Глава 9
Джо Брук не появился на своём рабочем месте в понедельник. Первые уроки из расписания старшеклассников прошли без учителя, из детей никто не расстроился. Директор решил проблему с отсутствием Брука только к обеду: сам вышел ему на замену и провёл оставшиеся три урока у средних классов.
Проводить тренировку директору Кларку не позволил бы никто: ни сам тренер Джо, ни команда. Поэтому в четыре часа, когда команда находилась в раздевалке и ждала распоряжений своего капитана, Нейтану на телефон пришло сообщение от Брука.
«Занят важным делом, тренировку проводи без меня».
Капитан не сообщил команде о распоряжении тренера, он начал вести с Джо диалог, задавал вопросы и пытался донести до учителя, что ему не хватает опыта для ведения тренировки, на что Джо ответил простым сообщением, где он написал: ты второй тренер. Вопросов у Нейтана больше не осталось, пришлось выполнить просьбу Брука.
Похлопав в ладоши, привлекая внимание товарищей, пытаясь прекратить их болтовню, раздающуюся на весь этаж, он пересказал ребятам всё, о чём они говорили с тренером, и попросил в быстром темпе начать переодеваться. Ещё пять минут назад у тигров должна была начаться разминка, а через четыре минуты им уже необходимо было бы брать мячи для парной тренировки.
Время, потраченное в зале, не принесло ребятам никакого результата. Без грозного взгляда Джо и без его эмоциональных наставлений, тренировка проходила в вялом, сонном режиме. Баскетболистам не хватало того самого волшебного «пинка» от Джо, чтобы в зале сохранялась дисциплина. Нейтан не мог заменить главного тренера. Как бы его не уважали товарищи, они оставались его друзьями в первую очередь. И относились к нему как к другу, а не второму тренеру: отдыхали в перерывах дольше положенного, не выполняли указания в полную силу и веселились так, словно команда уже на первом месте в таблице и им не нужно пахать как проклятым для хорошего результата.
Когда время тренировки подошло к концу, парни всё с той же энергичностью и в приподнятом настроении побежали в раздевалку. Они не потратили силы во время выполнения заданий, потому что всё делали спустя рукава.
Нейтан выходил из спортивного зала последним. Он убрал после команды оставленный мусор, собрал все мячи и задвинул все скамейки, которые друзья успели вынести на середину зала и устроить на них отдых. Когда капитан зашёл в раздевалку, половина команды ещё даже не отправилась в душ. Нейтан прошёл мимо друзей к своему шкафчику, остановился и взглянул на шкафчик рядом со своим, когда-то принадлежавший брату. Даже спустя год после его смерти, тренер никому не позволял занять место Малого. Он выделил новичкам другие места для хранения вещей, а личное место Ноя оставалось за ним даже после смерти.
Напротив их с братом шкафчиков хранил вещи Кен Тонкс. За прошедшие тренировки с Кеном, Нейтан привык, что он всегда стоял за его спиной и что-либо говорил в его сторону, пытаясь выставить капитана дураком. В этот раз Нейтан понял, что за спиной никто не оскорбляет его, не пытается вызвать на конфликт.
Капитан резко повернулся к товарищам, вглядываясь в их лица. И только сейчас он понял, что одного парня из состава не хватало на тренировки. Помимо того, что отсутствовал тренер Брук, не было также и тринадцатого номера — Кена. Нейтан начал воспроизводить в своих мыслях день, начиная с самого утра, как он пришёл в школу, пытаясь вспомнить, видел ли несостоявшегося капитана «Тигров» в течении дня. Нет. Тонкса никто не видел в школе, на уроках его не было, и он пропустил тренировку.
— Кен заболел? — задал вопрос Нейтан, обращаясь к другу Тонкса, Тони. Парнишка со смуглой кожей стоял недалеко от капитана, его окружали Оскар и Скотт, головы которых тут же начали крутиться в поисках того, о ком говорил их лидер.
Тони пожал плечами. Несмотря на их с Кеном дружбу, они редко созванивались или предупреждали об отсутствии на уроках. В большинстве случаев современная дружба подростков начинались и заканчивалась в стенах учебного заведения. Чем они занимались в свободное от учебы время, где пропадали и как проходила их жизнь дома — никого не волновало. Вот и Тони, считавшийся лучшим другом Тонкса, оставался его другом только в школе. Он даже не знал домашнего телефона товарища по команде.
— Кого-нибудь Тонкс предупреждал, что не появится сегодня в школе? — теперь Нейтан обращался ко всем парням, оставшимся в разделке. Некоторые успели уйти в душ, но семи человек, ответивших на его ответ отрицательно, хватило, чтобы понять, что тринадцатый номер никого не волновал.
В прошлые дни, когда отсутствовал хотя бы один тигр, другие поднимали волну беспокойства с самого утра. Но Нейтан снова убедился в том, что былые времена прошли. Теперь ребятам нет друг до друга дела. И как бы сильно они не любили Кена, они должны были поинтересоваться, где этот парень и почему пропускает учебный день.
Капитан достал из шкафчика свой телефон, нашёл номер Тонкса, который записал только пару дней назад по указанию Брука, и написал однокласснику сообщение в месседжере, однако ответа не последовала ни сразу. ни через час. А в социальные сети Тонкса не заходил больше двух дней, найти его не так просто, как могло показаться.
Вопросы закончились, беспокойство внутри парней за судьбу Тонкса не проснулось, поэтому они отправились в душ. Тренировка хотя и прошла в сонном режиме, но некоторых она всё же вымотала, поэтому хотелось скорее принять душ и прохладной водой смыть с себя липкий пот и освежить голову.
Особенно избавиться от головной боли хотелось Нейтану. Вода всегда помогала ему прийти в чувство. Просыпаясь по утрам с головной болью или тревогой после кошмарного сна, он всегда шёл в душ, становился под прохладные струи воды и снова возвращался в своё тело, становился живым человеком. Сейчас он чувствовал беспокойство, возможно, дело в Тонксе, с которым они так и не поладили; или в тренере, ведь Брук никогда не пропускал рабочие дни.
Из-за непривычки болели руки и ноги. Возвращаться в спорт — тяжелая работа. Мышцы, которые всегда были в тонусе, резко почувствовали отдых, отсутствие физической активности привело к расслаблению и лени, а теперь Брауна заново приходилось вводить в свою жизнь спорт, мирить тело с физической нагрузкой. После недавнего падения в парке на пробежке, слабо болело запястье, но травма не мешала капитану работать в полную силу. Он знал, что команда не вернётся к прежнему уровню за короткий срок, поэтому хотел вернуть на прежний уровень хотя бы себя. Он работал больше остальных, снова забывал про свои травмы и недуги, убирая их на второй план. Забывал про сон и отдых. Приходилось много работать, чтобы стать примером для остальных. Такова цена за выживание хищников.
Душевая опустела, Нейтан вышел из неё последним, оставляя дверь открытой, чтобы наполнить раздевалку горячим воздухом. Половина ребят успели переодеться, но по домам не расходились. Кто был одет, сидели на скамейках; кто только переодевался, стояли у своих шкафчиков. Но казалось, что все они чего-то ждали. А когда вышел из душа Нейтан, он понял, что ждали кого-то — его.
— Есть предложение, кэп, — поднимаясь на ноги при виде Брауна, заговорил Стивен. Капитан старался казаться заинтересованным, хотя все его мысли кружили вокруг Тонкса и Брука. — Не хочешь всей командой завалиться в кафе? Пообедали бы вместе, — Стив пожал плечами и засунул руки в карманы, весь сжимаясь, боясь отказа. — Поговорили бы просто. Как раньше, помнишь?
Скотт и Лукас не переживали за ответ лидера. Они знали, что Нейтан сам хотел предложить команде собраться всей толпой где-нибудь. И они вдвоём не ждали, когда кэп заговорит, у них были дела поважнее. Люк «случайно» стянул со Скотта полотенце, висевшее на его бёдрах. Боуи не одобрил шутку, он быстро надел трусы, схватил своё полотенце, и они с Лукасом устроили бой. Раздевалка снова стала самым шумным местом в школе.
Покачав головой на детские выходки друзей, Нейтан прошёл мимо них, пробираясь ближе к Стиву и остальным ребятам или «адекватной» половине команды, как их часто называл тренер. Вильям находился среди разумных парней, он переоделся быстрее всех и ждал Скотта, чтобы вместе пойти домой, они всегда шли одной дорогой. Предложении Стива младший Брук отклонил сразу, он давно перестал ходить по людным местам. Его общении начиналось и заканчивалось товарищами по команде, а с другими людьми он не разговаривал уже очень давно.
— Если команда согласна, я с вами, — пожал плечами Нейтан, даже не задумываясь над ответом.
— Пойдут все, кроме Вильяма.
Взгляд Нейтана метнулся к младшему другу. А Вильям прятал глаза, боясь взглянуть на лидера. Он уже был не рад, что отказался идти в кафе со всеми.
— Вильям тоже пойдёт, — рядом оказался Скотт, завершив свою борьбу с Люком. Одна его рука опустилась на плечо Вильяма, а вторую он положил на его голову, путая волосы. В ответ Вили зашипел и скинул с себя руки друга. Раньше Брук коротко стригся, терпеть не мог, когда волосы отрастали, сейчас он носил длинные волосы, не подстригался больше года.
— Пойду, — ворчания Вильяма сопровождалось одобрительными кивками головы Нейтана и Скотта. Когда парни всё решили, то начали расходиться. Они договорились встретиться через десять минут на крыльце, у тех, кто ещё даже не натянул на себя бельё, оставалось время на сборы.
Кэп снова вернулся к своему шкафчику и начал одеваться. Его взгляд не мог не притягивать пустое место рядом. Когда-то они с Ноем так же дурачились, как несколькими минутами ранее играли Лукас и Скотт. И Нейт невыносимо скучал по тем дням, когда брат был жив. Он был уверен, что внутри шкафчика Ноя оставались его личные вещи. Когда тренер попросил Нейтана забрать их, у старшего брата не хватило духу сделать это. И у Брука, скорее всего, тоже не нашлось сил, чтобы освободить место для другого члена команды. Агнес называла брата сентиментальным придурком, и Нейтан был уверен, что этот термин так же описывал и их тренера.
Куда сходить пообедать вопрос не вставал. Все сразу направились в сторону знакомого кафе, не сговариваясь, где в прошлые времена собирались чуть ли не каждую неделю. Команда называла его «нашим» кафе, потому что с ним их связывало много воспоминаний.
В нём они отмечали свою первую победу в восьмом классе, праздновали свои дни рождения, принимали важные решения, собравшись всем составом за столом и выпивая горячие напитки. Кафе, которое носило название «У Сэма», имело для ребят совсем другое название. Они называли его просто «нашим». И все знали, о каком заведении идёт речь, когда заходили о нём разговоры.
Семья Нейтана тоже любила кафе «У Сэма», особенно Лили. Она перепробовала в нем все десерты. Однажды, когда девочка была сильно расстроена из-за ссоры с Агнес, Ной разбил свою копилку, взял все деньги, которые откладывал на новые кроссовки, и отвёл младшую сестрёнку в кафе, где заказал ей разные пирожные. Настроение Лилибет стало лучше, а потом она провела три дня в больнице, потому что у неё сильно болел живот. Но воспоминания о том дне вызывали у неё смех.
— Тренер не писал тебе больше? — поинтересовался Люк, когда они вдвоём стояли у кассы, ожидая, когда пройдёт оплата. Нейтан уже сделал заказ, взял на всю команду их любимые горячие напитки и три пиццы. Девушка за кассой сообщила, что оплата прошла и протянула парням чек. Друзья вернулись к товарищам за стол, когда девушка за кассой сообщила, что заказ им принесут в течение двадцати пяти минут.
На вопрос друга Нейтан покачал головой.
— Не кажется подозрительным? — снова спросил Лукас.
— Кажется, — согласился капитан, присаживаясь на диван к Скотту и Вильяму. Люк сел напротив — Но он сказал, что объяснит всё лично. Нам остаётся только ждать.
— Кена ведь тоже не было в школе весь день, — включился в разговор Скотт, понимая, о чём говорят друзья. Он подвинулся ближе к столу, складывая на нём руки. — Может быть у них какие-то общие дела?
— В прошлом году Тонкс много дерьма принёс в команду, тренер разгребал его до конца сезона. Думаете, в этот раз Кен во что-то вляпался снова? — говорил Дьюк. — Не знаю, как вы, а я буду только рад, если Брук решит избавиться от проблемной задницы Кена.
— Кен проблемный, — согласился Нейтан. — Но он талантлив. Его передачи практически так же хороши, какими они были у Ноя. Если он засунет гордость поглубже и начнёт выкладываться, то принесёт команде хороший результат.
— Но он не переступит через себя, — сообщил друг Кена. Тони выглядел как человек, который знал про Тонкса больше, чем остальные могли бы подумать. И Нейтан был склонен верить в его слова. — И думаю, скоро он сам покинет команду.
— Из-за меня?
— Расслабься, кэп, ты один способен заменить половину команды, — кладя руку на плечо Брауна, говорил Скотт. — Если Тонкс уйдёт по собственному желанию, я не поленюсь и выстелю перед ним красную дорожку.
— Не меняешься, Скотти, — с легкой улыбкой говорил Люк. — Мы пытаемся сплотить команду, вернуть прежний дух, а ты игроками разбрасываешься.
Официантка принесла заказ, ребятам пришлось на время прекратить разговор, чтобы распределить напитки между собой. Ной обожал «сладкие бомбы», он пил приторно сладкий кофе с добавлением различных сиропов, шоколада и зефира. Со временем он подсадил на такие сладкие кошмары всю команду.
В былые времена, когда команда собиралась в кафе для очередного мозгового штурма, Ной брал на себя инициативу и заказывал друзьям различные горячие напитки. Они являлись ночным кошмаром для Нейтана. Он не хотел думать о том, сколько калорий в одном бокале, поэтому всегда просто соглашался с братом, но сам пил чёрный кофе. Никогда не изменял своим привычкам.
В этот раз Нейт решил изменить самому себе и выбрал кофе с карамельным сиропом, добавлением шоколада, корицы, мармеладных мишек и маршмеллоу — напиток, который душой и сердцем любил младший брат. Убийственное сочетание: приторный, одна сладость и никакого вкуса кофе, но Нейтан пил с таким удовольствием, будто ему правда нравилось.
Друзья разобрали пиццу. Тренировка была ленивой, однако все проголодались. Прокормить взрослых парней — та ещё задачка, особенно спортсменов. Нейтан понял, что трёх пицц им на компанию явно не хватит, и попросил девушку принести ещё две: одну с грибами, а вторую с курицей. Их любили Ной и Вильям. Остальные могли есть с любым вкусом.
— Только сейчас дошло, — отвлекаясь от общей темы беседы, заговорил Стив. Он опустил кусок пиццы на тарелку, протёр руки салфеткой и взял в руки бокал со своей шоколадной бомбой. — Первая игра у нас выездная?
Нейтан об этом не думал. Он знал, что они играют с «Боевыми Пантерами», но совсем забыл уточнить, на чьей территории будет проходить матч. Он пытался напрячь мозг и вспомнить голос тренера. Джо рассказывал о команде соперников в пятницу вечером после того, как Нейтан провёл два с половиной часа один в зале. Его мозг в тот вечер не соображал, мышцы ныли, но приходилось оставаться в школе и работать с тренером над планом для будущего матча.
— Кажется да, — ответил капитан, почесав затылок. — Нам же на пользу, меньше будем мелькать перед глазами директора. Если мы привезём победу, он смягчится к нам.
— Кэп, при всём моём уважении к тебе, — начал Оскар, положив руку на грудь. — Я тебя люблю, обожаю, души в тебе не чаю, но ты осознаёшь, в какой мы заднице? Мы с треском провалились, наша команда на двенадцатом месте из двенадцати, внутри полный разлад, о какой победе идёт речь?
— Ребят, я всё понимаю, — серьёзно говорил Нейтан. — И я вижу, что вы напуганы. Не знаю, что именно заставляет вас бояться баскетбола, но ваши глаза вас выдают.
Товарищи молча переглядывались, заглядывая в глаза друг друга. Они пытались понять, о чём говорил Браун, однако не видели ничего полезного.
— Я здраво оцениваю наши шансы на победу в первом матче. У меня всё ещё случаются панические атаки на площадке, мы лишены холодного ума Вильяма, Тонкс не собирается нам содействовать, а Люк со своей травмой не сможет долго играть, нам придётся часто его менять.
Лукас попытался вмешаться и сообщить, что травма ему не помешает принести команде победу, но заговорить ему никто не дал. Уилт сидел рядом, поэтому сразу закрыл рот другу.
На прошлой тренировке Люк неудачно приземлился на ноги после того, как попытался в прыжке забросить мяч в корзину. Больная лодыжка его не беспокоила, он продолжал работать со всеми, однако тренер со стороны видел выступающие вены на лице старшеклассника, когда он разминался и бегал по залу столько же кругов, сколько и другие. Травма всё же беспокоила его и мешала работе.
Нейтан молчал о своём запястье, не хотел, чтобы Лукас брал с него пример и играл с травмой. Но в случае лидера, его действительно не беспокоила боль в руке, он давно перестал чувствовать боль.
— Я повторял уже ребятам в столовой, сообщу и вам — не отказывайтесь от боя до его начала, — продолжал Браун. — Не принимайте поражение, когда это ещё не случилось. Мы тигры или нет? У нас есть когти? Зубы? Давайте вцепимся в мысль о победе, и пусть она ведёт нас вперёд. Я верю в нас, даже если шансы малы. И если вы не верите, моей веры хватит на всю команду, я буду вас заряжать до последнего вздоха.
— Кто ты и что ты сделал с нашим кэпом? — засмеялся Скотт.
Нейтан улыбнулся в ответ. Раньше он был пессимистом. Не верил в победу так же, как и ребята сейчас не верили в неё. А Ной всех поддерживал, говорил всё то же, что сегодня сказал Браун. И теперь Нейтан пытался мыслить позитивно. После возвращения в сломленную команду он увидел в них других людей, разбитых и подавленных, каким он являлся сам. Браун не знал, что происходило в жизнях его друзей. Не знал, что заставило их бояться, отпустить веру в победу. С ними произошло много вещей, о которых принято молчать. И поэтому Нейтан хотел стать их надеждой на лучшее, становясь полной противоположностью своей старой версии.
— Моя травма, кстати, не помеха, — всё же сообщил Лукас. Он по-прежнему оставался недовольным. Ему не нравилось, что его убирают на скамейку запасных ещё до того, как начинается их битва. — Я буду играть в полную силу.
— Если ты думаешь, что я буду часто тебя выпускать, удачи, — ответил Нейтан. — Пока школьный врач не скажет, что твоя лодыжка в порядке, даже не надейся на длительный триумф на площадке. Моя задача сохранить команду, но я не собираюсь жертвовать вашим здоровьем ради этого. Если мы закончим сезон отстойно, не поднимемся выше того места, где находимся сейчас, мне будет плевать. Потому что я буду знать, что мы пытались. И я лично пошлю директора на неприличные буквы, если он не оценит наш труд и не позволит в следующем году появиться на свет новым тиграм.
— Я теперь даже не знаю, чего хочу больше — победы или поражения, — ухмылялся Скотт. — Но увидеть Нейтана, ругающимся матом на директора, определённо горячо. Кэп, пошлёшь его даже если мы заберём кубок в этом году?
— На выпускном, — согласился Браун. — Но при условии, что вы позволите моей маленькой сестрёнке носить «золотую» куртку победителя весь день.
— Лили? — удивился Вильям. — Она всё ещё бредит курткой победителя?
— Спит и видит, как получит её.
— Чего же ты раньше не сказал? — оживился Люк. — Ради Лилибет я бы давно её украл, потому что выиграть её честным путём над вряд ли удастся.
Лукас озвучил грустную правду, которые осознавали многие, однако команда не смогла сдержать смех.
— Бро, заключим пари, — локоть Скотта опустилась на стол, он протянул ладонь Нейтану, чтобы тот её пожал. Браун изо всех сил пытался не вздрогнуть после того, как Скотти назвал его «бро». Он уже давно не слышал это слово. Так к нему обращался только Ной. — Мы побеждаем, тренер получает кубок, а Лили — куртку на день, а ты на выпускном посылаешь директора и говоришь, что он полное дерьмо, раз не ценит спорт, всё верно?
— С огнём играешь, Нейт, — подталкивая друга в плечо, говорил Люк. — Но мне нравится, что мы снова начали спорить. Дух-то оживает!
За столом снова раздался звонкий мужской смех. Все с интересом наблюдали за тем, как капитан и второй номер заключали пари. Браун редко соглашался на авантюры Скотти.
— Идёт, — согласился Нейтан, пожимая руку друга. — Но ты должен нам победу, Скотти. Справишься?
— Даже если останусь без рук и ног, всё равно выгрызу вам путь к кольцу.
Слова Скотта прозвучали слишком серьёзно. И он выглядел чересчур ответственным за сказанное. Нейтан испугался за друга, потому что Скотт и серьёзность — два несовместимых слова. Но он знал, что может положиться на своих парней. И если Скотти загорелся какой-то идеей, даже если не совсем здоровой, он не отступит.
Снова оживлённые разговоры и споры. Лукас был прав, дух команды оживает. И Нейтан даже не был удивлён тому, что команда медленно возвращалась к своим истокам именно в том кафе, которое выбрал для них Ной. Младший брат всегда склеивал трещины, возникающие в коллективе, и даже после смерти он умудрялся им помогать.
Стол в центре кафе «У Сэма» начал пустеть к восьми часам. Посетителей к тому времени осталось мало, закрытие кафе ровно в девять. Всего несколько парочек доедали десерты и двое пожилых мужчин доигрывали партию в шахматы, сидя за столом у окна и выпивая уже остывший чай с мятой. Официанты и бармен готовились к завершению дня, натирали столы и посуду, чтобы следующим утром вернуться в чистое заведение.
Баскетбольная команда провела время с пользой. Они обсуждали будущую игру, сошлись на договорённости больше тренироваться в одиночку, при любой возможности находить мяч с кольцом, чтобы оттачивать броски. Но никто не говорил про свою личную жизнь. Не шли разговоры о семьях или о досуге вне учёбы и площадки. Пока ребята не были настолько сплочёнными, чтобы говорить на разные темы. Пока они были готовы обсуждать только спорт.
Жили парни в разных районах, только Скотт и Вильям ходили одной дорогой, остальные либо ходили пешком, но все разными маршрутами, либо добирались на автобусе, пересечений не было.
После вкусного обеда, который перешёл и в ужин, начали уходить сначала те парни, которые проживали дальше всех. Тони, Уилт и Джастин попрощались одни из первых, а потом медленно покидали стол и остальные. Остались лишь Нейтан, Скотт, Лукас и Вильям, которым не хотелось возвращаться домой. Они напоследок выпили ещё по одному напитку, расплатились и вышли из кафе, направляясь по дороге в одну сторону, расходиться они всё ещё не собирались.
В кафе за столом, находясь в шумной компании, Вильям много молчал. Он всегда был тихим и молчаливым, смеющимся и разговорчивым его можно было увидеть только рядом с Ноем, потому что рядом с этим парнем невозможно оставаться спокойным и равнодушным. В этот вечер рядом со своими друзьями Вильям Брук казался ещё более подавленным, чем обычно. Раньше он иногда мог реагировать на шутки Скотта, раздавшиеся в стенах раздевалки или на площадке, но с тех пор прошло много времени, и малыш Вили сильно изменился.
Кэп задавался вопросом, замечали ли Скотт с Люком изменения в их младшем товарище. Но он всё ещё слишком трусил, чтобы спросить у них об этом лично. Чувство вины из-за ухода мучило его постоянно. Вина из-за того, что оставил друзей в одиночестве бороться с проблемами, тяжелым грузом лежала на плечах Брауна.
Особенно виноватым Нейтан чувствовал себя перед Вильямом. Он был одного возраста с Ноем, поэтому за время их дружбы Вильям успел стать для Нейта ещё одним младшим братишкой, за которым нужен постоянный присмотр.
Младших в команде Скотт всегда называл: Малой и малыш Вили, все о них заботились и поддерживали, но теперь всё поменялось, Ноя больше нет, а Вильям повзрослел, поэтому к нему перестали относиться как к особенному члену команды. Его перестали замечать.
Переживания Нейтана не прекращались. Его грызло чувство вины каждый раз, когда он смотрел на младшего друга. Он должен был оставаться рядом с ним, должен был уберечь от душевных переживаний и потрясений, должен был помочь справиться со смертью лучшего друга. Но Нейтана не было, и он не смог помочь никому — ни себе, ни младшим братьям. Он бросил Вильяма в тот момент, когда был необходим больше всего. Он бросил всех. И теперь капитану нужно мириться с закрытостью и молчаливостью друга.
— У кого комендантский час? — останавливаясь перед светофором и поворачиваясь лицом к друзьям, задал вопрос Лукас. Его лицо озарила светлая улыбка. Несмотря на позднее время, на улице всё ещё было светло, солнце только-только уходило за горизонт.
В руках Люка был баскетбольный мяч. Когда команда собиралась вместе, кто-то всегда брал с собой мяч на случай, если они будут гулять и увидят уличную площадку.
Порой старшеклассникам становилось скучно даже на уроках. Бывали случаи, когда Лукас и Скотт бросали мяч между рядами парт, когда учитель отворачивался к доске. Иногда просто крутили мяч на пальцах, соревнуясь, у кого будет рекордное время. Как бы не хотелось парням или их родителям уделять времени больше учёбе или другим обязанностям, к этому прийти было невозможно. Баскетбол занимал важную роль в их жизни, заполнял их головы и был единственной целью.
На светофоре загорелся зелёный свет, ребята вместе с остальными пешеходами поспешили перейти дорогу. Скотт перехватил у одноклассника мяч и начал отбивать его от земли, пока Лукас не вернул мяч себе. Нейтана озарило, он вспомнил про площадку в парке. Находился он недалеко от его дома, там Нейт тренировался раньше с братом, а теперь один.
Капитан почувствовал острую необходимость посетить площадку вместе с друзьями, сыграть с ними без остальной половины команды, и попытаться ввести в игру Вильяма, пожалуй, это была его главная мысль.
— Дай мяч, Люк, — попросил Браун. В его раскрытые ладони тут же прилетел мяч. Нейтан начал отбивать его от земли, обводил вокруг себя. — Устали, принцессы?
Губы Скотта растянулись в довольный улыбке, глаза заискрились, словно он только что выиграл не меньше миллиона.
— Есть предложения, кэп?
— Парк, площадка, игра, — давал координаты Нейтан. Отказов не последовало.
Мальчики перенеслись на несколько лет назад, вспоминая чувство, с которым они пришли в команду. Наперегонки они добрались до парка, запыхавшиеся и уставшие упали на сырую траву, пытались отдышаться. Об игре уже никто не думал. Они смотрели на серое небо, затянутое тучами, от красивого заката не осталось и следа; тяжело дышали и мечтали лишь о воде, чтобы смочить горло, но рядом не оказалось даже палатки с мороженым: уже наступил вечер, темнело, всё закрывалось.
— У меня одного чувство, будто мне снова шестнадцать? — спросил Лукас, раскидывая руки в стороны. Он сжимал в руках зелёную траву, пропуская её между пальцев. На лице по-прежнему сияла улыбка, от усталости не оставалось и следа.
Остальные выглядели не менее счастливыми. Давно им не удавалось вместе проводить время: побегать на перегонки до парка, подурачиться во время бега, вспомнить прошлые деньки, наполненные детским счастьем.
Вечером в парке людей становилось всё больше, но никто не обращал внимание на безумных подростков, развалившихся возле площадки.
— Тебе было шестнадцать два года назад, не так много времени прошло, — толкая друга в лодыжку, произнёс Скотт. Он начал двигаться, из последних сил меняя своё положение. Положил голову на живот Люка, бросая в его лицо небольшой клочок вырванной травы. — Ты больше похож на человека, которому шесть, — смеялся Скотти.
Люк опустил тяжелый кулак на грудь Скотта, тот выпустил тяжелый вдох. Парни начали в шутку драться, но остановились, когда Вильям первый поднялся на ноги. Младший снял жилетку, элемент школьной формы, которую носил поверх рубашки, и развязал галстук. Вещи оставил на небольшом деревянном столике, который друзья сами построили несколько лет назад. Следом за Вильямом поднялся Нейтан, он тоже бросил на стол свой рюкзак и галстук, расстегнул пару пуговиц на рубашке, чтобы она меньше сковывала его движения.
— Пока эти старперы отдыхают, сыграем один на один? — предложил Нейтан, с ухмылкой на лице наблюдая за младшим другом. Вильям кивнул, принимая вызов и удивляя капитана. Нейтан не был уверен в положительном ответе, когда предлагал сыграть. Он думал, что придётся уговаривать Брука как минимум несколько минут, но всё оказалось намного проще.
Скотт и Люк выглядели чересчур заинтересованными в столкновении самого старшего из команды и младшего. Лукас подложил себе под голову рюкзак, чтобы шея не затекала, а Скотт решил, что бедро друга станет ему отличной заменой подушки. У них были лучшие зрительские места, не хватало только попкорна или чипсов.
— Ты научился чему-нибудь новому, малыш Вили? — не унимался Нейтан. Он без злого умысла продолжал дразнить друга, он просто надеялся, что во время игры им удастся лучше понять друг друга.
Браун очень хотел полюбить баскетбол заново — новый баскетбол, в котором не было больше Ноя. И он ещё больше хотел, чтобы Вильям начал преследовать ту же цель — пытался найти свой путь в спорте без Ноя.
Нейт знал, как сильно боится игры Вильям. И у них была одна причина — матчи вызывали плохие воспоминания. Но Браун собирался бороться с этой проблемой, а Вильям, кажется, даже не думал об этом. Он был слабее своего капитана, и Нейтан принимал эту позицию.
Игра началась, но действовать никто не спешил. Вильям ходил с мячом по площадке, глазами искал свободный путь к кольцу, но Нейтана казалось так много, словно против Вильяма играл не один человек, а сразу несколько, поэтому третий номер выглядел растерянным.
Задача Вильяма во время игры — прорываться через противников к кольцу, если есть возможность — бросать, если нет, передавать открытому игроку. Его рассудительность и холодная бдительность — лучшие помощники на площадке во время игры.
Раскрыть свой талант ему помог отец, Джо Брук, обучая сына баскетболу с пелёнок, а когда Вили пришёл в команду, Ной и Нейтан помогли ему раскрыть свои лучшие стороны. Он никогда не паниковал, острым глазом всегда видел свободные точки, куда мог бросить мяч, или где он проскочить сам.
Во время детской игры один на один с капитаном, Вильям выглядел озадаченным. Растерянность и испуг плескались в его глазах. Нейтан считал своей обязанностью вытащить эти неприятные чувства из младшего, даже если потребуется применить силу.
Против Брука выступал всего один человек, но он уже не мог найти выход, а паника наростала. Вильям попытался сделать ход, проскочить под рукой Нейтана и пройти к кольцу, но кэп разгадал план, опустил руку, забирая у младшего товарища мяч.
— Если я знаю каждый твой шаг, как думаешь, что будут знать о тебе соперники? — говорил Нейтан, отбивая мяч от земли. Он в два шага обошёл Вильяма, обманом увернулся от его руки, когда тот пытался сделать блок, забрал с собой мяч и прошёл к кольцу, забирая себе первые очки. Вильям не удивился.
Там, где отдыхали друзья, начался шум. Скотт и Лукас ликовали, одаривая Нейтана хвалебными комментариями, восхищаясь его способностями. Вильям повёл бровью, команда за траве не волновала его. Он повыше закатил рукава, встал в нужную позицию, подняв руки на уровне груди. В нём проснулся азарт и желание обыграть капитана.
— Я не собираюсь играть, — напомнил Вильям, смотря на кэпа. — И тебе просто повезло.
— Ещё раз?
Нейтан снова начал обходить друга с мячом в руках, он двигался на согнутых ногах, ухмылялся, наблюдая за сосредоточенностью Вильяна. Пользуясь моментом, когда младший слишком долго концентрирует внимание на мяче, Браун прошел мимо, снова отправляя мяч в кольцо.
— Я же смотрел на него!
— Смотри не на мяч, а на руки, — объяснил Нейтан. — Я же вор в мире баскетбола, украду мяч из-под твоего носа за три секунды. Ты следишь за тем, как мяч отлетает от пола в мои руки, строишь план, как заберёшь его у меня, и пока твои глаза следят за мячиком, я уже прохожу мимо тебя, потому что твой мозг продолжает думать, что мяч всё ещё перед глазами.
— Так его, кэп! — закричал Скотт, подбадривая друга аплодисментами и свистом. — Научи нашего ребёнка правильной игре.
— Если ты начнёшь снова работать в полную силу, — полностью игнорируя Скотта и сосредотачиваясь на эмоциях Вильяма, продолжал говорить Браун. Он передал мяч в руки Вильяма, младший пристально смотрел на предмет в своих руках. — То быстро вернёшь себе свою холодную рассудительность, никакой вор не украдёт мяч, изначально принадлежавший тебе.
— Я не начну играть, — отрезал Вильям, выбрасывая мяч на землю.
— Ты не можешь бегать от команды вечно, — вспылил Нейт. — Рано или поздно ребята начнут возмущаться, начнут требовать, чтобы ты играл, иначе почему ты занимаешь место в команде? Ты можешь играть со мной, со Скоттом и Люком, почему ты не можешь играть с остальными в зале? Вильям, тебе надо..
— Прости, Нейтан.
Вильям опустил голову, лицо скрылось за отросшими волосами.
— Мне очень не хватает Ноя.
Браун кивнул. Он знал это чувство. Ему не хватало брата в жизни, в игре, в каждом его дне. И Нейтан готов был расплакаться рядом с Вильямом из-за того, насколько были похожи их чувства.
— Я знаю, дружище, — шёпотом произнёс капитан. Он опустил руку на плечо Вильяма, слегка сжимая его, чтобы привести младшего в чувство. — Мне тоже. Ты всегда можешь прийти ко мне, чтобы поговорить о том, что тебя тревожит, хорошо, Вильям? В самые тёмные дни вспоминай обо мне так же, как ты вспоминал про Ноя. Обещаю, я больше не оставлю тебя без помощи. Никого из вас. Ты мой друг, ты был лучшим другом Ноя, никто не позволит тебе одному плескаться в этом дерьме и пытаться выжить. Мы рядом. Мы все.
— Ты знал, что он никогда не хотел связывать свою жизнь со спортом?
— Да, он играл только ради меня.
— Нет, — Вильям покачал головой. — Он оставался в команде не только ради тебя.
— Какие ещё у него были причины? Не поверю, что любовь к спорту.
— Ной знал, что его уход всё разрушит, без него команда долго не проживёт, ведь ты слишком пессимистичен, чтобы подбадривать парней в самые напряжённые моменты. А он отлично справлялся.
Нейтан ухмыльнулся. Ему за этот долгий день уже второй раз напоминали о его прошлой личности — тёмной, ворчливой, пессимистичной, противоположной той, какая была у Ноя. Но сейчас Браун пытался стать другим человеком, поддержкой для друзей, спасателем для тех, кто тонул так же, как и он сам.
— Он многим делился с тобой, правда? — спросил Нейтан.
— Должен был говорить о меньшем, — кивнул Вильям. — Возможно тогда мне не было бы так больно.
Не задавая больше вопросов, капитан притянул к себе друга для крепких объятий. Он опустил ладонь на голову малыша Вили, поглаживая по волосам — так его всегда успокаивала Агнес. И Нейтан надеялся, что сейчас ему удастся стать маленьким проблеском света для Вильяма, чтобы у него появились причины жить и играть.