ЭФФЕКТ ДОМИНО [18+]

— Привет, — поздоровался Лиам, подсаживаясь к одинокой Кэтрин на общей паре по экономике. В это время девушка увлечено наблюдала за развитием графика макроэкономики и роста валового внутреннего продукта Франции, начиная с девятнадцатого века. Счет цифр в голове прервал голос друга Кристиана, который почему-то с издевательским взглядом, изучал её мимику, будто ожидая, что та все уже давно знает. — чем вчера занималась?

— Готовилась к докладу по экономике, — коротко ответила та, совсем не интересуясь тем же, а поэтому не стала задавать такой же вопрос. — а что?

— Просто решил, что у тебя есть свободное время после учебы, чтобы найти подработку, — блондинка пробежалась глазами по графику, где строка красным цветом устремлялась только вверх.

— Мне достаточно подработки официанткой, — голубые глаза поднялись на лицо юноши, а плечи устремились вверх. — спасибо, но нет.

— Многого теряешь, — хмыкнул Лиам и опустил руки на скамью аудитории. — стабильный заработок, сменный график, проверка на наличие половых заболеваний каждые две недели. — последние слова заставили выбиться из колеи Кэтрин, она бы даже не подумала, что с таким предложением к ней подойдет Лиам. График перед глазами стал смешиваться в кашу, где цифры и цвета сползли друг на друга, размывая суть текста. Ей стало необычайно мерзко от того, как слова снова и снова крутились по кругу в голове, будто засевшая мелодия. Захотелось поморщиться, отворачиваясь от парня. Но не от самой сути работы ей стало противно, а потому что он предложил это ей.

К счастью, эта пытка не заставила долго ожидать конца, а поэтому прозвенел звонок, означающий, что Кэтрин наконец будет на свободе от присутствия Лиама. Освободив свое место, она умчала прочь к другой аудитории, преодолев давку в коридоре и встав у окна, из которого доносился запах сухой листвы. Мерзость не отпускала девушку, от чего захотелось окунуться в ванну с ледяной водой или остудить чем-то голову, чтобы изгнать прочь это навязчивое чувство. В этот момент по коридору шел Кристиан, который явно был нацелен на поиск чего-то особенного, как ему казалось. Его зеленые глаза, вспыхнувшие пламенем, подошли к Кэтрин, которая то и делала рваные глотки воздуха со вкусом горечи. Его глаза непрестанно изучали причину недомогания девушки, из-за которой её глаза казались поникшими, почти серыми и пустыми. В его голове ворочалась мысль, что ему просто необходимо поговорить с ней, объясниться, сказать, что он никак не причастен к вчерашней ситуации и сам же является жертвой надругательства Лиама, что не пришел, так как искал мобильный телефон, а не потому что хотел поиздеваться над Кэтрин. Ему бы и на секунду не пришла подобная мысль, ведь рисование давно перестало быть центральной причиной, почему он приезжал к ней и находился рядом.

— Привет, — начал парень, уже осознавая, что девушка на него совсем не смотрит и попытался продолжить. — ты еще злишься?

— Нет, — ответила девушка и начала вглядываться в верхушки деревьев в сквере, пытаясь отогнать негативные мысли. — все это зашло слишком далеко, — Кэтрин перевела взгляд на свои руки, которые немного сжимали подоконник и рассеянно метнула плечами. — надо было закончить еще в начале.

— О чем ты? — протянул парень, приближаясь к ней, как почувствовал бурный запах тяжелой туалетной воды, которая обладала противным головокружительным эффектом и полностью перекрывал кислород. Сначала розы, а затем в ансамбль вступают цикламен с розовым перцем, что оставляют наедине с тошнотворным чувством полного раздражения. Женская ладонь с вычурным маникюром, коснулась его плеча, обнимая широкую спину и целуя в щеку, оставляя влажный след, полных губ. Студентка с угольными волосами и манящей фигурой, закрыла собой силуэт блондинки, которая осталась в недоумении и потянулась поцеловать Кристиана, но тот вовремя успел увернуться.

— Милый, как же я скучала, — свела бровки девушка и перешла на более высокий тон голоса, произнося самые различные вариации сладких прозвищ. — я думала ты вернешься ко мне в Испанию после нашей ссоры, но не дождалась и сама прилетела. — её губы вновь стали приближаться к губам Кристиана, пока тот не сделал шаг назад. — ты все еще злишься на меня? Милый, пожалуйста, прости меня. Я разозлилась, что ты тогда не пришел на встречу с моими родителями вот и испортила твою машину. Я совсем не подумала, была так зла на тебя. Ты же не злишься?

Пазл сложился. В памяти Кристиана возникли беспорядочные отрывки воспоминаний, в которых Кэтрин пыталась объяснить, что не причастна к автомобилю и пыталась всячески донести свою невиновность.

...

— Клянусь, это не моих рук дело,  я здесь была только первый день.

— Слушай, вышла ошибка. Это все какая-то чушь. Я даже не..

...

Она не виновна. Все это время. Её руки даже не касались черной отделки авто в первый день учебы, она лишь оказалась не в тот момент и не с тем человеком. Это была не она.

— Милый, а кто это? — повернулась девушка и уставилась взглядом на невзрачность внешних черт Кэтрин, которая в то время, стояла с удивленно распахнутыми голубыми глазами.

— Жаклин, не сейчас.. — заговорил Кристиан, но оборвал свою речь, видя как Кэтрин уходит с минного поля, где только что раскрыли её главный секрет. Она не виновна.

Кэтрин брела по пустому Вашингтонскому мосту со стороны Бронкса, где сейчас не горело ни единого огонька. Другая сторона моста была украшена в вывесках и отражении света высочайших зданий, где подписывались контракты на пару десятков лет, где ужинали состоятельные семьи и ходили по бутикам светские дамы. Глядя на дороговизну другой стороны моста, она сложила руки в карманы пальто, пытаясь скрыться от октябрьского ветра, окруживший фарфоровое тело. Она ступала на грязный бетон ботинками, стараясь не думать ни о чем, что могло её сейчас расстроить. Будь то приближавшиеся экзамены, крошечная зарплата в кофейне, порванное пальто, или он и его портер, который остался на кухне одиноко наблюдая за очередным сменяющимся закатом, снова оставаясь нетронутым. Девушка вбирала в свои легкие вечерний запах, который мешался со звуками Манхэттена и разбойнического шума Бронкса. В голове пусто. Кэтрин облокотилась о дряхлые поручни, соединяя руки в теплый замок. Тело начинало по-тихонько вздрагивать от поднятого ветра, но идти домой еще рано. Там слишком много вещей, которые опускались ей на плечи. Вещи, которым она сейчас не может дать возможность явиться в будни и решить их задачу. Нет сил.

— Ты дрожишь, — дрожь на теле девушки застыла, и она испуганно обернулась, глядя на силуэт Кристиана, который также нерасторопно наблюдал за ней все это время. Ему было стыдно прерывать её одиночество, но сдался, как увидел дрожь в пальцах, которым приходилось прикасаться друг к другу. Она казалась ему фарфоровой вазой, которая подрагивала от качающегося стола, что заставлял рухнуть её на пол, если бы не что-то подхватывающее её на лету. Что-то с треском сломалось, и ему пришлось выдать свое нахождение этой фразой. Желание увести ее в теплое помещение или хотя бы прикрыть от ветра было сильнее, что также не поддавалось пониманию.

— Давно ты тут стоишь? — пришла в обратное положение девушка, когда тот оказался рядом и направил взгляд на мост. Кэтрин присоединилась к разглядываю огоньков, не подозревая, что парень наблюдает за ней.

— Пару минут, — ответил Кристиан, совсем поворачивая голову к ней и не отрываясь, разглядывая её черты лица, где сейчас рисовалась тоска. От нее снова доносился этот пленительный сладкий запах, все тем же ароматом, который никак не подавался объяснению. — я не виновен. Ту записку оставил Лиам от моего имени, я весь вечер был в поисках телефона. Я правда бы не обманул тебя. — вздохнул Кристиан. — почему ты не сказала, что не виновата?

— Я хотела, — замерла девушка, снова смотря на свои руки. Когда он встретил её бархатистую руку, что сейчас сжимала вторую, ему хотелось прикоснуться к ней, распознать все уровни аромата, взять в свои ладони худые пальцы и хотя бы чуть-чуть почувствовать её касание. — но потом испугалась тебя, не выношу, когда кто-то разговаривает со мной так, я тут же теряюсь. Сначала я думала, что это не затянется дольше, чем пару дней, но дальше все шло само собой. Начались гонки. Я как будто прикоснулась к чему-то легкому и беззаботному, словно я ветер, который наполнен адреналином. Я бы никогда не села в автомобиль на гонке, тем более в роли штурмана, никогда. Но тогда для меня это было что-то новое, то что я никогда бы себе не позволила, сейчас понимаю, что это не для меня. Не могу совладать с постоянным чувством страха. Потом твой портер. Поначалу думала ты не всерьез и я даже удивилась, что ты вовлечен в это, почти также как я. Я стала принимать это за поднятие навыка, ведь портреты я никогда не рисовала. — Кэтрин оторвалась от разглядывания домов и повернулась к парню, который также наблюдал за ней. Её слова почему-то вызывали нескончаемое желание слушать, словно исповедь, которую запрещено нарушить, и в которой хочется услышать, что виной такой преданности ты. — Зря я это все. Неудачный эксперимент. — белокурая отпрянула от моста, вновь складывая руки, но на этот раз обнимая себя за плечи и отступая пару шагов назад. — Наверное это все. Рабства больше нет. Прости, что украла твое время. — извиняюще поджала губы девушка и оборачиваясь, стала медленно уходить.

— А если я приглашу тебя на чай? — спросил Кристиан, подходя к девушке и невидимо заставляя обернуться её. Лес вновь встретился с океаном, где прямо сейчас поднялся шторм из неразборчивых сложных чувств. Кэтрин внезапно прозрела, что присутствие Кристиана так и влечет её к нему, затаскивая в приятную ловушку, которая была совсем не вовремя. Она случайно почувствовала касание его дыхания на своей щеке, которое окатило ласковым объятием, когда к ней пришло озарение того, что она влюбляется в него. Солнце будто сожгло Землю, все на своем пути было уничтожено и убито дотла, но почему-то мягко нежило её кожу. Такое же чувство ощущал и Кристиан. Пусть и совсем недавно, но он прозрел, что желанием встречи преобладал не их «договор», а то притяжение, которое ощущает рядом с ней. Почему-то именно она заставляла чувствовать его маленьким мальчишкой, который только-только учится находиться рядом с девочками. В черепной коробке давным-давно сидело объяснение этому, но вырваться на свет ему было еще не суждено.

— Я подумаю, — хихикнув и мягко улыбнувшись, ответила Аддингтон, а затем обернулась в кромешную тьму Южного Бронкса.

— Завтра?

— Завтра у меня смена, — крикнула та, уже находясь на приличном расстоянии и исчезая за переделом бедного района.