6. правила?
Зайдя в квартиру, я сразу ощутила, как тепло и забота слились в этом пространстве. Свежий, но не вычурный ремонт — уютный коридор с мягким светом лампы, обои с цветочными узорами будто шептали: «Здесь тебе рады». На столике — старенький телефон и ваза с живыми цветами. На стенах фотографии — чьи-то лица, чьи-то воспоминания. В конце коридора манящий свет из комнаты будто звал меня дальше, вглубь этой новой жизни.
Сняв шарф и обувь, я прошлась по коридору, ощущая, что здесь кто-то действительно старался создать дом — не просто жильё, а пространство, где хочется остаться.
– Пошли, я покажу тебе твою комнату, — сказала мама с тёплой улыбкой.
Мы почти дошли до конца квартиры, и она указала на дверь посередине.
— Это твоя. Справа — Марат, слева — Вова. Надеюсь, тебе понравится, — в её голосе была осторожная надежда, как будто она сама волновалась, примет ли меня этот дом.
Моя комната оказалась пустой и просторной, словно белый холст, ждущий первых мазков. Светлый пол отливал тёплым блеском от лучей, скользящих со второго этажа. Белые стены будто растворяли границы, создавая ощущение свободы. А за окном — детская площадка, качели, деревья — целый мир, в который можно будет погружаться в моменты тишины.
– У нас тут есть библиотека, хочешь покажу? — нерешительно предложила мама.
– Ого, давай! — воскликнула я с неожиданным энтузиазмом.
Она достала ключ, отперла дверь, и перед нами открылась маленькая уютная комната, плотно заставленная полками с книгами. Пол устлан ковром, в углу — горшки с растениями, клетчатый диван звал сесть и зарыться в подушки.
– Можешь читать здесь, когда захочешь. Только когда уйдёшь — закрой на ключ, хорошо? — она протянула мне золотистый ключик.
Оставшись одна, я провела пальцами по корешкам книг. Через полчаса стало ясно — это не мой жанр. Сплошная наука. Не книги, а натуральное снотворное.
В комнате я разобрала вещи. Постеры, фотки, наклейки — пространство ожило, наполнилось мной. Теперь это действительно моя комната.
– Снежка, иди кушать! — донёсся мамин голос.
На кухне оказалось настолько светло, будто солнечный луч прописан здесь как постоянный житель. Растения на подоконниках тянулись вверх, посуда поблёскивала белизной. Мама поставила передо мной тарелку рассольника — пряный аромат щекотал нос.
– Надеюсь, тебе понравится, — сказала она, села напротив.
Мы говорили о переезде. Я упомянула Сашу, и мама тут же предложила:
— Позови её к нам, если родители не против.
Я только кивнула, окунув ложку в суп — он оказался настоящим шедевром.
Когда мама вышла, на кухню вошёл Кирилл. Его шаги были отчётливыми, тяжёлыми. Он встал напротив, взгляд ледяной.
— Снежана, слушай внимательно. Если ты теперь живёшь в моём доме — значит, по моим правилам. Без исключений, — голос был ровный, но в нём сквозило давление.
Я сжала кулаки за спиной, но лицо моё было спокойным.
– До десяти — дома. Драк не будет. Веди себя прилично. Группировки — забудь. И последнее: парней домой — ни-ни. Это не отель.
Он явно ждал от меня бунта. И получил его — тихий, но осязаемый. Я чуть приподняла уголки губ.
– Мг, – бросила я, глядя прямо в глаза.
— Я серьёзно. Нарушишь — пожалеешь. Ясно?
— Ясно, — голос мой был спокоен, но с лёгким оттенком дерзости.
Он ушёл, а я закатила глаза.
"Посмотрим, кто тут кого дрессировать будет..." — пронеслось в голове.
Правила? Да, я их запомнила. А вот выполнять... Это уже зависит от того, насколько они мне по вкусу. Потому что правила созданы, чтобы их испытывать на прочность.