1
Знаете, как себя чувствует человек, вставший в шесть утра?
А я знаю, но, честно, лучше бы оставалась в счастливом неведении.
Встать в шесть утра это выглядеть как сонная муха целый день, не успеть умыться, не сделать укладку, завтракать на бегу и надеть первое, что попалось под руку. Одна из самых ужасных вещей - нет времени, чтобы зайти в инстаграм и твиттер.
И ради чего все эти жертвы?
Ради этой чёртовой работы.
Конечно, я хочу поработать летом, конечно, я хочу угробить три месяца каникул на работу с восьми утра и до девяти вечера. Конечно! Кто бы сомневался?
Да чихать я хотела на вашу работу!
Несомненно, в семнадцать лет ты уже стопроцентно захочешь сама зарабатывать, сможешь купить что-то, что всегда хотела, или, в крайнем случае, спустить все деньги на тонну мороженого.
Но когда ты представляешь себе работу, наверняка думаешь о разносе газет по утрам, раздаче листовок на улице, или чтении детям в местной библиотеке. Это мечта, а не работа.
И я надеялась, что буду делать летом что-то из этого списка.
Какая же я наивная!
В семь утра город уже потихоньку начинал просыпаться, что нельзя сказать обо мне. Чем больше прохожих попадалось мне навстречу, чем бодрее становилось раннее утро, тем больше мне хотелось спать.
Сесть на скамейку в парке и уснуть. Или вернуться домой, забраться в свою комнату по пожарной лестнице, как я всегда обычно делаю, и проспать до завтра.
Сорок часиков, как говорил кот Гарфилд.
Какая прекрасная идея, однако...
Но есть одна крохотная поправочка. В половине восьмого я должна быть на рабочем месте. В небольшом местном парке развлечений, за кассой ларька с попкорном и сахарной ватой.
У меня самая убогая работа, знаю, не напоминайте мне об этом, не травите душу. Я итак всем своим существом хочу провалиться сквозь землю. Не дай Бог, кто-нибудь из знакомых увидит меня в парке аттракционов!
Моя репутация будет погребена в попкорне.
Переходя перекрёсток, я трижды оглянулась, прислушалась и проверила, нет ли тут кого-то, кого я знаю. Обычно здесь проходит почти вся старшая школа, всё-таки это главная улица, а быть замеченной не хотелось.
Поэтому я глубоко вздохнула, натянула капюшон своей невзрачной серой толстовки и вставила в уши наушники, предварительно включив первую попавшуюся в плейлисте песню.
Так меня точно никто не заметит.
Я ускорила шаг, в ушах грохотало что-то из репертуара Panic! At The Disco, блокируя для меня весь реальный мир. Главное, чтобы меня никто не заметил.
Я тень.
Я тут случайно мимо проходила.
Нет, я не Бриджит Ломан, она слишком гордая, для того, чтобы работать летом.
Она бы ни за что не согласилась на это.
Она слишком дорожит своей идеальной репутацией.
Быстрым шагом пересекая улицу, я даже не заметила несущегося позади велосипедиста. Парень отчаянно кричал что-то, чтобы предупредить меня, но я его не слышала благодаря громкой музыке в ушах.
Мгновение и велосипедист проезжает в нескольких сантиметрах от меня, задев плечом.
От неожиданности я не успела даже охнуть. Парень полетел на асфальт, захватив велик с собой.
Я испуганно стянула наушники и остановилась на месте, прямо перед ним.
-Ты как, живой? - с волнением спросила я, помогая ему встать.
-Живой, а вот ты могла не выжить, - пробурчал он, резко отдёргивая руку. - Я же кричал, что у меня нет тормозов!
Парень поднял с земли велосипед и оценил повреждения. Я хмуро рассматривала его. Кажется, этот недотёпа мне знаком.
-Я была в наушниках... - растеряно пробормотала я.
Любимчик учителя биологии, но тот, кого недолюбливает вся параллель. Обыкновенный троечник. Мальчик для битья, который проучился у нас всего лишь год и приехал, кажется, из Ирландии.
-Ага, что ещё скажешь? - фыркнул он. - Нет, нет, нет! Святые печенюшки, только не это...цепь слетела! - запричитал парень и с яростью пнул ногой колесо велосипеда. - Ох, чёрт!
-Ну, я пойду, и без меня разберёшься, - поняв, с кем разговариваю, я поспешила скрыться.
Проклятый перекрёсток!
Если кто-то увидит, что я говорила с Найлом Хораном по пути на работу в парк развлечений, то моя репутация будет не просто погребена в попкорне, она будет предварительно мумифицирована сахарной ватой.
Не хватало только общаться со всякими изгоями общества! Ещё бы милостыню бомжам подавала для полного счастья!
Бридж, ты идиотка!
Лучше бы поехала на озеро Мичиган с мамой и сестрой! Зачем, ну зачем ты решила выпендриться и пойти на работу летом?!
Чувствую я, к началу следующего учебного года про меня поползут слухи и сплетни.
И прощай нормальная жизнь.
Прощай, Бриджит Ломан, без пяти минут отличница и одна из самых лучших учениц в нашей школе.
Прощай, нормальное лето.
День складывался ужасно, начиная с самого утра.
Около ворот, ведущих в парк, меня остановил охранник.
-Девушка, парк открывается с девяти часов, - хмуро сказал он.
-Я здесь работаю, - без энтузиазма протянула я. - Ларёк с попкорном и сладкой ватой. Я была бы счастлива быть просто заблудившимся человеком, но разве моя кислая мина не говорит о том, как сильно я хочу сбежать?
Охранник, которого, к слову, звали мистер Филипс, посмеялся и пропустил меня на территорию парка аттракционов.
Пока я лениво плелась на своё рабочее место, услышала, как кто-то неподалёку возится с велосипедом, одновременно с этим проклиная весь мир.
Так и есть.
У небольшой «парковки» для велосипедов стоял неудачник Хоран и пытался вернуть цепь, слетевшую в ходе нашей сегодняшней стычки, на место.
Зрелище было забавное, поэтому я остановилась и позволила себе понаблюдать за ним. Найл явно добрался сюда раньше меня и уже измазал все руки, разбираясь с цепью своего велика.
Совесть грызла меня со всех сторон, но я не поддалась её наездам и, чтобы не быть замеченной, поспешила в ларёк.
Кто знает, что на уме у этого крашеного придурка? Может, он расскажет всей школе, что я продаю малышне сахарную вату?
Кстати, а что он забыл здесь в такую рань? Неужели тоже работает тут?
Этого только не хватало...
Мои самые страшные опасения подтвердились: в девять часов утра, когда открылся парк аттракционов, я увидела его в противоположном моему ларьке. На парне уже была милая беленькая шапочка-пилотка с розовой каёмочкой и фартук в таком же стиле, поверх идеально белой футболки.
Он продавал мороженое.
В тот день я заметила, что он делал идеальные шарики и идеально укладывал в вафельные рожки. А потом так же идеально поливал шоколадом.
Многие дети, подходившие за лакомством, приветливо здоровались с ним и называли по имени. Значит, его здесь уже знают.
Всё указывало на то, что Найл Хоран работает в парке развлечений уже давно.