Глава 15. Первый выстрел.
Рассказ дается мне гораздо сложнее, чем это было с Эмили. Сложно рассказывать факт вины самому виновнику. Том молчал, не переспрашивая, не перебивая меня. Иногда мне казалось, что он перестает дышать. Лицо парня бледнеет, а когда я подхожу к кульминационной части рассказа, глаза его меркнут от грусти, он роняет лицо на ладони и тихо всхлипывает.
— Сколько еще было подобных историй, когда я срывался и не помнил этого? — он задает вопрос и тут же на него отвечает. — Не сосчитать.
— Это уже не важно, Том, — я пытаюсь его успокоить, но понимаю что в данном случае лучший лекарь – это время. — Важно то, что ты начал правильное лечение и тебе лучше.
Пронзительный писк мобильного разряжает мрачную атмосферу, воцарившуюся в кабинете. Я лениво беру телефон в руки, но как только читаю содержимое сообщения – моментально вскакиваю и подлетаю к сейфу.
— Что случилось, Адам?
— Эмили направилась в больницу твоего отца.
— Я поеду с тобой!
— Нет, ты нужен здесь.
План рождается мгновенно. И, как мне кажется, он не должен прогореть. Как хорошо, что Том, как прямой очевидец, сейчас рядом. Я открываю сейф и хватаю оттуда пистолет, достаю из него обойму и снаряжаю ее патронами. На полке сейфа поблескивает еще одна заряженная обойма и, недолго думая, я беру и её.
— Ты должен вызвать скорую в больницу, если я не выйду с тобой на связь в течение получаса. — Я тараторю так быстро, что начинаю сомневаться, что Том улавливает мои слова. Попутно я открываю ящик и достаю толстую кипу бумаг, которые мы отыскали с Майком и медленней добавляю:
— Следом вызывай полицию, отдашь им эту папку, там всё, что я смог найти. Расскажи им о своём отце – все доказательства они найдут в папке.
Я пихаю ему в руки папку и бегу в низ к байку. Мне приходит сообщение от отца:
Как ты мог не сказать мне про Сарру! Я оставил Эмили в машине, увези её, я сам всё улажу. И не вздумай лезть в больницу!
«Сейчас самое главное, чтобы Эмили была в машине.» - я повторяю это в своей голове, как мантру, выезжая из дома.
Только будь в этой чёртовой машине, Эмили!
Я разгоняю байк до ста, схватив нотки дежавю при виде расползающихся по бокам домов и деревьев. Я снова чувствую, как теряю драгоценные минуты в пути, и мной вновь овладевает паника. В душе закрадывается знакомое присутствие смерти. Только не сейчас, только не снова!
Эмили, будь в машине, прошу!
Я бы поверил в чудеса и во вселенскую удачу, стал бы исповедующим фаталистом и обратился бы во все веры мира, если бы в салоне машины Джона увидел Малышку Грин. Клянусь, ходил бы по воскресеньям в церковь, исповедовался, читал мантры и намазы. Я бы медитировал пол оставшейся жизни и благодарил всех богов за подарок свыше, если бы она сидела там.
Но машина с заведённым мотором пустует на дороге. От отчаяния я со всех сил хлопаю дверцей пассажирского сидения, достаю пистолет, снимаю с предохранителя и дергаю затвор, досылая патрон в патронник. До дверей остается десяток метров и я считаю каждый проделанный шаг.
Во мне уже не остается ни злости, ни паники, ни страха. Моя чаша эмоций переполнена, больше я ничего не чувствую. Мне всегда было страшно представить, что же там, за точкой невозврата. Что следует за тем, когда тебя переполняет гневом от всего накопившегося дерьма? Когда руки связаны перед судьбой и всё что остается – это молча жрать то, что она тебе преподносит. Наступает безразличие. Человек перегорает, забывая обо всём: о целях в жизни, любимых занятиях, стремлениях. Границы дозволенного рушатся вместе с его надеждами на лучшую жизнь. Всё что остается внутри – это прозябающая пустота.
Как только ступаю на порог больницы, небо оглушает раскатом грома. Я толкаю ногой входную дверь и захожу внутрь, встречаясь с взволнованным взглядом Рейчел. Девушка застывает в проеме дверей ведущих к лестнице и, заметив в моей руке пистолет, медленно следует стойке администрации.
— Тебе следует уйти, Адам, Мистер Флинн еще в больнице, ты сильно подставишь меня, если он увидит тебя здесь.
— Где Эмили? — я говорю тихо, но четко, смакуя каждое слово.
Пистолет вздрагивает в моей руке, когда я улавливаю смешинку в её взгляде. Подхожу ближе и направляю дуло пистолета ей в голову. Желание нажат на курок возрастает с каждой секундой, я сдерживаюсь из последних сил.
— Адам, — слышу голос Джона и оборачиваюсь.
По обе стороны от Джона стоят санитары. Один из них держит пистолет у его виска. Отец выглядит спокойно, и по взгляду я читаю, что он больше сейчас зол на меня.
— Я, кажется, тебе сказал не лезть, — цедит сквозь зубы Джон, когда санитары подводят его ближе ко мне.
— Эмили не было в машине, — тихо отвечаю, и тот только раздраженно закрывает глаза.
— Адам, — Рейчел спокойно выходит из-за стойки, все еще находясь под моим прицелом. — Вытащи обойму из пистолета и положи на пол.
Я бы переломал ей все кости, будь у меня такая возможность, но мне приходится сделать то, что она просит.
— На колени, — приказывает она.
Скрежеща зубами, опускаюсь, следом за мной на колени ставят Джона. Рейчел пинает ногой обойму и пистолет, так, что те отлетают к лестнице.
— Где Эмили и Сарра? — спокойно спрашиваю ее, и она только фыркает в ответ, достает мобильник и что-то судорожно печатает на нём
Джон смотрит на меня и со всей сосредоточенностью и аккуратностью взглядом указывать на Рейчел и санитара справа от него. Я незаметно киваю в знак готовности и Джон одним рывков выбивает пистолет из рук санитара, мне удается быстро оттолкнуть от себя Рейчел и наброситься на второго санитара. Понимая как много я потерял времени с этими ублюдками, не жалея бью со всех сил, слыша, как постепенно лицо мужика заплывает. В коридорах наверху слышатся голоса санитаров, еще немного и прибежит их подмога, нужно закругляться. Я вырубаю одного и, и пока Джон разбирается со своим, бегу к своему пистолету. Как только пальцы касаются холодного металла - слышится выстрел.
Мы с отцом переглядываемся, и его соперник замертво падает на пол. На лестнице слышны возня и крики, а после выстрелы. Рейчел вздрагивает всем телом и за ее спиной появляется мужчина с пистолетом в руке.
— Дилан? — в унисон говорим мы с Джоном.