Ограбление ювелирного магазина
«Мир, каким мы его знали, исчез, но сохранять человечность – это наш выбор»
Дейл Хорват
Я потянул на себя и поднял дверь полицейского парящего авто. Китайские кибертехники сконструировали его на подобие корпоратского «Avia», только дешевле и проще. Передняя часть автомобиля напоминала плоский и тупой клюв орла, а поднимающиеся двери — его могучие крылья. Капот и крышу освещало фиолетово-розовым светом от рекламных вывесок города, погружающегося во мрак.
— Мэтт, в двери застрял? — задорно спросил роботизированным голосом водитель.
За рулём сидел Натан Пауэрс, водитель-коп. его волосы были зачёсаны набок, а собственную челюсть ему заменяла бионика, напоминающая настоящие лицевые черты, только покрытые металлической коркой. Риппер, который устанавливал ему хром, ошибся во время операции и тем самым обрёк парня говорить неестественно роботизированным голосом. Даже современные ИИ разговаривали натуральнее, но парень не унывал.
Я сел на переднее сиденье, прижимая к себе автомат «АШ-12». Под конец смены, вечером, мы выезжали на ограбление ювелирного магазина «Жемчужина межсетья». На богатства «Жемчужины» покушались на протяжении всех будничных суток: будь то спонтанное решение, когда у грабителя текли слюни на дорогие изделия, и он хватал желанный товар и убегал, будь то продуманное вторжение с целью грабежа или желанием найти легендарную «Техножемчужену», которая получила своё название из-за светящихся внутри синих линий в виде дорожек платы. Так как этот участок был под нашим контролем, я бывал там чаще, чем у себя дома. Десятки грабителей, вздумавшие обворовать «Жемчужину межсетья», садились за решётку, и каждый раз им находилась достойная замена. Чёртов Шэд-Сити. Настоящее дно бескультурья и аморальности.
Я расслабился в мягком автомобильном кресле и, пока было время, оглядел пассажиров в машине. Первый — громила Уолтер Рейнольдс с механическими руками, которые внушали ужас, и причёской под нолик. Его руки могли с лёгкостью раздавить череп. Второй, с имплантом ладоней и грудной клетки, сидел чуть правее Уолтера. Его звали Мервин Джонс. Это худощавое вытянутое лицо и наглый вид я невзлюбил сразу. Когда я впервые увидел Мервина и его тёмно-синие волосы под ирокез, я удивился, что его взяли в полицию. Он больше похож на преступника, чем сами некоторые преступники.
— Надеюсь, мы не застрянем где-нибудь. Опять. Да, Натан? — с укором спросил последний пассажир у правой двери.
Его звали Джулиус Беннет. Он пробыл на службе дольше всех и поднялся до заместителя главного. В его лице не осталось ничего человеческого: он полностью отдался в объятия футуристического мира.
— Так говоришь, будто я виноват, что копов не пропускают! — буркнул Пауэрс.
— Не пустят — разгоним, — встрял Мервин Джонс, сохраняя привычно боевой тон. — Я набью их хамские рожи.
Он выпрямился и воинственно выпятил грудь, держась обеими руками за разгрузку, но тут же съёжился. На него свалились два тяжёлых взгляда: первый — Уолтера Рейнольдса, второй — Джулиуса Беннета. Натан лишь улыбнулся, поглядывая на него через плечо.
— Что? — выдавил Мервин, сомкнув брови.
Никто не ответил. На фоне остальных сержант Джонс выглядел хрупкой миниатюрой, но сомнений в его силах ни у кого не возникало. Я тоже видел, как яростно он дерётся и как метко стреляет — мне несколько раз ставили его в напарники, — так что эти взгляды явно означали «уйми свою вспыльчивость», а не «опять отхватишь, прекрати».
— Включу-ка всеми любимое «Техно», — сказал коп-водитель, потянувшись к кнопкам на приборной панели. — Настроение поднимется.
— Нет…— послышался тихий басистый голос Уолтера Рейнольдса.
— Едем в тишине, — приказал Джулиус Беннет, обратив внимание на помрачневшее лицо громилы.
Натан Пауэрс фыркнул и закатил глаза. Он, упёршись руками в руль, облокотился на спинку кресла. Водитель-коп следил за лидирующей полицейской машиной, где сидел наш главнокомандующий.
Я среди своих коллег был самым новоиспечённым — младшим сержантом. Меня перевели в отделение полторы недели назад. Я обрадовался, наивно полагая, что работа здесь отличается от других патрульных служб, но ошибался. К счастью, хотя бы ребята здесь были куда приятнее. По крайней мере, Натан Пауэрс. Только я пришёл в участок, как он прилип ко мне с подробными расспросами: кто я, почему решил стать полицейским, откуда перевёлся и зачем. Из разговора с ним я узнал базовую информацию о будущих напарниках: с Джулиусом Беннетом лучше не спорить, потому что он быстро выкидывает «ненужных» полицейских; Уолтер — молчаливый, но опасный; а про Мервина, как про лучшего его друга, я слышал только хорошее, но, глядя на сержанта Джонса, в словах Натана Пауэрса начинал сомневаться. Помимо гостеприимности моего нового компаньона я сразу же получил презрительный взгляд Мервина, который наблюдал за нашим диалогом, не размыкая нахмуренных бровей. Его поведения я не до конца понимал.
Все мои коллеги были вооружены — в форме полицейского без оружия было в принципе опасно находиться на улице — и настроились на предстоящую операцию. Я не отставал. Помимо автомата «АШ-12» в разгрузке висела электрическая дубинка и три военных ножа, а по бокам в кобурах лежали два пистолета — «Liberty» и его младший полуавтоматический брат «Unity».
Вдруг передняя полицейская машина двинула. Натан Пауэрс дёрнулся от неожиданности и резко тронулся вслед за ней. Мы помчались по шоссе, минуя многоэтажные дома, чьи верхушки, казалось бы, скоро дотянутся до облаков; проезжали мимо огромных плазменных экранов на стенах зданий и магазинов с неоновыми вывесками. Отовсюду слышалась реклама инновационных технологий, которые «…облегчат вашу жизнь и сделают её лучше», или усовершенствованных имплантов отличных корпораций. Массовые маркетинговые сообщения, рёв двигателей и разговоры людей на улице смешались в привычный городской гул.
— Куда прёшь?! — мужской крик снаружи отчётливо донёсся до салона, когда Натан Пауэрс подрезал чужой авто. Вслед пошли оскорбления. Его возгласы проигнорировали все члены патруля.
Конструкция, оказывающая наименьшее сопротивление ветру, и неоновые надписи «POLICE» на дверях машины способствовали тому, что мы гнали по дороге на высокой скорости. Точнее, должны были способствовать.
Натан Пауэрс подъехал к скоплению автомобилей. Его пальцы крепко сжали руль, а губы искривились.
— Чёрт, — выругался он, — это надолго.
Полицейская машина, за которой мы следовали, включила мигалку. Пронзающий вой заглушил уличный шум, но на копов никто не реагировал. Парень на две машины вперёд вылез из окна и выкрикнул: «Заткни свою визжалку, законник! Ты тут не один стоишь!». И второй справа добавил: «Надо — объезжай!». Я поджал губы. Именно такие люди населяли Шэд-Сити.
Я облокотился на спинку кресла, оглядывая улицы. На панорамных окнах многоэтажного торгового центра парень рисовал бесформенную загогулину. Из здания тут же выбежал разъяренный охранник и, грозя ему пистолетом, кричал, как хулигану не поздоровится. Чуть поодаль, в переулке между домами, два нищих копались в мусорных контейнерах. Баки стояли словно в виде декора: хлам жители до них не доносили и бросали возле. Вот один бездомный достал из кучи отбросов подпорченную вещь, и вмиг между ними вспыхнула драка за право ей обладать. Это неприятное зрелище и зарплата младшего сержанта хорошо мотивировали меня активнее двигаться по карьерной лестнице. В конце концов, обо мне больше некому позаботиться. Не хотелось бы мне в будущем тоже рыться в куче мусора… Я сглотнул.
Машина резко двинулась. Удивлённый, что мы так скоро поехали дальше, я вскинул брови и посмотрел через лобовое стекло. Путь нам не освободили. Авто с главнокомандующим свернуло на встречную дорогу, чтобы объехать пробку. Я с облегчением выдохнул. Шанс встретиться с грабителями лицом к лицу ещё не ускользнул из наших рук.
Мы подъехали к широкому, трёхэтажному ювелирному магазину, фасад которого состоял из панорамных окон. Из здания доносилась стрельба, а в воздухе витал запах пороха. Вспышки выстрелов потухли, едва полицейские мигалки отключились. Вокруг здания столпилась куча народу — покинувший места персонал и испуганные покупатели. Некоторые до сих пор выбегали из здания, крича и стараясь не угодить под пули. Люди не спешили расходиться по домам, желая посмотреть на работу полиции.
Шон Лайнос — старшина и вооружённый по самое горло полицейский с имплантами рук, ног и груди — вышел из лидирующего автомобиля и подозвал подчинённых. Трое парней из нашего отделения, которых я знал только в лицо и которые ехали с командиром, стянулись, как тараканы, и обступили его. Стоя около командира, я оглядел своих коллег. Джулиус Беннет вместе с Уолтером Рейнольдсом сразу направились к главному. Перекинувшись парочкой слов и улыбками с водителем, Мервин Джонс уверенно пошёл за ними. Когда все собрались, Шон начал:
— Итак! — своим басистый голосом командир привлёк к себе взгляды подчинённых, начиная унылую речь. — Звонок поступил от очевидца. Охранная система взломана, при чём очень умело. Преступники вооружены. Их предположительно пятеро, но может быть и больше. Жертв пока не обнаружено: все люди выбежали из здания, когда услышали стрельбу. Ваша задача — обыскать здание и взять нарушителей или живыми, или мёртвыми. Их местоположение неизвестно, поэтому обыщите всё вдоль и поперёк. — он указал на Уолтера и Джулиуса. — вы пойдёте налево. — следом был я и Мервин. — обыщите всё справа. — потом он обратился к трём незнакомым мне парням. — один вперёд, двое на верхний этаж. Давайте! Бегом, бегом! — подгонял нас командир.
Моя группа уже выучила сценарий действий, поэтому они быстро направились в здание, держа наготове автоматы. Я же растерялся, так как в таких серьёзных ситуациях на новом месте ещё не бывал. Взгляд моего рассерженного напарника заставил вынырнуть из раздумий и сдвинуться с места. Чёрт. Ну почему он, а не Натан? Тот ведь снова торчит в машине и пропускает всё веселье.
Мы зашли через главный вход и попали в просторный атриум. По середине расположился огромный фонтан, переливающийся красным и синим; вдоль невидимой серединной линии стояли ряды извилистых скамеек. По всему периметру боковых стен пролегали десятки опустевших витрин. Стёкла некоторых разбили, и осколки опасно мерцали на полу. Копы распределились по углам. Каждый взял на себя определённый участок для обыска. В отдельной защищённой линии копы объявили о своих направлениях.
— Беру на себя технические помещения, — сообщил я после того, как остальные отчитались.
Мимо меня прошёл Мервин Джонс. Он направлял дуло автомата на освободившиеся витрины, мельком осматривая помещение на наличие преступников. Он не церемонясь врывался на рабочие места. Сержант Джонс действовал резко, грубо, и мне это не нравилось, так что я охотно перевёл внимание на свою задачу.
Я прошёл вперёд и зашёл в дверь с надписью «Для персонала». Она сливалась с продолжающейся голой стеной и вела в технические помещения. Когда я медленно её отворил, передо растянулся длинный узкий коридор. Голые серые стены сдавливали пространство, а потолок уходил высоко вверх. Тусклый свет ламп едва освещал помещение. Казалось, что они погаснут через минуту-вторую. В коридоре не было ничего, кроме двери в самом конце и продолжающегося прохода влево. Все мышцы в теле напряглись. Глазные импланты и отсутствие хорошего освещения давали воспользоваться тепловым зрением, и я это сделал. Помещение тут же посинело, а пол покрылся оранжевыми следами — вероятно, следы сбежавших сотрудников.
Я приблизился к двери в конце. За ней было пусто, судя по показателям. Не теряя времени, я повернул влево и встретил продолговатый ряд таких же безымянных дверей. Выдохнул. Радиус действия теплового визера ограничивался парой метров. Это не корпоратские шедевры технологического искусства, которые проанализировали бы всю территорию за считанные секунды. Путь мне придётся завершить самостоятельно. Однако найти преступника в техпомещении куда более велик, чем за прилавком витрины. С этим шансом повышалась и вероятность поймать преступника и заслужить уважение начальства.
Минуя ещё три полых комнаты, я остановился у следующей. Визор уловил внутри тепловые излучения в виде нечёткого скрючившегося образа. Жертв не видно, заложников тоже. Про оружие я затруднялся что-либо сказать. Человек сидел там один. Создавалось ощущение, что преступник был занят — он поджал ноги и склонился над неясным объектом. Я запомнил местоположение цели. Готовый ворваться, я выключил тепловое зрение, чтобы меня не ослепило, если в комнате будет свет. Неожиданно изнутри послышался незнакомый мужской голос, вынудивший замедлиться.
— Подождите, — говорил тот будничным тоном, — ко мне коп идёт. Сейчас взломаю его. Да. Ничего, ждите.
От такого заявления я на секунду вскинул брови и наклонил голову вбок. Значит, мне попался хакер. Хватило же ему ума лезть в гущу событий, а не остаться вне эпицентра бедствий, в безопасности.
Собравшись с мыслями, я толчком распахнул дверь, и выставил перед собой автомат. В углу открывшегося помещения стоял рабочий стол с голографическим экраном, который выводил быстро сменяющийся поток цифр. За столом в рабочем кресле сидел парень в серой кофте и с накинутым капюшоном. Сколько не щурился, я не видел его лица. Тень от капюшона падала на него и покрывала тёмной материей все черты. Преступник принёс с собой портативное устройство с тремя складными экранами и клавиатурой, которая по контору переливалась красным. Свет от экранов и клавиатуры озарял его руки. На обеих у него стоял хром, покрывающий пальцы и внутреннюю часть ладони. Направленное на него оружие никакой реакции не вызвало. Он так и сидел, склонившись, и активно печатал.
— Подними руки! — приказал ему я. — Мне разрешено стрелять на поражение.
Хакер проигнорировал мои слова. У него и мускул не шевельнулся.
— Подними руки! — повторил я, приближаясь. — третий раз предупреждать не стану.
Кровь внутри закипала и от волнения, и от гнева. На лице выступили вены, а спина вспотела. Этот парень вёл себя слишком спокойно, чем ставил меня в неловкое положение.
Вдруг он выпрямился и посмотрел на меня. Я всё ещё не видел его физиономию, но мне казалось, что он улыбается. Ошарашенный, я остановился, не зная, чего ожидать. Хакер надменно вскинул руку и медленным движением опустил указательный палец на клавишу. Крикнуть, чтобы он прекратил, я не успел. В глазах зарябило. Изображение резко схлопнулось. Я сделал шаг назад, чувствуя, как бешено забилось сердце. Реальность от меня ускользнула — я ничего больше не видел. Нет. Я не мог в мгновение ослепнуть. Нет… Мои глазные импланты взломали. Автомат с грохотом выпал из моих рук. Я попытался схватиться за окружающие вещи, лишь бы не потеряться в пространстве. Руки полоснули воздух. Я потерял ориентир. В панике сбилось дыхание, а мысли навалились водопадом. Никакой успешной карьеры. Ничего больше не сбудется. Всё, о чём я мечтал…. Никогда. Я ведь даже не уверен, что тот парень не спрятал оружие. Чёрт, да какая разница? Он меня сейчас и палкой прикончить может. Вот так легко всё это закончится.
Я сделал шаг назад и чуть не упал. Попытавшись связаться с коллегами, я понял, что это бесполезно. В ответ звучали лишь помехи. И тогда я окончательно осознал, с какого лезвия сорвался. Для того, чтобы взломать выделенную линию, нужны профессиональные знания и навыки. Я имел дело не с обычным хакером. Когда послышался ещё стук клавиш, сердце от страха забилось в горле. Тут же перед глазами появился неизвестный мне мультфильм старой рисовки. Да он издевается надо мной! Издевается, а я всё равно без понятия, как уйти из этой комнаты хотя бы живым.
Скрип кресла — хакер встал с места. Я снова попятился, как мне казалось, от него. Дело плохо. Я же как слепой немощный щенок. Меня точно прибьют. К тому же я выронил оружия. Хотя и в моих руках от него не было бы пользы: я вижу старый мультфильм, а не реальность. Даже когда голова поворачивалась, изображение не двигалось. Чёрт… Чёрт…
— До встречи, лузер, — раздался голос около моего уха. — Это пройдёт через две минуты, но не беспокойся, я успею сбежать.
От сердца отлегло. Я буду жить.
Но отпустить его просто так я не мог. Я попытался схватить его, двигаясь на звук, но лишь обнял пустоту.
Дверь в коридор открылась. Я должен его остановить. Я обязан его остановить. Если он скроется, мне достанется от начальства. Сердцебиение постепенно приходило в норму. Я взял себя в руки. Они ведь не убили никого и не взяли заложников, значит жестоких намерений у преступников не имелось. Две минуты — это немного. Я смог бы поговорить с ним это время, а потом воспользоваться эффектом неожиданности и схватить. Я развернулся предположительно к двери и сказал как можно спокойнее:
— Думаешь, если ослепил меня, то сможешь выбраться? Тебе лучше сдаться прямо сейчас. Копы снаружи стреляют без предупреждения.
— Время тянешь, паршивый законник? — с презрением спросил он.
Его голос, пропитанный ненавистью, словно пронзил насквозь. Быстро же он меня раскусил. Не успел я ничего сказать, как дверь неминуемо закрылась. За стеной послышались отдаляющиеся шаги.
Нащупав стену, я прижался к ней спиной и сполз вниз. Это поражение. Со временем образ мультфильма перед глазами растворился. Вокруг снова появилось тёмное помещение, уже пустое. Я проморгался, привыкая, и поднял оружие с пола. Меня обвели вокруг пальца. Чёрт… Нужно доложить остальным. Попытка связаться с напарниками оказалась провальной. Я цыкнул, опираясь на стену, и поднялся. Прийти в себя после такой встряски оказалось той ещё проблемой. Тем не менее я всё ещё жив, а значит смогу поквитаться с этим проказником. Он пожалеет, что оставил меня в живых. Если мы ещё встретимся, конечно…
Я вышел из комнаты и повернул влево, туда, куда направились шаги сбежавшего преступника, словно ожидая вновь увидеть его скрытое капюшоном лицо. Никого, конечно же, там не оказалось. Только голые стены и мёртвая тишина.
Я замялся, не зная, как поступить, но потом вспомнил. Однажды Джулиус Беннет преподал мне урок: «Если у тебя есть шанс скрыть свой провал, воспользуйся им…» — я его выучил, благополучно забыв про вторую часть: — «…но не забудь этот косяк исправить, чтобы он не встал у тебя лишней костью в горле».
— в технических помещениях правого сектора пусто, — протараторил я по линии. К счастью, она пришла в норму, как только я покинул комнату.
Сжав автомат крепче, я двинулся вперёд.