Глава 12
Даниэла Бианчи
Несколько дней я не видела этого мистера придурка, чему была рада. Хорошо, что пары архитектуры не каждый день. Но, с другой стороны, было немного грустно, что не было перепалок с профессором. Несмотря на то, что эти язвительные отношения с ним были только два раза — в коридоре общежития и на лекции — мне они безумно нравились, что было скучно без них. Подумав обо всем, стало не страшно наказание в виде помощи миссис Грин.
На вид она выглядела стервозной, но на самом деле это не так. Она милая женщина, которой просто не хватает счастья, любви. Поэтому она «охотится» за мужчинами. Ей только тридцать, а она уже на стадии развода с мужем. Развод — долгий процесс, который требует не мало финансовых вложений, но им было это уже не важно. Не было никаких чувств, у каждого давно были отношения вне брака.
Сказала бы я, что мне жаль ее, но нет. Мне плевать. Зачем она тогда выходила за него замуж? Мучила только и себя, и бывшего мужа. Да и развод не значит, что нужно искать других мужчин, трахаться со всеми подряд. Могла бы подождать и найти достойного мужчину.
Хоть того же мистера Эриксона.
Почему бы и нет. Для нее он довольно привлекательный мужчина. Они бы хорошо смотрелись вместе. Доставляли удовольствие друг другу. Уверена, она бы уже сходила с ума увидев его член.
Oddio *, о чем я думаю...
Вчерашний разговор с Камилой на меня плохо повлиял. Нельзя о таком думать. Мистер Придурок уже второй день удостоен слишком много внимания. Взяв телефон в руки, посмотрела на время, поняла, что можно позвонить братику и поздравить. Он как раз должен вернуться уже домой. Мама, скорее всего, накрывает стол. Близняшки выбирают в своем гардеробе платья на вечер, делают макияж. Доменико, вероятнее всего, гуляет с какой-нибудь девушкой, вернется домой только к праздничному ужину. Наверное, с Фредерикой. Уверена, между ними не только секс, просто они это скрывают, либо не признались в чувствах друг другу. На неделю должна прилететь семья МакКалистер из Чикаго. Также в гости придет семья Ланы и сама девушка, она говорила, что вырвалась на выходные с учебы в Испании.
Я все пропускаю.
Сегодня Этану двенадцать лет. Может быть, в свой день он сыграл бы на гитаре при всех, как всегда, это делает Тина за фортепиано? Она его ровесница, тоже ходит в музыкальную школу по классу фортепиано. Насколько помню, дополнительно ходит на уроки скрипки, но игра на ней ей не приносит такого же удовольствия, как на фортепиано.
Надо попросить, чтобы сняли на видео и отправили мне, когда Этан будет играть на гитаре, которую я ему подарила. Утром пришел курьер и доставил посылку, братик радостный набрал меня, мы договорились, что созвонимся вечером.
— С Днем Рождения, братик, — радостно произнесла я, разговаривая по видеосвязи. — целую в лобик!
— Могла бы прилететь и поцеловать не через камеру, как это сделала Лана! — усмехнулся он.
— Скоро прилечу и обязательно поцелую! Как тебе гитара? — поинтересовалась у него.
— Она очень красивая! Я так никогда не ждал окончания уроков в школе, чтобы прийти домой и настроить ее. Время шло та-а-а-ак медленно, уста-а-а-ал, — выдохнул он и повалился на спинку стула.
— Пропустил бы школу, — посмеялась я.
— Дана, так нельзя. За это можно получить наказание. Мне этого не надо. Еще и родители ругались бы.
— Поверь, за наши прогулы с Домом они никогда нас не ругали, — улыбнулась я, вспомнив, сколько раз мы с братом пропускали уроков, потому что они были скучными.
Мы с братом всегда хорошо учились, нас бы могли любить все учителя, но из-за наших прогулов получали выговор от них. Несмотря на это, мы всегда сдавали контрольные работы на отлично. Нам повезло, что мы налету усваиваем весь материал. Учеба нам дается легко. Мама говорила, что такой способностью наградила нас она, так как до Марко в школе всегда вся информация доходила медленно. Но несмотря на все это он окончил университет во Флоренции и сейчас владеет винодельней, которую ему передал дедушка, когда они с бабушкой переезжали в Апулию, куда мы часто ездили всей семьей.
— Я так не хочу, — вывел меня из мыслей Этан. — Дождался окончания уроков, и приехал домой. Настроил гитару и немного поиграл. Ремень к ней тоже очень красивый!
— Рада, что тебе понравился мой подарок, — довольно произнесла я. — Сыграешь?
— Надо подумать, — он нахмурился, подставил пальцы под подбородок в виде галочки. Так смешно выглядел, я не смогла сдержать смех.
— Ну, Э-э-э-этан, малыш, сыграй, — сделав глаза, как у кота, просила его.
— Ладно, уговорила. Только немного! — посмеялся он.
Взяв в руки гитару, он подумал немного, а я стала ждать. Как только он начал перебирать по струнам, сразу узнала эту мелодию. Марко играет эту песню на гитаре, а мама подпевает. Так часто проходили наши семейные вечера по четвергам. Say you won't let go Джеймса Артура, прекрасная песня. Не знаю почему, но родители когда-то сказали, что это их песня. Стало грустно от того, что последние два года я редко появлялась на семейных вечерах, где пропускала все самое интересное, как мне кажется. У нас не было как таковых тайн друг от друга.
До того дня, когда я узнала всю правду.
Этан закончил играть, но песня была не завершенной. Я нахмурилась, а она задумался, будто вспоминая аккорды.
— Что случилось, малыш? — меня беспокоило его выражение лица.
— Я не разобрал дальше аккорды... — грустно произнес он.
— Ты ведь можешь взять ноты и сыграть по ним?
— Часть песни, которую я сыграл, разбирал сам на слух, смотрел всегда, как играет папа и запоминал. Не хочу брать ноты, хочу разобрать всю песню сам, — твердо произнес он.
— Как хочешь, — пожала плечами. — Будешь играть перед гостями?
— Нет, — отложил он гитару. — Там будет играть Тина Эстер МакКалистер, — грустно усмехнувшись, сказал он. — Я со своей гитарой будем там лишними.
Он все говорил грустно, поджав губы, желваки играли на его лице. Почему он не хочет сыграть перед всеми? Он ведь прекрасно играет. Дело в Тине? Ничего не понимаю...
— Что ты такое говоришь? Не думай так, ты не лишний! Это твой праздник, они приехали ради тебя, значит она может и не играть... — говорила я, а он молчал, опустив голову. — Почему ты думаешь, что будешь лишним?
— Потому что она играет лучше, чем я, — тихо говорил он, все также опустив голову. — Даже идеально. У меня никогда не получится играть так же, как она, — еще тише добавил он, но я его услышала.
Господи, что он такое говорит? Это из-за этого он стал таким серьезным, упрямым, не таким, каким был раньше? Кажется, я начала догадываться почему Этан изменился, но была не уверена. Своими вопросами я могу испортить все настроение, которое и так уже не такое, как было до этого разговора.
— Малыш...
— Я не малыш, — поднял он голову, серьезно сказал, перебив меня. — Хватит меня так уже называть! Мне двенадцать!
— Но... — я растерялась. Он никогда таким не был.
— Я пошел радоваться подаркам, — натянул он улыбку, прикрыл глаза и тяжело выдохнул. — Ты прилетишь на День Благодарения? — с надеждой спросил он.
— Но в этом году должны лететь в Чикаго.
— Прилетишь из Ланкастера в Чикаго, — улыбнулся он, но его глаза так и оставались грустными.
— Я постараюсь, — ответила ему.
— Буду ждать тебя, я скучаю. Люблю тебя!
— И я тебя люблю, ма... — он прокашлялся, перебив меня. — Этан Бианчи, — усмехнулась я. — Иди, радуйся подаркам, на днях еще созвонимся. Расскажешь о подарках?
— Конечно!
Мы попрощались, брат пошел к семье, а я выключила айпад и направилась в свою комнату. Все это время сидела на крыше здания. Вечером здесь было прохладно, на этот случай здесь лежали пледы. Это место было прекрасным. Его обустроили для студентов, сделав здесь зону отдыха. Об это я узнала совсем недавно. В начале осени по вечерам здесь никого не бывает, поэтому можно приходить и сидеть здесь, зная, что тебя никто не потревожит.
Наверное, здесь хорошо сидеть в объятьях любимого человека, смотря на звездное небо.
*Oddio — О Боже (с итал.)