12 Глава|Сомнения
– Ага, это Стелла интервью взяла, Люси помогала. Благодаря статьям многие заинтересовались редакцией. Факультативами тоже, причем не только журналистикой и криминологией. Профессор Шимизу сказал, что в морге наплыв. А к нам забегают после занятий и предлагают интервью, в основном Дирку... Да, тот, что в очках и клетчатых рубашках. Вот ему нравится редактировать. Миссис Фишер, я... – телефон Мелиссы противно запиликал. Отняв мобильный от уха, встретила фотография улыбающейся "Радость". Один из немногих снимков, которые второкурсница не удаляла, когда чистила память. Кроуфорд прерывисто выдохнула, нацепив улыбку, придав голосу оптимизма. – Миссис Фишер, тут важный звонок по второй линии. Обещаю, что буду отправлять выпуски и стараться поддерживать связь. Хорошего вечера.
Спустя секунд пятнадцать, длящиеся вечность, журналистка приняла вызов. Уже по первым словам волнение на другом конце провода стало осязаемым.
– Привет, со мной всё хорошо. Кормят так же, ем, – она скрестила пальцы, надеясь, что после этой дежурной фразы не последуют новые вопросы. Нужно скорее перевести тему. – Пью всё вовремя, не переживай. Связь так и не наладили, вот с другом за кофе заехали и обзвонить всех заодно. Университетские сайты на вай-фае то нормально грузят, а другие не очень. Думаю, чтобы мы не отвлекались, поставили глушилки. У вас там как дела? Не скучаете? Котики как?
По слабоосвещённому вечернему шоссе что-то пронеслось с невероятной скоростью, словно две яркие точки мелькнули в полутьме. Кроуфорд причудилось, что это два мотоциклиста-лихача, но габариты их "железных коней" в разы меньше обычных. Опустив ногу с панели, студентка наклонилась к лобовому, всматриваясь в серую перспективу. Туда, где исчезли огоньки.
– Сессия скоро, готовимся. Новые друзья появились, соседка потрясающая: скромная, добрая и чистоплотная. Нет, ещё не взвыла. Не разбрасываю я вещи! Кровать заправляю! В следующий раз видео даже отправлю! Ещё Лотту попроси заснять в неожиданный момент. Ага, – на душе как-то сразу потеплело, отчего Лиса провела пальцами по шершавому пластику панели под окном, а на лице отразилось то же выражение, что на фото контакта. – Ав и Стейс приветы передавали. В целом, все как обычно, учимся. Из интересного только буквы и «увлекательнейшие» тексты. Соревнования межуниверситетские отменили, так что в этом году только тренироваться будем. Может, между собой устроят чего. Нет, не перенапрягаюсь, мы со Стейс капитаны группы, сами назначаем репетиции дважды в неделю. Кстати, скоро с этой недели похолодает, так что сможем говорить только по выходным, не расстроишься? Ладно, мамуль, у меня тут делишки появились. А?.. – Лиса выслушала ответ и, сглотнув, заметила приближающуюся тень мужчины. – Я... Не волнуйся, всё будет хорошо. Вот увидишь! Как ты там говорила, давай делами займемся, это отвлекает. Ага, пока. Хорошего вечера. Люблю вас!
В то время, как девушка отвлеклась и гадала природу возникновения «светлячков», как такое возможно и какие последствия ждут шумахеров, и параллельно переваривала информацию, в машину вернулся Марон со стаканчиками. Фокус студентки сконцентрировался на детективе.
– Здешний кофе мне нравится больше. В ресторанах не так уютно, сесть как хочется нельзя, – Мелисса поймала себя на странной расслабленности. После бесед с родителями не сразу могла сконцентрироваться и возобновить отыгрыш амплуа.
– Учту ваши замечания, мисс Кроуфорд, – отчего-то Доминик подтаял на мгновение.
– Мы сегодня на официальном? В таком случае, мистер Марон, поведайте, куда приведет наш дальнейший маршрут.
– У нас в распоряжении всего лишь час до наступления комендантского часа. Держим путь на Академию Уолтера Джонсона.
– Отвез на заправку ради капучино и сразу обратно? Это наказание за что-то?
– Полагаю, ты надеялась, что я не замечу брошенные слова на ветер? Зареклась же бросить сигареты, – Доминик намеренно звучал шутливо, выезжая на дорогу, добавив холодно. – Пристегнись.
– Решила сделать это не сразу же, а постепенно, – Кроуфорд тут же выполнила завуалированный в просьбу приказ.
– Поэтому ты, случайно, выбрала красную помаду и надушилась больше обычного?
Самое отвратительное – Марон прав. Пускай своими манипуляциями он вынудил пообещать, однако и пистолет у виска не держал. Именно она выпалила: «Брошу, когда захочу». Как глупо, по-детски, попасть в капкан «Слабо?». Это она брала на «слабо», была кукловодом. Однако в данной партии нужно действовать более извилисто. К заложнице роли маска врастала, пуская корни к истинному «я». Вспомнились режиссеры из детства, которые выделяли неподдельную веру в предлагаемые обстоятельства. Ком вины и безответственности обволакивал её, заставляя выкручиваться как уж на сковородке.
– Ты знаешь норму брызг духов?
– Профессиональный детектив замечает всё, на что не обращает внимание обычный человек. И, к твоему сведению, я ненавижу ложь.
– А я и не врала. Сейчас на допросе четко отвечаю, не находишь?
– Если бы я не спросил, ты бы не рассказала?
– Проверяю твои навыки,– хихикнула Мелисса слащаво. – Ну не сердись так. Это из-за той статьи на канале?
– После неё ко мне перестали проявлять интерес первокурсницы.
Что-то толпы девчонок не вились вокруг детектива. Он был нелюдим, оттого Лиса не понимала, как он проводил допросы. Доминик заострял внимание на своей избирательности. Но отношения Марона с обществом Кроуфорд охарактеризовала бы как взаимные. Мужчина притворялся простачком, однако чем-то отталкивал. И не только речами, пышущими философским пафосом, плоскими до абсурда. С ухищрёнными оборотами и сложными словами.
– Хочешь вызвать ревность?
– Не понимаю, почему я должен злиться из-за писанины малолетки.
– А эта малолетка тебе приглянулась? – указывая пальцем на себя, Лиса состроила невинное выражение личика.
– Особенно, когда ведёт себя не излишне театрально.
– Мне показалось, что ты можешь стесняться наших отношений. К тому же, Джонсон будет не в восторге, что ты в тесной связи со студенткой во время расследования.
– С Марией договорюсь. Учишься ты хорошо, поэтому это несерьезная проблема. Работу выполняю, но стоит понимать, что я все ещё невнятный дядька для многих. Допросить полноценно весь четвертый и третий курс, учитывая персонал, которые, при всех прочих, должны заниматься – дело не одного дня и даже месяца. Миссис Свит наказала никого не отвлекать от образовательного процесса, что всё усложняет. Касаемо тебя, а чего тут стесняться?
– Как ты выразился? "Малолетка"?
– Ах, это. Правда, ты совсем неопытная, маленькая, но это поправимо. Огромные амбиции опережают тебя, с очень наивным анализом. Поймешь, когда подрастешь, гоблин.
– Хочу увидеть твоё лицо, когда найду с друзьями преступника быстрее тебя.
– У-тю-тю. У кого-то прорезаются зубки?
– Нет, констатирую факты.
– Ой, какая грозная, – ехидный смешок вызвал болезненный укол внутри юной сыщицы. – Смотри, не лопни от важности.
– Так ты обижен на то, что я курю? – Милс бунтарским порывом освободилась от ремня безопасности, как только они заехали на парковку учебного заведения.
– Я не обижен, а огорчен. Смотри, чтобы ты не стала очередным разочарованием, потому что, в этом случае, разговор будет коротким, – авторитетный тон сменился на легкий, после глотка зернового и мягкого взгляда на собеседницу. – Привез пораньше, потому что маленькая царевна вредничает, перед тем, как уснуть. Не люблю тратить много времени, чтобы уложить тебя.
– Так нечестно! Ты устроил этот допрос, чтобы вывести меня и больше разузнать! Ты сам соврал!
– Не договорил, как и ты. Спокойной ночи, принцесса. Целовать не буду, и в щеку тоже, пока не завяжешь с табаком.
– Приятных снов, – пробухтела та, поборов желание прихлопнуть дверцей в отместку.
________________________________
– Какое у тебя сегодня настроение? Пренебрежительная Лиса, уснувшая на паре Стейси или мило зевающий Калеб? – Авель со смехом рассматривал фотографии на значках.
– Какое качество ужасное... Вижу каждый пиксель, – тихо оценил – специалист выживших по данному вопросу – Новель. – А тут ты подавился, потому что смеялся.
– Твою-то мать... – прикрыла лицо ладонью Мелисса. – У тебя в тысячу раз лучше, Леби.
– Трэш, – помахала головой Стейс. – Согласна. Фото Калеба не сравнятся с вот этим.
Ребята стояли рядом со стендом, который напоминал сувенирную лавку. Кружки соседствовали с цветастым калейдоскопом магнитов, майками и кофтами с их неудачными фотографиями. Ассортимент разнообразней, чем у коллаборации Харрисонов с выжившими, хоть и исполнение проще, а качество товаров ниже среднего. Извращенное подобие уже существующего мерча разместили у административной башни. Но, кажется, никого из персонала афера позора клуба юных ищеек не смущала. Можно догадаться, что ту же Свит скорее наоборот раззадорила. Блондинки успели представить, как та с особым ликованием скупает все предоставленные вещи. Ажиотаж был нескончаемым, особенно, вследствие рекламы в канале "сосыщики".
– А я хочу вот эту, с Юнием! Всегда так хмурится и сутулится за ноутом, – мерзкий девичий визг с протяжным произношением встрепенул шайку седативных. По осени в Академии проще достать успокоительные, чем редкие жизненно необходимые лекарства. – Ха-ха, когда они только успели тебя подловить? Юний... – Ханна начала озираться, но парень с натянутым капюшоном испарился.
Серое пятно мазнуло в сторону от масс. Несуразный силуэт и раньше сквозняком мелькал поблизости, но тотчас исчезал.
– Боже, ещё этих не хватало, – Рублис посчитала должным высказать своё "фе".
– Только не говорите, что на вечеринку заскочила банда якудзе... – выдала худший прогноз Кроуфорд, без того едва мирясь с позором.
– Теперь эта будет любимая в коллекции, – заливался, оказавшийся в паре шагов, Кристофер. – Смотри, что умею, – светловолосый выставил перед собой футболку с огромным снимком сердитой Милс, а после опустил её, завидев то же выражение лица. – Мне не нужно прилагать усилий, чтобы посмотреть на это. Лучшее изобретение человечества!
– А что ты смеёшься, придурок? Денежки-то улетят в карман конкуренту.
– Это стоит того. К тому же, звездочка, играть одному – скука смертная.
– И ты успешно проиграешься за день. Поздравляю с банкротством, отдавай в банк участки и шекели. Уберем фигурку с поля Монополии.
– Хайп на сосыщиков спадёт и очень скоро. Нам нужна пиар-кампания. Например, раскрыть, что средства идут на расследование. Вам сделаем лимитированные худаки. Для добивочки объявим, что их ношение – показательный акт. Блог запрещен, иначе вы печатались бы в газете. Этакий протест системе на виду. Каждый может высказывать то, что хочет. У всех есть право голоса. И, как же без этого, "выживший студент" – борьба за справедливость и правду. Поддержим расследование "своих", а левого детектива.
– Какие темы на бизнесе преподают? Я думала, вас учат высчитывать риски, уметь управлять работниками. А это чистой монеты маркетинг, – восхищенный блеск глаз Мелисса перекрыла кистью, пройдясь по волосам.
– Это нужно чувствовать и практиковать, а не учить теорию. И я не только о бизнесе.
– Фу! Не смей так говорить больше никому.
– А ты ещё на него жаловалась, – подлил масло в огонь гнева и смущения, окончательно раскрасневшейся шеф редактора, нарисовавшийся Авель.
– Я не думала, что можно выдумать это! Наш логотип нарисовала прекрасная Лотти, а нелепая пародия – стыдоба.
– А продаёт кто? Чарльз всё-таки додумался к середине октября? – Рублис повертела подставку для чашек.
– Вы что-то хотите приобрести? – отвлекся от других клиентов юноша арабской внешности, с аккуратно подстриженной бородой. – Вот это везение! Внимание, все посмотрите сюда! Нашу продукцию выбирают "Выжившие"!
– Это, что? Гусейн Гасанов? – Стейси поражено опустила сувенир на прилавок.
– Реально, один в один! Двойник! Как тебя зовут? – Лиса беспардонно вперилась взглядом в лицо продавца.
– Имран Асад, второй курс бизнес факультета. А кто такой Гусейн Гасанов?
– Имран, никто не знает, кто такой Гусейн Гасанов, – мимика Рублис отражала серьезность.
– Целая страна на этот вопрос несколько лет ответ ищет, а ты хочешь, чтобы мы так сходу сказали? – вокруг компании не только сгущалась толпа, но и сверкали вспышки. Прикрывая мордашку рукой, Мелисса скомандовала. – Ребят, уходим. Нам здесь больше нечего ловить.
– А можно мне противную журналистку и жующую Стейс?
– Авель, идём!
– Может, у вас есть доставка? – юноша приблизился к продавцу, прошептав.
– Фукс!
– Ладно, сам распечатаю что-то прикольное на ваши дни рождения!
________________________________
Неделя прошла в суматохе. Фотограф и актер выкраивали свободные минуты на слежку за Томпсоном, что не дало никаких новых зацепок для следствия. Юний пропадал с новой пассией, по крайней мере, так всегда говорила Стейс. Мелисса отметила, что антрополог стала как-то недоверчиво к нему относиться после бала.
Слухи канала Чарльза вынуждали смотреть на клуб следователей пренебрежительней, однако сторонники тоже пополняли ряды. Весь состав университета разделился на два лагеря, контролируемых уставом и Свит. Одни выбирали "мемный" аналог, другие предпочитали относить себя к потребителям высшей ступени пирамиды Маслоу и придерживались высоких моральных принципов. Одни обсуждали несуществующие романтические отношения Авеля и Калеба, называя их "КАВЕЛЬ", парочку второкурсницы и "взрослого" мужика, другие – расследование и предположения, кто мог бы быть убийцей.
Эпатажный Фукс и скейтер порядком устали от всеобщего интереса к ним. В узком кругу выжившие подшучивали над парнями, как даже европейским коллегам осточертело навязывание повесточки. На любой материал найдётся аудитория. Радовало, что в элитном учебном заведении большинство склонялось к Выжившим. Возможно, из-за влияния Джонсон, ведь она долгие годы выстраивала дружественный лад. Фишера и его наследия, помимо кабинета в административной пристройке. А, может, причиной было великое желание показаться умнее и лучше, чем студенты были на самом деле. Свою заслугу по влиянию на общество Кроуфорд упорно отрицала, разве что подчеркивала успехи одиннадцати первокурсников, которые писали неплохие статьи.
Впрочем, всё шло своим чередом. Девчонки готовились к какому-то важному событию, параллельно сдавая промежуточные тесты. В воскресенье они с Хлои сели в редакции, в ожидании надсмотрщицы новобранцев. Младшую Харрисон с самого утра увёл старший братец, коего соседка встретила отборными, какими только позволял иностранный язык, оборотами.
– И почему ты так рвешься обратно? – Кристофер мельком посмотрел на рыжую, чтобы не отвлекаться от дороги.
– Не подумай, мне всё понравилось. Креветки и мидии, вкусно и красиво подано. Я слегка устала, ещё домашнее задание доделать, и Мелисса вызвала на вечернее собрание. Хочет что-то обсудить для следующего выпуска.
– В день рождения не даёт отдохнуть. Не понимаю, почему ты ей потакаешь.
– Потому что мы подруги. Мне нравится помогать, хоть порой ей бывает непросто что-то объяснить. Но Милс всегда выслушивает, не ругает, а подсказывает.
– Ещё бы она ругалась. Втягивает в эти игрища с администрацией и копом–недоделком.
– Эй, до этого ты не влезал в мою жизнь, с чего бы сейчас появился, спустя два месяца? Обещал дать повзрослеть.
– Потому что до этого ты так не рисковала.
– Какой риск? О бумагу порезать палец? Мелисса не хотела отдавать на растерзание новобранцев редакцию.
– Кому-кому?
– Это наш сленг.
– Конечно, не хотела. Лишь бы все лавры ей одной достались. Но, когда подвернулись болванчики на побегушках ничего не требующие взамен, грех отказывать.
– Милс сказала, что отдаст мне редакцию, если заставят! Потому что верит в меня!
– Это всё сказки, как ты не поймешь?! Ты пешка в её руках, Лотти, которой можно прикрыться. Конечно, она согласится отдать редакцию под управление, чтобы самой не колупаться и, в случае чего, "Выживший" смог продолжить функционировать от твоего имени, поставив под угрозу тебя и твою репутацию. Безопасность. Тебе оно надо?
– Они занимаются тем, что побоялся бы сделать любой в универе. Каждый день про сыщиков пишут гадости, но клуб продолжает копаться в деле Фишера.
– Ты себя-то слышишь? – Кристофер сильнее сжал руль.
– Тогда зачем ты работаешь под именем Выживших?
– Бизнес, детка. Деньги.
– Ты мог бы предложить Чарльзу услуги.
– Он мне не нравится. Кроуфорд – меньшее из зол, но всё ещё зло. И тот сумасшедший в компашке... Ещё хуже.
– Калеб? Он тихий, но я тоже...
– Нет. Актёр.
– А с ним-то что не так?
– Держись от него подальше. И от Калеба тоже, но актёра сторонись сильнее. Никогда ничего не говори, – Кристофер запугал тоном, не допускающим возражений.
– Ладно. Но тогда, что тебя так не устраивает в Мелиссе?
– Если не узнала от соседки, она с первого курса кутила как сумасшедшая. Подружка её останавливала, но результата ноль. Да, в Академии – веселая студентка, не более. Устав не нарушает, ровно идёт. И каждые выходные убегает со старшекурсниками, творит не пойми что. Такой тебе пример нужен?
– Важно не то, какими ребята были, а то, какие они сейчас и как поступают.
– Да что ты говоришь. Они с Рублис спаивали тебя, когда тебе ещё семнадцать было. Нормально, хочешь сказать? – стальные нотки прорезались в голосе Криса. Он явно почувствовал, как младшая принялась обороняться вместо наступления.
– На официальном мероприятии, организованным Академией. И, если ты не знал, наши родители подписывали соглашение, чтобы я могла выпить. Мы с девчонками не упивались, как ты в моё отсутствие, пример для подражания, – девушка откинула голову на кресло, тяжело выдохнув. – Они неидеальны, но, знаешь, что мне нравится в "Выживших"? Им не плевать на то, что происходит вокруг. Они всем помогают и не думают только о себе. Может однажды и ты так сможешь. Хоть на пять минут забыть о запоздалых нравоучениях и деньгах. Ты ведь даже с Миюки поэтому, так ведь?
– С чего бы?
– Ханна проболталась. Боже, я узнаю всё не от вас, а от подружки Юки!
– Она выгодная партия. Нужно думать наперёд, Лотта, иначе завтра нечего кушать будет. Только твоя честность и справедливость останется. Особенно, когда Кроуфорд кинет.
– Да почему ты так плохо о ней думаешь?!
– Потому что она сказала Миюки в первую же неделю, что мы с тобой встречаемся. Она же у тебя это не уточнила, верно?
Рыжая немо вдыхала, не в силах поверить в услышанное. Не понимая, почему так поступила новая подруга.
– Нет, Мелисса не сделала бы это просто так. Ты её не знаешь.
– Она ошиблась в расчетах. Хотела морально подбить Юки, чтобы больше не выдвигалась на пост главы Рысей. Но соврать, что мы спали...
– Не думал, что это тебе Юки врет? Как и раньше, сам говорил. У тебя неправильное мышление.
– Это мышление взрослого человека, – во взгляде старшего всякая эмоция не имела места для существования. Глаза цвета солнечного заката больше не грели.
– Мышление мальчишки, зациклившегося на деньгах и возможности обогнать отца.
Челюсть его напряглась. Шарлотта знала, что это запрещенный приём, однако тот сам припёр девчонку к стенке, поэтому она пользовалась манёвром в качестве самообороны:
– Спасибо за вечер, братик.
Оставив Кристофера наедине со своими демонами, первогодка устремилась в ставший родным кабинет. Пластинка "Выживший студент" вызвала приятный мандраж. Девушка открыла стеклянную дверь и в неё тут же бросила конфетти Стейси, Мелисса держала торт, на котором зажигала свечи Хлои. Все в домашней одежде, будто в редакции устроили пижамную вечеринку.
– Сюрприз! – шёпотом воскликнули хором блондинки.
– Шуметь нельзя, поэтому мы распотрошили хлопушку, – оправдала свои действия Рублис.
– Девочки, когда вы успели? – Харрисон была на грани, чтобы не расплакаться от счастья. – Вы лучшие!
– Задувай скорее свечи и перейдём к подаркам, – нетерпеливо подгоняла Кроуфорд.
После выполнения необходимых ритуалов, девчонки собрались за столом, расставив кружки с чаем и кофе. Приборы вроде ложек, ножа и тарелок выпросили Хлои и Стейси, одновременно с ожидавшей заказное угощение журналисткой. Они заранее выдумали уловку, которая заставила бы Шарлотту прийти одной под ночь. Не смотря на слова брата, Харрисон верила соседке.
– Итак, первая часть, – объявила Мелисса, когда Хлои протянула маленький альбом и приложенный пенал к нему.
– Ты постоянно рисуешь, поэтому мы решили, что листы должны быть под рукой. Вдруг вдохновение настигнет во время пар.
– Но это ещё не всё, – Стейси достала карту учебного заведения. – Покопавшись...
– Ага, перевернув всю нашу комнату! И шкафчик, – подчеркнула Лиса указательный пальцем, – мы разрыли раритет! Фишеровская листовочка.
– Уже конец октября, а вы до сих пор не знаете важные места и то, как обходить устав. Начнём с корпусов. В развлекательном, между сотрудниками и парнями, помимо галереи, где рисуют и выставляют работы одногруппники Ло, есть кинотеатр, концертный зал, бильярд и боулинг. Библиотека и столовка с примыкающей Модернимой внизу. В соседнем, после мужской общаги, бассейн и зал для мероприятий, там, где проводили осенний бал. Выше тренажерки и спортзалы, комната для стрельбы.
– А тут что? – Хлои тыкнула пальцем в административную пристройку.
– Она используется как смотровая башня, а многие комнаты стоят без дела, – подключилась Мелисса. – Соваться сюда не стоит, потому что вероятность встретить Свит и ей подобных повышается в геометрической прогрессии с каждой проведенной минутой. Если вас вызывают, что, надеюсь, случится только по хорошему поводу, то идти нужно именно в официальную. Там кабинет Джонсон. Учебные части вы знаете, вокруг женского общежития, с Эсфирем и медкабинетом. Дальше церковь, а противоположной стороне – музей истории Академии, памятник Уолтеру Джонсону и беседка. Рядом с садом, вот тут, – Кроуфорд указала на цифру, – тайная курилка. Бесовщина одним словом. Часто здесь проводят драки, обмениваются сплетнями и прочим, что противоречит уставу.
– За пределами забора: оранжерея, к которой ведёт лестница, и из неё вход и выход один, кладбище, стадион и автобусная остановка. Есть ещё пару местечек, но о них вам пока рано знать. Важно то, как выбираться за пределы. В местах девятнадцать и двадцать Ник начертил потайные выходы. Успех вылазки зависит от охранников. Скоро перезнакомитесь. Раз на раз не приходится. Иногда в ход идёт актерское мастерство и смекалка, а иногда достаточно подкупа или простой просьбы.
– С уставом интересней. По всем пунктам проходиться не будем, иначе выползем только под утро. Самое главное – беременность не оговаривается. М-м-м... Не советую, потому что никто из преподавателей поблажек не даст. С десяти вечера нельзя находиться в чужой комнате, не то, что в другой башне, но, если наладить отношения с двумя комендантками, можно всё, что вашей душе угодно.
– Двумя? А как же третья? – уточнила Маерс.
– А Амбер Бейкер... На неё Авель не может повлиять, поэтому с учителями спать только по выходным или днем, – Лиса усмехнулась, – и ещё есть пункт, где запрещается крутить шашни с преподом, но исключительно с тем, кто должен выставлять оценки в данный период. Приписка о табаке развязывает руки вредным охранникам с первого и второго КПП при ввозе. Тут на кого попадётесь опять же. Хотя, вы ж не курите... Материтесь негромко и только при доверенном окружении. С алкоголем и веществами всё понятно. Таблетки важные никто не отнимет, гарантирую, – вздохнула самопровозглашенная с первого дня знакомства наставница – Лиса.
– Последнее о прогулах. Девчат, я почти весь первый курс пропустила, уточняйте требование каждого препода. Кому-то плевать как часто вы посещаете лекции, тут не как в школе, отчитывать не будет никто. Но можно влететь и на пересдачи, или долгов нахватать, так что тоже не перегибайте. Всё понятно?
– Угу, – первокурсницы кивнули.
– Отлично.
________________________________
День "Х" для всей пятерки сыщиков настал в последнюю пятницу октября. По договоренности, сутки ребята проходили в эксклюзивных толстовках "Выживших сыщиков". У них были красные рукава, нижний край и шнурок на капюшоне, но и мелкие отличительные детали сразу же бросались в глаза окружающих и становились поводом для обсуждений.
Только в девять вечера дверь редакции закрылась и клуб окружил главного свидетеля- подозреваемого, восседавшего на стуле. Подготовленные к лозунгам как из мульт-сериала про поняшек: «Дружба – это чудо!».
– Нам нужно знать всё.
– Пафосное начало, Милс, – Пирсон изо всех сил пытался не засмеяться вслух. – Приоделись как настоящая команда. Похвально. Жаль, что побольше комнатку не дали. Сидим как в кукольном домике. Как вы тут умещаетесь с первашами?
– Здесь как минимум две куколки. Им по размерчику, – перекинул ногу на ногу Авель.
– А малышей куда девать? Друг на друге сидите?
– Свит нас не жалует, чтобы комнаты раздавать. Девчонки сами волокли вот это, – ткнула пальцем в новенький столик Рублис.
– И для нас редакция теперь – знаковое место. Да и не зря же каморку Ник выбивал, – обнял розовую подушку Калеб.
– Ближе к делу, Фрэнк. Домашка сама себя не сделает, – напирала Лиса.
– Хорошо. Давайте сделаем это быстро, – бывший нападающий прочистил горло, скользнул по каждому взглядом, начиная монолог. – Мы с Ником познакомились на первом курсе. Он пришёл снимать подготовку к матчу для статьи в газете. Алиша дала интервью, потом не заметили, как сдружились. В первый год мы почти не веселились, занимались учёбой. А вот второй курс. Вот это да! Сначала часто ловили. Прилетало от Свит, Джонсон. Сюзан, та ещё стерва, пришла именно в том году.
– Роджерс? Она же милашка, – негодовала Рублис.
– Пока вы паиньки, – резко выплюнул в неё Фрэнк, продолжив. – Настоящей занозой стали охранники. Мы постоянно обмозговывали, как же их обойти. План был чётким, работал исправно. До тех пор, пока не возникли трудности.
– В чём заключался план? – любопытный Авель не мог оставить фразу без внимания.
– Какая разница? Главное то, что сейчас эта схема не сработает, – мускулы на руках Пирсона напряглись. – Мы слишком увлеклись достижением цели и не могли предугадать последствия. Упивались тем, как всё складно. Успех, как в футболе, замылил глаза настолько, что перестали замечать дерьмо под носом. К третьему курсу скатилось хуже некуда. Алиша превратилась в робота. С Никсом ругались из-за этого.
– Вы дрались? – с подоконника подал голос Юний, утювшийся со скейтером.
– Один раз. Нас умудрился ушлёпок снять, но он пообещал всё удалить. Слухам плевать на доказательства, как вы успели понять, поэтому объяснили ещё раз и помогли с этим. Фишер говорил, что я ужасный парень для Диккерсон. А Алиша му... Дураков, в общем, всегда выбирала. Сейчас я понимаю, что Никки был прав.
– Ты знал, что Николас любил Алишу? – негромко поинтересовался Калеб.
– Ник? Он... Он сказал мне это не так давно, перед летними каникулами. Мы все зависали в клубе и Никс так ответил... Я его не понял тогда, теперь всё встало на свои места. Но откуда вы знаете?
– Он писал об этом в дневнике.
– Фишер и дневник, шутите? Он постоянно что-то печатал в ноутбуке, ему уж точно не было дела до ручки и бумажек. Писал от руки он только домашки, записки, но на длинную дистанцию – не.
– А почему он не выкладывал никуда пособия о том, как обходить устав и охранников? – подвинулась ближе на кресле Кроуфорд.
– Потому что раздавать листовки на тот момент – самая безопасная идея. Мы хотели делиться знаниями, чтобы все не только над учебниками сидели днями и ночами, а ещё отдыхали. С появлением вас всё стало меняться. Всем, наконец-то, не посрать друг на друга. И в учёбе, в спорте, в тусовках, в расследовании. Посмотрите, блин, на себя. Оделись как команда, вы и есть команда! Я когда узнал историю с Эйлин, окончательно офигел. Надо ж было так придумать! Алиша то узнала от подруг. Она просила поблагодарить вас за то, что вы обелили её имя.
– Какая Эйлин? – нахмурился Кадигроб, встретив лицо не менее озадаченного Новеля.
– А, у вас есть секреты. Это плохо. Пока вы не будете доверять друг другу, ничего не сложится. Дерьмо начинается именно с этого. С недосказанности, секретов. Сначала умолчал что-то неважное, потом посерьезней, а в конце концов вся брехня сваливается на вас, как фортепьяно из мультиков, понимаете чуваки? Если накроет Свит, вам нужно действовать сообща. Как команда. Вокруг и так врагов мелких хватает, а вы то друг другу не доверяете.
Каждый перекинулся взглядом с товарищами. Пирсон был как никогда прав и они это понимали. Допрос с Фрэнком дал повод для раздумий.
– Я пойду, а вы пошушукайтесь.
– Фрэнки, спасибо, что ты согласился на это. Твои слова помогут найти урода, что сделал это с Ником. Даю слово, что мы его найдём, – проводила Мелисса к выходу Пирсона.
– Звездочка, так тебя кто-то называет, слышал? – он положил руку на её макушку. – Мы с Алишей не забудем ваш со Стейс поступок. Вы справитесь, я знаю.
Как только он покинул комнату, Юний тут же задал вопрос:
– Так что там за история, говорите?
– Странно, что Ник ничего не писал, ведь... – погруженный в размышления вид, когда Кроуфорд могла игнорировать весь мир, резко сменился. Её осенило. – ВОТ ДЕРЬМО!
– Куда она? – вскочил с места Калеб.
– Понятия не имею, но намечается что-то интересное, – Авель двинулся вслед за бегущей журналисткой.
Остальные ринулись за ними, останавливаясь недалеко, напротив служебного помещения, где та уже накинулась на старушку-уборщицу с новой порцией вопросов:
– А куда попадает весь мусор?
– Смотря какие отходы. Пищевые..
– Бумага, – перебила Кроуфорд.
– Бумагу сжигают раз в пару месяцев. Мистер Марш хотел заняться этим завтра, а то накопилась уйма...
– Подскажите, где это добро складируют?
– У печки, в подвале.
– Можно туда зайти? Я случайно выкинула вчера важный рисунок соседки. Без него завалит сессию.
– Конечно, и друзей бери, а то утонешь, – та хихикнула. Обнадеживающе... Седовласая подвела их к лифту, который спрятался как тайник внутри каморки. – На минус первый, милочки. Удачи.
– Что ты там такое потеряла? – не понимая причину суматохи, спросила Рублис, когда они оказались изолированы.
– 31 августа. Фишер оставил мне записку, написанную от руки. Я не знала, что всё приведёт к этому, поэтому просто выбросила. Калеб молчал, поэтому я и думать забыла. А сейчас, когда Фрэнк так много об этом говорил, вспомнила.
– Да ладно, наверняка делов на пять минут. Все давно пользуются телефонами и ноутами, – отмахнулся Новель.
– Что-то мне подсказывает, птенчик, что ты ошибаешься, – потер нос Авель и звук из динамика оповестил о прибытии на нужный этаж.
– Администрация вся в документах, – безрадостно предположил Юний, двери лифта раскрылись.
– Нам пенсионерка удачи пожелала, вы прикалываетесь? – прыснула Рублис.
– ДЕРЬМО! – дружно оценили подруги представшую картину высоченных гор.
– Ладно, ребята. Это только моя вина, можете идти, отдыхать, – Кроуфорд прошла к нижним слоям, высматривая маленький желтый стикер. – А? Ты чего? – краем глаза заметила идущих антрополога и актера.
– Сумасшедшая? Ты одна до утра всё это не разгребешь, – сказала Рублис, приседая рядом.
– Я могу найти что-то интересненькое,– хмыкнул Фукс. – Ладно, это дополнительная цель.
– К тому же, как там Фрэнк сказал? Мы – команда, – к ним присоединился Калеб.
– Звучит, конечно, здорово, но, может, план придумаем? – скептично вызвался Кадигроб.
– Тут делать надо, – ответила Стейс.
– Да уж... – он пристроился к ним.
В этот момент Кроуфорд почувствовала дух единения. Все они были в особенном атрибуте их команды. Все занимались делом для достижения общей цели, изредка проявляя характер. Этот вечер вдохнул в выживших сыщиком новую жизнь. Однако часы, которые растягивались километровым плавленным сыром, когда чрезвычайно голоден, и неудачные попытки охлаждали запал. Вся информация мешалась в голове. Буквы, цифры. О, и снова буквы с цифрами! Так легко сойти с ума.
– Тебе тоже нравится Эдвард Кален? – процитировал очередную переписку на листочке Авель. – Хочу свадьбу как у них! Что? – обратился к женской части клуба. – А вы тоже так хотите? Кому вообще нравится стать кормом для комаров в предполагаемый "самый счастливый" день жизни? – кареглазый сложил руки в кулаки, поднеся их к щеке. – Или провонять отгоняющей штучкой?
– А мне нравится в лесу. Птички поют, красивые растения, – как-то мечтательно промолвила Стейс.
– Авель, давай поскорее закончим! Торчим здесь тыщу лет, – проворчала Мелисса.
– Мне уже эта затея совсем не нравится, – Калеб плюхнулся на пол.
– Столько стикеров из администрации я ещё никогда не видел, – обессиленно Кадигроб тяжко проходился по буквам.
– Рекомендуется к исключению. Ужас какой, – фыркнула Лиса, отбросив клочок.
– Привет, Милс. О, тебе тоже писали? – Авель улыбнулся.
– Опять прикалываешься? Хватит, Ав.
– Нашёл!
– Проверяет нас, уверена, – пробормотала уставшая Стейс.
– Нет, правда! Привет, Милс! Я могу заснуть. Писал новый выпуск. Если что, забегай в 305, мне ещё...
– Нужно тебе рассказать кое-что и показать всё. Ник, – завершила Мелисса.
– Авель, молодец! – воскликнула Рублис.
– Доставай дневник, Калеб, – руководил Юний, пока те облепили Фукса.
– Секундочку, – Новель достал блокнот из-за спины, раскрыв.