Глава 20
Элис не могла осознать, что её подруга, Трейси Калхоун, умерла. Она не могла принять этот факт два дня. Она не могла свыкнуться с этим неделю. Она не могла смириться с этим несколько недель, счёт которых уже давно потеряла. Её жизнь разделилась на ДО и ПОСЛЕ той страшной вечеринки.
Прошло достаточно много времени, с тех пор, как это случилось. Но только совсем недавно Элис вновь начала посещать занятия, делать домашнее задание, ходить в библиотеку, есть в обеденном зале, общаться с друзьями. Однако каждый вечер она закрывалась в своей тесной комнате и позволяла вылиться эмоциям наружу. 3 раза в неделю Элис, как и обещала ей директриса, посещала школьного психотерапевта. Доктор Голдфайн постоянно требовал у девушки предоставлять устный отчёт о её состоянии. Она отвечала, что с каждым днём все лучше, состояние нормализировалось и остаётся стабильным. Но это была откровенная ложь, замаскированная вежливыми улыбками и ровным спокойным голосом.
Посещения психолога были пустой тратой времени, но только так Элис могла убедить Миссис Гилберт, что всё в порядке.
Она продолжала жить дальше, но её мир стал пустым. В нём не хватало какой-то части.
Она запомнила Трейси, как яркую и безудержную, вечно весёлую и позитивную, умную и находчивую, дерзкую и смелую, безбашенную и рисковую, но в то же время влюблённую и нерешительную, жизнерадостную и счастливую натуру. Она вспомнила её заразительный мелодичный смех. Помнила её глубокий ирландский акцент, придававший её голосу особое звучание. Помнила манеру Трейси в официальной форме вести себя, говорить без запинаний красивыми связными предложениями, будто считывая с листочка заранее подготовленную речь.
Помнила, её мудрый понимающий взгляд, больший серые глаза, успеващие выразить все её тысячу эмоций за секунду. Помнила тёплую улыбку и ямочки на щеках. Помнила её светлые волосы до лопаток, которые она часто собирала в идеально ровный и гладкий конский хвост. Она помнила, как восхищалась своей лучшей подругой. Помнила, сколько счастливых моментов эта удивительная девушка принесла в её скучную серую жизнь.
Каждый раз воспоминания заставляли Элис разрыдаться. Чувство невосполнимой потери охватывало девушку.
Однажды, по дороге в туалет Элис натолкнулась на Тайлера, тот хотел с ней поговорить, но девушка молча прошла мимо, сделав вид, что не заметила его. Однако она успела перехватить его потерянный взгляд, направленный куда-то в сторону. Внутри у неё все перевернулось - гроза плескалась в его карих глазах, он выглядел страдающим. Одиноким.
Она старательно избегала его несколько недель. Ей не хотелось с ним говорить. Она боялась, что слова Трейси о том, что он причастен к её гибели, заставят девушку устроить истерику у всех на виду. Однако ещё больше она боялась, что Тайлер поведёт себя подозрительно или скажет что-то двусмысленное, что заставит Элис усомниться в его невинности. Она искренне верила, что Трейси убил не он.
В голове девушки возник вопрос: "Почему это не может быть он?"
И каждый раз Элис давала на него один и тот же ответ: "Он не мог этого сделать. Просто не мог. Потому что... потому что... он мне нравится. Потому что я ему доверяю. Этого было бы вполне достаточно, но всё не так просто."
Она быстро забежала в туалет и подбежала к раковине. Слёзы подступили к горлу. Она умылась и внимательно посмотрела на себя в зеркало.
Лицо похудело, светло-карие глаза цвета тирамису теперь были красные и мокрые, под ними красовались огромные мешки, на носу проглядывались несколько мелких веснушек. Скользящий взгляд задержался на голове. Рыжая хна почти полностью сошла, оставив большую часть волос природного каштанового цвета. Волосы чуть касались поясницы и ужасно путались на концах.
Кто-то оставил у раковины ножницы. Элис осторожно взяла их в руки. Грубый холодный метал обжигал.
Хотелось что-то изменить.
Ножницы плавно заскользили по волосам. Сопровождаемые звуком щелчков, лёгкие пряди падали на пол.
Спустя пару минут девушка подняла глаза, чтобы рассмотреть своё отражение в зеркале. Теперь волосы едва ли доставали до подбородка, небрежно окаймляя худое бледное лицо.
Но на душе легче не стало, появилось лишь отдалённое ощущение лёгкости на голове. Теперь Элис выглядела старше. Может из-за коротких волос или из-за того, что всё произошедшее застыло на её лице, словно маска.
Она выглядела старше, сильнее. Не как девушка, измученная жизнью и обстоятельствами, а как девушка, которая многое пережила и продолжает встречать препятсвия на своём пути, оставаясь сильной и смелой.