Воспоминание
Блейз Забини — это человек без предубеждений. И, возможно, он самый адекватный, нейтральный по отношению ко всем, слизеринец. Забавный, но в то же время умный друг Драко Малфоя. Именно поэтому Блейз ответил ему в ту ночь так, как мог ответить только он.
— Потому что к черту все! В мире так мало важного, но одной частью этого является то слово на «л», которого ты так тщательно избегаешь. Моя бабушка Мирта всегда говорила, что сердце знает лучше. Правда, она сидела на эльфийском порошке.. и воспитала такую женщину, как моя мать, но разве это важно? - усмехнулся он.
Драко внимательно слушал, пытаясь разобрать все по полочкам. Надо было решить уравнение. Условия таковы: один чистокровный волшебник, одна грязнокровая волшебница. Вопросы: как это вышло? «Л»?
Драко произнёс свою задачу вслух.
Блейз закатил глаза:
— Да что ты привязался к ее крови, ты же Малфой, а не Дракула!
— О, это я привязался? Мой отец мне голову отвернет и на пику нашего Менора насадит, - трясся он, - все, все, хватит. Я уже не Малфой. Ты посмотри на меня.
БУХ
Филин Малфоев стукнулся об окно, к которому навстречу пошёл Драко. К его лапке был привязан маленький свёрточек всего с тремя словами.
«Игра стоит свеч»
— Блейз! Что это.. - слизеринец обернулся, увидев позади только пустую комнату. Блейз ушёл, поняв, что другу нужно все понять.
— И когда записку успел написать, плут.. - усмехался вслух Малфой.
Он думал, тысячу раз думал. Размышлял. Чистая кровь или чувства? Люциус Малфой после такого вопроса не удостоил бы Драко даже взглядом - только круциатусом. Даже рук бы к нему не приложил. Но сейчас Драко Малфой не тот, кем был несколько лет назад. Устои старого стали рушится под грудой нахлынувших чувств. «Наверное у маглов все проще», - думал он.
————————————-
Глупая ситуация из детства. У всех таких сотни, тысячи, но не у него. Маленький аристократ. Это был, кажется, второй курс. В башне астрономии, на которую он пробрался за чем-то, он зацепился за какой-то шест. Послышался звук вращающихся шестерёнок, и шест поднялся, зацепив за собой Драко. Палочка, которая все равно бы ему не помогла, упала вниз, вместе с галлеоном и пустой пачкой от шоколадной лягушки. Зрелище представало смешное: подвешенный за резинку брюк, висит Драко Малфой, глава Слизерина, уважаемый (насколько могут быть уважаемыми двенадцатилетние дети) человек. Висит и беспомощно дрыгает ногами. Это был бы позор, если бы его увидел здесь кто-то, кроме профессора, которой, судя по расписанию на стене, не будет до завтра. «Снейп увидит, что я не в комнате и.. и..», - мальчик очень волновался, почти плакал. Как вдруг открылась дверь, и зашла Гермиона Грейнджер, держа подмышкой какую-то папку. Драко закусил губу, чтобы не всхлипнуть от досады, и наблюдал, как девочка достала из папки лист и перо и начала что-то переписывать из таблиц, висящих на стене башни. Драко думал, что делать. Попросить ее и быть осмеянным? Ну уж нет! Или не попросить и остаться тут надолго? Или упасть? И это не вариант.
Драко всхлипнул. Поэтому просить Гермиону не пришлось, она обвела взглядом свод башни, увидев сверху сокурсника. Девочка округлила глаза до невозможности, но не смеялась - видела, на чем висит Драко.
— Тебе помочь?
Он молчал. Слишком гордый, чтобы отвечать «девочке с ТАКОЙ родословной», - как сказал бы отец. Но положение все-таки вынудило его запоздало кивнуть.
Гермиона подошла поближе, достала свою палочку и произнесла «Вингардиум Левиоса». Маленький Драко медленно планировал - Гермиона боялась его уронить - и вскоре ощутил почву под ногами.
Он неуверенно ответил:
— Спасибо, Грейнджер.
И она детски-наивно захохотала:
— Ты умеешь благодарить! Так.. так необычно!
Он сконфузился и наклонился собирать вещи.
«Девчонки не умеют хранить секреты. Девчонки-грязнокровки — особенно», - пронеслось в голове.
— Только попробуй кому-нибудь сказать, грязнокровая малявка! - грозно выдал он.
— Я.. не собиралась.., - на ее глазах навернулись слезы и она выбежала, закрывая лицо руками и неуклюже держа папку.
Тогда Драко первый раз выругался. По-взрослому. Довёл до слез ту девочку с вечно растрёпанными каштановыми волосами, с которой первым заговорил курсом ранее, из собственного интереса, но с которой запретил общаться отец. Драко тогда неделю обижался на него. Но уже тогда внутренний голос цинично добавил: «За это она завтра точно всем расскажет..»
Но Гермиона не рассказала. Ни завтра, ни послезавтра, ни через три года.
————————————-
Гермиона проштудировала книгу Дамблдора час назад. Практиковаться она не решилась. Да и Гарри, как назло, куда-то исчез. «Кажется, квиддич», - припоминала Гермиона. Она хотела сходить в Большой зал, но ноги сами привели ее к холодным мрачным подземельям — обители слизеринцев. Спускаться не решилась, но села на ближайший подоконник, устало моргая глазами - вчера всю ночь читала . «На что я надеюсь? Что Малфой придёт ко мне, признается в чувствах и мы будем бегать по цветочным лугам, как в том мультфильме, который мне в детстве показывала мама?». От усталости зрение уже не фокусировалось, но Гермиона очень боялась заснуть: «только не у слизерина их подземелий, меня тут живьём съедят и не подавятся», но сил вставать и куда-то идти не было. Девушка уже сомкнула веки, закрывая лицо волосами, как вдруг послышались шаги. Это был, конечно, он. Он, сидящий и обдумывающий все в пустой комнате, на кровати с высоким балдахином. Он, с такой бледной кожей, аристократически-длинными пальцами, стальными глазами. Он, с этой непередаваемой, несколько жестокой, малфоевской полуулыбкой-полуухмылкой. То, чего Гермиона раньше не замечала, сейчас стало таким знакомым, нужным
и важным. Раньше при упоминании Малфоя, ей на ум шли лишь зелено-серебристые знамёна и обычный студент с несколько ядовитой речью. Но сейчас это был образ, отпечатавшийся до мельчайших деталей, до боли сжимающий рёбра и спирающий дыхание. По шагам полусонная Гермиона его, конечно, не узнала. Не факт, что она даже слышала шаги. Но Малфой ее видел. Беззащитную. Он плотоядно улыбался. Стоял и смотрел, шагая на месте, чтобы проверить — слышит или нет. Не слышала. Гермиона всё-таки уснула, понурив тяжелую от мыслей голову на плечо. Сам не зная что делает, Малфой огляделся, приблизился, как можно аккуратнее взял Гермиону на руки и пошёл в сторону подземелий.