Часть 11
После всех произошедших накануне событий Егор уже не ждет какого-то чуда от первого января, но когда вечером он заходит в палату его встречает тихое:
«Привет».
Егор в оцепенении стоит на месте и чувствует, как его губы сами собой расползаются в широкой улыбке.
- О... Привет! – спохватывается он спустя примерно минуту, когда Валя уже начинает с недоумением на него смотреть. Он подходит к стулу, садится и всё никак не может стереть эту глупую улыбку со своего лица.
- А ты... Уже пробовала пастель? – выпаливает он просто, чтобы что-то спросить.
Ему очень важно знать ответит ли ему Валя. Валя всё ещё немного неловко поднимает на него взгляд и легонько мотает головой. А потом чуть слышно говорит:
- Они запакованы. Я... - и запинается.
«Я не могу открыть», - проносится у Егора в голове и тот сразу же подрывается, коря себя всевозможными словами за свою глупость.
«Как же я не подумал, что она не сможет снять упаковку!»
Хватает с тумбочки пакет и высыпает Вале на кровать:
- Я сейчас, дай мне буквально пять минут, - клятвенно заверяет он и... тут же роняет упаковку пастели, когда его забинтованные пальцы скользят по глянцевой поверхности.
- Вот черт... - вслух ругается Егор, когда понимает, что бинты на руках ничуть не облегчают задачу. - Попытка номер два! – упорно не сдаётся он и продолжает терзать скользкую упаковку в попытке подцепить неуловимый язычок оберточной линии. В конце концов, ему это надоедает и он вцепляется в упаковку зубами. Должна же она как-нибудь открыться! Он ожесточенно вгрызается в глянцевый пластик, срывает его зубами и тут же начинает плеваться, когда раскрошенные частички пастели попадают ему в рот. Егор уже открывает рот, чтобы громко обматерить производителя этого товара, как его внезапно останавливает прилетевший откуда-то сбоку едва слышный смешок. Егор так и замирает с открытым ртом. А Валя смотрит на него и её губы едва заметно дрожат. Может быть, она бы и рассмеялась, но шрамы всё ещё до конца не зажили. Поэтому она старательно сдерживает смех и смотрит на оглушённого Егора с зелёными губами.
- Давай... потом? – предлагает она, кивая на пакет.
- Давай потом, - повторяет Егор и не двигается с места. И только когда Валя начинает сама шуршать пакетом, он весь встряхивается и кидается помогать ей. Сгребает все мелочи обратно внутрь, садится на стул, берёт книгу в руки и просто тупо пялится на обложку, не веря во всё происходящее.
«ОНА РАЗГОВАРИВАЕТ СО МНОЙ!!!»
- Переверни, - осторожно советует Валя и Егор замечает, что держит её вверх ногами.
Он неловко вертит её, распахивает на первой попавшейся странице и снова тупо пялится на иллюстрации внутри, не видя их.
- Десятая глава, - подсказывает ему Валя, и Егор снова выныривает в реальность, начиная суматошно листать страницы.
- Четвертой части, - на всякий случай уточняет Валя, и Егору почему-то кажется, что она над ним смеётся. Точнее даже не смеется, а... А... А чёрт её знает!
«ОНА СЛУШАЕТ, ЧТО Я ЕЙ ЧИТАЮ!!!»
Его руки немного подрагивают, когда он, наконец, открывает книгу на нужной странице. Егор украдкой переводит взгляд с букв на Валю и видит, что та снова не смотрит на него. Её взгляд направлен на руки. Но в отличие от всех тех раз, когда Валя просто тускло смотрел на свои забинтованные руки и сидела как изваяние, сейчас она осторожно сгибает и разгибает свои пальцы, пытается сжать их в кулак и, когда ей это почти удаётся, она едва заметно улыбается. Сердце Егора пропускает удар. Он снова видит это солнце.
«ОНА УЛЫБАЕТСЯ!!!»
Егор безбожно залипает на эту картину. Он так давно не видел этой улыбки. И приходит в себя только, когда слышит неуверенное:
- Начинаешь?.. - Ох, да! Да, да, да, да... – Егор опять подскакивает на стуле и утыкается обратно в книгу, чувствуя, как начинают гореть его щеки. Егор запинается на сложных незнакомых словах, про себя материт фантазию Джонатана Свифта и... И не может прогнать эту дурацкую улыбку со своего лица. Да и не хочет. Его распирает изнутри это чувство эйфории, и Егору кажется, что его даже потряхивает от такого количества эндорфинов в крови. Она прекрасно слышит, как дрожит его голос, но Валя не делает ему никаких замечаний, и Егор продолжает читать. А Валя его слушает. И Егору кажется, что всё начинает налаживаться
~~~***~~~
Спустя неделю Егор перестает впадать в ступор каждый раз, когда Валя заговаривает с ним.И пусть Валя говорит пока очень мало короткими, ломаными предложениями, и, в основном, только кивает головой, но это уже такой прогресс, что о большем Егор и мечтать пока не может.Теперь их общение в палате хотя бы отдалённо начинает походить на дружеское и каждую встречу Егор ждёт с нетерпением.Он старается больше времени проводить с Валей, притаскивает ей ещё больше развивающих игрушек и материалов, помогает ей со сборкой конструкторов и с разукрашиванием картинок, и каждый раз возмущается, когда добродушный охранник в девять вечера чуть ли не за ручку выпроваживает его домой.Возмущается он, конечно, больше наигранно, потому что знает, что персонал больницы относится к нему хорошо. Уже одно то, что ему позволяют остаться в палате после завершения времени посещений, говорит о многом.За два с половиной месяца Егор успевает познакомиться со всеми врачами, работающими с Валей, и со всеми медсестрами, и медбратьями. От них Егор узнаёт всю необходимую информацию по здоровью Вали и получает справочную литературу по интересующим его темам.Он залпом глотает медицинские термины, изучает интересные случаи в хирургической практике и с интересом прислушивается к беседам врачей.
И как никогда хорошо теперь понимает, что человеческий разум вещь куда более хрупкая, чем тело. И если переломы могут зажить спустя пару месяцев, то душевную травму лечить приходится годами.Поэтому он начинает ещё осторожнее общаться с Валей, чтобы не дай Бог не спровоцировать у неё ещё один приступ, когда она только пошла на поправку.Но, конечно, это случается.В этот день Вале окончательно снимают все бинты и пластыри с лица и рук.
Перед посещением Вали его успевает поймать Мария Сергеевна и от неё Егор узнает эту новость, а также то, что после снятия бинтов у неё опять случилась истерика. И теперь она от всех прячется и отказывается с кем-либо разговаривать.Когда Егор заходит в палату, он сначала пугается, увидев пустую кровать.
Но приглядевшись, понимает, что Валя просто лежит, укрывшись одеялом с головой. Она не издает ни звука, не отвечает на приветствие Егора, и совсем не двигается.Но когда Егор, уже сам слегка паникуя, тянет на себя покрывало, из-под него вдруг высовывается рука и тащит его обратно.Красные, ломаные шрамы на тонких, бледных пальцах поразительно контрастно смотрятся на белой больничной ткани.Егор впервые видит её пальцы без бинтов.Он знает, что руки Вали уже не будут выглядеть так красиво, как раньше, но увиденное всё равно заставляет его застыть.
- Валя?.. – очень тихо и осторожно спрашивает он.– Что-то случилось?Та молчит и только сильнее закутывается в одеяло. - Если тебе нехорошо, я могу позвать Марию Сергеевну или кого-то еще, - предлагает Егор и начинает подниматься со стула, как его останавливает приглушенный голос:
- Не надо.Егор садится обратно и снова пытается вытащить Валю из её кокона, но добивается только того, что та заворачивается в него ещё больше.
- Я не собираюсь отбирать у тебя одеяло, - примиряюще говорит Егор и поднимает обе руки вверх. – Просто скажи, почему ты прячешься?- Я не хочу... - едва слышно говорит Валя, и теперь Егор явно слышит в голосе слёзы и все признаки нарастающей истерики, – ...чтобы на меня кто-то смотрел.
«Значит это из-за шрамов...» - понимает Егор.
Он знал, что рано или поздно этот вопрос всплывет на поверхность. И психотерапевт Вали много раз его об этом предупреждал. Самое главное, что запомнил Егор из его советов, так это то, что никоим образом не стоит показывать пациенту, что его внешность тебя ужасает.
- Эй, - осторожно зовет он, - ты можешь показаться мне. Я ведь уже видел тебя.
Тишина. -
И я тебя не боюсь, - добавляет он спустя пару секунд, ожидая хоть какой-то ответной реакции. – Я не думаю, что ты страшная.
- Я уродина... - сдавленно доносится из-под одеяла и теперь Егор отчетливо слышит тихий всхлип.
- Ну, какая ты уродина... - фыркает Егор. – У тебя же самые красивые глаза на свете!И резко замолкает, когда понимает, что он только что ляпнул. Раньше он это вслух никогда не говорил.Только самому себе. И только в мыслях.А всхлипы под одеялом вдруг прекращаются и Валя замирает.
«Прислушивается», - понимает Егор и решает дальше ковать железо, пока горячо.
- Я... Я и вправду так думаю, - тихо говорит он и наблюдает как из-под одеяла показывается макушка и кусочек уха Вали.- Я думаю, что... Я примерно знаю о чём ты сейчас думаешь, - неловко продолжает Егор. – Я как-то читал большой справочник по психологии, там описывалось много разных и интересных синдромов, комплексов и патологий... И там было описание комплекса Квазимодо, это немного походит на нашу с тобой ситуацию, но не суть... Я просто хочу сказать, что я знаю, что ты очень переживаешь из-за шрамов, но их ведь можно свести в будущем. С любого места. Тем более, они не всегда будут такими яркими. На прошлой неделе я брал у Людмилы Петровны энциклопедию по дерматологии и читал про образование рубцов и шрамов на коже. В общем, ты знала, что они имеют несколько стадий?
Валя стягивает одеяло ещё ниже и смотрит на Егора. Т
от тактично не замечает покрасневших глаз и слёз в их уголках.
- Если вкратце, то на каждой такой стадии внутри твоей кожи происходит куча процессов, и постепенно шрамы под их влиянием становятся всё бледнее и бледнее. Конечно, они не исчезнут совсем, но они уже не будут выделяться на коже. Кстати, я говорил тебе, что нашел хорошую клинику пластической хирургии? Мы сможем сделать там тебе операцию, и ты будешь выглядеть ещё лучше, чем была.
Валя, кажется, совсем в это не верит, но всё равно обречённо кивает. И Егор думает, что после всех сказанных сегодня слов, после этого обещания, он просто обязан найти деньги на эту операцию.
Он обязан.
~~~***~~~
Через пару дней Егор находит вторую подработку. Работа не самая лучшая – мыть посуду в ресторане ночного клуба, и, конечно, совсем не легальная, но больше выбора нет. Ему и так чудом досталась хоть эта возможность.Виолетте он наплетает что-то про охрану пустых складов и полную безопасность и торопливо скрывается из дома, пока мать не засыпала его вопросами.Теперь его день расписан буквально по часам. С восьми утра до пяти вечера он работает в кафе официантом, потом бежит в больницу к Вале и сидит с ней до восьми. Потом, если успевает, забегает к себе домой и оттуда уже бежит на вторую работу в клуб, где лихорадочно моет тарелки, бокалы и прочее, а иногда даже и здесь разносит еду (потому что некоторые подвыпившие посетители дают за это чаевые).
В пять утра клуб закрывается, Ибо приползает домой, спит час-полтора и встает в семь часов, чтобы к восьми успеть на свою смену в кафе.Иногда он успевает вздремнуть в кафе, когда там нет посетителей.Иногда он умудряется часок поспать на стуле на кухне клуба, где за стеной одуряюще ревёт музыка.Но он никогда не пропускает часы посещений в больнице.
Они с Валей больше не поднимают тему внешности, но спустя две недели подобного марафона Егор начинает подозревать, что он и сам выглядит не самым лучшим образом.Тёмные круги и мешки под глазами становятся неотъемлемой частью его лица, как и кофе в руке. И кажется, он даже сбрасывает пару килограммов, потому что просто забывает есть, бегая туда-сюда с заказами по кафе или по клубу.
А сумма в тайнике растет катастрофически медленно. В этом бесконечном водовороте дел незаметно пролетает неделя и в один из дней, когда держаться на ногах помогают только кофе и сила воли, Егор вдруг видит знакомое лицо среди посетителей кафе.
Это тот самый парень, за которого когда-то заступилась Валя за мусорками в школьном дворе. Сегодня он в компании одноклассников, они шумят и улыбаются, но стоит Егору подойти к ним с меню, как за столом наступает тишина.Ребята сначала испуганно переглядываются между собой, но, заметив на Егоре униформу официанта и меню в его руках, вдруг преисполняются самоуверенностью:
- Смотри-ка, это же Егор, - тянет самый смелый из них и смотрит на Егора в упор.
– Так после того, как тебя выперли из школы, ты теперь здесь работаешь служанкой?
Егор только крепче стискивает зубы, не позволяя гневу взять над собой вверх.
«Нет. Соберись, Егор! Мне нельзя устраивать конфликты на рабочем месте. Мне нужна эта работа».
Поэтому он просто кладет меню на стол перед гостями, заучено произносит приветствие и пытается сбежать, как можно скорее, но его тут же останавливают:-
Эй, ты! Мы тебя не отпускали! К ноге! Мы хотим сделать заказ.
Это чертово «К ноге!» неприятно режет по ушам и сильно бьёт по самолюбию.
Но Егор лишь сдержанно выдыхает и возвращается назад. Он знает, что сейчас над ним будут издеваться, вымещать всю злость и обиду, что накопилась за то время, пока сам Егор издевался над ними. Но еще Егор знает, что сможет это всё стерпеть. Потому что он не может потерять эту работу. Так и случается. Егор выслушивает тонну издевательств в свой адрес, его гоняют как сидорову козу по любой мелочи, просят заменить каждый напиток и каждое блюдо, но апофеоз наступает тогда, когда Егор приносит уже в третий раз переделанный из-за недовольства гостя чай и его просто демонстративно выливают Егору на ноги.
- Черт! И на меня тоже попало! – возмущается вдруг один из парней, сидящий с края. Он хватает салфетки, но не торопится сам вытирать мокрый кроссовок. Вместо этого он бросает салфетки на пол, рядом со своей ногой и подталкивает их к Егору:
- Давай, вытирай! Ты же сегодня нас обслуживаешь? Ну? Вставай на колени и вытирай!И ухмыляется так, что Егор с трудом удерживает себя от удара по этой челюсти. Поднос в его руках трясётся.
- Хватит! – вдруг слышит он и справа поднимается тот самый восьмиклассник.
- Ну, не порти веселье! – тут же поднимается гомон за столом.
- Довольно! Мы уходим отсюда! – ещё громче повторяет он и обводит ребят за столом пристальным взглядом. Видимо, он имеет какой-то вес в этой компании, потому что спустя минут десять недовольных бурчаний стол пустеет.На месте остаются только Егор и этот парень.Признаться, Егор ошарашен таким поворотом событий, и думает, что сейчас ему придётся выслушать порцию оскорблений и от оставшегося паренька, но тот снова поражает.
Он встаёт напротив Егора и вдруг произносит:
- Я извиняюсь за поведение своих друзей.
«Совсем как Валя...» - проносится у Егора в мыслях, когда он вспоминает начало учебного года.
Его мысли снова путаются, когда на них наслаивается другая картинка, где Валя просит ударить её вместо другого.И Егора вдруг простреливает новая, совершенно невероятная мысль:
«Может потому Валя тогда и заступилась за него, чтобы он сейчас заступился за меня?..»
- Я оплачу счет, - продолжает парень, не замечая застывшего Егора. Но его руку, потянувшуюся за телефоном, внезапно останавливает чужая.Парень удивлённо вскидывается и Егор стремительно отступает на шаг, разворачивается к столу, пытаясь скрыть выражение своего лица:
- Не стоит. Я оплачу ваш обед, - бросает он через плечо, усердно начиная вытирать мокрую скатерть.
- О... Спасибо... - неловко благодарит парень. - Это за то, что вмешался, - поясняет Егор.
Он проводит по столу тряпкой в последний раз, выпрямляется и так же неловко говорит:- И... спасибо за это.Паренек смотрит на него круглыми глазами и в ступоре кивает. А потом просто замирает как истукан, когда слышит продолжение:
- Извини за то, что я так обращался с тобой в школе.Парень, кажется, цепенеет от слов Егора. Он долго молчит, потом кивает, пару секунд еще изумлённо топчется на месте, а потом идет к выходу. У порога он всё же разворачивается, видит Егора, неуклюже улыбается и вскидывает руку в прощании.Егор едва заметно усмехается и вскидывает руку в ответ.Звякает колокольчик на двери. Егор долго смотрит вслед и почему-то чувствует, что на душе стало гораздо легче после этого спонтанного и неловкого разговора.
«Оказывается, быть хорошим не так уж и плохо...» - ухмыляется он и возвращается к работе.