорошо, - сказал папа Ларссон. - А как зовуттвою подружку? - Тутта Карлссон, - ответил Людвиг Четырнадцатый в надежде, что натом расспросы и закончатся. Ведь он понимал, что папе Ларссону совсемне понравится, если он узнает, что его сын играет с цыпленком. - Тутта Карлссон, - задумчиво произнес папа Ларссон. - Я ее незнаю. Приведи ее как-нибудь в нашу нору. Я был бы не противпознакомиться с ней. - Не думаю, чтобы ей захотелось прийти сюда, - возразил ЛюдвигЧетырнадцатый и попытался улизнуть. Но папа Ларссон был стар и хитер. Он еще долго сидел в кресле идумал. Тутта Карлссон! Этого имени он никогда не слышал. А ведь онзнал всех лесных зверей. На следующее утро он отозвал Лабана в сторонку. На лбу у папыЛарссона появились глубокие морщины. - Ты знаешь, кто такая Тутта Карлссон? Лабан отрицательно покачал головой. Папа Ларссон почесал за спиной. Обычно это означало, что он оченьуглублен в свои мысли, больше, чем когда чешет за ухом. И тут онвспомнил, что ему рассказывал Людвиг Четырнадцатый несколько вечеровподряд. О таксе Максимилиане, о курятнике, о людях... Либо все это сыну мерещится, либо... А Лабану он сказал: - Вот что, узнай, пожалуйста, кто такая эта Тутта Карлссон.Подсмотри за Людвигом, когда он утром опять исчезнет из дому. На следующее утро Людвиг Четырнадцатый, как всегда, спешил насвидание с Туттой Карлссон. Он даже и не заметил, как что-то рыжеепромелькнуло сзади в кустах. Но это рыжее следовало за ним, как тень. Тутта Карлссон начала громко считать: - Двадцать пять, двадцать шесть, двадцать семь, двадцать восемь,двадцать девять, двадцать десять, двадцать одиннадцать, двадцатьдвенадцать... цать-цать, цать, цать - я иду искать. И она начала искать. За одним из кустов она увидела что-то оченьпохожее на хвост лисенка. - Пи-пи-пи! Ти-ти-ти! - обрадовалась Тутта Карлссон и замахалакрылышками. - Я нашла те-те-тебя! - Ты хитришь, - ответил ей Людвиг с другого конца. - Ты менявидела? Что за ерунда! - Пи-пи-пименно, - растерянно согласилась Тутта Карлссон. - Но какже это ты и тут и там? - Ты ошиблась, - возразил ей Людвиг Четырнадцатый. - Наверное, этобыли желтые листья. Но Тутта Карлссон видела совершенно точно. За кустом был лисий хвост, и этот хвост принадлежал Лабану. И онвидел, как Людвиг Четырнадцатый играл с цыпленком в прятки! Его огромные темно-коричневые глаза, похожие на пятаки, еще большерасширились. - Нет, мне надо заказать очки, - сказал Лабан сам себе и заморгал.- Бедный папа! Бедный наш прадедушка! Он помчался обратно и пулей влетел в гостиную. - Это что-то ужасное! - задыхаясь, кричал Лабан. - Туттачетырнадцатая Лабан - это лис. Нет, что я говорю? Людвиг цыпленокчетырнадцатый! Двадцать десять, двадцать двенадцать, цать, цать! Папа Ларссон поспешно вставил ему в пасть морковку. - Заткнись и успокойся, - сказал он, потом поправился: - Съешь ее ирасскажи по порядку все, что ты видел и что тебя так напугало. Лабан съел морковку и рассказал обо всем, что он увидел на поляневозле изгороди. Ему очень хотелось, чтобы папа Ларссон рассердился на ЛюдвигаЧетырнадцатого. Но все получилось наоборот. Папа сидел в кресле исмеялся. - Ты не рассердился? - удивился Лабан. - Тебе должно быть стыдно завесь наш род, да? Что скажет наш прадедушка? - Мне кажется, что он тоже будет смеяться, - ответил папа Ларссон.- Ай да Людвиг! Я-то думал, что он все это видел во сне, а теперь мнекажется, что он рассказал чистую правду. - Мне кажется, что я слышу твои слова тоже во сне, - продолжалвозмущаться Лабан. Но папа Ларссон больше не обращал на него внимания. - Ай да Людвиг! Ай да Людвиг! - бормотал он. - Ведь это значит, чтонаш Людвиг Четырнадцатый проложил для нас прямую дорогу в курятник.Играть с цыпленком, а! Таким хитрым даже я никогда не был! - Но Людвиг же сказал, что он не собирается воровать еду у людей!Нет, он просто позорит всю нашу семью! - Тихо, вот он идет, - прошептал папа Ларссон. Лабан с нетерпениемждал, что же будет дальше. Но папа дружелюбно посмотрел на Людвига ивкрадчиво спросил его: - Ты, я полагаю, и сегодня играл со своей подружкой, этой ТуттойКарлссон? - Да, и нам было очень весело, - ответил Людвиг Четырнадцатый. - Однако ведь я тебе уже говорил, что неплохо бы ей как-нибудьзаглянуть к нам в гости, - продолжал он, облизываясь. - А если у нееесть сестрички и другие родственники, то и их пригласи. Мы такгостеприимны, не правда ли, Лабан, а? - Конечно, - отозвался тот, уставившись в пол и еще ничего непонимая. Людвиг Четырнадцатый внимательно посмотрел на папу и брата. Неужелиони знают, что Тутта Карлссон - цыпленок? - Ну, какого ты об этом мнения? - снова спросил папа Ларссон. -Пригласи всю ее родню. Были бы гости, а мы уж устроим пир! - Не знаю, - ответил Людвиг Четырнадцатый. - Тутта Карлссон такаяогромная. Не знаю, влезет ли она в нашу нору. - Ничего, как-нибудь! - хитрил папа Ларссон. - Скажи ей, что мыждем ее к обеду. Людвиг Четырнадцатый вздрогнул. Ему стало не по себе. - Мне уже сейчас весело, - причмокнул Лабан. Услышав об обеде, оннаконец все понял. - Она, право же, хороша. Людвиг Четырнадцатый навострил уши. - Ты что, видел мою Тутту Карлссон? - спросил он. Лабан не знал,что ответить. - Видел ее? Я? Нет. Совсем н-нет! - запинаясь, сказал он. - Я хотелсказать только, что она должна быть хорошей и веселой, раз она играетс моим лучшим, с младшим братиком. - Пойду в детскую и чем-нибудь займусь, - сказал ЛюдвигЧетырнадцатый. Он лег на свою кроватку и задумался. Лабан и папа, конечно, узнали,что Тутта Карлссон - цыпленок. Ну конечно же! Людвиг Четырнадцатый укусил себя за кончик хвоста. Что же теперьбудет?