Нèсказка Мая

В этот раз она пришла с рюкзаком, не решаясь снять его в прихожей. Молния на рюкзаке подходила цвету шнурков кроссовок. В ней вообще всё подходило друг другу. В её оболочке, потому что, вроде бы, всё нормально, но её глаза кричали об обратном. Нет, никаких слёз, но сухое горе-хуже яда.

-Можно... я переночую у тебя?

-Конечно, располагайся. Будь как...-он запнулся на слове «дома». Её дом-не место, где можно себя «чувствовать»,-в убежище.

-Спасибо,-с облегчением выдохнула Княжна, потянувшись рукой к волосам, чтобы по привычке заправить их за ухо, но почему-то именно сейчас решила пренебречь своей привычкой.

-Чай, кофе, потанцуем?

-Нет, я...я бы сначала в душ,-она суетливо стала расстёгивать молнию рюкзака, доставая из его недр полотенце и косметичку.

-Без проблем. Краны перепутаны.

Он сидел на кухне, жевал бутерброд и рисовал очередной заказ. Можно было бы поискать и более «достойную» работу, но почему бы не совместить приятное с полезным? Маме он гордо говорил, что он-«фрилансер», и старался не обращать внимания на её удрученное покачивание головой. Непонятно было, почему она возмущалась, ведь жил он самостоятельно, стипендии дизайнера и денег с заказов ему хватало и на её шее он точно не сидел.

Да почему она так долго?

Вламываться к девушке в душ-верх хамства для него, может быть, она просто любит тратить воду, предаваясь мыслям, собственно, как и он, но что-то не давало покоя. Закрытая волосами половина лица, сломленный взгляд или что-то ещё?

Наконец, дверь ванны открылась и послышалось шлёпанье голых ступней по линолеуму. Комок нервов чуть разжался и Эльф лишь укорил себя за то, что не догадался предложить Княжне тапочки. Он не хотел приставать с расспросами, боялся спугнуть, знал, как она этого не любит. Поэтому отослал своё беспокойство на задний план и вернулся к работе.

Он полез в холодильник, чтобы найти что-нибудь съедобное, и отмахнулся от занавески, навязчиво загораживающей нутро холодильника от его глаз. Но тут же осёкся.

В его однушке было всего два окна. А ветра не было, значит, колыхаться занавеска могла только от сквозняка.

Как подстреленный он бросился в другую комнату.

-Майя, нет!

Зачем-то он подметил, что её рост идеально подходит под высоту окна, ведь она почти не сгибалась, стоя на подоконнике. Княжна обернулась, и сердце Тёмного Эльфа ухнуло вниз: такого взгляда он ещё никогда не видел.

-Всем будет лучше, если меня не станет,-чётко сказала она, вновь повернувшись к окну.

Он боялся даже моргать. Казалось, стоит выпустить её из поля зрения на мгновение, и он больше не увидит её никогда. Как кошка, Эльф крадучись стал подходить сзади.

-Глупости! Это не так, ты нужна многим людям!

Он с ужасом наблюдал, как она, будто проверяя наличие невидимой ступеньки, пошевелила одной ногой из стороны в сторону в воздухе. Будто сейчас убежит наверх, высоко-высоко.

-Когда я умру, мне будет всё равно на многих. Ты говорил, что всё будет хорошо, но хорошо не стало!

Правильно, кричи, говори с ним, только не делай последнюю в жизни глупость.

Шаг.

И ещё один.

-Подумай, какой сенсацией это станет для всех папарацци. Разве не хочешь дать им подавиться?

Ну почему, почему ему надо сделать целых шесть шагов, а ей-один единственный?

-Мне всё равно на них. Я привыкла, что я как на картина на выставке всю жизнь.

-Твоя мама хотела, чтобы ты жила счастливо. Если ты увидишь её на том свете, то что ей скажешь?

Княжна рвано выдохнула.

-Что не надо было мне врать!

-А я, Майя? Ты нужна мне.

-Найдешь себе новую девушку или парня. Выучишься на дизайнера, найдёшь хорошую работу и придёшь ко мне на могилу ровно в день рождения, принеся букет...

-Нарциссов?

-Нарциссов. Да почему ты меня так хорошо знаешь! Я же молчала! Молчала всё это время! Думала, что справлюсь сама!

Сейчас ночь и даже некому вызвать мчс, если бы её заметили в окне. Поймёт ли она по его голосу, что он совсем рядом, стоит, оперевшись ногой о батарею под подоконником.

-Так почему молчала?

-А зачем?

-Потому что мне интересно! Мне не всё равно на тебя, я не знаю, что уж там с твоим отцом и братом, но за себя я точно могу сказать, что мне не всё равно.

Подул ветер, и волосы Майи стали трепетать в такт им. По виску расплывался синяк, плохо замазанный тональником.

-Не молчи сейчас! Кричи! И тогда всё будет хорошо, правда.

И, когда она закричала, отцепив пальцы от оконной ручки, он схватил её, оттолкнувшись ногой от батареи, больно ударившись затылком о пол.

Майя поперхнулась криком.

Тимофей судорожно сжимал руки, будто сейчас она начнёт вырываться, просить дать ей умереть.

-Отпусти, мне дышать трудно,-только хрипло сказала девушка.

-А то что?

-Закричу.

Боже, она плачет. Боже, она живая.

-Кричи. Кусайся, вырывайся-не отпущу.

-Почему? Ты будто был готов за мной в это окно нырнуть.

От неё пахло его гелем для душа и теплым, чуть подтопленным в чае с молоком мёдом.

«Почему, почему, почему?»-выл сквозной ветер.

-Вот. Пей. Рассказывай.-Сказал он после того, как плеснул всё той же водки в два стакана.

-Княжна и Тёмный Эльф сидели на кухне после того, как он спас её от неминуемой гибели. Кто ж знал, что у Эльфа такое сильное слово. У тебя всегда есть запасы алкоголя на черный день?

-Это плата людей за ночные вечеринки на моей хате. Откуда синяк?

-Я заступилась за брата перед отцом. В этот раз он правда был не виноват,-она будто оправдывалась.

-А брат что?

-Не знаю. Я убежала.

-До этого на тебя поднимали руку?

-Нет. Он грозился, но...нет.

Не смей сейчас ляпнуть ничего лишнего. Ты чуть её не потерял.

-За что меня бросили? Я что, такая тяжёлая ноша? Я недостойна её?

-Нет. Она просто хотела, чтобы ты была счастлива.

-Мне так не верится в то, что это правда. Я же...я не заслужила. Я её почти ненавидела. Она же мне запрещала кого-то ненавидеть.

-Поэтому ты ненавидела себя?

Она подняла глаза, которые почти кричали, и удивлённо смотрела на него. Губы растянулись в болезненной улыбке.

-Ты понял... Хоть кто-то понял! Не верю!

-Это можно понять по твоему взгляду в зеркало и словам.

-Правда? А мне казалось, что я так хорошо притворяюсь. Ты не замечал, что никто не смотрит мне в глаза? Сзади меня мой статус, он слепит всех, как солнце. Или у меня просто взгляд тяжелый.

-Он не тяжелый. Он-живой.

-И что он сейчас делает? Мой взгляд?

-Впивается в меня и молит о помощи. Но я не психолог, Майя, я не смогу помочь так, как надо.

-Ты уже очень сильно помог. Знаешь, я когда на подоконнике стояла, я будто в каком-то трансе была. Ничего не чувствовала, но в то же время так дурно было. Я даже накрасилась и переоделась, чтобы умереть красивой. Хотя меня бы всё равно красили в морге. А теперь...теперь я снова вернусь в дом, где брат и отец, которым я не нужна.

-Ты мне нужна.

-Почему?

-Потому что я люблю тебя.

-Чем докажешь?

-Не знаю.-Он усмехнулся.-Это надо доказывать? Могу сделать что захочешь.

-Отец наверняка опять будет злиться из-за того, что я допоздна засиделась «у своего любовника». А мы даже не любовники,-сказала Княжна, оперевшись на стену. Потом встала, подошла к нему и нагнулась так, что их лица были близко-близко.-Тебе всё ещё не противно от меня?

-Стал бы я тебя стаскивать с форточки, если бы ты была мне противна?

Она коснулась его губ своими. Она будто стала ярче: серые глаза-голубее, неумелые, прямо как поцелуй, стрелки-чернее, а трещинки на губах-алее.

-Давай переспим. Если хочешь, в сказке не будет этой главы.

Он взял её лицо в свои ладони, посмотрев в её глаза. Не боясь их, как и раньше.

-Дура ты, Станиславски. Если захочешь-это будет самая счастливая глава.