Бонус
Кейт не любила спать. Во сне она считала себя беззащитной и слабой. Да еще и чертовы кошмары, преследующие девушку чуть ли не каждую ночь. И вот, после очередного ночного ужастика, девушка вскакивает с кровати. Растрепанные после сна волосы мешали видеть. Страх в глазах медленно отступал. Это был всего лишь сон. Всего лишь сон… который раскрывает ее истинные страхи. Последние остатки сна ушли вместе с холодной водой. Под тонкими струями становилось легче, казалось, что вода смывает и душевные переживания. Воспоминания ударили в голову Кейт. Она вспомнила о своем детстве, о Джессике… для Кетрин эта девушка была сестрой, как и Рейчел. И сейчас она волновалась за нее. Прошла неделя с тех пор, как Джесс завалилась к ней домой с ранами и обморожениями по всему телу. До сих пор на душе скребли кошки. Кейт волновалась за лучшую подругу. Взяв полотенце, она посмотрела на себя в зеркало. Оттуда выглянула девушка с иссиня черными волосами, доходившими до пояса. Серые глаза уныло смотрели на отражение. Алые губы были вытянуты в ухмылку, вечно присутствующую на лице. Все в ней говорило о красоте и женственности. Не задерживаясь возле зеркала, она пошла готовить завтрак. Мысли были далеко-далеко. Она возвращалась в прошлое.
На площадке играло три пятилетние девочки. Похожие, как две капли воды сестренки смеялись над тем, как третья пытается их различить. Прическа, одежда, манеры поведения… их было не отличить. Но в конце концов девчонка изловчилась и указала пальцем на девочку слева.
- Ты Хару! - радостно завопила она. Девочка в недоумении посмотрела на себя, пытаясь определить отличие от сестренки.
- А как ты узнала? - разочарованно пробормотала Джессика.
- Только Хару начинает накручивать на палец локоны волос, когда видит Сэма.
Джесс покраснела под цвет своего платья. Теперь Кейт была более чем уверенна, что перед ней Анна. Рейчел подошла к сестре и обняла ее.
- Не волнуйся. Мы с Кетрин не выдадим твою тайну, - девочки знали, как ранима была Джессика, поэтому никогда не доводили девочку до слез. Лучшие подруги, можно сказать, сестры. Но не долго просуществовала троица подруг. Вскоре Рейчел оставила после себя лишь воспоминания и лужицу крови на асфальте. Кейт до сих пор не могла до конца достучаться до той, прежней жизнерадостной девчонки. Хару перестала существовать, умерла вместе с сестрой-близнецом, оставив после себя Джессику.
Задумавшись о своем, девушка порезала ножом палец. Алая кровь хлынула на холодную сталь. Вечно она пребывала в своих воспоминаниях, забывая о реальном мире. Из глаз хлынули слезы, но не от пореза. Иногда воспоминания были настолько живыми, что девушка переживала все заново. И с каждым разом было все больнее и больнее. Кейт догадывалась, что с Анной происходит то же самое. Воспоминания были тяжелые, резали хуже ножа. То, что хотелось забыть навсегда, напоминало о себе ежедневно.
Выбросив лишние мысли из головы, Кейт позавтракала и села за уроки. Ей не терпелось опять пойти в школу и расспросить обо всем свою подругу.
Спустя несколько дней она заболела и не смогла отправиться в школу. Девушка уже и не надеялась встретить давнюю подругу. Но вот она выходит из здания школы… В компании с парнем! Глаза Кейт полезли на лоб. Неужели у ее лучшей подруги появился ухажер?! И она об этом не знала?! Подбежав к Джесс, она мгновенно оценила парня. Черные волосы доходили до лопаток, на бледном лице была маска, глаза голубые и ясные. Кивнув подруге и прошептав "Годен" она улыбнулась. Разразившийся спор продлится недолго, так как парни, шедшие позади, поторопили ребят. Кетрин была не против того, что Джессика уходит. Она была рада, что им удалось поболтать. Как камень с души упал…
Кейт было стыдно признавать, что без подруги ей тяжело в обществе. Опять нахлынули воспоминания о том времени, когда Джессика отходила от шока смерти сестры. Тогда шестилетняя девочка осталась в школе одна. Та пора была самой худшей для нее. Девочка, едва пришедшая в школу, получила прозвище "Кукла Барби". Сразу же пошли плохие слухи про Кейт. Жвачки в волосах, подставы, дразнилки… все это свалилось на голову маленькой девочки за то, что она была чуть-чуть не похожей на других. И вправду… ведь когда хулиганы начинали избивать слабых, она заступалась за них, преграждая путь обидчикам. Стало немного легче, когда Джесс начала поддерживать ее, однако потом и подруга превратилась в козла отпущения. С тех пор они стали еще более дружными, однако…
Воспоминания прервались в тот момент, когда раздался звонок телефона. Звонила Мари. Кейт была не в курсе ее предательства, поэтому с радостью в голосе заговорила.
- Привет, Мари. Давно ты не звонила.
- Привет, - слащавым голосом ответила девушка. Она явно звонила с целью.- Послушай…, я не хочу тебя огорчать, но… Джессика совсем испортилась. Она сплетничала мне про тебя.
Кетрин замерла, не в силах пошевелиться. Чтобы ее лучшая подруга… да сплетничала про нее! Она просто не могла поверить. И тут до нее медленно начало доходить. Наигранно расстроенным голосом она произнесла в телефон:
- Она не могла так поступить. Когда она тебе такое сказала?
- После школы, - не задумываясь, ляпнула Мари.
- Правда? Я тоже встретила ее после школы и она ничего не сказала.
- Зато мне она про тебя говорила, - все больше и больше врала она.
- Как жаль. Не думала, что Анна так меня подставит. Да еще и парня себе нашла.
На проводе повисла пауза. Казалось, Мари сейчас поднимала челюсть с пола. А у Кейт сомнений было все меньше и меньше. Она была уже почти уверенна, что Мари врала. Теперь последний штрих.
- А как тебе ее новая прическа?
- Не знаю, Кейт. По мне ей не идет с короткой стрижкой, - без сомнения в голосе заявила девушка. Дело в том, что Джессика давно хотела остричь волосы. "Вот ты и попалась, наглая лгунья."- ухмыльнулась подруга. Как же хорошо было, что она открыла ложь. Чего уж не переносила Кейт, так это лицемерие и клевету. Да, Джесс изменилась. Но Мари уж точно не имела такое в виду. И это значило, что больше она не их подруга.
В конце концов настал вечер. Кейт, вымотанная болезнью, легла в кровать. За целый день многое произошло. И о многом нужно было подумать. Для этого и существовала ночь. Только в это время человек может здраво и без эмоций размышлять о своих проблемах. И Кейт была не исключением. Для нее все еще было загадкой то, что заявила Джессика в день когда ввалилась на ее порог истекая кровью.
"Спасибо тебе, что ты у меня есть. Без тебя мне даже некуда пойти. За мной придут где-то через час. Лучше тебе пойти в кино на время. Наверняка Бен проследит, с какого компьютера был сделан заказ на билет."
"Мне надо спешить! Каждая секунда на счету. Задержусь хоть где-то - меня убьют."
Эти слова Кейт прокручивала миллионы раз. Но Джесс и намека не давала на то, что с ней случилось в тот день. Она была жизнерадостная, завела себе парня. Так почему же тогда она говорила такие вещи?
Девушка еще долго не могла заснуть. В конце концов она взяла наушники и включила музыку. Даже под орущие колонки, играющие рок, она могла заснуть. Стоило лишь нажать на play. Слушая музыку она спрашивала себя об одном: о чем же сейчас думает Джесс?
Девушка немного поворочалась, но в конце концов заснула под любимую песню. И даже крики о помощи и мольбы о пощаде не доносились до спящей.
А Джессика была сильно расстроена уходом Джеффа. Ей было стыдно. Прочитав, кем на самом деле является Офф, она почувствовала стыд. Джефф спас ее, а она грубо с ним обошлась. Совесть не оставляла ее в покое, и в конце концов она взяла листочек и черную ручку. Войдя в комнату она застелила постель и убрала весь тот хлам, что накапливается многие годы. После уборки на взбитой подушке лежала записка "Извини". Осмотрев комнату, она увидела массивный шкаф, стоящий в дальнем углу. Интерес пересилил здравый смысл, и она открыла дверцы. На пыльных полках стояли совершенно разные вещи. В правом углу лежал старый заржавевший нож. На его рукоятке красивыми золотыми буквами было написано: "Любимому соседу Питеру Вудсу в знак прощания. Для нас ваша семья всегда будет лучшими друзьями." Слева лежала белоснежная толстовка на несколько размеров меньше нужной Джеффу. Кровь почернела и больше походила на засохшую грязь. Видимо, он сильно дорожил этими вещами. Еще много безделушек стояло на полках. В углу лежал бело-зеленый шарф, напоминавший шарф Слизерина. А в углу стояла шкатулка. Красивая, с изящной резьбой, она стояла в самом углу. Открыв ее, Анна услышала знакомую мелодию. Она была нежная, слегка печальная. Очень давно такой же мелодии учил ее Джон. Знаменитая, наверно. В шкатулке лежало фото. Улыбающиеся дети стояли в обнимку родителей на фоне нового дома. Счастливые лица ничего не омрачяло. Джефф и Лью тепло улыбались. У старшего брата был тот самый шарфик. Теперь все стало ясно. Девушке стало ясно, что перед ней. Это было уголком памяти о его старой беззаботной жизни, лишенной убийств и проблем с милицией. Очутившись в безумной реальности, Джефф все же хранил кусочек того, чем дорожил.
Вскоре выпустивший пар Джефф пришел домой. Офф уже улегся спать, так что он пошел в свою комнату. На его удивление все было чисто, а на подушке лежала та самая записка. Рядом с ней спала девушка. Видимо она сильно устала за сегодня, так что маньяк не стал ее будить. И все же она была классной девчонкой. Для убийцы всего за месяц она стала лучшим другом. Убрав белоснежную прядь волос с ее лица он улыбнулся.
- Дурочка, - прошептал он и улегся рядом с ней. Тепло ее кожи согревало. Обняв ее, он, наконец, мог крепко заснуть, уткнувшись носом в ее волосы. Сон пришел мгновенно. И в этот момент ему ничего не надо было, кроме этих белоснежных волос.