Глава 1
Ночь опустилась на лес, густая и темная, как чернила, пролитые по бархату небосвода. Сквозь плотно сплетенные ветви деревьев едва пробивался бледный свет луны, рисуя на земле причудливые узоры из теней. Они извивались под ногами мальчика, словно живые, пугая его своей непонятностью. Тропинка, петляющая среди деревьев, казалась бесконечной. Она вела все глубже в чащу, где стволы деревьев, похожие на гигантские тени, смыкались над головой, словно пытаясь схватить и утащить в свою мрачную глубь. Воздух был пропитан запахами сырости, прелой листвы и еще чего-то незнакомого, от чего у мальчика мурашки бежали по спине. Он жался к чужому человеку, инстинктивно ища защиты, хотя и понимал, что теперь он остался один в этом большом и страшном мире. Лес шумел вокруг, словно предостерегая, но мальчик не мог разобрать слов – лишь гулкий шепот, от которого становилось еще страшнее. Это был мальчик, всего лишь четыре года от роду, но жизнь уже успела оставить на его душе глубокие раны. Страх, подобно ледяной воде, сковывал его сердце, а в глазах застыла недетская печаль. Еще слишком мал он был, чтобы постичь всю глубину своего горя, но уже понимал – мир рухнул, родители больше не обнимут его своими любящими руками, не поцелуют на ночь.
Утрата родителей – страшное испытание для любого, но в столь юном возрасте – это словно вырвать сердце, оставив зияющую пустоту. Но судьба уготовила мальчику еще более страшные испытания. Он не был обычным ребенком. В его хрупкой оболочке таилась неведомая сила, дар и проклятие одновременно – и Дар, и Сила сплелись воедино, создав уникальный узор. Весть об этом чуде разнеслась по всем кланам, достигнув даже ушей Короля и Королевы. И крупные кланы протянули свои жадные руки к ребенку, видя в нем оружие, инструмент, подопытного кролика. Но родители, словно два могучих дерева, защищали свое дитя от чужих взоров, от тех, кто хотел лишь использовать его дар.
Два года они оберегали его покой, но теперь их не стало. И мальчик, сам того не ведая, оказался на распутье. Он был умен не по годам – в то время как другие дети еще только учились складывать буквы, он уже погружался в мир книг. Соседка, приютившая его на время, с тревогой смотрела с улицы через открытую входную дверь, как он молча сидит на ковре, перебирая игрушки. Комната, где находился мальчик, дышала тишиной и покоем, словно пытаясь убаюкать его испуганное сердце. Сквозь распахнутое окно, словно ласковые руки, заглядывали золотые лучи солнца, разгоняя сумрак в уголках и играя на волосах ребенка. Они оживляли темную, полированную мебель из дуба, отбрасывая причудливые тени на стены. Массивный стол у окна, словно старый воин, гордо выставлял напоказ свои шрамы – царапины и вмятины, напоминающие о долгой жизни. Рядом, прижавшись к нему, стояло кресло с высокой спинкой, задрапированной бархатом цвета спелой вишни. Казалось, что оно приглашает присесть, укутаться в мягкие объятия и за чашкой ароматного чая наблюдать за танцем солнечных зайчиков на полу. Тонкие, кружевные занавески, словно невесты на балу, плавно струились от легкого ветерка, наполняя комнату прохладой и ароматом цветущего сада. А на полу лежал пушистый, словно медвежья шкура, ковер, на котором и устроился мальчик, бесцельно перебирая свои игрушки. Внезапно резкий стук в дверь разрезал тишину, заставив мальчика вздрогнуть. Он подбежал к окну и, прикрыв глаза ладошкой от яркого света, выглянул на улицу. У дома стояли люди в форме, о чем-то говоря с его соседкой. Один из них, заметив мальчика, отделился от группы и медленно направился к нему. Воин был облачен в темно-фиолетовую форму, словно сотканную из сумерек. Плотно облегающая туника, с вышитым на груди серебряной нитью символом клана Иремия – раскрытой книгой с вырывающимся из неё пламенем, – подчеркивала его статную фигуру. Рукава, расшитые узорчатыми манжетами, ниспадали до самых кистей, скрывая руки, привыкшие сжимать оружие. Поверх туники свободно лежал длинный плащ, также фиолетовый, но более темного, почти чернильного оттенка. Его края, подбитые серебром, развевались на ветру, придавая воину облик хищной птицы, готовящейся к броску. Широкий кожаный пояс, украшенный тяжелой пряжкой в виде змеи – животным клана, обвивал узкую талию, подчеркивая мощь и грацию воина. На ногах красовались высокие, до колена, ботинки из толстой кожи, придавая его шагам уверенность и силу.
Мужчина, словно великан, склонился над маленьким Лорисом, и его длинные, темные волосы струились по плечам, как черная река, омывающая скалистые берега. Передние пряди были короче, небрежно выпущены наружу, словно пряди шёлка, в то время как верхние волосы были собранны в строгий пучок, словно заключенные в невидимую коронку. Воин протянул к мальчику свою руку, и Лорис, словно зачарованный, увидел на его пальце перстень, украшенный изображением змеи – символом клана Иремия.
Мужчина нежно поправил непослушные пряди волос мальчика, и его губы растянулись в легкой улыбке. Эта улыбка была словно проблеск солнечного луча сквозь густые деревья, она прогнала мрак с лица Лориса, но в глазах еще таилась недетская тревога.
- Лорис, правильно? - прозвучал низкий, бархатный голос мужчины, и улыбка стала шире, раскрывая белые зубы, словно перламутровые жемчужины. Когда воин наклонился вперед, Лорис увидел на его поясе длинный меч в ножнах темного цвета. Он был украшен сложной резьбой, похожей на древние руны.
- Меня зовут Шици. Я ученик клана Иремия. Мне очень жаль, что случилось с твоими родителями, но я тут ради тебя, чтобы тебе помочь, - продолжал говорить воин еле слышным баритоном, словно шептал тайны древнего леса.
Лорис немного испугался неизвестного ему человека, но не подавая виду, ответил:
- Да, это я, - коротко, но по делу ответил мальчик своим высоким детским голосом. Он все еще не мог понять, почему этот человек в темной форме пришел к нему, но в его глазах не было злобы, а голос звучал спокойно и уверенно.
Лорис вгляделся в лицо Шици. Морщины вокруг глаз воина говорили о том, что он видел многое в своей жизни. Но несмотря на это, в его взгляде не было ни жестокости, ни коварства. Лорис не знал, что его ожидает в будущем, но он чувствовал, что Шици может стать его защитником, тем, кто поможет ему преодолеть все преграды, подстерегающие на его пути.
К волнению соседки подмешалось волнение Лориса, испытывающего непонимание и страх.
- Мальчику всего лишь четыре года! Что он может по-настоящему понять из всего этого? - прозвучал её голос, звучащий как клок нервозности и тревоги. Она обняла ребёнка крепко, словно пытаясь укрыть его от мрачных тайн судьбы. Однако Шици настойчиво продолжал свою попытку установить контакт с малышом.
- Лорис, малыш, я понимаю, что сейчас тебе трудно и страшно. Но мы здесь, чтобы помочь тебе… - произнёс мужчина, взявшись за бумажку и протянув её малышу. - Ты уже умеешь читать, верно? Это наше предложение – вступить в наш клан. Учитывая, что у тебя больше не осталось родных, мы приглашаем тебя стать частью нашей семьи и начать обучение. Мы видим в тебе не только Силу, но и Дар. Мы желаем, чтобы ты открыл свой истинный путь, но решение принадлежит тебе, - завершил воин, делая несколько шагов назад.
Именно с того самого дня, когда на тот момент четырёхлетний мальчик, словно крохотный росток, только-только пробившийся сквозь толщу земли, согласился пустить корни в почву клана и стать просветлённым, и началась эта история. С того момента Лорис усердно тренировался многие годы, словно юный воин, стремящийся к вершинам мастерства, где его ждали великие битвы и славные победы. Его расписание составлял лично глава клана, строгий и мудрый, как старое дерево, чьи корни уходят вглубь веков, опираясь на незыблемые основы клана. Мальчик вставал с рассветом, когда небо едва начинало розоветь, словно нежное дыхание утренней зари, и ложился спать ближе к полуночи, когда луна висела высоко в небе, словно серебряный диск, отражающий свет звезд. У него были уроки борьбы, где он учился владеть своим телом, как оружием, оттачивая каждое движение до совершенства, уроки владением мечом и артефактами, где он постигал секреты древних мастеров, узнавая тайны искусства боевого мастерства. Он изучал историю клана и всего мира, словно путешествовал по страницам затерянных книг, постигая тайны прошлого, открывая для себя завесу времени. Он узнавал о мифических существах, словно вышедших из сказок, как с ними бороться, как обходить их ловушки и разгадывать их загадки, словно разгадывая тайны древнего мира. Конечно же, занятия по развитию своего золотого ядра и управлению своей Силой, словно юный маг, открывающий для себя заветные секреты магии, раскрывая тайны непознанного мира. Его учили писать заклинания на талисманах, чтобы подчинить себе стихии и овладеть силой древних богов, словно укротить бушующие волны и остановить небесный огонь.
Но у Лориса был отдельный предмет, которому больше никого не обучали. Он владел не только Силой, которая бурлила в его жилах, словно река, несущая к себе всё новые и новые воды, но и Даром, который проснулся в нём, словно яркий цветок на тёмном лесу, излучая необычайный свет. Ему предстояло научиться контролировать обе стихии сразу, словно держать в своих руках огненную и водяную струю, чтобы он просто-напросто не потерял сознание в самом разгаре боя, словно не упасть под натиском стихий. Он прекрасно справлялся с каждым предметом и был лучшим во всем, кроме дисциплины. Он часто проказничал и убегал с занятий, словно ветер, что не хочет подчиняться законам мира, исследуя окружающий мир с бесшабашным задором. Не то чтобы ему это прощали, но сильно и не ругали.
В один день его пригласил к себе глава клана – Гноси, мудрый и опытный воин, словно легендарный дракон, что видел много сражений и много побед, хранящий в себе мудрость веков.
Уже будучи юношей в 12 лет, он зашел в зал, где обычно глава сидит и занимается своей работой. Помещение было пропитано духом истории, словно сам воздух был пропитан ароматом древних книг и блеском золота, словно отблеск солнца, падающий на древние рукописи. По бокам стояли небольшие столики для посетителей из тёмного дерева, на полу был огромный ковёр из шкуры медведя, словно мягкий покров земли, стены и потолок были украшены узорами из чистого золота, а сам трон главы был вылит из белого золота, словно выкованный из лунного света, отражающего звездную пыль.
Гноси – коренастый, высокий мужчина средних лет, на его висках уже виднелась седина, будто серебряная пыль, осевшая на волосах, а на руках бесчисленное множество шрамов от сражений, через которые ему пришлось пройти, словно знаки великих побед, о которых рассказывали легенды. Его одежда, конечно, отличалась от одежды учеников. Она была тоже в фиолетовых тонах, но с большим количеством слоёв, похожие на лепестки фиалки, складывающиеся в роскошный бутон. Фиолетовый цвет, глубокий и бархатный, как ночное небо, оттенялся серебристыми орнаментами, вышитыми тонкой нитью. Орнаменты покрывали рукава, подол и ворот одежды, словно звездная пыль, рассыпанная по ночному небу. На груди красовалась большая брошь из белого золота, украшенная рубином, символизирующее сердце клана, бьющееся в ритме веков.
Низкий, бархатный голос главы, как глубокий звон колокола, раздался эхом по его кабинету, когда он обращался к юноше.
- Лорис, мальчик мой, проходи, проходи… - по-доброму и с улыбкой на лице начал Гноси. Он выглядел очень суровым мужчиной, словно древний дуб, стоящий на грани веков, но узнав его получше, можно было понять, что он очень заботливый и понимающий, словно мудрый старец, хранящий в своей душе тепло и свет. - Я позвал тебя спросить, как твои успехи в одолении знаний? Я наслышан о твоих успехах и достижениях как на практике, будто юный воин, оттачивающий свое мастерство, так и в теории, словно мудрец, изучающий древние книги. Но мне интересно другое. Как ты справляешься со своей особенностью? Не слишком ли ты устаешь во время тренировок контролировать и всегда ли у тебя это получается? - в голосе мужчины слышалась нотка беспокойства, словно отец, беспокоящийся о своем сыне. Всеми было известно, что глава клана по-особому относится к Лорису – будто к сыну. Ни для кого не секрет что у Гноси с его супругой, Тинью, женщиной красивой и умной, словно яркая звезда, не было детей и, к сожалению, не будет.
Юноша не был удивлён такими вопросами, ведь глава не в первый раз его вызывает чтобы поговорить.
- Безумно благодарен Вам за внимание и заботу, глава! Устаю, конечно, но справляюсь. Не идеально, но для этого я и учусь. - спокойным и ровным голосом ответил Лорис, словно воин, отчитывающийся своему командиру о проделанной работе.
На лице главы появился намёк на скромную улыбку и выражение слегка смягчилось, будто растаял лёд на реке под теплыми лучами солнца.
- Правильный подход, мальчик мой… Но я позвал ещё кое за чем… - голос мужчины стал более серьёзным, как и выражение лица, похожее на затянувшееся небо тучами перед грозой. - Как ты знаешь, у меня и у моей супруги нет наследников. И на мою долю упала тяжёлая ноша личного выбора наследника. Ты ещё мал, словно нежный росток, только пробившийся сквозь землю, но я принял решение, что буду готовить тебя как собственного сына. - голос Гноси был твёрд, как скала, стоящая на грани веков.
Лорис, если сказать, что удивился, то ничего не сказать. Он стоял в шоке, словно упал в глубокую пропасть, не зная, что ответить в такой ситуации. Его голос стал предательски дрожать, как и тело.
- Я безумно благодарен Вам, за Вашу веру в меня и за столь прекрасное предложение. Я не хочу усомниться в вашем решении, но Вы правда считаете, что я достоин этого места? Я здесь не с самого рождения и это было бы несправедливо по отношению не только к ученикам, которые родились тут, но и к жителям, - юноша сделал небольшой шаг вперёд, словно на встречу судьбе, но ноги тоже предательски дрожали.