ГЛАВА XX. КЛАДБИЩЕ И БУКЕТ СИРЕНИ
Когда уже сверкала вечерняя зоря, освещая Литтл-Лавандер красивым заревом и наполняя воздух некой прохладой, я шла по долгой кручёной дороге, держа в руках шесть маленьких букетиков сине-голубых цветов. Я направлялась к кладбищу.
Здесь время будто застывало в одном дне. С моего первого визита ничего не изменилось. Всё те же надгробья, которые сверкают под солнечными лучами, металлический забор, который окружает своенравное царство мертвых, липа, которая гнётся над ним, будто охраняя от самой яркой звезды, и всё то же настроение в воздухе. Грусть, тоска, скорбь, власть смерти над жизнью.
Приходясь по всем могилам тех, кого убил Мортифьер, я ложила на влажную от вчерашнего дождя землю цветы незабудки и проговаривала про себя что-то хорошее о них.
«Мне жаль, что ты умерла. Правда. Я уверена, ты была бы прекрасным хирургом», - сказала Лоле Блэк.
«А ты точно добился бы успеха в юриспруденции», - добавила для Ларчи Армстронга.
«С тебя бы вышла хорошая актриса театра и, уверена, хорошая подруга. Когда-то я тоже не любила никого, кроме семьи, но сейчас у меня есть Читатель, Демия и Долли, чему бесконечно рада», - промолвила Лауре. Послание для неё получилось самым откровенным.
Вдруг послышался голос сзади:
- Ты Аврора Эджвер, правильно? - это была низкая темнокожая женщина с кудрявыми волосами и очень похожими к Лауре чертами лица.
Рядом с ней были её муж, высокий худощавый и короткостриженый, и сын - Мишель. Родственники Лауры Эвонтай. Честно говоря, мне было очень неловко здесь стоять рядом с ними, но я не могла просто так убежать, ведь понимала, что им ещё хуже. Поэтому пришлось в меру улыбнуться и кивнуть.
- Мы - Дафна и Тим, - показал мужчина на себя и жену, - знаем, что ты раскрыла личность М...Мортифьера, - это имя далось отцу семейства нелегко, - нам Мишель рассказывал. Ты огромная молодец, побольше бы таких людей, как ты, и количество таких, как он, уменьшиться, - на его глазах наворачивались слёзы. Дафна положила руку ему на спину и сказала:
- Извини, Аврора, но не могли бы мы побыть с ней наедине?
- Да, конечно. Простите, - промолвила я, глядя себе под ноги, и пошла дальше.
«Извини, что ты умерла из-за меня. Мне правда жаль, нужно было действовать рациональнее и аккуратнее, тогда я смогла бы избежать две невинные смерти. Но что же ты тогда хотела мне сказать?» - спросила у Летиции. Нет, всё-таки больнее всего мне дался этот разговор. Ведь если в кончине Лауры я никак не могла быть виновна, то Летиция вправду лишилась жизни из-за меня. Эта мысль съедала меня изнутри, не давая спать по ночам.
«Спасибо вам за помощь, профессор. И извините, что я вас так подвела», - сказала я Николасу Мелтсу, думая о том, как же могла не понять, что «Н. М.» - это не «неуловимый Мортифьер», а «Николас Мелтс».
Последней подошла к могиле бабушки Анны и дедушки Дэвида. Молча положив цветы посередине могилы, посидела ещё немного рядом и ушла домой. К сожалению, я их почти не знала, поэтому единственное, что смогла им сказать, так это:
«Я люблю вас», - сказав это, удивилась сама себя.
Раньше почти никогда не говорила такие слова даже самым близким, но сегодня их произношу уже в который раз! Всё-таки два месяца в Гюнешь и вправду изменили меня, как сказала мне Дженнифер.
***
Дома меня ждал сюрприз. Папа приехал из Вашингтона! Правда, для меня это был самый лучший подарок. Только увидев его на пороге, я сразу же кинулась в распростертые для объятий тёплые папины руки.
- Привет, дочка! - прокричал он, обняв меня.
Точно, Читатель, извини. Знакомься - это Мэтью Эджвер. Он высокий брюнет, волосы которого укладывались в схожую с Долли причёску, но немного короче, с карими добрыми глазами и пышными ресницами. Именно на него я всегда была похожа. Именно он гулял со мной долгими летними вечерами и ел мороженое. Именно он учил никогда не сдаваться и идти вперед, несмотря ни на что. И за это я ему очень благодарна. Хоть и знаю, что ты никогда не прочитаешь этих строк, но всё равно спасибо, пап.
Мои глаза немного смочились слезами, поэтому начала быстро моргать, чтобы не заплакать прям у него в руках.
Из-за угла выглянула Дженнифер. Если папа был в обычной одежде, свитере и джинсах, а я - в школьной форме, то мама, как всегда, отличилась. Зачем-то она надела нарядное ярко-розовое платье в пол с кожаным поясом на талии.
- О, Аврора, ты уже пришла, - сказала она. - Папа давно хотел тебя навестить и попал на такой счастливый день! Про тебя в новостях по всей стране рассказали! Молодец, я всегда в тебя верила.
Не обращай внимания, Читатель. Она такая всегда, мог уже и свыкнуться с такой натурой, прожив со мной бок о бок столько времени, не так ли?
- Смотри, скоро автографы на улице раздавать будешь, - пошутил папа, ласково на меня посмотрев, - чур, мне вне очереди!
Вскоре мы прошли на кухню, чтобы поговорить и посмеяться. Я бы рассказала о своём расследовании (теперь-то Дженнифер обязана хотя бы ради приличия выслушать), а мама и папа - о своей работе и всяком таком неинтересном.
Не успела я зайти на кухню, как меня окутал аромат моего самого любимого цветка, сирени - такой чистый, приятный и особо весенний. Я сначала подумала, что мне показалось, что это просто смешались запахи всех тех вкусностей на столе. Но нет. И вправду, в центре стола в высокой вазе стоял пышный букет пурпурной сирени.
- Ого, какая красивая! - вырвалось из моих уст.
- Да, мальчик какой-то принес, - произнесла Дженнифер, хитро на меня посмотрев, - ничего не хочешь рассказать? - она заулыбалась ещё хитрее.
- Нет, - лаконично отказалась я, хотя на самом деле, трепет окутал меня с ног до головы, и мои щеки, кажется, покраснели от мысли о её отправителе.
Дело в том, Читатель, что сирень на языке цветов означает первую любовь, именно поэтому такой букет дарят только единожды. Ты ведь уже понял, что он от Долли, правда?
Незабудка - травянистое растение семейства шероховатых. На языке цветов - символ любви, напоминание о тех, кого уже нет с нами рядом, но есть в нашей памяти