глава 4
За сегодня ничего интересного, кроме приема пищи, тихого часа и вожатского концерта, так и не произошло. Тайсон объяснил это тем, что в день приезда главное - это устроиться и влиться в ритм лесного лагеря.
Вливаюсь я "отлично". Начиная с шести часов вечера, я каждые пять минут панически распыляю на себя спрей от насекомых, чтобы не дай бог повторить ошибку детства и не наткнуться на огромного шершня.
Дженни смеялась каждый раз, видев мое напуганное лицо, когда рядом кто-то жужжал или стрекотал, но когда я показала ей два следа от ожога на плече, то все вопросы отпали.
Через час начнётся «Лисья ночь» и все "старички" лагеря сбегутся в наш домик. В домик Дженни.
Сейчас половина одиннадцатого, все готовятся к отбою, но как только в вожатской погаснут окна, в домах отключат свет и наступит тишина, все соберутся здесь.
Я сижу в гамаке и наблюдаю за Дженни, которая без лишней суеты раскладывает на полу подушки в форме круга, достаёт из шкафа пледы и свечи. До меня доходит тонкий аромат цитруса, лесных ягод и яблок.
— Сколько лет ты устраиваешь эту традицию? — интересуюсь я.
— Не так долго, на самом деле. — она подходит к книжным полкам, достаёт оттуда маленькую коробочку, а из неё - зажигалку, — Это второй раз. Право проведения «Лисьей ночи» передаётся от отряда к отряду.
— Что это значит?
— Об этой традиции знают все старшие отряды, но имеют право проводить лишь первые. — она улыбается. — Все это похоже на одну большую цепочку. Когда "Старички-Лисы" проводят в лагере свою последнюю летнюю смену, в прощальный вечер они передают кулон Лисьего хвоста ребятам из второго отряда. — она достаёт из-под футболки кулон и показывает мне. — Два года назад парень по имени Джо выбрал меня как наследницу традиций. Именно поэтому в прошлом году и сегодня ночь проходит в нашем домике.
— Выходит, в этом году ты передашь кулон кому-то из второго отряда?
— Да, и я очень волнуюсь! Я знаю лишь двоих девочек, но не так хорошо.
— И в чем же проблема?
— Они должны соответствовать правилу: наследник должен иметь за плечами не менее трёх смен в Лисёнке и понимать значимость традиций.
— С ума сойти, вы будто свой мир создали! Так все запутанно!
— Я же говорила, что тебе понравится! — Дженни зажигает последнюю свечу, ставит ее на столик и смотрит на часы, расположенные над входной дверью. — Три, два, один!
Свет в домике гаснет как по команде. Десятки меленьких арома-свечек, разбросанных по комнате, тут же замерцали словно звёзды в ночном небе.
— Чудесно! — тихонько хлопаю в ладоши я.
— То ли ещё будет! — подмигивает мне Дженни. — Осталось переодеться и можно встречать ребят.
А мне и не нужно. Спать я собираюсь прямо так, в старой папиной футболке и шортах. Никогда не любила пижамы, особенно если они с длинными рукавами. В прошлом лагере девочки только в таких и ходили.
Дженни тоже достаёт из шкафа футболку на три размера больше своего, а перед тем, как надеть ее, стягивает с себя толстовку, а за ней и топ.
Стоит она спиной, я вижу лишь тонкие изгибы плеч и талии. Кожа словно шёлк блестит под тёплым светом огня.
Она наскоро надевает футболку и начинает расплетать косы. Закончив, она откидывает за спину длинную рыжую шевелюру, и любуется в зеркале получившимися кудрями.
— Ну? Как я? — хихикает она, зная, что неотразима.
— Краше, чем Фрейя!
Не уверена, что Дженни поняла, с кем я сравнила ее, но она довольно кивнула.
В дверь постучали пять раз. Тихо, будто отбивая ритм какой-то мелодии:
Тук. Тук-тук-тук. Тук.
Дженни тут же стала пробираться сквозь пледы и подушки к двери.
Замок щёлкнул, дверь скрипнула и на пороге показались двое.
— Сэмми! Софи! — Дженни бросается к ним в объятья, как только они заходят в дом.
Софи укутана в клетчатый плед, волосы связаны в небрежный пучок. Сэм в толстовке и трениках.
— Привет, лисичка! — здоровается с Дженни Софи, а затем замечает меня, сидящую в углу комнаты в гамаке и тоже укутанную в плед. — А ты Ронни, верно? Дженни уже успела рассказать о тебе!
Я киваю и протягиваю руку, чтобы поздороваться.
— Очень приятно, — добродушно улыбается Сэм и тоже протягивает руку.
— Взаимно!
Ребята выбирают себе местечко в импровизированном кругу из подушек и садятся рядом, прижимаясь друг к другу.
— Они встречаются? — шёпотом интересуюсь я у Дженни.
— У них довольно запутанная история, я позже расскажу тебе.
За дверью послышались переговоры:
— Говорю тебе, мы рано пришли!
— Ну и что? Она все равно у себя в доме!
— Нас могли увидеть.
— Да заткнись ты уже!
Тук. Тук-тук-тук. Тук.
На этот раз пришли трое. Два парня и блондинка.
— Привет! — приветственно обнимается с парнями Дженни, а блондинку просто игнорирует. — Ребята, это Ронни. Ронни, это Ноа — она указывает на смуглого парня с копной чёрных кудрявых волос — и Уэйн — высокий парень со связанными в хвост на макушке волосами.
— Очень приятно! — снова протягиваю я руку, поленившись слезать с гамака.
— Меня представить не хочешь? — фигуристая блондинка скрещивает руки на груди. Несмотря на вечерние лесные холода, она пришла в открытой одежде, которая обтягивает абсолютно все.
— Ах да, извини, — наигранно тараторит Дженни, — Ронни, это Регина.
Пазл складывается. Дженни успела наговорить о Регине более, чем достаточно, поэтому желание общаться с ней сразу отпало.
Я не протягиваю ей руку.
Парни усаживаются на подушки, Регина занимает место рядом.
— Давай к нам! — Софи зовёт меня, хлопая по соседней подушке.
— Не помню, чтобы она была в прошлых сменах, чтобы занимать место в кругу, — Регина поправляет волосы, — Пусть сидит на шухере. Вдруг придут вожатые.
— Идея хорошая, лишние глаза нам не помешают, — кивает Ноа, — но если вдруг станет скучно, красотка, присоединяйся!
— Обязательно! — улыбаюсь я.
— Кстати, а где Эйдан и Макс? — интересуется Регина.
— И Кевина нет, — подхватывает Софи.
— Его то понятно почему нет, он и не придёт. — Уэйн пытается скрестить свои длинные ноги, чтобы никому не мешать.
— Он мне всегда странным казался, — Ноа берет плед из центра круга и накидывает на плечи.
— Время поджимает, — Дженни смотрит на часы, — давайте начнём.
— Эйдана все ещё нет! — дует губы Регина.
Она похожа на тех девчонок, что дразнили меня в прошлом лагере. Такая же высокомерная, идеальная во всем принцесса.
— Ну да, куда же без него — бурчит под нос Дженни.
— БУ!
Все вздрогнули. В открытом окне, отодвинув шторку, показалась взъерошенная голова Макса.
— Без нас хотели начать? — лыбится Макс.
— Напугал! — ругается Дженни.
— Может, потише будем? Нас в любой момент могут застать вожатые.
— На этот случай у нас есть Рена. — язвит Регина.
— Я Ронни!
— Ронни, Рена, Рина. Какая разница?
Я решаю промолчать и просто вздыхаю. Тем временем в окно пытается пролезть Макс. Я вглядываюсь: на его спине рюкзак. Как только он спрыгнул с окна в комнату, содержимое рюкзака звонко брякнуло.
— У тебя там что? Алкобар? — Смеётся Уэйн.
— Почти.
— И как ты его пронёс?
— У гениев свои методы! — Подмигивает Макс.
— Тоже мне, гений. — Теперь в окне показалась голова Эйдана. Залезает он в дом ловко, без лишней помощи. — Всем привет. — Он оглядывает ребят, а затем останавливает взгляд на мне, — а это кто?
— Это Ронни, моя соседка на эту смену.
— Ты же вроде никогда не любила делить дом с кем-то из отряда.
— Время идёт, люди меняются!
— А Макс всё такой же тупой! — подшучивает Ноа.
— Заткнись, идиот! — Макс кидает подушку в Ноа.
— Давайте будем потише! — Шикает на них Софи.
Все устраиваются в кругу, каждый укутан в плед и держит в руках по кружке. Макс запустил по кругу принесённый с собой алкоголь, каждый наливает себе и передаёт следующему. Царит тёплая, дружеская атмосфера. Будто они — это большая семья, пережившая многое. Они шутят, стараясь громко не смеяться, обсуждают известные только им темы.
— Да ладно?! Ты всё-таки пригласил ее тогда? Она же малолетка! — Взрывается от смеха Уэйн
— Да угомонись ты, она всего лишь на два года младше! — оправдывается Ноа.
— Чувак, учитывая, что тебе тогда было пятнадцать, а ей - тринадцать, это вообще не круто! Ладно бы ещё умом блистала, но она же тупая, как пробка!
— Она бегала на нашу территорию всю смену. Надо же мне было что-то сделать, чтобы она отвязалась!
— И как? отвязалась? — Сэм тоже не упускает шанса посмеяться.
— Ну, в этой смене и проверим. — подхватывает Эйдан.
— Джеки в этой смене? Да что ж такое! — Ноа прячет лицо в ладони и все прыскают со смеху.
Краем глаза смотрю на часы: половина первого. Зеваю, глаза слипаются.
Чтобы никому не мешать и не отвлекать, ложусь спать прямо в гамаке, укутавшись в плед. Поворачиваюсь к ребятам спиной и смотрю в окно. Темнота. Не видно ни деревьев, ни неба, ни земли. В лагере отключили даже уличные фонари.
Смотрю в эту тьму, а на ум приходят мысли: как меня сюда занесло? Я столько лет с ужасом вспоминала возгласы о том, что Ронни страшная, Ронни очкастая, Ронни свинка. Боялась снова пережить это, снова попасть в лагерь.
Я не знаю, что приготовили для меня эти двадцать восемь дней, но сейчас я здесь, и уже поздно что-то менять.
Вдруг из непроглядной тьмы появился белый луч света. Сначала маленький, словно упавшая на землю звездочка, а затем стал приближаться, становясь все больше и больше похожим на свет фонарика.
— Да нет, после того, как Тайсон траванулся в прошлом году этой стряпней, не думаю, что ее снова будут подавать в столовой.
— Ребят, — прерываю я беседу, — вы ждёте кого-то ещё?
— Нет, а что такое? — Дженни убирает кружку в сторону.
— К нам кто-то с фонариком идет, — я снова заглядываю в окно, чтобы убедиться в собственных словах.
Тук-тук-тук.