Глава 17.
Голова трещит. На глаза давит, а по подбородку течёт что-то склизкое. Наверное, это моя кровь.
Я быстро оглядываюсь. Такая же непроглядная темнота.
— Проснулась, Хана?
Я дёргаюсь. Тело сводит от ноющей боли, ноги холодеют. Я пытаюсь уловить, откуда идёт звук.
— Я задал вопрос, Хана. – Его тёплая ладонь касается моей коленки и медленно ползёт вверх.
Я пыталась унять тошноту. Получалось плохо.
Его рука замерла на моём животе. Я чувствовала его мокрые пальцы.
— Хана, у тебя последний шанс признаться.
Вторая его рука легла на моё колено и чуть отодвинула его вправо.
Сердце бешено колотится. Мне страшно. Мне очень страшно.
Эта эмоция после долгого затишья, кажется мне необычной и странной. Я разучилась бояться. А теперь я чувствую это в тройном размере, ещё и смешивая с отвращением.
Холодные руки хватают меня за шею, заставляя смотреть в глаза.
– Будешь делать то, что я скажу, – его рука скользит ниже, заползая под кофту. Меня переполняет страх.
Снова этот странный отрывок. Хочется разреветься в голос, но я молча глотаю собственные слёзы.
Его руки легко проходятся по моему телу, не задерживаясь на одном месте.
Я закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на Ране.
Где он? Знает, что я тут? И сколько времени прошло?
— Почему ты хочешь о нём узнать? – Его руки остановились, и, я думаю, он заглянул мне в глаза.
— Он сделал много плохого.
— Ты тоже делаешь. – Мне приходится прилагать усилия, чтобы проглотить ком в горле.
— Делаю.
— Ты отпустишь меня, если я скажу?
Он долго молчит. Проходит несколько минут.
— Да.
Облегчение берёт верх. Из глаз продолжают литься слёзы. Но теперь легче.
— Я не знаю Неизвестного, но он также усложнил мне жизнь, как и тебе. Из-за него меня травили. Насколько я знаю, Неизвестный – часть банды, которая сейчас захватывает Токио, вроде бы, её назвали Поднебесьем. – Я несла полный бред. На самом деле я не знала, в какой банде состоят Хайтани, и что они там делают. Я слышала это название от Минни.
Он убрал руки.
— Что-то ещё?
В дверь трижды постучали.
Он встал с корточек и подошёл к ней, всё ещё кидая взгляд на меня.
— Кто там? – Одновременно с этим раздался щелчок, и дверь распахнулась.
Яркий свет пронзил глаза, и я зажмурилась. Голова затрещала.
Тишина. Видимо, тот придурок не мог понять, что происходит. Захотелось смеяться.
— Ой, цветочек, а мы тебя искали. – Голос Рана прозвучал уж слишком спокойно.
Я будто знала, чему это грозит.
— Эй, это ты её связал? – Глаза привыкли к свету. Ран схватил парня за плечо, разворачивая к себе. – Лучше ответь.
— Что тебе надо?! – Наконец ответил тот, и Ран хмыкнул.
— Имя и название банды.
Парень попытался вырваться, но Ран прижал его к стене.
— Имя.
— Такахаси Такуми, – сдался тот.
— Очень хорошо, Такуми. Повеселился? – Ран махнул себе за спину, показывая на меня.
— Ты кто такой вообще?
— А вот это тебя не касается. Ты мою девушку похитил. А я ведь беспокоился. – Его голос звучал спокойнее, тише, чем обычно, но намного страшнее.
— Мне нужно было кое-что узнать. Я ей ничего не сделал!
Ран резко отошёл от стены, и парень свалился на пол.
— С тобой потом.
Ран подошёл ближе ко мне и слегка наклонился.
— Он тебе что-то сделал? – Тихо спросил он на ухо. Я покачала головой, хотя сил уже не было. Усталость, которую я не чувствовала несколько минут назад, и облегчение, которое заставило моё сердце отмереть, вдруг свалились мне на плечи.
Ран развязал мне руки, оглядывая запястья. Он покачал головой и легко поцеловал каждое из них.
По телу пробежала дрожь, и я прикрыла глаза.
— Больно?
— Нет.
Ран взял меня на руки.
— Пойдём, цветочек. Рин и Минни беспокоятся.
Сердце при упоминании Минни забилось чаще. Наверное, она сильно переживала? Но рядом был Риндо.
Ран вынес меня в коридор и оставил на какой-то кушетке. Я облокотилась о стену.
— Скоро вернусь. Закрой уши.
Ран вернулся в комнату. Я не закрыла уши – не осталось сил, да и запястья ныли.
Тишину разрезали несколько выстрелов.
Ран сел рядом.
— Готово, можем идти.
— Ты убил его?
— Нет. Напугал, он цел и невредим. С ним разберётся банда. – Ран улыбнулся.
В сердце пришла нежность. Эта улыбка стала для меня главной причиной жить. Его глаза, его волосы – тоже.
Ран укутал меня в свой свитер и куртку, оставаясь в футболке.
— Пошли. – Он взял меня на руки.
По спине прошёл разряд боли, и я сморщилась.
Ран долго смотрел на меня.
— Больно?
— Нет.
Ран нахмурился.
Он сменил положение рук, и боль ушла.
Мы вышли из здания. Это оказалась заброшенная больница на окраине, в районе, где я раньше жила. Перед глазами вспыхнули воспоминания.
Я чувствовала его руки. Чувствовала его тёплые пальцы, хотя у Рана руки всегда были холодными.
Мерзко. Противно.
Ран не знает. И не узнает никогда.