БОЛЬШИЕ ТАЙНЫ МАЛЕНЬКОГО ГОРОДА

Полдень. Комиссар Уэстморленда, сложив руки на груди, следил за происходящим на месте преступления. Он устало поднял глаза вверх. Тучи затянули небо.

- Собирайте данные. И побыстрее, скоро пойдёт дождь, - комиссар обратился к детективу Моррису, одному из мелких офицеров. - И допросите свидетелей.

Детектив Моррис кивнул и подошёл к телу, где уже работал судебно медецинский эксперт.

- Что у нас здесь на этот раз?

- Эксгумированный труп, - ответил судебный медик, Джейн Айрес.

Детектив Моррис посмотрел на безжизненное тело молодой девушки. Было трудно поверить, что это некогда наполненное жизнью тело, на которое раньше часто засматривались мужчины, и которым нередко восхищались женщины, сейчас лежало на земле и было холодным и твёрдым. Кожа трупа была пурпурно-серого оттенка, что говорило о том, что поздние стадии разложения уже начались. Детектив отвёл глаза в сторону, прочистил горло и произнёс:

- Итак, что мне заносить в протокол?

Джейн внимательно осматривала тело. Один из криминалистов активно фотографировал его со всех сторон, стараясь не упускать ни одну из деталей.

- Девушка, семнадцать лет, светлые волосы, голубые глаза. Разложение минимальное. Крови немного. Кожа исцарапана о камни и сучки - её волокли по земле. Имеются трещи­ны затылочной кости и ушибы мозга. Состояние поверхности - сухая почва. Одежда девушки в достаточно хорошем состоянии - грязная, но не рваная. Значит, она не боролась с убийцей, вполне возможно, он напал со спины, когда она ничего не подозревала.

- Лучше назовите причину смерти, - поторопил судебного медика детектив, посматривая на свои наручные часы.

- Удар по голове тупым предметом. Время смерти: не менее трёх месяцев назад. Время захоронения: через несколько часов после смерти девушки.

Следователь быстро записывал её слова себе в блокнот размашистым почерком. Судмедэксперт обратилась к детективу Моррису:

- Вы должны отразить вре­мя и дату осмотра, температуру и влажность воздуха, место обнаружения трупа, наличие одежды и обуви, состояние трупных явлений, пори­стость почвы, ее зернистость и состав. Также предоставьте, пожалуйста, справку гидрометеослужбы за период предполагаемого пе­риода развития трупных явлений. Все данные принесите ко мне в лабораторию. Вскрытие через два часа, - она ловко сняла перчатки, поднялась и закрыла свою сумочку. Миссис Айрес взглянула на сотрудника. - Мне надо узнать о механизме образования повреждений, чтобы как можно скорее сдвинуть дело с нуля, так что поторопитесь. Жду тело у себя в лаборатории.

- Замечательно, - вполголоса выругался детектив, следователь лишь хмыкнул в ответ.

Джейн Айрес скользящим взглядом обвела толпу, пока её глаза не остановились на мне. Я в растерянности стояла за полицейской лентой. Мама кисло улыбнулась уголками губ и подошла ко мне.

- Её убили, да? - спросила я.

- Пока не известно. Но, я думаю, да. Скорее всего это убийство.

По спине пробежал холодок. Я думала, что Ханна сбежала. Раньше мне и в голову не приходила мысль, что она могла быть убита.

- Как давно она... мертва?

- Методы определения времени и давности смерти основаны на законо­мерностях развития трупных явлений, явлении переживаемости тканей в первое время после смерти и закономерностях химических изменений, происходящих в трупе. Всё указывает на то, что она мертва три месяца. Скорее всего это произошло в день её исчезновения.

Я сглотнула. Какая же я была дура. В тот день, когда она пропала, она не планировала сбегать. Она покинула нас не по своей воле.

- Что ещё удалось узнать? - донёсся голос Майка.

- Пока ничего существенного. Криминалисты уже почти закончили обследование места преступления. Сейчас мы поедем в лабораторию, и я проведу вскрытие.

Вскрытие. От этого слова по коже пробежали мурашки. Мои плечи поникли. Мама посмотрела на меня так, словно хотела ещё что-то сказать, но не могла подобрать нужные слова, и просто отвернулась.

- Я поеду с тобой, - сказала я.

Глаза Джейн округлились.

- Нет, Амелия. Даже не думай, - она отчаянно замотала головой, будто пытаясь отмахнуться от этой глупой мысли. - Ни за что.

- Мама, это моя подруга, - мой тон был резким и непоколебимым. - Не тебе решать, что я должна видеть, а что нет, если дело касается Ханны. Я три месяца кормила себя ложными надеждами на её возвращение. Это всё равно, что лгать самой себе! Какой-то маньяк отнял у неё жизнь, а ты отнимаешь у меня возможность узнать правду.

Мать долго молчала, её губы были тонко сжаты. Труп погрузили в катафалк.

- Мам, - я сделала шаг вперёд и прошептала, - пожалуйста.

- Нет, - ответ Джейн прозвучал бесцветно. - Ты поедешь домой.

- Но... - пролепетала я.

- Никаких "но", Амелия. Как ты не понимаешь, это вовсе не какая-то игра в "Правду или ложь", "Жизнь или смерть", это ужасные события, с которыми мне и моим сотрудникам приходится ежедневно сталкиваться на работе. Люди умирают каждый день в самых разных обстоятельствах, твоя подруга - не единичный случай, поэтому для тебя не будет каких-либо исключений, Амелия. Тебе нельзя пойти со мной.

Я сглотнула. Она не понимает. Не понимает, вот и всё.

Она развернулась и быстрыми шагами направилась к своей машине.

- Извините, могу я задать Вам пару вопросов? - раздался голос за спиной.

Детектив Моррис сжимал в руках чёрный блокнот и ручку и смотрел на меня исподлобья.

- Конечно.

Он щёлкнул ручкой и начал задавать вопросы:

- Ваше имя?

- Амелия Айрес.

Детектив Моррис поднял глаза. На миг в его глазах отразилось удивление.

- Айрес? Хм, интересно.

Он узнал фамилию коллеги, и его тон смягчился. Детектив вновь приступил к расспросу:

- Вы знали погибшую?

Погибшую. Это слово засело у меня в голове.

- Да. Ханна - моя подруга, - ответила я и быстро добавила. - Была ей.

- Когда Вы видели её в последний раз? - спросил детектив, сложив руки с блокнотом за спиной.

- Три месяца назад. В кафе "Cup of bliss", где я работаю. Она зашла перекусить, потом ей кто-то написал и она ушла.

- Кто-то написал? Гм... - детектив пометил что-то у себя в блокноте. - Она выглядела огорчённой или злой после того, как прочитала сообщение?

Я вспомнила стук длинных ногтей Ханны по экрану телефона, печатающих ответ, и её бесцветное лицо, не выражающее никаких эмоций.

- Нет.

- Вы видели, кто ей его прислал?

- Нет.

Детектив Моррис пристально посмотрел на меня. Я отвела взгляд, почувствовав себя неуютно.

Вдруг я замечаю знакомую фигуру в толпе. Она открыла пачку "Parliament" и достала тонкую сигарету. Что она здесь делает, подумала я. Девушка зажала сигарету между губ, щелчок зажигалки создал маленькое пламя, бросающее танцующую тень на её лицо. Она медленно вдохнула в себя порцию никотина.
Это была Мэделин Уоррен. Жена учителя, Мистера Уоррена. Та самая девушка, которую Ханна ненавидела даже больше, чем Эмили Райт.

***

Я схватила мерцающую красную помаду Ханны и намазала ее на свои губы. Но, посмотрев на себя в зеркало, стоящее на кофейном столике в гостиной дома Ханны Эмерсон, скривилась. Я наклонилась ближе и сморщила свои алые губки. Красный - определённо не мой цвет.

- Я хотела бы красить губы красной помадой почаще и разбивать парням сердца, но, к сожалению, это парни разбивают моё сердце, а красная помада мне не идёт.

Я хихкнула, но Ханна меня не слушала. Она уже полчаса рылась в своём гардеробе и никак не могла выбрать, что надеть. Я сидела на полу, скрестив ноги, и пустым взглядом смотрела в потолок, иногда отвлекаясь, чтобы оценить образ Ханны.

- Божечки, иногда я так жалею что у меня нет старшей сестры, у которой я могла бы брать крутые шмотки, - проныла Ханна.

- Для этого у тебя есть подруги. Я и Ребекка, к примеру.

- У нас с тобой разный размер, а насчёт одежды Бекки... Уж лучше меня пристрелят, чем я одену что-то из её гардероба. Согласись, у неё совершенно нет вкуса.

Ребекка любила выделяться и часто эксперементировала со своим стилем. Иногда в школе её можно было увидеть в кедах Converse, вязаном кардигане и длинной юбке в пол, а порой она надевала босоножки на плетеной танкетке, спортивные джинсы и вызывающий красный топ.

За свою любовь к экстравагантной одежде Ребекка не раз бывала в кабинете директора, потому что полностью игнорировала школьные правила, заставляющие школьников носить скучную серую форму.

Ребекка также не остановилась на странной одежде. Она нередко красила волосы тоником в самые отчаянные цвета. Сейчас волнистые волосы девушки были её натурального цвета - рыжие с янтарным оттенком. Её лицо было усыпано яркими веснушками, выделяющимися на фоне молочной кожей, и, в целом, внешность Ребекки казалась мне очень миловидной, а её стиль - интересным.

Ханна схватила оливковую вельветовую юбку и приставила к бёдрам, повернулась ко мне и встала в позу.

- Не-а, - я замотала головой. - Лучше джинсы.

Ханна последовала моему совету и надела модные синие джинсы с завышенной талией от Blue Cult. Я одобрительно кивнула. Оставалось подобрать вверх, и можно идти.
Тогда Ханна приложила лимонно-жёлтый кашемировый жакет к своему стройному телу.

- Выглядишь классно.

- Спасибо. И да, сотри мою помаду - не твой цвет, - холодно бросила подруга.

Я невольно коснулась пальцами своих губ. Порой я ненавидела Ханну за её прямолинейность. В ней совершенно отсутствовало чувство такта. С другой стороны, я была упряма, и достучаться до меня можно было, только сказав что-либо напрямую. Поэтому я всегда следовала советам Ханны, она разбирается в моде куда лучше меня.

Ханна вскочила и подбежала к своей вельветовой косметичке. Она ловкими движениями подкрасила нижние ресницы и повернулась ко мне:

- Можем идти, Мел.

***

На улице стоял поздний май. Близился конец учебного года. Небо было ярко-голубым, а солнце припекало голову.

Мы зашли в кинотеатр. Первым делом я подошла рассмотреть афишу.

- Что будем смотреть? - спросила у меня Ханна.

- Мелодраму с печальным концом. Чтобы все дамочки плакали навзрыд, а в воздухе витала атмосфера романтики.

Ханна засмеялась.

- Надеюсь, ты не серьёзно. Я бы лучше посмотрела, как зомби сжирают мозги этого парня, - Ханна ткнула своим наманикюренным пальцем в постер к фильму "Рассвет мертвецов" с изображением главного героя в окружении зомби, - чем целых два часа умирала от скуки во время ванильного фильма.

- Точно.

Она провела рукой по лицу, чтобы откинуть светлые волосы назад. Её взгляд задержался на паре, которая также выбирала фильм рядом с нами. Ей понадобилось меньше секунды, чтобы узнать их.

Наш учитель английского, Ник Уоррен, с которым у Ханны был роман, и его жена держались за руки, обсуждая премьеру.

- Вот тебе и романтика, - буркнула Ханна, закатывая глаза.

Мистер Уоррен заметил нас. При виде Ханны на его лице отобразилась растерянность, затем паника, но через секунду он взял себя в руки.

- О, добрый вечер, девочки, - сказал он.

- Зравствуйте, Мистер Уоррен, - ответили мы одновременно.

Его жена повернулась, продолжая крепко держать супруга за руку.

- Привет. Я Мэделин Уоррен, - сухо представилась девушка. Я отметила, как красива была Мэделин - высокая, с блестящими тёмно-русыми волосами и ровными скулами. Её большие карие глаза напоминали вишни. Она просканировала нас взглядом, словно оценивая, с кем имеет дело.

- Это мои ученицы: Ханна и Амелия, - пояснил Ник.

- Очень приятно, - отозвалась Мэделин, натянув вялую улыбку.

- Какой фильм будете смотреть? - спросила я, чтобы разрядить обстановку.

- Историческое кино, - ответил учитель. - Я пойду за билетами.

Мистер Уоррен ушёл к кассе, а его жена осталась с нами. Она ковыряла лак на указательном пальце, чувствуя себя неуютно рядом с молодыми, хорошенькими ученицами своего мужа.

- Вам очень повезло с мужем, Миссис Уоррен, - заметила Ханна.

- Как и тебе с учителем, - настороженно ответила Мэделин.

- Он очень хороший. Как учитель, конечно. Его все просто обожают! Смотрите, как бы его никто не увёл, - надменно улыбнулась Ханна, еле заметно подмигнув жене Ника. - Шутка.

Мэделин нервно хихикнула:

- Я бы на твоём месте думала об учёбе, а не шутила.

- Как можно думать об учёбе, когда урок ведёт Ник? - парировала Ханна.

Она с деланной внимательностью принялась рассматривать свой безукоризненный маникюр, пытаясь показать жене учителя, что ей не интересно продолжать разговор. Но последнее слово осталось за Мэделин.

- Для тебя он Мистер Уоррен, - поправила она Ханну. - И вообще, осторожней. Не стоит разбрасываться словами.

Вернулся Ник Уоррен с двумя билетами и большим стаканом с солёным попкорном. Мэделин сразу взяла его за руку.

- Фу-у-ух, еле успел. - Ник помахал билетами. - Я взял последние два билета. Не думал, что в наше время людей так сильно интересует история. Мне казалось, все ходят лишь на такие глупые фильмы, как "Рассвет мертвецов". По мнению молодёжи, смотреть как ожившие мертвецы едят мозги своих жертв намного интересней, чем изучать историю своей страны и смотреть исторические фильмы.

Мы все дружно засмеялись. Ханна нервно прикусила внутреннюю поверхность щёк.

- Что ж, было приятно познакомиться, девочки, - сказала Мэделин. - Хорошего вечера.

Нахмкрившись, Ханна смотрела им вслед. Я осторожно коснулась её плеча.

- Она тебе и в подмётки не годится.

Лицо Ханны озарила бледная улыбка.

- Знаю.

- Пойдём скорее за билетами на "Рассвет мертвецов", пока их не разобрали, - предложила я.

Подруга нерешительно повернула голову в сторону кассы и сокрушённо покачала головой.

- На этот фильм? Ха-ха, ты серьёзно, Мел?

- Ты же сама предложила.

- Это была шутка. Давай посмотрим что угодно, только не это. Можно, мелодраму, если ты так хочешь.

***

- Есть ещё что-то, о чём бы вы хотели рассказать? Может, кто-то желал Ханне зла?

Желал зла? Все любили Ханну, подумала я. Но затем я начала мыслить логически и пришла к выводу, что это не так.
Убийцей мог быть кто угодно: Брайс Финдлэй, бывший Ханны, который открыто её ненавидел, или Эмили Райт, ставшая с недавних пор её врагом, или Мэтт Филипс, скрывавший какой-то ужасный секрет, о котором Ханне было известно, или Мэделин Уоррен, которая ревновала мужа к ученице, или кто-то из команды по хоккею на траве, желающий занять место капитана, которое принадлежало Ханне, или вообще кто-то другой, кто ей завидовал.
Но из всех перечисленных прямо сейчас на месте преступления присутствовал лишь один человек - Мэделин.

Я повернула голову. Сделав ещё пару затяжек, Мэделин докурила сигарету, бросила её на пожухлую траву и затоптала своим чёрным сапогом. Я проводила её тревожным взглядом. Ханна бы убила меня, если бы знала, что я собираюсь сделать. Но, увы, она сама была убита. И ради неё я это сделаю. Я должна рассказать. Должна.

Я повернулась к детективу Моррису.

- Вам стоит кое-что узнать о Мэделин Уоррен.