Глава 41. Селеста
Прижавшись щекой к широкой обнаженной спине спящего Алекса, я судорожно вздыхаю.
Действительно необычно приятно просыпаться рядом с этим мужчиной. А ещё более приятней это то, что он не бросил меня вчера, а остался и провёл эту ночь, согревая меня своим теплом.
В этом определенно было замешано что-то ещё. Может, это как-то связано с тем, что Алекс сказал мне прямо перед моментом, когда я провалилась в крепкий сон, который был после уничтожен пьяным ворчливым Дэниелом.
Вот только главный вопрос в том, что именно это было?
Я была настолько изнеможенной и уставшей, что мои уши уловили лишь только неразборчивые отрывки его слов.
Я ещё обязательно вернусь к этой загадке, но сейчас у меня намечается более интересное занятие.
Прижавшись губами к мягкой шелковистой коже парня, я прокладываю дорожку коротких поцелуев между его лопатками по направлению вверх, прямо к шее.
Решив, что мне будет удобнее, я в один момент забираюсь на Алекса и пластом укладываюсь на мускулистом теле, с двух сторон обхватив его руками и ногами. При этом я начинаю страстно целовать его шею.
Я давно заметила, что этот парень не пользуется духами. Единственное, что может быть, это легкий аромат геля для душа, а все остальное - лишь его собственный, привлекающий мое обаяние запах.
Это всегда лес после дождя, свежесть ментола и нотки табака.
То, как это смешивается с мускусом и чистым мужским запахом его кожи, просто сводит меня с ума.
Алекс сводит с ума.
Просто, сам того не подозревая, делает меня зависимой. Превращает в ненормальную и одержимую.
За своими мыслями я даже не заметила, что начала покусывать его шею, оттягивая покрасневшую кожу и оставляя заметные следы.
Немного поумерив свой пыл, я нежно облизываю места, где побывал мой ненасытный рот.
Когда Алекс, просыпаясь, начинает что-то бормотать, я и вовсе прекращаю эти невинные издевательства и просто ложусь головой на его спину, сильно сжимая горячее во всех смыслах тело парня.
— Ммм, Селеста... — хрипит сонным голосом черноволосый, посылая мощные вибрации прямо в мои трусики, которые сразу же становятся влажными.
Черт возьми.
— Что ты делаешь? — невозмутимо, словно не возбуждает меня до потери сознания, спрашивает он.
Я сжимаю бедра и улыбаюсь, когда говорю:
— Обнимаю тебя.
Движения, когда Алекс пытался развернуться, тут же прекращаются, и он застывает, тяжело дыша в подушку.
— Кроме мамы и Лиама, меня больше никто не обнимал. — шепчет черноволосый.
Мои щеки горят, когда я обвинительным тоном спрашиваю:
— А девушки, с которыми ты спал?
Не могу поверить, что это сорвалось с моего языка.
Просто. Не. Могу. Поверить.
Глуповатая ухмылка приподнимает губы парня и, скосив на меня взгляд, что выглядело бы смешно, если бы не ситуация, он начинает тихо смеяться.
От стыда, захватывающего меня с головой, я утыкаюсь носом в спину Алекса и молча жду, пока его тело подо мной перестанет трястись от смеха.
Черноволосый снова пытается перевернуться, но я удерживаю его на месте, все ещё настаивая на своем.
— Ну так что там с девушками?
Посерьезнев, парень сжимает челюсти и отвечает:
— Меня с ними ничего, кроме секса не связывало, чтобы обниматься.
Я проглатываю горечь, которая подкатывает к горлу, стоит мне представить Алекса с другой девушкой.
Господи, помоги мне.
Я только что с зависимой превратилась в дикую ревнивицу.
Но вместо того, чтобы поддаться желанию и узнать имена, я успокаиваюсь и, скатившись с тела Алекса, ожидаю, пока он развернется и посмотрит на меня нормально.
Когда черные глаза наконец-то сталкиваются с моими зелеными происходит настоящая битва.
Разрушающая все на своем пути схватка, в которой тьма, таившаяся в глазах Алекса, выигрывает и полностью покрывает светлый лес в моих. Омрачая, но в то же время придавая сказочности. Подавляя, но так же и возвышая прямо в небо, к ярко сверкающим звездам.
Но вместо это точнее было сказать, что специально опуская их для меня, любезно протягивая на своей раскрытой ладони.
Ведь Алекс и даже его тьма готовы сделать для меня все.
И теперь я это прекрасно вижу.
Я бы соврала, если бы сказала, что не боюсь такой отдачи. На самом деле мне чертовски страшно. Ведь все эти чувства настолько поглощающие, что можно не заметить и, погрузившись с головой, захлебнуться.
И тогда меня даже Алекс не спасет.
Потому что течение будет настолько сильное, что захватит меня в свои тиски, и наотрез окажешься отпускать.
Но, черт побери, я, наверное, уже настолько сошла с ума, что с радостью готова рискнуть, даже если на кону стоит моя жизнь.
— А нас? Нас что-то связывает? — острожно интересуюсь, не удерживая себя и зарываясь пальцами в взлохмаченные после сна волосы парня.
Он стонет, придвигаясь ко мне поближе, и я начинаю массировать кожу его головы, как он делал мне вчера, пока самозабвенно утешал меня, а мои слезы пропитывали ткань его кофты.
— Нас связывает гораздо больше, чем просто секс. — бормочет Алекс, и его веки трепещут, когда я целую его в щеку.
— И что же это такое?
Черноволосый замирает и медленно, растягивая каждое слово, тихо говорит:
— Значит, ты не слышала, что я тебе вчера сказал...
Я прикусываю нижнюю губу, кивая.
Алекс слегка отстраняется, смотря мне в лицо непонятным взглядом, а потом и вовсе встает, начиная одеваться.
— А что это было? Ты сказал что-то важное? — спрашиваю я, нетерпеливо постукивая кончиками пальцев по мягкости серого пледа.
Парень колеблется, прежде чем резко мотнуть головой.
— Ничего такого. Пойдём завтракать. — вместо ожидаемого выдает он.
Я морщусь, мысленно проклиная себя за то, что не дослушала его вчера и уснула.
***
Я представить себе не могла, что когда Алекс будет готовить, это должно выглядеть настолько сексуально.
Черноволосый просто не подпустил меня к плите, сославшись на то, что я должна отдыхать и предоставить всю работу ему. Но я то знаю, что Алекс осведомлен о том, что я, от слова совсем, не умею готовить, и он просто старается избежать катастрофы.
— Ты хорошо себя чувствуешь? Я ведь так и не поинтересовался. — сквозь дымку возбуждения, вызванное видом такого мужчины, просачиваются слова Алекса.
Пару раз глубоко вздохнув через нос, я через мгновение киваю.
— На удивление нормально. Стараюсь много не думать.
С чищенными дольками картошки в руках, черноволосый разворачивается и ехидно ухмыляется.
— Я заставлю тебя забыть даже само слово «думать».
Мои внутренности переворачиваются, создавая эффект трепещущих бабочек, которые взбунтовались и желают руки Алекса на моей талии и его толстый длинный член между моих ног.
Я кусаю щеку изнутри, облизывая губы и сверкая на парня своими затуманенными похотью глазами.
Он подавляет животный рык, и говорит:
— Не искушай меня, коварная женщина. Я говорю не об этом.
Алекс запинается, а затем, хитро подмигивая мне, продолжает:
— Пока не об этом.
***
Какое там слово я должна была забыть?
Вообщем, у Алекса получилось это сделать.
— Хватит так стонать. — хнычет черноволосый, тайно под столом поправляя свой твердый член.
Он специально сел подальше от меня, чтобы не сорваться.
— Это пфосто очень фкуфно. — пытаюсь выговорить с набитым ртом, мысленно благодаря Вселенную за то, что прислала мне парня, который божественно готовит.
Жаркóе на моей тарелке исчезает все быстрее и быстрее, с каждой ложкой принося с собой сильный гастрономический оргазм. Нереально при этом не стонать от удовольствия.
Тем более я знаю, что Алексу до безумия приятно слышать мою похвалу, судя по покрасневшим щекам и застенчивой улыбке.
А ведь кто бы мог подумать...
— Что это за взгляд такой? — глаза Алекса пытливо прожигают мои.
Господи.
Я не смогу спрятаться, и за это буду наказана.
— Что? — уголки моих губ подрагивают, насмехаясь.
Вцепившись пальцами в дерево стола, он сжимает его аж до побеления своих костяшек, а затем шипит:
— Принцесса, я не буду трахать тебя сегодня, потому что ты ещё слишком чувствительная. Но зато я могу и собираюсь сделать кое-что другое, не менее приятное. А теперь иди сюда и поцелуй меня.
Столько часов вялого лежания в постели здорово сказались на моих ногах. И теперь, когда я встаю и начинаю идти, они ощущаются ватными и почти не способными держать меня в строю.
Пару раз пошатнувшись, я, наконец, оказываюсь перед Алексом и, затаив дыхание, наклоняюсь для желанного поцелуя.
Мой парень выдает непонятный звук и дергает меня за бедра.
Я вскрикиваю от неожиданности, приземляться на его колени. Но звук тут же заглушается ртом Алекса, захватившего мой в жарком жадном поцелуе.
Он исследует меня своим языком, заставляя извиваться на его ногах, прося большего.
Руки парня путешествуют по моей спине, пока не опускаются на попу. Алекс сжимает ее, крепко держа в своих ладонях.
Я вздрагиваю, случайно прикусив его нижнюю губу. От этого парень рычит и рывком притягивает меня ближе.
Мне приходиться оседлать его, при этом потеревшись всеми пульсирующими и жаждущими внимания местами.
— Блядь... Черт... — ругательства вылетают из Алекса, и эти грубые слова возбуждают меня ещё сильнее.
Впившись ногтями в шею черноволосого, я начинаю плавно покачиваться.
— Моя девочка. — стонет Алекс, нежно целуя и облизывая мою покрасневшую кожу на шее, а затем на щеках. — У тебя так много веснушек. Я хочу каждую.
Доказывая это, он ласково посасывает их, пуская ослепительный разряд возбуждения, разогревая мою кровь.
— Александр... — бормочу его полное имя снова и снова, уже почти доводя себя до экстаза лишь только одним трением.
Боковым зрением увидев вспышку движения, я прекращаю свои действия и, оторвавшись от черноволосого, подымаю голову.
Дэниел медленно заходит на кухню, и плететься к автомату с водой, шаркая при этом своими ногами по полу.
Я не слышу, что он говорит, ведь мои глаза сосредоточены, сканируя его помятый, ужасный вид.
Мешки под глазами, запутанные волосы, словно их кто-то сильно дергал, красные отметины ногтей на шее и припухшие покусанные губы.
Мне действительно не привыкать такое видеть, но в этот раз что-то будто бы не то.
Обычно после бурных ночей Дэн целый день ходит в приподнятом настроении, а сейчас выражение его лица мрачное, а глаза лишены привычного блеска.
— Можете продолжать. Я не буду мешать. — в полголоса говорит он, допивая последние глотки воды из моей огромной чайной кружки, которую я купила в маленьком уютном киоске почти сразу же после прибытия в Джуно.
— Я его убью. — ворчит Алекс, уткнувшись носом в ложбинку между моей грудью.
Я все ещё чувствую, как его эрекция упирается в мою изнемогающую киску, но атмосфера нарушилась, и продолжения нам не видать.
— Ох.. — Алекс чертыхается, вынимая из кармана своих джинс вибрирующий телефон.
Взглянув на экран, он извиняется и, поставив меня на ноги, быстро ретируется в коридор, придерживая руку возле паха.
Пользуясь тем, что мы с Дэниелом остались одни, я подхожу к другу поговорить.
— Ты как? — спрашиваю, положив руку на его плечо.
Дэн мотает головой, а затем пару раз быстро кивает.
— Нормально.
Решив не придавать значения его уклончивому, быстрому ответу, я выдаю то, над чем ещё толком не успела подумать:
— Я куплю билеты и полечу одним рейсом с тобой обратно в Сиэтл.