Пепел сожжённой любви

Кристофер. Годом ранее.

— И кого ты, говоришь, встретил? — с неподдельным любопытством спросил Фабио.

Фабио Кваттроки — мой так называемый коллега и друг по совместительству. Кто бы мог подумать, как много в Америке торчков, и у скольких мы будем в приоритете. Мы с Фабио начинали работать вместе в баре, а узнав, сколько наркоманов появляется в этом месте и как у нас может подняться выручка, я просто ослеп. Ослеп от представления хорошей жизни. И он тоже. У каждого дилера есть кто-то, кто берет свой процент от продажи товара, и зачастую это далеко не самые приятные люди. Однако нас с Фабио ничего не останавливало, и мы с головой окунулись в дело. У него никого не было, кроме любимой тетушки, поэтому когда он стал устраивать ей хорошую жизнь, она сильно напряглась, пока не услышала правдоподобную ложь в которой фигурировал и я. Все было отлично, пока один из тех подростков, что покупал у нас дурь, не передознулся и не раскрыл нас полиции. Все быстро улеглось, но нам пришлось пожертвовать родителям того ребёнка не маленькую сумму, чтобы их сын сказал правоохранительным органам, что ошибся. У нас появились проблемы с деньгами и куча товара, но из-за того, что мы с Фабио в тот период залёгли на дно, клиенты уже смогли подобрать себе других дилеров и сторчаться. Мы заметно напряглись и, зачастую, когда мне хотелось побыть одному, я приходил на заброшенную площадку в еловом лесу. Там тихо и спокойно, и мои мысли приходят в порядок. Но не в последний раз.

— Девушку. Она вела себя так приставуче, что мне захотелось обдолбаться самому. Никакого страха и инстинкта самосохранения. Похоже, она покурила травки или типо того. Либо она всегда такая чокнутая.

— А как ее звали?

— Мэдисон. Мэдисон Болтон. Что тебе это даст? — нахмурился я.

Фабио округлил глаза и удивленно присвистнул, похлопывая меня по спине.

— Друг, мне кажется мы нашли ту самую золотую бочку! Это ведь дочь известного бизнесмена, повезло же тебе на неё напороться... Если она и вправду наркоманка, то мы с тобой поставим бизнес на место! Все будет круче некуда! Что лучше, чем наживка в виде богатой мажорки?

Фабио был так рад, что не смог дать вставить мне даже слово. Он уже нарисовал в своей голове картинку того, как все идёт вверх, и как мы снова купаемся в деньгах. Он всё слишком преувеличил.

Фабио был красноречив, излишне любопытен и убедителен. Этот парень настоящая находка для такого дела. Он умеет подстраиваться под ситуации, умеет быть жестоким и беспощадным, но также он добр к близким людям и мил с девушками. Его отношение к наркотикам, как ни странно, категорично. Фабио наблюдает за людьми и делает выводы из всего, что видит, поэтому он привержник задорого образа жизни.

Кваттроки жутко социальный человек. Он любит публику, внимание, новые знакомства. Фабио чистокровный итальянец. У него смуглое лицо, темные глаза и волосы. Он старше меня на несколько лет, но это не мешает ему позитивно смотреть на мир, несмотря на то, чем мы занимаемся. Его ценности просты, как и он сам. Семья, любовь и дети. Кваттроки мечтает найти любимую девушку и в будущем возиться с тремя детьми, а я же, в свою очередь, даже не задумываюсь об этом.

— Может она и не наркоманка вовсе, говорю же — не уверен.

— Тогда нужно это узнать. Где ты её встретил? Она сказала что-нибудь ценное? Если она такая болтливая, то могла бы ляпнуть что-нибудь полезное для нас.

Я невольно вспомнил её голос. Веселый, с детской наивностью и задором, при этом было ясно, что она не слишком мала.

— Сказала лишь, что приходит на это место уже давно, и никогда там не было кого-то, кроме неё самой. К слову, это удивило меня больше всего. Я брожу там, по ощущениям, целую вечность!

— Значит слушай: если она дура, а она очень похожа на дуру, раз бродит непонятно где в одиночестве, то с неё легко можно содрать много денег. Твоя задача сейчас — постоянно там находится. Спи днём, отравляйся туда ночью. Сдружись с ней. Ты, мой сладкий, тот ещё очаровательный подлец. Займёшься ей сам. Я раздобуду её адрес и номер телефона, остальное за тобой. Если, конечно, она всё-таки торчит. Если нет, то мы в заднице. Временной, но хотелось бы вылезти из неё как можно скорее.

* * *

Ослушаться Фабио я определенно не мог, хотя бы потому что и сам понимал, в какой яме мы находимся. Терять всё и наживать себе проблем в кругу дилеров — последнее, чего бы нам хотелось.

Дни пролетали незаметно, а я все сидел на скрипучей качеле в лесу, ожидая болтающую девушку. Пока она не появилась. В воскресенье ночью, когда свет луны мог дать мне рассмотреть ее лучше. Темные, взъерошенные волосы скатывались по спине, карие огромные глаза с удивлением рассматривали меня, а тонкая рука с сигаретой висели в воздухе. Аккуратные черты лица, припухлые губы и густые брови. Это действительно она. У меня было много времени покопаться в сети, и найти дочь известного бизнесмена не составило труда. Вид у неё был усталый, но ещё больше любопытный. Ее интересовало мое поведение, она и сама мне об этом сказала. Мэдисон легко было разговорить и за этими разговорами я сам не заметил, как пролетело время. Мне пришлось лишь раз упомянуть, как я однажды упоролся, и девушка тут же выложила мне несколько увлекательных историй про баловство подружки по имени Грейси. Себя в этом рассказе она не упомянула, только вот чутьё подсказывало мне, что все совсем не так. Признаюсь, мне было даже интересно ее слушать. В этот раз она была спокойнее, но тем не менее оставалась такой же разговорчивой. Как можно вот так просто довериться незнакомцу в лесу? Она точно идиотка...

В следующую нашу встречу я был настроен жестко. Фабио сказал, что стоит начать действовать радикальнее: угрозами, манипуляциями, да как угодно, лишь бы выявить правду. Но я и подумать не мог, что Мэди сама подаст мне в руки информацию, обронив пакетик с порошком на землю. Она жутко разозлилась и тогда я понял, что нет смысла тянуть. Времени у нас нет. Болтон так быстро на все согласилась, что я слегка опешил. Мне даже не пришлось угрожать ей пушкой. Тогда я хмыкнул и ушёл, а наша новая встреча произошла уже у неё дома. Я намеренно заявился к ней домой, чтобы она не думала, что все это шутки. Однако Мэди выглядела далеко не испуганной, лишь возмущалась и недовольно ходила по комнате. Когда она сказала, что у неё ещё есть запасы, я только нахмурился и решил прибегнуть к методам получше. Только эта ненормальная вырвалась, схватилась за нож и стала терять сознание, чуть не зарезав саму себя. Я легко её подхватил и испугался. Что с ней? Быстро прощупал пульс, потрогал лоб и уложил Мэди на кровать. Наркотики совсем её убивают. Тяжело вздохнув, я стал обыскивать её комнату вдоль и поперёк, раз за разом находя все более и более изощренные места для заначек. В этом она умна. Осмотревшись, я понял, какой создал бардак в её и без того грязной комнате, и решил прибраться. Не знаю, зачем — чтобы отвлечь внимание, что я что-то искал, или чтобы не чувствовать себя свиньей. Я оставил для Мэди всего пару записок, но уверен, что они дадут свои плоды.

— Добрый день, вам предложить что-нибудь выпить? Может быть чай или кофе? Воды? — вежливо спросила у меня та самая девушка в форме, которая открывала мне дверь, как только я вышел из комнаты. Она заинтересованно оглядывала меня с ног до головы, то и дело бросая немые взгляды на комнату Мэдисон.

— Нет, спасибо.

Я ушёл, а Кваттроки встретил меня с новым потоком вопросов. Он, кажется, интересовался Мэди больше меня.

— Не хочешь сам ей заняться? — с усмешкой бросил я, делая глоток яблочного фреша.

Фабио лишь проигнорировал меня и мечтательно уселся у окна.

— Мне кажется, я влюбился.

Мой фреш чуть было не полился обратно изо рта. Я поперхнулся и стал судорожно кашлять, а Фабио рассмеялся.

— В кого? Надеюсь, не в наркоманку. Никому такого не пожелаю, особенно тебе.

— Болван! Она правда прекрасна. Не знаю, пока что мы просто общаемся, но я чувствую, что это мой человек. Ее зовут Дея.

— И она знает, чем ты занимаешься?

— Конечно нет, Кристофер. Ей и не надо такого знать, как и моей тетушке.

Я устремил задумчивый взгляд в окно, отмечая для себя, что хорошим это точно не закончится.

* * *

Мэди меня веселила. Она была смешной, а слышать её недовольный голос — это сущее наслаждение. Ради этого я стал делать поставки раз в неделю, при этом привозил я никчемные дозы, которых хватило бы только на одного маленького ребёнка.

Фабио решил устроить день полнейшего самоизолирования, а мне пожелал удачно где-нибудь развлечься. Именно поэтому, когда я сидел один в клубе, распивая алкоголь, совсем не ожидал увидеть её. Как и она не ожидала увидеть меня. Я хмыкнул, разглядывая девушку. Мэди выглядела привлекательно, возможно даже слишком для той, кто жестко шныряется. Ее тело украшало короткое чёрное платье и небольшая подвеска. В тот вечер я не нашёл занятия лучше, чем смотреть за тем, что делает Болтон. Танцует, пьёт, разговаривает с какой-то девушкой. И когда я понял, что они собираются уходить, невзначай предложил остаться, почему-то желая перестать пить в одиночку. Я практически был уверен в её отказе, но брюнетка согласилась.

Ночь была увлекательной. Мы дурачились, словно глупые подростки, и даже не показывали свою неприязнь друг к другу. А когда она испугалась грозы, мне и вовсе стало смешно. Она не боится сидеть одна в лесу, но боится грома. Разве это не забавно?

Я вмиг нахмурился своим мыслям, когда осознал, что мне с ней комфортно. Комфортно с человеком, кто буквально сидит здесь со мной — тем, кто угрожал ей и кто поставляет ей наркотики.

В тот день мы поехали к ее подруге Грейс, и уснули по раздельности, хотя слова Мэди поставили меня в ступор. Я бы хотел уснуть с ней в одной постели?

Но утром все вернулось на свои места. Я проснулся от звонка Фабио и поехал по делам, оставшись дилером, которому нужны только деньги. Все шло нормально, я уже забыл про тот день, как звонок Мэди всполошил меня и я смог только выругаться. Офелия — моя подруга, позвала меня в Париж. И отказать ей в таком предложении, я, разумеется, не смог. У неё строгий папа, но благодаря тому, что он знает меня с детства, Офелию отпустили всего с одним телохранителем. Юджин был неплохим и молчаливым мужчиной, так что хорошо, что именно он отправится с нами. Просьба Мэдисон заключалась в чрезвычайно огромном количестве товара, буквально целый чемодан можно было забить различным дерьмом. И ей я отказать тоже не смог, перевод уже был на моем счету и я лишь сильнее заторопился.

С того раза прошла неделя, но девушка будто пропала. Она была недоступна, а когда я позвонил в ее университет, мне ответили, что Мэди уехала учиться по обмену. Наше с Фабио дело уже приносило стабильную прибыль, поэтому я решил, что Болтон решила исчезнуть подальше от меня и моего шантажа, вероятно думая, что даже если все вскроется, она будет уже далеко. Возможно именно поэтому ей понадобилось так много дури. В тот момент я думал именно так.

В Париже все было замечательно до одного момента — звонка. С неизвестного номера, с голосом обдолбанной девушки. Это была Мэди. Моему удивлению не было предела, когда она стала умолять меня приехать. Болтон делала это разными способами: от жалостливых просьб до приказов. Почему-то тогда я недолго раздумывал, почти сразу взял билет и полетел обратно в Нью-йорк, извинившись перед Офелией.

Мне пришлось забирать Мэдисон от Грейси, и вид ее оставлял желать лучшего. Вся липкая, грязная и в разодранной местами одежде. Я успел пожалеть о том, что сорвался и прилетел, но девушка начала льстить мне и заваливать комплиментами, пока не уснула. Я донёс ее до ванной и едва прикоснулся кофты, как она тут же вскочила и начала протестовать. Я смиренно выдохнул и ушёл спать. Но утро ждало нас обоих не самое приятное — заявился парень по имени Майк, который знал, кто я, и забрал Мэдисон с собой. В тот момент я чувствовал себя уязвимо, как никогда раньше. В тот момент Мэди подумала обо мне и по своей воле зашагала на выход.

Примерно в то же время Фабио заявил, что хочет жениться на Дее и завязать с продажей наркотиков. Мне казалось, будто моя жизнь рушится. Мы с ним клялись идти с этим вместе до конца, или закончить все раз и навсегда. Фабио был музыкантом и сказал, что добьётся вершин на сцене, будет выступать и работать где-то параллельно, пока не достигнет успехов. Я не понял его. Я был уверен, что все разрушила Дея — девушка, в которую он сумел влюбиться и захотел изменить свою жизнь. Это разочаровывало меня. Чуть позже пришло осознание — значит, пора и мне с этим заканчивать. Мы с Фабио занимались этим два года, за это время сблизились и я не мог поверить, что вот так просто он отказывается от всего. Без компаньона я не видел роста дела и не видел смысла заниматься этим в одиночку, поэтому, продав всё до последнего грамма, исчез с радаров.

Мне пришлось крупно застрять со всеми деньгами и мыслями, решая, куда их вложить и что стоит сделать, чтобы получать прибыль. Спустя время я создал несколько сайтов и впервые открыл свой магазинчик в одном из жилых районов города. Он не приносил много прибыли и пришлось его продать. Проект не удался. Сайты пришлось переделать во что-то более востребованное, найти тех, у кого выгоднее покупать товар и точно также заниматься продажей дистанционно. Схематически, это почти тоже самое, что и продажа наркотиков, поэтому затруднений не возникло. Поначалу все шло сухо, возникали мысли бросить это и взяться за что-то другое, как вдруг пришла первая прибыль. Я был настолько рад, что решил создать свою собственную брендовую вещь. Она начала продаваться с бешеной скоростью, я нанял ещё несколько портных и дела пошли в гору. Не хватало только Фабио и его позитивного настроя. Главное отличие было в том, что теперь я один.

Прошло несколько месяцев с тех пор, как я в последний раз видел Мэдисон. Что с ней и где она, я знать не мог. Я развивался, пробовал себя в разных сферах и параллельно заводил новые знакомства. Зима почти миновала, а за ней наступил звонок Мэди. Она была взволнована, говорила очень тихо и быстро. Ей нужна была помощь. И я помог ей.