16 день. Не желанная встреча.
Здравствуй, утро хуевое, зачем ты только приходишь. Нет бы исчезнуть. Так нет же, каждый гребаный день приходит. Так походу еще и с будильником договаривается. Ладно я, постоянно должен мучиться, так как судьба (или что там) меня не любит, но, а что Юлька плохого сделала? За что ее мой будильник наказал? Хотя, ей тоже в садик вставать. Бедный ребенок. Пролежав на кровати пять минут, я пошел в душ. Слава Богу он не в сговоре с этими двумя скотинами: утром и будильником. Вода теплая, уютная, под ней спать можно. Но мне нельзя. Я усну, набежит вода, зальет соседей, а еще я задохнусь под водой, опоздаю в школу, Арсений из-за этого позвонит маме и все узнают, что я спал в душе. Какой позор. Я вышел из душа и пошел в кухню, где посмотрев на часы, понял, что позавтракать я не успею.
— Антон, а где Юля? — Спросила меня мама, забежав на кухню.
— У меня в комнате, — Ответил я, наливая молоко (Которое магическим образом появилось в холодильнике) в миску Сени.
— А что она у тебя делает?
— Спит.
— А почему не у себя в комнате?
— Я не знаю! — Чуть прикрикнул я, — Она вчера пришла ко мне, мы с ней разговаривали, а потом она уснула у меня на кровати. Все.
— А перенести ее ты не мог? — Мать тоже прикрикнула.
— Она проснулась бы, — Уже крикнул я и пошел к себе в комнату, где уже во всю ворочалась Юля, — Привет, Принцесска. Вставай, тебе в садик надо.
— Не-е-еть, — услышал я из-под одеяла, — я не хочу...
— Ну я тоже не хочу в школу идти, но что поделать. Вставай, — После этих слов, Юля встала и, хныкая, пошла в душ. А я начал собираться в школу, и так времени осталось немного (а точнее его нет).
И вот я уже весь одетый бегу на остановку под дождем и пытаюсь покурить, потому что зонт для слабаков. И, хоть дождь и сигарета — это разные стихии, у меня получается. Правда, успел одну, вместо трех, но это лучше, чем ничего. И как я не опаздывал, на автобус я попал. Сел, воткнул наушники и пропал из этой реальности... И тут наушники с меня слетают и в ушах появляется жуткий писк. А потом ржач. Я открываю глаза и вижу, мать его назад роди, Макара.
— Мда, Шастун, второй день подряд, — Продолжая угорать, еле как произнес Илья.
— Макар, а ты так хочешь меня седым увидеть? Так до этого не долго.
— Ой, да ладно тебе. Не так уж сильно я тебя пугаю. Поседеть, не поседел бы, но заикой стал бы.
— Как оптимистично! — С сарказмом ответил я.
— А то! Ладно, че я к тебе подошел-то. Спасибо тебе. Ну, за вчерашнее.
— Да не за что. Не зря мы хоть спектакль разыгрывали?— Ага, три профессиональных актера на выезде.
— Вообще не зря. После того, как ты ушел, мы разговорились, я проводил ее до дома, а она меня поцеловала. Прикинь! — Столько восторга я видел, только когда мы с Юлькой за котенком пошли. — Кстати, мы видели, как тебя Арс на улице с сигаретой поймал. Сильно влетело? — Ах нет, четыре актера.
— Да нет. Просто заставил выбросить. Ну, правда, теперь я боюсь ему попадаться, мало ли что.
— Ну да, это же Арсений. Он, походу, вообще безбашенный. — На этой фразе я улыбнулся.
— Ага. Ему, походу, все можно. — Мы засмеялись и вышли из автобуса.
Пока мы шли до школы, Макаров внаглую забрал у меня один наушник и мы вместе слушали мою музыку. Хорошо, что у меня провода у наушников длинные. Так мы дошли до школы. В школе нас встретили Позов и Матвиенко. Как только мы их увидели, разошлись в разные стороны, типа: «Это не мы, вам показалось». Я подошел к своим пидорам друзьям.
— Привет, — Поздоровался я с улыбкой до ушей.
— Это че за хрень? — Тут же спросил Позов.
— Ты на кого нас променял, Швабра ушастая? — Подключился Матвиенко.
— Так, спокойно, истерички. Я щас все объясню. Мы вчера исполнили задуманное и Макар теперь встречается с Машей. Он меня встретил в автобусе. И, если сказать честно, то очень напугал. Он меня поблагодарил за Машу и спросил про Арса... — меня грубо перебил Серега.
— Про Арса? Ах ты скотина, ты ему еще и про это рассказал?
— Тише, нет, конечно. Я что, придурок что ли? Просто вчера возле кафе меня встретил Арсений. — В этот момент я решил, что нам пора бы идти на русский и продолжил рассказ, поднимаясь по лестнице. — И он увидел, как я курю. Мы с Ильей начали прикалываться, что Арсу можно все. А потом мы вышли из автобуса и Макаров в наглую забрал у меня наушник. Все.
— Так, — выдохнул Армян, — ладно, поняли мы. То есть, ты теперь с ним...
— Тихо. Я знаю к чему это. Вы все равно мои лучшие друзья.
— Честно? — Спросил Позов.
— А то! — Прозвенел звонок.
— Ладно, потом продолжим. — Сказал Матвиенко и ушел за свою парту.
Я решил немного понаглеть. Именно поэтому на середине урока я залез во Вконтакт. Пока я листал стену мне пришло сообщение:
Арсений:
Антош, ну не наглей. Тебе русский ещё сдавать. И, кстати, ты же у меня сегодня 3 урока будешь. Не боишься, что накажу?
Вы:
Ну, Арсений Сергеевич, она до меня докапывается постоянно. Каждый урок спрашивает. Причём все подряд. Можно, я хотя бы урок поленюсь?
Арсений:
Нет, Тоша, нельзя. Сам руку тяни, чтоб ответить.
Вы:
Я на других уроках буду руку тянуть.
Арсений:
И если узнаю, что сидишь через «Невидимку», пеняй на себя.
Больно надо. Я остаток урока решил просидеть в Инстаграме. Там у меня вообще учителей нет. Кстати, странно, что меня сегодня не спросили. Ну и ладно, мне же лучше. Правда после русского была физика, а там я все такой же камешек тупой. Ну, слава Богу, что учительница это знает и меня лишний раз не спрашивает. Вот и сегодня меня не трогали. Поэтому я со спокойной душой, после конца урока пошел в столовую. И все очень спокойно, так не бывает. Ну может и бывает, но не со мной. У меня даже получилось нормально поесть, да и не только у меня. Нас за столом стало слишком много: я, Позов, Матвиенко (это основной коллектив), Макаров и Ладонова. И всем было вместе хорошо, как-то душевно.
После столовой мы все вместе пошли на биологию. И тут я понял, что все что было раньше — это затишье перед бурей. Нам дали писать контрольную на два часа. Я решил на это безобразие пожаловаться. А пожаловаться я мог только одному человеку:
Вы. 11:17.
Это кпц какой-то!
Скрытый номер. 11:19.
Что случилось, солнце моё?
Вы. 11:22.
Контрольная по биологии, в которой я тупой.
Скрытый номер. 11:28.
Ну зайчик, напиши хоть что-нибудь, тебе не нужны двойки. А если ты будешь в телефоне сидеть на контрольной, то у тебя вообще ничего не будет
Вы. 11:37.
Я смог решить 7 заданий! Успех!
Вы. 11:37.
А ты что, не хочешь, чтобы я с тобой переписывался?
Скрытый номер. 11:42.
Я рад за тебя. И я хочу с тобой переписываться. К тому же ты мне первым написал. А ещё сильнее я хочу с тобой увидеться. Кстати, это будет скоро.
Я так и не понял, когда мы встретимся. Все-таки, я тупой. Второй урок я занимался только биологией. И, о Боги, я все сделал! И как мне кажется, все правильно. Но это не точно. А после биологии было мое любимое обществознание. И это странно, но я впервые за день увидел Арсения. Он был, как всегда замечателен. И эти голубые кеды, это же просто произведение искусства. А его внешность, это же лучшее творение природы. И как мне теперь слушать его урок? Даже два. А нет три, еще допы. Я же потеку через пять минут после начала урока. После звонка на урок, я понял: чет я залип. И Арсений, по-моему это тоже заметил. Я отвернулся и покраснел, я даже кожей почувствовал, как учитель улыбнулся. Последующие два урока я слушал его голос, не понимая о чем он говорит, и смотрел на него. Кстати, он тоже смотрел на меня. За эти два урока до меня наконец-то дошло: я тоже нравлюсь Арсению. Но я не буду ему говорить о своих чувствах. Пусть он первый.
Дополнительные. Странные дополнительные. Я никогда не думал, что с учителем можно будет пить чай на полноценном уроке. Но я и Маша слушали какие-то истории от Арсения, попивая чай с конфетами. Но все истории были по теме допов. И запоминалось легче. Кстати, не было тех гневных взглядов в сторону Маши. Похоже, что уже вся школа знает, что Маша с Макаровым. Но, зато взглядов в мою сторону стало гораздо больше нормы. Я не мог даже глаза поднять, чтобы не пересечься с ним взглядом. После дополнительных я быстро вышел из школы. Уже подходя к остановке, услышал:
— Здравствуй, котик, — Я обернулся и охуел. Да нет, я даже не охуел, что-то еще более ужасное произошло.
— Ты? — У меня не хватало слов, одни эмоции.
— Я, мой хороший, — Он взял меня за руку, — Давай сходим куда-нибудь?
— Не трогай меня, Гоша! — Я уже начал орать, — Ты знаешь, как долго я пытался забыть все. Ты знаешь? Да нихуя ты не знаешь!
— Замолчи! — Крикнул Гоша и прижал меня к себе. — Котик, ну у меня же остались фотографии с нового года. Хочешь, чтобы твои новые друзья узнали все? — Очень спокойно, как удав, сказал бывший одиннадцатиклассник.
— Да пошел ты! — Крикнул я и вырвался из его объятий.
— Хорошо. Тогда завтра все те же фотографии, которые ты видел перед зимними каникулами, ты увидишь очень скоро, котик мой.
— Так, что тут происходит? — Услышал я до ужаса знакомый и любимый голос.
— А ты вообще кто? — Спросил чертов Гоша.
— Я его учитель. — Спокойно ответил Арсений.
— А я его друг. Мы давно не виделись и вот я его случайно здесь встретил. Правда, Тох? — Я впал в ступор и боялся что-либо сказать. Арсений ответил за меня:
— Что-то Тоша не очень рад тебя видеть.
— Да он просто удивлен. Давно не виделись и так случайно наткнулись. — С улыбкой «Шерлок ебанный, вали отсюда, а то хуже будет» продолжал Гоша.
— Ну может и удивлен, но точно не рад тебя видеть. Да, Антош? — Я аккуратно качнул головой. — Садись в машину. — Я тут же последовал указаниям.
— Мы еще увидимся, Антон. — Гаденько сказал этот урод. Я не оборачиваясь дошел до машины, и залез внутрь. Из окна я видел, как Арс и Гоша перекинулись парой слов, а потом мой (и только мой) учитель злой пошел к автомобилю. Как только он сел на водительское сиденье, резко рванул с места, кажется на скорости сто километров в час. Я сидел и боялся издать звук. Минут через пять, когда мы уже подъезжали к моему дому, Арсений начал говорить:
— Кто это был?
— Старый знакомый, — Почти шепотом ответил я.
— И что он от тебя хотел?
— Сходить в кафе.
— А почему ты закричал?
— Я. Я п-просто не хочу его видеть. — Сильно заикаясь ответил я. Автомобиль остановился. — Я пойду.
— Стой, Тош, — Арсений схватил меня за руку, а я и не сопротивлялся. — Я слышал ваш разговор. Что он такого сделал?
— Ничего. Мы просто с ним поссорились сильно.
— А что за фотографии?
— Просто фотографии. У всех же есть неудачные фотографии друзей. — Я усмехнулся, но получилось это не очень. — Я могу идти?
— Ты мне врешь.
— Что? — Уже открыв дверь, спросил я.
— Иди. — Я вышел из машины даже не попрощавшись.
Быстро добежав до квартиры, я забежал к себе в комнату и закрыл дверь. Тут меня прорвало. Почему? Почему вернулся этот Гоша? Почему он сделал со мной так? Почему он так со мной обращается? Почему появился Арсений? Почему я в него влюбился? Почему он так со мной возится? Почему я все еще жив? Почему я такой проблемный? Просто почему? Почему так больно?
Я встал с пола, на котором сидел все это время подошел к столу и нашел уже разобранную строгалку. Упав опять на пол, я задрал футболку, в которой был в школе, и нанес несколько порезов параллельно ребрам и получились кресты из-за пересечений со старыми линиями. Но сколько бы я линий ни провел, легче не становилось, было все так же больно. Я снял браслеты. А что, мне нечего терять! Я порезал запястья на обеих руках и, когда кровь начала капать на пол, мне стало легче. Я закинул голову к верху и начал пялить в потолок. Не знаю, сколько я так просидел, но походу очень много, потому что, когда я опомнился и посмотрел в окно, там было темно, а кровь на руках застыла. А я думал, она будет идти, пока я не умру. Поднявшись, я пошел в душ, смывать кровь. Юля и мама были уже дома, а это значит, что я просидел примерно четыре часа. Кошмар. Может, я все-таки умер? Или хотя бы сознание потерял? Ну это похоже на правду. Потому что невозможно просто так просидеть четыре часа без движения. Помыв руки, я вернулся к себе в комнату и завалился на кровать. Через несколько минут ко мне на грудь прыгнул Сеня и уснул. Я переложил его на диван, взял и заполнил дневник, после чего с кровати залип в потолок.
***
Дорогой Дневник,
Сегодня ужасный день. Но обо всем по порядку.
Утром ничего не предвещало беды. В автобусе я встретил Макара и мы с ним разговорились. В школе все было замечательно. Даже допы прошли безупречно. А вот потом...
Возле школы я встретил Гошу. Я думал, что у меня галлюцинации. Но нет, это и правда был он. И он мне типа угрожал фотографиями. Но меня спас Арсений. И отвез домой. Мне было страшно. Мне было очень страшно, как никогда. Мне было больно. Такую боль никто никогда не чувствовал.
Дома я порезал руки на запястьях, но, видимо, не сильно, раз пишу все это. Но это единственное, что я смог тогда сделать.
16 день. 16 сентября. Антон.