Мученица

☽☭☾

Совсем скоро наступил октябрь. Почти голые деревья с опавшим красным и жёлтым ковролином наводили галимую тоску. Радоваться осени совсем не хотелось. Кира больше всего любила лето, как и многие. Не нужно кутаться в несколько слоёв одежды, носить неудобную обувь, хлюпать по слякоти и дрожать от утреннего мороза. Сейчас ей жить намного проблематичнее из-за гипса на руке. Одеваться было трудно, все блузки натягивались на руку крайне тяжело, но помощи она бы не стала просить ни за что. Будь сейчас июль, она бы и не парилась.

Тренировки пришлось временно приостановить. Если бы не Алексей Михайлович, она бы, конечно, ходила. Но тренер запретил. Когда она явилась во вторник с гипсом, тренер чуть ли не пинками выпроводил её и отправил домой. Запретил даже самостоятельно делать какие-либо физические упражнения. Хотя она на физру всё же ходила, справку решила не приносить Фёдору Дмитриевичу. Физрук нехотя согласился давать ей минимальные нагрузки, без лишних движений рук.

А так она вполне себя чувствовала прекрасно, боль не беспокоила. Всего лишь трещина, так что через пару недель должно зажить, ведь прошло уже несколько дней с момента травмы. Зато на уроках она бесстыдно пользовалась своим положением и отказывалась писать, ведь она правша. Но, по правде сказать, писать она всё же могла, просто отлынивала. Без этого прожить может, никто из учителей не перебьётся. Но без физических упражнений ей было морально плохо. Кира любила спорт. Любила чувствовать себя сильной и быстрой. Любила хвастаться выраженными мышцами и физической подготовкой.

Сегодня, первого октября был праздник в семье. Рите исполнялось тринадцать лет. Вроде и достаточно уже большая, а вроде совсем ещё несмышлёная для родителей. Вечером после уроков они планировали устроить праздник дома. Рита позвала вечером в гости подруг и некоторых одноклассников. Родители, подарив с утра подарок, объявили, что уедут в город. Снимут номер в гостинице и предоставят девчонкам целую ночь без надзора. Рита была просто на седьмом небе от счастья. Да и подарок ей очень понравился. Она до сих пор иногда играла в игрушки. Получив в подарок куклу Барби и игрушечной собакой Джинджер, Рита скакала по всему дому и обнимала родителей. Иван сам был рад, позволял дочери виснуть на шее, а вот Марина была скупа на эмоции.

Кира подарила Рите подвеску на верёвочке, которую заказала у дедушки Полины Морозовой. Старик был рад вырезать из дерева красивый символ, точно такой же, как у самой Киры, даже плату не взял, хотя она его долго уговаривала. Рита давно присела Кире на уши, чтобы та подарила ей свою подвеску, потому что ей очень нравится. Когда она увидела изделие ручной работы, то оно ей понравилось куда больше, чем обычный серебряный кулон. Теперь резной деревянный громовик красовался на её шее.

Несмотря на недавние события и на наказание от родителей, праздника Риту лишать не хотели.

Рома не попадался на глаза Кире в это время. Они, разумеется, пересекались на уроках, но он никак не отсвечивал. Соответственно, не нервировал. Хотя её до сих пор не отпустило чувство ненависти к нему. Старалась на уроках даже не смотреть на него.

Сегодня в расписании физры не было, так что самое время отработать прогул. По средам у их класса было всего шесть уроков вместо семи, так что по окончании учебного дня Кира отправилась в спортивный зал. Пока была перемена, зашла в учительскую, где гоняли чаи физруки: начальной, средней и старшей школы. Фёдор Дмитриевич подавился чаем, когда дверь распахнулась и на пороге оказалась одиннадцатиклассница.

— Баюнова? Чего пришла? — явно недовольно спросил физрук. — Я тебя не звал. И физкультуры у вашего класса нет сегодня.

— А я отработать пропуск, — пояснила Кира, переминаясь с ноги на ногу.

— Какой пропуск? Иди отсюда, калека, — махнул на неё рукой учитель. — Не хватало мне тебя тут ещё.

— Но я не хочу, чтобы Вы мне оценку занизили из-за пропуска.

— Баюнова, — продолжил тот терпеливо, будто объяснял ребёнку простые вещи. Сцепил пальцы в замок. — У меня сейчас будет девятый класс. Мне оно надо — с тобой возиться?

— Ну, пожалуйста, можно мне хоть что-то поделать? Я не хочу на потом всё оставлять, у меня не будет времени. Мне потом некогда будет.

Фёдор Дмитриевич постучал пальцем по столу, раздумывая. Затем тяжко вздохнул.

— Ладно, чёрт с тобой. Пятифанова зови, пусть тоже отработает.

— В смысле?.. Но я не хочу с ним...

— Я тебя не спрашивал, хочешь ли ты. Мне тоже много чего не хочется. Например возиться с вами двумя и выдумывать, чем бы каждого из вас поразвлекать. У меня таких прогульщиков, как вы, знаешь, сколько?

— Но как я его найду? У нас уроки закончились!

— Баюнова! — пригрозил физрук пальцем. — Хватит мне тут... сопли разводить! Либо так, либо никак! Только учти, я вас потом не собираюсь в конце четверти выискивать по просьбе Лилии Павловны. Сами виноваты.

— Ладно... — согласилась Кира через силу.

Вышла из учительской и пнула мяч, что лежал на пути от несправедливости.

— Я тебе сейчас двойку за поведение влеплю — будешь мне тут психи показывать! — послышался крик из учительской. Дальше он стал жаловаться своим коллегам. — Нет, ну вы видели?! Безобразница!

Кира как можно быстрее сделала оттуда ноги и отправилась на поиски Пятифанова.

Не зная, куда идти, решила попытать удачу на улице, где могла найти парня в компании друзей. Не успела она дойти до раздевалки, как оттуда вышли Бяша, Антон и Рома.

— Пятифанов, — привлекла Кира его внимание.

Рома в удивлении вскинул брови и вопросительно кивнул ей.

— Я опять что-то сделал?

— Нет, я собираюсь отрабатывать физру. Учитель сказал, чтобы нашла тебя, и чтобы вместе отработали. Не хочет время тратить на двоих по-отдельности.

— У меня тренировка, — Рома показал сумку с которой ходил на бокс.

— Что, прямо сейчас? — раздражённо спросила она, скрестив руки на груди.

— Нет, но...

— Мне плевать, — отмахнулась она и направилась обратно в зал. — Значит, сам потом ебись с этим.

Рома глянул на друзей, иронично подняв брови и качнув головой.

— Идите, пойду отработаю.

— Ну лады, — пожал плечами Бяша. — Пойдём, Тох. Не будем голубкам мешать.

— Пока, Ром! — попрощался Антон.

Рома закатил глаза, отправился вслед за Кирой. Друзьям о произошедшем он не рассказывал. Стрёмно было. Кира не оборачивалась, слышала тяжёлый шаг парня позади. До начала седьмого урока оставалась всего пара минут, так что они зашли в раздевалку и наспех переоделись в спортивную одежду. Вся форма на физру, которую она обычно носила, была в стирке, так что пришлось нацепить форму для тренировок. Если на тренировках она чувствовала себя в ней комфортно, то в школе на физре ей было неловко в облегающей одежде. Ещё и с девятиклассниками заниматься...

Кира посмотрела в зеркало, завязала волосы в хвост, из которого выбивались короткие пряди. Критично оглядела своё отражение, обтягивающие бёдра велосипедки и майку без рукавов.

"М-да, надеюсь не выгонит из-за формы", — подумала она, заправляя волосы за уши. — "Надо постричься".

Вышла из раздевалки в ту же секунду, что и Рома. Остановились в проёме, что объединял в себе обе раздевалки, и вперились друг в друг взглядами. Кира двигаться не хотела, чтобы не подходить к нему близко. Рома отвернулся и направился на выход в зал, она следом. На скамейках уже сидели галдящие девятиклассники. Заметив двух старшеклассников, большинство замолчали и уставились на них. Рома сунул руки в карманы спортивных штанов, хмуро оглядывая сидящих девятиклассников. Девочки тут же зашептались, мальчишки стали намеренно громко говорить, не пойми зачем, враждебно поглядывая на Пятифанова. Из-за спины Ромы показалась Кира, незаинтересованно оглядывая зал.

— Куда сядем? — спросил её Рома, глянув сверху вниз.

Кира на него даже не взглянула, проходя мимо и направляясь к пустующей скамейке, подальше от девятого класса. Дети взглядом проводили её: мальчики заинтересованно, а девочки хмуро. Рома тяжело вздохнул от её игнорирования, последовал за ней, поглядывая на обтянутый синими велосипедками зад. Весело хмыкнул и встал рядом с ней, когда она с недовольным видом уселась на скамью.

— А вы что, с нами будете заниматься? — спросила вдруг ближайшая к ним девочка. Рома и Кира одновременно повернулись на её голос.

— Типа того, — лениво ответил Рома.

— Вы же из одиннадцатого? — спросила вторая девчонка рядом с предыдущей.

Рома и Кира одновременно кивнули.

— Ты ведь Рома Пятифан? — подошёл к ним какой-то рослый парнишка, но ниже самого Ромы. Рома глядел на него сверху вниз, снисходительно подняв брови, потому что пацан этот грудь выпятил колесом, глаза щенячьи прищурил и всем своим видом пытался казаться грозным и опасным. Роме даже казаться не надо было.

— И чё? — кивнул ему Рома вопросительно, сунув руки в карманы штанов.

— Да так, вопрос к тебе есть. О тебе наслышаны, — сзади него подошли ещё двое его щуплых друзей. Один предупреждающе хрустнул шеей. Кира и Рома чуть в голос не заржали. — Мы тут коллектив дружный... за девок своих стоим горой. Так что не лезь к ним, понял?

Воцарилось странное молчание. Рома повернулся и посмотрел многозначительно на Киру. Перекинулись только им понятными взглядами. Рома снова обратил внимание на пацанов.

— Да сдались они мне.

— За базар свой отвечаешь? — набычился пацан, взглядом явно пытаясь если не напугать, то смутить Пятифанова.

— Слышь, малой, не приборзел? — тут же завёлся Рома, шагнув на него. Кира коршуном следила за всем этим действием. Друганы этого парня попятились, мигом подрастеряв пыл. — Отучись от слов таких, молодой ещё слишком, чтобы тюремный жаргон использовать. Сопля, блять.

Парнишка смутился и отступил на шаг.

— Пиздец, — покачал разочарованно головой Рома и уселся на скамью рядом с Кирой, задевая её бедром. — А я думал, будет скучно.

Парнишки, смутившись, вернулись к своим. Явно не ожидали отпора, понадеявшись, что Рома заробеет перед толпой. Рома испытывал такой стыд за малолеток, что хотелось кисло скривить лицо.

— А что у тебя с рукой? — вдруг спросила всё та же девчонка, что начала весь разговор.

Кира медленно повернула на неё голову, выгнув бровь.

— Какая разница? — прищурилась она.

— Просто интересно, что, нормально ответить нельзя?

— Руку оторвало, пришивали обратно, — бесцветным голосом сказала Кира. Рома хохотнул от испуганно-удивлённых взглядов девочек.

Рома и Кира сразу заметили, что эти девятиклассники пытались кичиться и привлечь внимание. Оба незаинтересованно отвернулись. Кира ещё напоследок глаза закатила, чем явно оскорбила девятиклассниц.

— Баюнова, — тихо сказал Рома. Но сквозь шум и эхо в спортивном зале никто посторонний не услышал бы.

— М? — Кира не хотела даже головы поворачивать. Если честно, очень хотелось отодвинуться на метр от него.

— Поговорить надо.

— Сейчас прям обязательно? — выгнула Кира брови.

Именно в этот момент из учительской вышел физрук. Грузным шагом дошёл до учеников, которые уже стояли в шеренге. Кира и Рома сидели.

— Стройсь! — скомандовал физрук, заставляя детей встать ровнее. — Баюнова, Пятифанов! Вам двоим особое приглашение нужно?!

Ребята с тяжёлым вздохом встали в конец шеренги друг за другом. Весь девятый класс пристально за ними следил.

— Так, сегодня не отлыниваем, если хотите отработать пропуски свои. Будете филонить, не засчитаю, снова будете отрабатывать. Ясно? — обратился он к одиннадцатиклассникам. Те кивнули.

Раздав команды, отправил учеников бегать.

— Баюнова, не переусердствуй, а! — гаркнул он ей, когда она моментально ускорилась и на пол круга обогнала запыхавшуюся малышню. — Не хватало мне тут ещё...

— Я не могу бегать медленно! — развела она руками на бегу, голос даже не сбился. Рома нагнал её и поравнялся, чем, очевидно, не порадовал её.

— Пятифанов!.. — крикнул-было физрук, но затем раздражённо махнул рукой. — Ай, чёрт с вами!

Рома с Кирой расхохотались. Ещё два круга и они закончат.

Рома хотел поговорить, на самом деле с Кирой о том, что произошло между ними. Хотел извиниться даже, вот только язык не поворачивался и он всё никак не мог заговорить.

— Как рука? — невзначай спросил он. Кира зыркнула на него и оторвалась ещё немного вперёд, давая понять, что не намерена беседовать. Рома устало выдохнул.

Когда они закончили бег, девятому классу остался ещё один круг. Вдвоём они отошли в сторону к физруку, чтобы отдышаться.

— Баюнова, а я не понял, ты почему так вырядилась? — наехал на неё физрук, уперев руки в бока.

— У меня спортивная одежда в стирке, — ответила она, растягивая сухожилия под коленями.

— Будешь мне тут девятый класс совращать, — проворчал он.

— Их? — она кивнула на не особо привлекательный вид мальчишек, чьи футболки уже покрылись пятнами пота. Все бежали тяжело, красные и замученные, еле передвигали ногами.

Рома прыснул, распахивая ворот футболки, чтобы остудить шею и грудь. Когда девятиклассники выполнили задание и размялись, физрук отправил всех отрабатывать прыжки в длину. Рома, благодаря высокому росту, и Кира, благодаря сильным ногам, без проблем справлялись и прыгали достаточно далеко. Вызывая своими результатами радость у физрука, они раздражали весь девятый класс. Завистливые и обозлённые взгляды прожигали дыры в их затылках.

Когда выдалась свободная минутка во время прыжков остальных, Кира и Рома сели на скамью. Рома нервно тряс ногой, а Кира прикрыла глаза, упираясь затылком в стену.

— Кхм... Баюнова, — тихо позвал он её. Кира открыла глаза и скосила взгляд. Рома убедился, что она слушает, и продолжил. — Я сказать кое-чё хотел.

А затем он замолчал на несколько долгих и неловких секунд. Кира с каждой секундой всё выше поднимала брови.

— Ну? Говори, — напомнила она. — Уснул что ли?

— Дай собраться с мыслями, — раздражённо ответил парень. — В общем... Как там рука у тебя?

Кира повертела рукой в гипсе, прислушиваясь к ощущениям.

— Да нормально, — пожала плечами. — Не болит.

Она недовольно поджала губы от того, что они обсуждают её перелом, будто она просто на льду поскользнулась. Проницательный Рома это заметил. Каждый раз, когда он видел этот гипс, сердце слегка замирало. Перед глазами всё ещё стояло перекошенное от ненависти и ярости лицо Баюновой, торчащий из стены нож. А в ушах изредка звенело: "У тебя больше не будет шанса".

Когда он бил кого-то с улицы, никто у него не вызывал жалости или хоть толики сострадания. Но глядя на то, что Кира из-за него ограничена в некоторых действиях, пусть и временно, всё равно это вызывало то ли стыд, то ли вину. Жить с этим грузом на душе было неприятно.

— Это всё? — уточнила Кира.

— Нет... Извиниться хотел... — буркнул он себе под нос. Кира моргнула удивлённо и прищурилась, не расслышав.

— Чего-чего?

— Прости, что из-за меня руку повредила... — чуть громче сказал он, но всё равно еле слышно. Кира поняла, не стала издеваться, понимая, как тяжело ему даются эти слова.

— Да знаешь, мне плевать на руку. Хоть ногу, в тот момент меня не это волновало, — она взглянула на Рому и наткнулась на внимательный взгляд. Он не моргал и впитывал каждое слово. Кира удивилась.

— Сестра, да? — догадался он.

— Да... — кивнула она. — Сестра.

Они замолчали. Кира сжала бёдра от неловкости, а Рома сгорбился весь, упираясь локтями в колени. Затем вдруг подал голос.

— Я не подойду к ней больше, — произнёс он решительно. Посмотрел Кире в глаза. — Клянусь.

— Твоим клятвам верить... — покачала она головой, усмехаясь с сомнением.

— Нет. Это другое. Клянусь, что сам к ней не подойду.

— Зачем ты вообще к ней приставал? — нахмурилась она, качнув головой. — Мне в отместку?

— И это тоже, — выдохнул Рома. Потёр заднюю часть шеи ладонью. — Хотел спровоцировать тебя, чтобы ты рассказала мне...

— Блять, опять ты начинаешь... — устало произнесла она, пальцами здоровой руки сжимая переносицу.

— Да не начинаю я, просто послушай, — шлёпнул он ладонями по коленям. — Я был уверен, что смогу тебя разговорить как-то и ты расскажешь больше о том, что происходит вокруг. Поэтому решил вывести на эмоции.

— Я ничего не знаю-ю, — протянула она последнее слово, качая головой. — Я точно так же, как и ты, ничего не понимаю. Меня пугает то, что происходит. Понимаю, ты боишься, что всё снова повторится. Снова начнут пропадать дети. Так вот я-то тоже боюсь. Я живу в неведении и страхе, как и все. Поэтому... пожалуйста... угомонись. Оставь меня уже.

Дослушав её тираду, Рома нервно выдохнул. Всё равно не верил. Но понимал, что уже давно палку перегнул. Поэтому решил, здесь и сейчас, что временно остановится с этим наседанием. Её мелкая сестра никогда не интересовала его, общаться с ней не стал бы просто так, да и вряд ли нашлись бы темы для разговоров. Единственное, что толкнуло его — лишь желание выведать правду. Так что теперь его больше ничто не держит и без надобности он действительно не собирался пересекаться с Ритой.

Когда девятиклассники проходили мимо Ромы и Киры, они старались как можно сильнее обратить на себя внимание старших. Девочки громко переговаривались и смеялись, парни толкались друг с другом. Как бы те из кожи вон ни лезли, Рома и Кира были увлечены разговором, не обращая ни на что внимания. Отвлечь их смог лишь свист физрука.

— Ну всё, делимся на команды, будем играть в вышибалы, — сообщил физрук.

Кира и Рома переглянулись и одновременно поднялись со скамьи, их заметил учитель.

— Э-э, не-ет! — покачал он головой. — Пятифанов, ещё ладно. Но ты, Баюнова, сидишь и не чирикаешь, поняла? Никаких игр тебе.

— Да я и одной рукой могу играть, — попыталась она убедить физрука. — Не делайте из меня немощную.

— Сядь, сказал! — гаркнул он. Кира с раздражённым вздохом уселась на нагретое место под смешки некоторых девятиклассников. — Ничего страшного, если не сыграешь. Мир без тебя не перевернётся. Пятифанов, на построение.

Разбившись на команды, каждый школьник встал на свою сторону поля. По свистку начали играть. Команде, которой достался Рома, повезло больше всех. Кира, подперев подбородок кулаком, с завистью наблюдала за тем, как парень умело уворачивался от мяча и отточенным броском вышибал мелких. Те недовольно гундели, а его команда ликовала. В особенности больше всех визжали довольные девчонки. Хоть некоторые тоже выбыли из игры, их команда всё равно была в большинстве. Физрук постоянно ругался на Рому за слишком сильные броски, ведь парень совсем силу не рассчитывал. Хотя девчонок жалел.

— Пятифанов! — в который раз крикнул учитель, звонко свистнув. — Сколько можно, етить твою мать! У тебя девиз по жизни: "Бить буду сильно, но аккуратно"?! Или что, я не пойму?!

— Больше не буду! — пообещал Рома, смеясь.

Когда до конца урока оставались считанные минуты, команда с Ромой победили. Физрук похвалил, несмотря на то, что Рому отругал. Разрешил уйти всем пораньше, поэтому отчасти не все довольные игрой девятиклассники отправились переодеваться. Проходя мимо Пятифанова, некоторые пацаны намеренно громко жаловались на то, что игра хреново шла из-за "придурошного". Рома, ухмыляясь ехидно, подошёл к Кире, лохмача мокрые волосы. Она вопросительно подняла брови, не поднимаясь со скамьи.

— Чё, прилипла? — кивнул он. Кира цокнула языком и поднялась, отправляясь в раздевалку вслед за остальными. — Ну как игра тебе? Скажи же, ахуенно сыграл, а?

— Ага, — буркнула она.

— Чё губы дуешь?

— Потому что мне сыграть не дали! — взмахнула она руками. Эхо прошлось по залу. Они обернулись, чтобы удостовериться, что физрук не услышал её возгласы.

— Ну, это оправдано. Мало ли, повредила бы руку сильнее, — кивнул он на гипс.

Кира озлобленно зыркнула на него.

— А ничё, что это из-за тебя?

Она ушла вперёд, заканчивая разговор. Рома шумно выдохнул, закатив глаза.

— Заебала...

☽☭☾

Вечером уехали родители, оставив Киру за старшую и наказав ей следить за детьми. Кира покивала нехотя, мысленно уже засев в своей комнате за книжкой. Вот уж возиться ей не хватало с детьми. Родители тоже хороши, сегодня четверг, завтра всем на учёбу. Как она их всех подымет?

Ужин был почти полностью приготовлен, оставалось только следить за тортом, который допекался на кухне. Скоро должны были подойти гости. Кира сидела за столом и взглядом буравила духовую печь, где дозревал торт. После ему нужно было дать остыть, полить сливочным кремом и украсить ягодами. По её расчётам торт должен быть готов как раз тогда, когда все подружки Риты набесятся, наедятся и будут клянчить торт.

Пришли первые девчонки, её подружки — Соня и Вика. После них постепенно подтягивались остальные девочки и пара мальчиков, в итоге гостей было шестеро. Рита принимала гостей и подарки в гостиной под шум телевизора, где шла развлекательная программа. Дети смеялись, громко рассказывали разные смешные (для них) истории, гремели посудой во время пиршества. Баюновы расщедрились — отец накупил кучу продуктов, мать приготовила и мясо и овощной гарнир, и картошку запекла, салаты настругала и бутерброды со шпротами. В общем, дети ни за что не остались бы голодными.

Кира гипнотизировала духовую печь и уже начала клевать носом от скуки. Вдруг сработал кухонный таймер в виде помидора. Выключила, нацепила прихватки, достала горячий противень и оставила остывать на плите. Шоколадные коржи вышли пышными и ароматными. В животе засосало от голода.

Когда Кира отправилась в зал, чтобы самой перекусить, а после утащить с собой пару закусок, со второго этажа стремительно сбежал кот. Он подскочил к двери и выгнулся дугой, распушив хвост. Зарычал как сторожевой пёс.

— Ты чё?.. — удивилась Кира.

Странное поведение питомца напрягло. Она с недоверием взглянула на дверь. Никакого шума не было слышно с улицы, либо визги и смех детей в гостиной перебивали звуки снаружи. А кот всё стоял, напряжённый и агрессивный. Шипел и рычал. Кира на носочках подошла к двери вплотную, отодвинула задвижку и глянула в глазок.

На улице темно, ни черта ей не было видно. Всматривалась ещё несколько секунд, щурясь. Но вдруг заметила шевеление вдалеке, рядом с кустами около участка соседки Зинаиды Марковны. Дом был прямо напротив. У Киры встали волоски на руках. Она прищурилась сильнее, вглядываясь в темень. Тёмное что-то вновь шевельнулось. Кот стал скрестись в дверь, желая выбежать на улицу. Кира считала это плохой идеей. Фигура вдруг снова зашевелилась, но при этом становилась больше — приближалась к дому. Кира рвано задышала от волнения, по спине скатилась холодная капля пота. Хотелось убежать, закрыть всё, что могло впустить существо, крикнуть детям, чтобы спрятались. Но она приросла к полу. А кот всё продолжал рваться наружу. Фигура медленно кралась к забору, а затем скрылась за ним. Девушка сжимала пальцами выступы дверного косяка от напряжения, всё всматриваясь и всматриваясь.

Вдруг чёрное огромное нечто перемахнуло через забор и поползло медленно по дорожке по направлению к двери. Фонари не освещали участок, а слабый свет из гостиной не падал на существо.

Кира отпрянула от двери, закрыв её на все возможные замки и щеколды. Пробежала по первому этажу и проверила все окна, закрыты ли те, попутно запахивая плотно шторы. Рита со своими друзьями озадаченно следили за суетящейся Кирой.

— Что ты делаешь? — обратилась она к старшей сестре, глядя на неё как на поехавшую.

— Ничего, ешьте, — отмахнулась она и выключила свет.

— Э-эй! — послышались возмущения от детей.

Кира включила светильник на тумбочке, освещая мягким и тусклым светом комнату.

— Зачем? Плохо видно же, — проворчала Рита, складывая руки на груди.

— Ты счётчики видела? Отец сказал свет экономить, — соврала Кира максимально правдоподобную чушь, в которую поверила Рита и её друзья. Ну раз отец сказал...

Кира бегом направилась на второй этаж. В комнате Риты и в своей проделала всё то же самое. Выдохнула, успокоившись немного. Кажется закрыла всё. В своей комнате слегка приоткрыла штору и заглянула в щёлку. Не увидела никого на улице. Спустилась и зашла на кухню. Точно так же глянула — на улице тишина и никого нет. Уже хотела спокойно сесть за стол и перевести дух, как разговоры из гостиной разбавил очередной кошачий рык. Сердце ухнуло.

— Снежок, что ты там рычишь? Кого увидел? — послышался окрик Риты.

Кира быстрым шагом вышла из кухни, ориентируясь лишь на звук рычания Снежка. Из гостиной выглянула Рита.

— Ты тоже слышала? — поинтересовалась она, явно не подозревая ничего плохого.

Кира кивнула и тихо направилась на звук. Кот теперь стоял перед дверью спальни родителей. Он метался перед комнатой, пытался заглянуть в щёлку между полом и дверью, скрёбся и рычал.

— Что с ним?

— Без понятия, — гулко обронила Кира, прислонившись ухом к двери. Послышался скрип деревянных ставней окна. Осознала, что в спальню родителей даже не додумалась зайти. Судя по всему, окно было приоткрыто.

Половицы пола тихо поскрипывали. Кира запаниковала. Она схватила Риту за руку и бегом понеслась подальше. Толкнула сестру в комнату гостиной под возмущённое "что ты творишь?!", залетела на кухню и, прихватив стул, вернулась снова к спальне родителей. Мигом подпёрла спинкой стула дверную ручку. Мысленно похвалила рукожопых ремонтников, которые установили все двери в доме так, что они открывались наружу. Не всегда это было удобно, зато сейчас сыграло на руку. Отшагнула назад, буравя дверь взглядом. Под ноги попалась деревянная табуретка под лестницей, которую Кира тут же прихватила и выставила перед собой как щит. Держать было неудобно из-за гипса. Рита выглянула из гостиной, не решаясь выйти полностью. Нервно переминалась с ноги на ногу, шикнув на друзей, чтобы замолкли.

Всё затихло. Несколько секунд стояла гробовая тишина, нарушаемая ветром на улице. Кира слегка опустила руки с табуреткой.

— Что там?.. — тихо спросила Рита.

— Не знаю, — так же прошептала Кира.

Некоторое время они обе простояли так на своих местах, ребята в гостиной стали робко переговариваться.

Кира уже собралась уходить, как вдруг дверная ручка стала со скрипом проворачиваться. Девушка вновь подняла табурет, содрогаясь всем телом. Когда ручка повернулась до упора и дверь напоролась на преграду всё стихло. Затем снова бахнула дверь. А после резко задёргалась ручка, дверь забилась, заскрипел деревянный пол. Рита коротко вскрикнула и скрылась в гостиной. На страже остались Кира и Снежок. Кира мёртвой хваткой вцепилась в табурет, приготовившись шарахнуть им незваное существо.

Вновь всё прекратилось и уже насовсем. Несколько минут Кира всматривалась в дверь и вслушивалась в звуки вокруг. Ничего подозрительного не было. Однако стул, подпирающий дверь в родительскую спальню, остался на месте до самого утра.

После ужина, где Рита и Кира успокоили детей тем, что старшая Баюнова решила их так всех разыграть, все улеглись в своих спальных мешках в гостиной. Рита отказалась идти в свою комнату, расстелив диван и уснув на нём вместе с Соней и Викой. Дети спали крепко, а вот Кире уснуть не удалось. Она сидела в своей комнате со включенным ночником и открытой дверью, чтобы слышать всё с первого этажа. На любой шорох она дёргалась и хваталась за огромный нож для мяса, что утащила с кухни.

Не спавшая и разбитая она разбудила утром детей, накормила остатками салата и закусок, а после отправилась собираться в школу. Целой толпой они отправились на учёбу, бодрые и довольные прошедшими посиделками. Даже Рита выглядела сносно, шагая вместе с Соней и Викой впереди курящей Киры. К сестре не лезла с расспросами, зная, что та совершенно не в духе, и к ней лучше не подходить.

Вечером родители позвали девочек в гостиную на разговор. Заподозрили неладное, когда увидели, что стул так и подпирал спальню. Кира всё им рассказала, что видела какое-то существо, которое проникло в дом. Тогда Рита и узнала, что случилось. По словам родителей в спальне ничего не было, разве что окно настежь было распахнуто. Иван после разговора отправился проверять участок на наличие каких-либо следов. Всё было чисто, ничего подозрительного. Они бы не поверили на месте других родителей. Но, к сожалению или к счастью, Баюновы точно знали, что девочкам ничего не привиделось.

☽☭☾

В пятницу на перемене Настя, как заводила класса на разные совместные мероприятия, предложила одноклассникам устроить пикник. Погоду передавали хорошую, дождя не предвещалось, зато будет тепло и солнечно. Самое то для шашлыков. Услышав предложение о последнем, большинство согласилось. Договорились, что соберутся перед обедом, чтобы не засиживаться до темноты.

На пикник собралась всё та же компания, которой они собирались всегда, и ещё несколько ребят. Утеплённая Кира вышла из дома отправилась за Настей, чтобы вместе отправиться на речку. Там удобно — открытая почти ровная поляна, красивый вид, уединённое место. Никто мешать им не будет. По дороге встретили Алёну с Катей и ещё двумя одноклассницами, Дашей и Аней. Решили пойти вместе, хотя Настя с Кирой шли подальше от одноклассниц. Вскоре подключились Женя, Полина и Паша, которые тащили мангал и шампуры. Женя всяко разно пытался быть поближе к Насте, не замолкая ни на секунду. Кира с Пашей изредка переглядывались и усмехались над ним. Настя улыбалась, хотя мысленно желала, чтобы одноклассник отлип от неё наконец.

Когда компания пришла на место встречи, там уже были ещё трое одноклассников. Все стали располагаться, разжигать костёр в мангале. Девчонки расстелили два пледа, включили музыку на переносном магнитофоне Насти. Кира стояла ото всех в стороне, прислонившись лопатками к сосне, и курила, задумчиво глядя в наверняка ледяную реку. Выглядела она забавно, держа сигарету загипсованной рукой. Река и летом не особо прогревалась, горной была. Если кто-то напьётся и упадёт в воду...

Послышался смех и маты из леса — явились опоздавшие. Среди них были, разумеется, Рома, Бяша и Антон. Следом за ними вышли Валя и Петя наперевес с гитарой.

— О, заебись! Все в сборе! — прогорланил Бяша. — Мясо, ребзя! Щас будем жарить!

— Молодцы, мальчишки! — похвалила их Катя, хлопнув в ладони.

— Чем займёмся? — поинтересовалась Даша, когда девочки уселись на пледы.

Все порасстёгивали куртки, настолько было тепло.

— Может... в дурака сыграем, пока мальчики с шашлыком возятся? — предложила Аня.

— Я согласна! — объявила Катя, как будто без неё никто не стал бы играть.

— А где Баянова, на?

— Вон, — Настя кивнула в сторону, где за ними наблюдала Кира. Баюнова махнула рукой пришедшим. Рома посмотрел в указанную сторону и приветственно кивнул ей. Кира отвернулась.

— О-о... это хорошо, — хохотнул Бяша, потирая руки и направляясь прямиком к ней. — Стрельни, а, Кирка?

Кира закатила глаза.

— Э! А мясо? — взмахнул руками недовольный Валя.

— Да он замариновал всё уже давно, — оправдал друга Рома, тоже направляясь к Кире. — Тох, насадите пока. Можете ставить потом, угли уже жарят.

Когда он поравнялся с другом и неподругой, сам достал сигарету и закурил. От чего-то Кире захотелось постоять подольше в относительной тишине. Вернее вдалеке от шума и гама. Поэтому достала вторую.

— Ого, а чё с рукой у тебя? — вдруг выпучил узкие глаза Бяша.

— Только щас заметил? — насмешливо хмыкнул Рома. Кира выгнула бровь, а он неловко прочистил горло.

— Да как-то не обращал внимания... — почесал черноволосый затылок. — А как так вышло?

— Упала, — Кира выдохнула дым в сторону.

— Капец, ты непутёвая!

Рома отвёл взгляд в сторону, а Кира наоборот громко хмыкнула.

— Ну вы скоро там, а?! Щас мясо сгорит, Бяш! — крикнул Петя.

— Да иду, бля!

Бяша убежал, оставляя друга. Увидев, что ненаглядный Ромка остался наедине с Баюновой, Катя моментально подскочила, бросая карты. Девчонки заворчали, но Смирнова не обратила внимания. Она спешно подошла к Роме, повиснув у него на плече.

— Ромочка, здравствуй! Как дела у тебя?

— Да нормально... — нахмурился он, но с места не сдвинулся. — Ты чё, наклюкалась?

— Да почему? Просто соскучилась! — Катя зыркнула на Киру своим змеиным взглядом. Кира выгнула брови и отлепилась от дерева.

— Куда ты? — зачем-то поинтересовался Рома, чем вызвал удивление обоих девчонок.

— Присяду пойду.

И ушла. Стало как-то пусто.

Катя уткнулась холодным носом в шею Роме.

— А чем ты занят вечером, м?

— Не знаю, в гараже работать буду, — попытался он отмазаться от её тонких намёков. — Пацаны придут помогать.

— М-м... понятно. Может... вместо них приду я? Что думаешь?

— Чем ты мне поможешь в гараже, Смирнова? — устало выдохнул он, слегка приобнимая одноклассницу за талию. Не сказать, что он жаловал её компанию, но обжиматься с девчонкой всегда приятно. А Катя готова была закатить глаза от наслаждения.

— Ну... я придумаю, чем, — тихо произнесла она, поддевая пальчиком шнурок его спортивных штанов. Рома одним взглядом проследил за её рукой, повернул голову к Смирновой и снисходительно хмыкнул.

— Ага, придумаешь, — он намеренно небрежно похлопал её по плечу и отлепился. Молча направился к костру. Катя оторопела от его действий, оставшись одна.

Мясо спустя долгое время было готово. Девочки уже заскучали, попивая пиво. Хоть Бяша свинину и не ел, но всё равно приготовил, ведь большинство ребят любили. Все наелись и напились, стали горланить песни под гитару, сидя на пледах. Бяша пел песни ДДТ громче всех. Кто-то стал обниматься под предлогом того, что стало прохладнее. Катя всё время ластилась к Роме, чем раздражала его всё больше.

Кире было неспокойно. Она, несмотря на то, что пиво немного расслабило, всё равно нервно поглядывала в лес. Ощущение внутри непонятное. Иногда Рома поглядывал на неё и щурился, пытаясь понять, что у неё в голове. Катя это замечала и прилипала к Роме всё более настойчиво.

Она повернулась назад, всматриваясь в лес. Было достаточно светло, всё видно. Но среди деревьев не было ничего, кроме кустов.

— Ребят, а давайте поиграем в игру кое-какую... — предложил порядком напившийся Женя, достав из своего рюкзака домашний самогон. Некоторые парни засвистели и заулюлюкали довольно.

— О боже, нет, — выдохнула Настя. Кира мысленно согласилась, закатив глаза. Рома усмехнулся, заметив её реакцию.

— Жень, ну ты почему вечно с самогоном этим, — простонала Алёна.

— Ну-ка! — хлопнул звонко в ладони Бяша. — Чё за идейка?

— Да я вот узнал недавно, что есть игра одна. Короче, надо по очереди говорить то, чего ты никогда не делал. Кто это сделал, тот выпивает залпом свои стаканы с алкоголем...

— Да какой залпом, ты чё?! — возмутилась Даша. — Давайте хотя бы по глотку отпивать.

— Ну да, согласен, чёто ты гонишь, Женёк, — согласился Паша.

— А я, кстати, слышал про такую игру, — сказал Антон. — Мы так лучше друг друга узнаем.

— Тогда давайте нормальные вопросы задавать, на! Чтобы поржать!

— Или какие-нибудь пикантные, — томно произнесла Катя, удобно уложив голову на плече Ромы.

— А без этого можно? — жалобно попросила Полина, но её проигнорировали. Антон поддержал её улыбкой.

— Ну всё, тогда погнали, — объявил Женя. Передал свой огромный бутыль по кругу. Все стали наливать себе в пластиковые стаканы самогон. — Только все отвечаем честно! И если история просто жесть, тогда рассказываем подробности. Я первый начинаю. Я никогда...

Он призадумался, почесав подбородок.

— Ну давай быстрее, — попросила Настя.

— Так! Я никогда не ссал в речку! — гаркнул он, хитро оглядывая всех вокруг.

— М-да, оригинально, — поджал недовольно губы Бяша. Но глоток из своего пластикового стаканчика сделал.

Рома хмыкнул и тоже отпил. Сначала оробевшие ребята вдруг осмелели и несколько человек повторили за парнями. Никто из девочек этого не делал, или, по крайне мере, не сознался.

— Фу, — сморщила нос Кира.

— Алён, теперь ты, — подсказал Женя. Алёна уселась удобнее, стараясь придумать что-то поинтереснее.

— Я никогда не списывала на контрольных, — хмыкнула самодовольно Алёна.

— Алён, ну чё за фигня, — проворчал Петя. — Все списывали. Что-то посмешнее давай.

— Ла-адно... я никогда не встречалась с человеком старше меня на десять лет!

— О-о... — протянул Бяша, подняв ладони вверх, показывая, что он чист.

— А встречаться прямо? Или ну... мутить немножко тоже считается? — уточнила Даша.

— Да-аша?! Серьёзно?! — ахнула Катя.

— Я просто уточняю!

— И то, и другое!

Выпили Даша, Аня и Петя.

— Нихуя! — хохотнул Рома. Его смех поддержали остальные, заставив ребят покраснеть. Их стали расспрашивать о подробностях, но смущённые партизаны молчали до последнего. Когда выпрашивать стало не интересно, на них махнули рукой и продолжили.

— Ну всё-всё! Моя очередь, — обратил на себя всё внимание Бяша. — Я никогда не пердел и не обвинял в этом другого!

А затем резко хапнул из своего стакана.

— Бях, это не так работает, — кисло заметил Женя.

— В смысле, на?!

— Ну, ты должен говорить то, что сам не делал, — пояснил Антон, сдерживая смех.

— А...

Ребята заржали. Все мальчишки выпили, а девчонки промолчали.

— Баюнова, ты теперь, — со смехом сказал Валя.

— Я... никогда не делала что-то незаконное, — чётко произнесла она, не сдержав наглой ухмылки. Знала, что кто-то да творил.

Рома громко хохотнул и выпил. За ним последовал фыркнувший Бяша, Валя, Женя и на удивление Полина.

— ПОЛИНА?! — удивились все разом. Девушка смутилась от таких пристальных и выпученных взглядов.

— Ну-ка рассказывай, на!

— Ну-у... — Полина нервно пригладила волосы и взглянула на Антона исподлобья. Он выглядел задумчивым. — В общем, мы с Катей в пятом классе хорошо дружили. Однажды пошли гулять летом по деревне, и она предложила на спор зайти в магазин и украсть что-то. Я, конечно, сначала сопротивлялась, но... не знаю, почему согласилась. Она была убедительна. Попыталась украсть крекеры за прилавком, но продавщица — тогда ещё это была Тётя Надя — заметила. Схватила меня за ухо и... ну а потом дедушка узнал. Мне было жутко стыдно, ведь он наверняка разочаровался во мне. После этого как-то мы с Катей перестали так... тесно общаться. Вот так вот. Ничего особенного.

— М-да, Смирнова, ну ты и подстава противная, — заключил Бяша.

— Да уж...

— Зачем так делать? Что в этом веселого?

— Не ожидал...

Антону было жаль Полину больше всех. Он с ненавистью посмотрел на Смирнову. Всё-таки она всегда была такой. Стервозной, гадкой провокаторшей. Рома испытывал те же чувства, что и друг. Потому расправил плечи, заставив Смирнову с удивлением отлипнуть от себя. Затем слегка отодвинулся.

— Ладно, ребят, — примирительно начал Женя. — Было и было. Давайте лучше дальше. Настюх, ты.

— Хорошо, — чуть сконфуженно сказала та. Неприятный осадок остался у всех. — Ну я никогда не была свидетелем чего-то... эм... паранормального.

Воцарилась полная тишина. Некоторые стали переглядываться. Кира, Бяша и Антон напряглись больше всех. Рома заметил перемену в их настроении. Мысленно отругал Настю, хотя не за что было. Откуда ей знать, что случилось однажды с его друзьями. Но вот Кира... выпьет ли она? Если да, то какую историю расскажет?

Эти трое как раз и выпили. Так же за ними повторил Рома, вдруг потускневшая Катя и Полина.

— Ну хоть кто-то расскажите, что вы видели! — начали снова выклянчивать остальные объяснения. Первым сдался Рома.

— Бля, не знаю, поверите ли... Это было в конце этого августа. Мы с Бяхой катались на моцике, увидели Баюнову с сестрой и там ещё девка мелкая была...

Кира сжала челюсти. Вот зачем он это рассказывает?

— В общем, у нас там перепалка была, ничего интересного... — отмахнулся он от любопытных глаз. — Но вдруг услышали такой... я хуй знает, как сказать. Типа, ор... крик?

Он перевёл взгляд на Киру, ища поддержку в объяснении истории. Тяжёлый взгляд Киры прошёлся по его лицу. Он чуть не передёрнул плечами.

— Рёв, — подсказала она негромко, опуская взгляд на свои кроссовки.

— Да, — кивнул он. — Именно. Я никогда такого не слышал. Это было настолько, блять, жутко, что у меня волосы на руках и ногах дыбом встали, клянусь. Мы рванули оттуда, но так и не узнали, что это.

Все замолчали, обдумывая историю.

— Так это... — начала Алёна. — Я тоже слышала... Это же было вечером? Кажется, последний день лета...

Многие закивали, соглашаясь. Очевидно, что большинство тоже слышало.

— Ну что ж... — пискнула Катя довольно, когда очередь подошла к ней. Прервав напряжённую и жуткую атмосферу, она хитро оглядела всех. — Я никогда не напивалась и не спала ни с кем после этого на чужом празднике!

Катя снова огляделась, задержав взгляд на Кире. Разговоры стихли. Ребята стали переглядываться, поглядывая на Киру и Рому попеременно.

Кира покраснела до ушей, а Рома возвёл глаза к небу. Старался изо всех сил сдержаться, чтобы не треснуть Смирновой по затылку.

— Эм... ну... — почесал заднюю часть шеи, Бяша.

☽☭☾

Восьмое июня. Этим летом.

На тусовке у Кати дома было много одноклассников. Она позвала к себе в гости их всех в честь своего семнадцатилетия. Принимала подарки со всей благодарностью, угощала своих гостей всевозможной едой, что наготовила вместе с матерью. Лилия Павловна тактично ушла до вечера к своей сестре в гости.

Все ребята напились, веселились и танцевали под музыку из магнитофона. Это была одна из немногочисленных таких посиделок. Раньше почти-одиннадцатый "В" редко вместе собирались, но после десятого класса практически все так сдружились, что были рады почаще собираться своей весёлой оравой. Кто-то веселился в доме, некоторые пацаны курили на улице, из-за чего на них ругалась Катя.

Кира, Бяша и Рома сидели у забора, шкерясь от гнева Смирновой. Они прожгли своими бычками занавески на кухне. Она искала виновников, а провинившиеся сбежали за дом и затихли. Они сдавленно хихикали, стараясь не выдать своего местоположения. Ужасно пьяные и счастливые ребята вдруг заметили кусты малины, что торчали сквозь щели в заборе.

— О, — удивился Бяша. — Зырьте.

Кира сорвала ягоду и тут же отправила в рот. Затем громко сплюнула и схаркнула противную слюну.

— Ты чё, Баянова? Пхах! — заржал Бяша, а Рома заткнул ему рот.

— Да блять! Жук-вонючка попался! Фу!

Рома заржал громче Бяши, навалившись на плечи друга. Бяша стал ковыряться в ветках, подъедая малинку и выкидывая ягоды с насекомыми. Рома сжирал их быстрее Бяши, вскоре не осталось ягод, до которых можно было дотянуться.

— Бля, вы всё сожрали... — обидчиво протянула Кира, сидя на корточках и обняв себя за колени.

Рома не долго дума встал и полез через забор.

— Ты куда, э? — зашипел Бяша, хватая Рому за штаны.

— Ты щас стянешь вместе с трусами, отпусти, еблан! — Рома не больно шлёпнул друга по рукам. Полез дальше и засел на заборе.

— Ты куда-а... — протянула пьяно Кира.

— Я за малиной, — ответил Рома, обернувшись. — Тебе нарвать?

— Конечно! — закивала она.

Рома хмыкнул и спрыгнул на соседский участок, пошатнувшись. Кира и Бяша просунули лица в щели забора, наблюдая за Ромой из засады. Рома по-тихому стал набирать как можно больше малины, складывая её в импровизированный карман из футболки. Он постоянно оглядывался, чтобы никто его не заметил. Набрав достаточное количество, он не стал больше борзеть и вернулся обратно.

— Ура-а! Спасибо! — Кира подставила ладони, и Рома высыпал ей горсть побольше. Она в два раза закинула ягоды себе в рот. На удивление, ни один вонючий жук не попался.

После своеобразного перекуса они вернулись обратно в дом, когда Катя перестала психовать. Смирнова на всех обиделась и вместе с некоторыми девочками пыталась снять шторы, чтобы спрятать их. Выжженые дырки никак было не зашить, шторам место только на помойке теперь.

Настя потащила Киру танцевать в гущу событий в гостиной под песни группы На-На. Кира танцевать не любила, но энергия Насти была заразительна. Алкоголь слегка притупил смущение, так что Кира отдалась музыке. Они держались за руки, прыгали и пели. Вдруг Настя прильнула к подруге и повисла на её шее. Кира слегка смутилась, но крепко обняла любвеобильную Настю.

— Ты моя самая лучшая подруга! — призналась Настя, поцеловав Киру в висок. Кира счастливо рассмеялась.

Произнесла ей на ухо "ты тоже".

Когда они устали танцевать, некоторые девчонки и ребята уселись кто куда отдохнуть. Кира вывернулась из кольца рук Насти и сообщила ей, что пойдёт на улицу перекурить.

Когда Баюнова вышла на улицу, шатаясь, заметила взлохмаченный затылок Ромы, который курил в одиночестве.

— Пятифанов, ты чё один тут? — спросила она заплетающимся языком.

Рома обернулся и похлопал по ступени рядом с собой. Кира, не задумываясь, уселась рядом, пододвинув его. Устало уложила голову на его плечо. У Ромы поджался живот.

— Да душно там. Отдохнуть хотел.

— И я.

Они замолчали, наслаждаясь тишиной. Кира достала из кармана своей любимой олимпийки пачку и закурила. Рома чувствовал лишь запах её масляных духов. Наслаждался.

Июньский тёплый день согревал, но чувства согревали их двоих сильнее.

Кира последний раз затянулась, бросила бычок на землю и просунула руку под локоть Ромы. Пятифанов незаметно дрогнул. Кира дышала ровно, но чувствовала жар на шее и щеках. На всех немногочисленных посиделках они неизменно напивались и уединялись. Раньше много болтали, их было не оторвать друг от друга — настолько были заинтересованы в разговорах. А сейчас почему-то слова застряли в горле. Темы для разговоров вообще не шли.

— Баюнова? — Рома дёрнул Киру за светлую длинную прядь.

— М?

— Хочешь секрет? — он взглянул на её светлую макушку. Длинные волосы растрепались по плечам. Кира подняла голову и внимательно посмотрела на парня. Рома долго оглядывал её загорелые щёки, чернющие внимательные глаза, еле видные веснушки, которые появлялись только летом от солнца.

— Какой? — не выдержала она.

— У меня так сильно хер стоит сейчас.

Кира широко раскрыла глаза.

— И... что?

— А у тебя?

— У меня? — она насмешливо выгнула брови, убирая руки. — У меня же нет члена.

— Блять, ну ты же поняла, — он мученически зажмурился. — А ты что чувствуешь?

— Пятифанов... — она так вздохнула, что ему стало неудобно. — Ни к чему это не приведёт.

— Да я ничё не говорю, — пожал он плечом. — Просто...

Он провёл ладонью по волосам, ероша их сильнее. Кира сжала ладони между коленей. Чувствовала неладное.

— В общем, я не говорю, что хочу от тебя чего-то... то есть... Не предлагаю тебе там... мутить и всё такое. Но хочу расслабиться с тобой.

— Расслабиться? — Кира чуть лицо не скукожила от смущения. Прямолинейность Пятифанова выбила всю землю из-под ног.

— Да.

Они долго смотрели друг другу в глаза. А может и не долго, но для них будто вечность.

Рома двинулся первым.

Прижался горячими губами к её мягким, нежным как та самая малина. Отлепился лишь на секунду, надеясь не увидеть на её лице испуг или отвращение. Но выглядела она лишь удивлённой. Рома воспринял это как хороший знак. Придвинулся ближе, мягко сжал пальцами челюсть и притянул к себе. Кира задержала дыхание от волнения, снова почувствовав чужие губы на своих. Сердце норовило выпрыгнуть. Её прошиб озноб. Руки задрожали. Она сжала пальцами его за предплечья, отвечая на поцелуй. Рома незаметно усмехнулся от её робости и неопытности. Нехотя отодвинулся.

Кира посмотрела в потемневшие глаза Ромы, прикоснувшись пальцами к припухшим губам. В чёрных намасленных глазах девушки Рома видел своё отражение. Кира выглядела так растерянно и мило, что он не сдержал улыбки, обнажая заостренные клыки. Он снова припал к её губам, крепко взяв за затылок, не давая отодвинуться. А Кира и не отодвинулась бы. Она схватилась за ворот его олимпийки, неумело целуя его губы. Рома резко оторвался, встал и, схватив её за ладонь, увёл Киру наверх, не говоря ни слова. Кира заволновалась, но паники не было. С головы до ног её тряхнуло от предвкушения. Они, не разбирая дороги, зашли в первую спальню на втором этаже. Это оказалась комната Кати, но подростков это не интересовало. Рома прижал Киру к закрытой двери и снова стал целовать. Губы, подбородок, челюсть, шею. Кира не знала, как реагировать, поэтому просто прижимала его голову к себе и хватала ртом воздух. На губах обоих ощущался привкус ягодной настойки и сигарет.

Рома за руки повёл Киру к кровати. Они неосторожно опустились. Он навалился на неё сверху. Тяжело. Между ног устроившись, Рома тазом прижимался к Кире. Девушка рвано выдохнула, когда почувствовала твёрдый член через штаны. Он торопился. Стянул с себя кофту, остался в футболке и штанах. Стянул джинсы Киры вместе с её трусами.

"Какая красивая", — подумал Рома, засмотревшись на её промежность, но опомнился и снова навалился сверху так, чтобы прикоснуться ладонью к нежному и набухшему девичьему месту.

От мягкости и влаги на ладони у него закружилась голова. Кира рефлекторно пыталась сжать колени, но потом осмелела и расслабила бёдра. Рома второпях задрал её футболку до ключиц, оголяя грудь и припадая к ней языком, не переставая ласкать внизу второй рукой. Она охнула и покраснела ещё гуще. Увидел на левой стороне рёбер свежую татуировку ножа.

— Партак набила?

Кира усмехнулась и кивнула.

Он стянул свои спортивные штаны до середины ягодиц, стянул футболку и бросил на пол, дрожащими пальцами надел презерватив, который вытащил из кармана, и снова устроился у неё между ног. Кира не думала ни о чём, наслаждаясь его видом. Рома вошёл в неё не резко, но ощутимо. Кира вскрикнула, плотно зажав рот ладонями. Из глаз покатились слёзы.

— Чё... Ты чё целка, Баюнова? — Рома испуганно оглядел её лицо, а затем перевел взгляд на член в ней.

Кира не ответила, во все глаза глядя на его ошарашенное лицо. Она не задумывалась об этом. Конечно, она зачем-то подготовилась, побрилась и намазалась кремами, чтобы вкусно пахнуть, но всё равно не рассчитывала ни на что. Так, на всякий случай, вдруг приспичит.

— Твою мать, ты почему не сказала...

Рома стал отодвигаться от неё.

— Нет, стой, не останавливайся, — попросила она уверенно, удерживая Рому за плечи.

— Да у меня хер упал из-за этого, — недовольно пробубнил он. Недовольство было вызвано лишь тем, что он даже не поинтересовался у неё и был не аккуратен.

— Извини...

— Забей, — махнул он. Они сели друг на против друга на коленях. Рома был настолько удивлён и растерян, что даже штаны не натянул. — Сильно больно?

— Не сильно, — заверила она его, и это было правдой. Хоть это и стало её первым разом, она была достаточно возбуждена.

Рома тяжело вздохнул, проводя ладонями по лицу. Кира мягко погладила его плечи, на его коже проступили мурашки. Она улыбнулась.

— Давай продолжим. Я хочу этого.

— Уверена? Назад дороги не будет.

— Понимаю. Уверена, — прошептала она интимно.

— Баюнова, ты уверена? — надавил он. — Думаешь, тебе нужно, чтобы я был первым?

Кира думала, осматривая его лицо, широкие тёмные брови, ледяные серые глаза, губы, скулы. Красивый.

— Мгм, — она кивнула.

Кира придвинулась к Роме, огладила его бедра, а затем пресс, намеренно избегая члена. Рома прикрыл глаза, отдаваясь ощущениям. Мягкая ладонь скользила по горячей коже. Девичьи губы прикоснулись к яремной вене невесомо целуя. Рома подумал, что такая нежность обманчива. Кира может в любой момент вгрызться. И он был уверен, что шансов на выживание не будет. Но Кира продолжала ласково целовать и гладить его грудь. Член набух, нервно дёргаясь. Рома мазанул губами по виску, скуле, не раскрывая глаз. Прижался своим виском к её. Ладони нашли мягкую талию. Сжали. Кира осторожно огладила плоть, Рома судорожно выдохнул ей в волосы.

Он лениво раскрыл глаза, увидел такое выражение лица у неё, что живот скрутило сладким спазмом. Он осторожно двинулся на неё, вынуждая лечь на лопатки. Вновь пристроился между ног, коротко поцеловал в губы и прикоснулся головкой ко входу.

— Я осторожно.

Кира приподнялась на локтях и закивала, с интересом глядя на то, как он рукой вводит в неё член. От плавного скольжения она запрокинула голову, открывая тонкую шею. Внутри всё ещё терзало и палило, но не так, как несколько минут назад. Рома тут же присосался губами к ней. Оставив влажный красный след на припухших губах, он мягко двинулся вперёд. Зажгло, Кира зашипела.

— Чш-ш... Чш-ш... Всё нормально, можешь сжать мои руки.

Кира так и сделала.

— Расслабься, чтобы не было больно. Дай мне войти.

Кира расслабила живот и ноги, глубоко задышала. Член с легкостью и медленно протолкнулся до максимального упора. Этого не хватило, чтобы он скрылся полностью.

— Вот так... Не больно?

Кира отрицательно качнула головой. Глаза застелило поволокой. Она провела пальцами по его лицу и губам. Волосы рассыпались по подушке как солнце. Красивее он её не видел, чем в этот момент. Девичья грудь плавно качнулась от толчка. Снова. Снова. Снова. Снова.

Неприятные ощущения улетучивались с каждым движением. Рома прижался грудью к её. Протиснул руки ей под спину, обнимая кольцом. Кира зарылась пальцами в его волосы и закрыла глаза. Рвано дышала на ухо.

Всё происходило тихо, без резких движений. Они не слышали музыку с первого этажа, смех и шум. Тишину в комнате нарушали прерывистые вздохи и её постанывания. От этого у Ромы срывало крышу. Он готов был кончить прямо сейчас, но упрямо держался. Почему-то именно сейчас, именно ей ему хотелось подарить хороший и осторожный секс. Только сейчас он решил позаботиться о том, чтобы партнёрше не было неприятно, а наоборот. Когда Кира осмелела, голос её становился громче, Рома готов был ускориться. Но именно в этот момент в комнату влетела улыбчивая и раскрасневшаяся Катя, которая хотела взять из комода новые кассеты, что купила в городе.

Все трое замерли. Рома хотел умереть в этот момент. Не от стыда. От злости.

Катя с визгом и истерикой избила Рому попавшейся под руку его же футболкой. Кира наспех оделась и вылетела. Рома не торопился, натянув штаны, уворачивался от хлесткой ткани.

Зарёванная Катя выгнала всех.

Кира направилась домой, никого не дожидаясь, потому что она была слишком пьяна, чтобы об этом думать. Рома выбежал из дома, огляделся в поисках Киры. Увидев, как она шатается в сторону дома, он догнал её.

— О, Пятифан, — пьяно засмеялась она.

— Давай провожу, а то не дойдешь. Уснёшь в кустах где-нибудь, — предложил он таким тоном, будто делает одолжение.

Кира недовольно нахмурилась, но махнула рукой, мол, делай, что хочешь.

Они шли будто целую вечность. Киру то действительно тянуло в кусты прилечь, то она уходила в другую сторону, теряясь в пространстве. Рома упрямо возвращал её обратно на путь. Пока она доставляла ему хлопоты, он задумался над тем, что между ними произошло. Они явно не начнут мутить, нет. Но что теперь между ними?

Рома злющий как чёрт из-за того, что их прервали на самом интересном, старательно отгонял перед глазами картинки её груди, её ног, живота, просящего взгляда, губ. Кира не помогала, повиснув на его плече, бубнила что-то нечленораздельное. Касалась горячими губами шеи, вызывая мурашки. Рома не стал вдаваться в подробности этого бубнёжа, сам трезв не был.

Он довёл её наконец до дома и сматерился. На участке была её мать, которая подстригала кусты у заборов, чтобы те были красивой формы. Заметив двух раскачивающихся подростков, её взгляд недобро загорелся. Марина сжала крепче садовые ножницы и медленно направилась к ним с немым шоком на лице.

— Господи боже, что произошло с ней?!

Почуяв перегар, Марина поняла все. И Рома не стал объяснять. Из гаража вышел Иван, вытирая перемазанные руки полотенцем. Спокойный чёрный взгляд ожесточился, лицо осунулось.

— Что с ней? — спросил он бесцветным голосом. — Ты её одноклассник, да? Она сказала, что собралась в гости к подруге.

— Да, — сухо ответил Рома, напрягшись и волком глядя на подозрительного отца Киры. Он сжал талию девушки, чтобы та не скатилась на землю.

Кира невидящим взглядом оглядела родителей и засмеялась. Но смех этот был насмешкой.

— Маму-уля... — протянула она едко. — А я с Ромкой переспала. Ахуенно, кстати говоря.

Краски сошли с лица Ромы. Он сжал челюсти, чтобы держать себя в руках и не пнуть под зад девчонку.

По лицу отца было видно — он готов убить обоих. Мать побледнела. Её затрясло. Она медленно подошла и затем резко схватила дочь за волосы, что доставали до поясницы, намотав их на кулак и оттаскивая в дом. Кира даже не пискнула.

— Эй, бля! Вы чё творите?!

Рома напоролся на высокого и широкого Ивана, когда шагнул вслед за Кирой.

— Уйди. Пока я тебя не застрелил.

Кира с сочувствием посмотрела на Рому, когда мать силком тащила её за собой. Вот кому посочувствовать стоило в этот момент, так это ей.

— Пошёл прочь! — рявкнул Иван и замахнулся. Но Рома из принципа не сдвинулся и не дёрнулся, сверля дыру между глаз Ивана. — Ты оглох, урод?! Я сейчас тебе колени прострелю, если не съебёшься...

— Пятифанов, уходи, — спокойно и громко сказала Кира прежде, чем за ней закрылась дверь.

Рома отшагнул назад. Ещё на один шаг.

— Ты русский язык не понимаешь?! — рассвирепел Иван, достав гаечный ключ из кармана джинс.

Рома развернулся и пошёл прочь от ебанутой семейки.

Он в этот день рассказал обо всём Бяше. На следующий день он встретил её на тренировке. Длиннющие густые волосы были криво обрезаны по середину шеи.

Катя, обиженная и оскорблённая, распустила слух о том, что Кира и Рома переспали. Баюнову обзывали из-за этого, насмехались над ней в школе. Почти никто не упускал возможности подколоть её, хотя большая часть одноклассников тактично молчала. Рому при этом никто не трогал. Боялись или же считали, что для него это не зазорно. Кира думала, что это сделал Рома, раз его никто не доставал. Затаила большую обиду на него, ведь она доверилась ему. С тех пор, их перепалки проходили всё чаще по её инициативе. Какие-никакие взаимоотношения в край испортились. Рома не понимал, почему она так себя ведёт. Огрызался и раздражался лишь сильнее. Так обозлился со временем, что не мог сдержать язык за зубами при её появлении и не уколоть побольнее.

Несмотря на это, она все равно ещё долго хотела Рому, и он её. Потому что чувствовали что этого недостаточно. Чувствовали напряжённую недосказанность друг меж другом.

☽☭☾

Сейчас.

Кира и Рома честно выпили. Единственные, на удивление.

— Хочу прояснить кое-что для всех раз и навсегда, — вдруг подала хриплый голос Кира. Прочистила горло, кашлянув. — Как бы вы ни считали... Как бы ни осуждали меня... это не ваше дело. Все ебутся. Ну почти все, ладно... Не мои проблемы, что кого-то... это задело.

Кира намеренно обратила внимание на Смирнову своим взглядом. Жёстким, тёмным и усталым. Катя вдруг смутилась, ведь никто не поддержал её насмехающегося настроя.

— Да мы и не думали ничё такого, Кирка, — пробубнил Бяша. Ребята закивали.

— Не говорили, — поправила она его. — Но думали об этом наверняка все.

Она повертела стакан в руках. Передала Насте, чтобы подержала, и встала на ноги.

— Ты куда? — спросила тихо подруга.

— Покурю.

И ушла снова к сосне, подальше.

— Блять, вот надо тебе всё настроение похерить, — грубо сказал Рома, с настоящей злостью глядя на Катю. Она растерянно хлопала глазами. Рома встал со своего места, оставляя Катю мёрзнуть, и ушёл вслед за Кирой.

— Ну... может похаваем? Мясо ещё осталось, — предложил Валя. Почти все согласились, пытаясь сбросить напряжение.

— Ты чего пришёл? — спросила Кира, затягиваясь, когда Рома подошёл к ней, а затем на пару шагов прошёл мимо.

— Отлить и покурить.

Кира отвернулась, глядя на речку, от которой веяло тиной. Послышалось журчание, от которого она прыснула.

— Чё ржёшь?

— Да так... смешно всё это, пиздец, — покачала она головой. Вот только ей не было по-настоящему весело.

— Да уж, — согласился он, а затем встал рядом и закурил. — Заебала меня эта сучка уже.

— А чего тогда вьёшься вокруг неё всё время? — спокойно спросила она. Рома бы подумал, что её это задело, если бы она сказала это другим тоном.

— Да не я, а она.

— Ну хорошо, по-другому спрошу. Почему позволяешь?

Рома задумался, а потом пожал плечами.

— Чтобы полапать. Особенно за сиськи.

Кира хохотнула и покачала головой.

— Ну разумеется...

— Твои всё равно лучше, — вдруг сказал он, глядя на неё прямым взглядом. Кира смутилась.

— Спасибо...

— Да и тело у тебя, на самом деле, лучше, — зачем-то продолжил он. Кира уже от стыда хотела шлёпнуть себя по лбу.

— Только тело? — насмешливо хмыкнула она, выгнув светлые брови.

— Не только. С тобой интереснее.

— И почему? — искренне не понимала Кира. В каком месте ему интереснее, если они постоянно грызутся? А может... потому и грызутся?

— Ты не клуша деревенская. Попиздеть можно. Не надо выдавливать из себя темы для разговоров, чтобы не говорить об одной только ебле. Само всё как-то выходит. И... ты почему-то всё равно добрая.

— Я тебя чуть не проткнула зубочисткой твоей дебильной, — нахмурилась она, отбрасывая окурок и поворачиваясь к нему лицом.

— Всё равно от тебя не идёт такая... гадкая аура. От неё вот, — он кивнул себе за спину. — Пасёт как не знаю, от кого. Воткнёт в спину нож и даже не дрогнет. Она делает всё, чтобы ей одной было хорошо. С тобой по-другому. Исподтишка не сделаешь ничего. Всё в лоб скажешь. И сделаешь.

Кира весело хмыкнула, а Рома улыбнулся.

— Ну что, — голос его изменился. Стал ниже. Кира исподлобья, как и всегда, глянула на него. — Мир?

Он протянул ей крепкую широкую ладонь. Кира замешкалась, уставившись на неё. Будет ли мир после этого? Уж очень она сомневалась. И всё же решилась.

Сжала своей ладошкой его руку крепко. Крепче, чем он представлял.

— Ладно, — согласилась она. Рома довольно похлопал её по плечу, задержав ладонь чуть дольше, чем следовало, на её курточке.

Они вернулись обратно на пледы. Мясо почти доели. Петя вновь достал свою гитару, чтобы поднять настроение потухших ребят. Изрядно напившиеся подростки тоскливо завыли грустные песни, что исполнял Петя. Его попросили сыграть что-то повеселее, и тогда даже атмосфера сменилась на тёплую и уютную. Кира и Рома сидели на краю пледа спиной к поющим и тихо переговаривались между собой. Никто уже не обращал на них внимания, они всегда так делали. Вот только Катя иногда как зыркнет им в затылки, что Рома даже оборачивался от прожигающего чувства.

Бяша как и обычно базлал громче всех, девчонки тихо подпевали, пьяно обнимаясь. Одна Катя сидела молча.

Во время разговора Кира то и дело косила взгляд в лес. Наступали сумерки. Неприятное шевелящееся чувство в груди не давало ей покоя. Казалось, что со всех сторон за ними незаметно подглядывают. Никто не замечал этого, кроме неё. Может, она накручивала, конечно. В связи с произошедшим позавчера, она всё ещё была слегка сонная, так как не отоспалась нормально. Тепло, исходящее от Ромы, баюкало её. Она прижалась своим плечом к его боку. Рома, поборов взявшееся из ниоткуда смущение, приобнял её осторожно. От этого Кира уронила голову ему на плечо и задремала слегка. А он решил беречь её в этот момент. Повернул голову на ребят, приложил палец к губам и шикнул. Одноклассники послушно стихли, даже Бяша, понимающе глядя на такие несвойственные им двоим нежности. Настя только во все глаза таращилась с удивлением.

Время близилось неумолимо к темноте. Никто не собирался даже расходиться, потому что увлеклись разговорами друг с другом. Женя тоже задремал, заняв добрую половину одного из пледов. Катя поджала ноги к груди и обхватила руками колени, тоскливо глядя на речку.

Настя встала и отошла в лесок, чтобы засесть в кустах. Из-за выпитого алкоголя она готова была лопнуть. Предупредила, что пошла в туалет. А никто и не обратил внимания, кроме Бяши. Вызвался её проводить, но Настя смущённо отказалась.

Кира зашевелилась спустя время, Рома глянул на неё и растёр плечо ей. Девушка потёрла пальцами глаза и сонно огляделась. Ленивая беседа за спиной вновь разгоралась в громкую и смешливую какофонию.

— Выспалась? — усмехнулся Рома. Кира покивала, зевнув. — Собираться уже скоро надо. Иначе пойдём по темноте опять.

— Не дай бог нас Тихонов заметит, — поддакнул Антон, услышав Рому.

— Ой, я и не заметила, что уже стемнело. Может, начнём собираться потихоньку, ребят? — предложила Полина, поднимаясь на ноги.

Все согласились, неторопливо складывая вещи. Кира заозиралась.

— А где Настя?

— Не знаю, — ответил ей Рома. Некоторые пожали плечами.

— А она в кусты ушла, — указал пальцем Бяша. — Давно что-то...

У Киры дрогнуло сердце. Сонливость как рукой сняло.

— Блять, нет-нет-нет... — зашептала она нервно. Рома нахмурился.

Кира быстрым шагом направилась в то направление, куда указал Бяша.

— Стой! — крикнул ей в спину Рома, а затем побежал за ней. Ребята вдруг нервно засуетились и загалдели.

Кира уже скрылась за деревьями. Она огляделась и стала звать подругу громко. Эхо её голоса прокатывалось среди деревьев, ответа не было. Она кружилась на месте, всматривалась в темнеющий лес. Дыхание сбилось, паника накатывала. Ещё немного и она бы упала на землю, хватаясь за горло, ведь дышать стало невозможно. Но вовремя её поймал под руку Рома. Она испуганно дёрнулась и почувствовала небольшое разочарование от того, что это не Настя.

— Всё-всё, спокойно, не паникуй, — тихо говорил он, прижимая её дрожащее тело к себе. — Идём вместе искать.

Кира судорожно закивала и схватила Рому крепко за ладонь. Он даже не обратил внимания на это. Вдвоём они продвигались всё дальше в лес. Позади стали слышны крики ребят — они тоже звали Настю.

Деревья сгущались, никаких звуков больше не было слышно.

Вдруг вдалеке услышали треск веток и тяжёлые стоны.

Кира, не раздумывая ни секунды, рванула туда. Рома не отпускал её руку. Ветки деревьев хлестали обоих по плечам и лицам.

— О боже, — облегчённо выдохнула Кира, упав прямо на землю перед лежащей Настей. Проигнорировала боль в коленях от удара. Она осторожно повернула подругу за плечи, укладывая на спину. Настя застонала от боли и звона в ушах.

— Твою мать, — выдохнул Рома, хватаясь за горло и присев на корточки.

Настя осторожно приподнялась на руках и завалилась на Киру. Девушка бережно прижала к себе голову Насти, а затем одёрнула руку. Она жалобно посмотрела на Рому, показывая окровавленные пальцы.

Рома побледнел.

— Настюх, — тихо позвал он девушку, осторожно тряхнув её за руку. Настя невидящим взглядом смотрела на ребят и хрипло дышала, жмурилась. — Скажи что-нибудь. Встать можешь?

— Голова... — простонала она, слабо хватаясь за голову. — Кто-то... ударил...

Кира хотела грохнуться в обморок, её затрясло как от сильного мороза. Губы изогнулись, глаза наполнились слезами. Рома заметил, что она уже на грани. Жёстко взял пальцами её за подбородок и заставил посмотреть на себя.

— Соберись, — приказал он твёрдо. Подбородок девушки дрожал. — Нужно унести её. Помоги поднять.

Вдвоём они осторожно поставили Настю на ноги, но она вообще не держалась. Ослабла и не упала только благодаря Роме. Он сжал челюсти, аккуратно подхватил одноклассницу под колени и на руках понёс её обратно. Девушка была достаточно лёгкой, так что шёл он быстро.

— Иди впереди меня, давай, — кивнул Кире на дорожку. — Не смей отходить.

Кира закивала и широким шагом направилась вперёд, Рома не отставал.

Когда они вернулись на опушку, некоторые ребята уже ушли. Те, кто остались, а именно Бяша с Антоном и Полиной, Женя, Петя и Алёна, увидев почти бессознательную Настю на руках у злющего Ромы, заверещали в панике.

— Завалите! — гаркнул на них Рома. — У неё кровь из башки, не орите. Нужно срочно в больницу её везти.

— Что случилось, Рома?! — Полина плакала от страха.

— На неё напали, — рыкнул он, бережно прижимая к себе девушку, чтобы она не болталась сильно.

Кира стояла рядом и не могла оторвать стеклянного взгляда от подруги.

— Я побегу до дома, мне ближе всего отсюда! — вдруг собралась Полина. — Попрошу дедушку скорую вызвать. А вы идите осторожно до меня. Хорошо?

— Добро, — согласился Рома. — Баюнова, слышала? Идёшь со мной. Тоха, Бяша, идите с Полей. Алёну проводите, пацаны, не оставляйте её одну.

Женя и Петя сосредоточенно кивнули и повели дрожащую одноклассницу прочь отсюда.

Полина вместе с мальчиками на всех парах мчались к дому Морозовой.

— Кира, идём, — попросил её Рома, стараясь сделать голос максимально спокойным. Она отрешённо кивнула и пошла снова впереди него.

Дальше всё для неё происходило как в тумане. Всё командование взял на себя Рома. Когда они дошли до дома Морозовой, они прождали скорую ещё минут десять. Сосредоточенная Полина обработала голову Насти и обвязала бинтом как смогла. Настя как контуженая сидела в кресле и шаталась, не понимая, где находится. Кира не отходила от неё ни на шаг, держа за руку. Настя поблагодарила бы её, но язык не ворочался. Кира молилась, чтобы она выкарабкалась. Чтобы всё было хорошо.

К приезду скорой подоспели и родители Насти. Бледный дядя Толя и зарёванная тётя Света хлопотали вокруг дочери, но та не обращала внимания. Берегла силы. Скорая увезла их троих в город. Когда все подуспокоились, начали расходиться по домам. Пацаны провели Киру до дома. Она, не переодеваясь, упала на кровать. Заснула беспокойно.

На утро тётя Света отзвонилась Полине, Антону и Кире. Настя жива.

☽☭☾